На пути к огню

Смесь дерзких, соблазнительных движений, и наивных, совсем ещё светлых — словно сахарная вата. На рыжеволосой девушке было яркое, черно-красное платье, которое эффектно подчеркивало грудь, и алая бахрома возле колена, ниспадающим каскадом вилась вдоль ног. На все это можно бесконечно и завороженно смотреть. Глаза ещё больше округляются от вида партнера танцовщицы. Это светловолосый юноша, в темно-бардовых штанах и расстегунтой на пару пуговиц шелковой, черной рубашкой. Это бальные танцы. Это горящие глаза и легкие, которые отказались работать, чувствуя невероятный трепет перед слаженными движениями танцоров. Томная улыбка, небольшая волна бедром и финальная поза — небольшой присед, словно в реверансе — у партнерши, и вскинутые, как у злодея, руки партнера. Музыка остановилась, как и сердца зрителей. Всех накрыло цунами волнения. Скоро станут известны пары, которые прошли в финал. Среди них точно будут Фэшиар и Маришка, с их коронным козырем — поцелуем под конец танца. Обычно, никто из спортсменов не решался на такие громкие поступки, но не эти двое. Судьи всегда были на их стороне. Как и в этот раз. Монотонный голос, похожий на стук по металлу разнесся по всему залу: — В финале встретятся пары: Драгоций/Резникова и Огнева/Ляхтич. Всех зрителей прошу покинуть трибуны на полчаса. Тут же фанаты завопили. Кто-то от радости, кто-то растроился, а кто-то просто за компанию. Марк и Василиса пошли в сторону выхода — им нужно было сменить костюмы. По дороге в раздевалку, они, соблюдая традиции, обсуждали конкурентов. — Им ведь как обычно накинули баллов за, — Огнева карикатурно изобразила поцелуй. — Так было, так есть и так будет. К сожалению, — парень ненадолго замолк, — Как бы мы не проигрывали, давай соревноваться честно? — Конечно! Тем более, по ним видно, что они встречаются. У нас бы в любом случае не получилось сыграть те же эмоции. — Да-а, отношения и спорт не совместимы. — Согласна. Особенно во время соревнований — все превращается в «Великолепный Век». Показалась дверь раздевалки. Марк пару раз дернул за ручку, а потом нахмурившись сказал: — Закрыто. Ладно, у меня вроде были ключи. Он похлопал по карманам олимпийки, и достал связку с ключами. Василиса облегченно выдохнула. — Ну, открывай, у нас десять минут осталось. — Не получается. — Дай я попробую, — она оттолкнула его, и трясущимися руками попыталась открыть дверь. Но и у Василисы ничего не вышло. Тревога морозным шепотом пробежалась по спине. — Черт! Что за фигня! — сказала Василиса, когда дверь не поддалась даже удару с ноги. — Не психуй, идём, есть идея, — насмешливо произнес Марк, утягивая партнершу за собой. Паника, которая захватила сознание девушки так же быстро, как пожар лес, отступила. И не без причины — пройдя сквозь зыбучие пески соревнований, она научилась брать себя в руки. Надевать маску уверенности стало не то что привычкой, а уже частью Огневой. Этому ее научил Марк. Никогда не показывать слабость. И это помогало. Стук туфлей больше напоминал грохот в двигателе старого автобуса. Настолько спешили танцоры найти хоть какую-то комнату, в которой можно переодеться. В который раз оббегая этаж они замечали только один вариант, это старый, захламленный балкон. Будь ситуация более спокойной, они бы нашли что-то получше или просто зашли бы в другую раздевалку. Но стресс есть стресс. Думать логично сложно. — Ты первая, — бросил Марк, открывая дверь. Чуть меньше минуты и они поменялись местами. После этого двое танцоров, как бегуны на Олимпиаде, бежали к залу с танцельной площадкой. Они успели минута в минуту. Заслужив строгий взгляд тренера, пара вбежала на квадрат. Вдох. Выдох. Отбросить все ненужное. Ещё раз оглядеть костюмы, выполненные в необычных сине-бело-голубых кляксах и замереть, ожидая начала. Волна руками. Улыбка, опасный переворот, нарочное замеделение. Страсть в глазах. Слияние в единое целое. Цепочка сложных шагов. Марк и Василиса жили этим танцем, забыв о предрассудках. Девушка вытягивает ногу в вертикальном шпагате, а ее партнер кружит танцовщицу по часовой стрелке. Небольшая пауза. И снова пляски на сумашедшей скорости. Немного вращений, которые мягко намекают на приближающийся конец. Как только танец закончился, дрожь пленила все тело. Она волнами накрывала, желая сбить с толку, но тем не менее принося облегчение. Они сделали все, на что были способны. Только, не факт, что этого окажется достаточно для победы. Минутная слабость закончилась, и все зрители снова могли наблюдать за харизматичными и собранными спортсменами. Разумеется, хвалебные оды вновь достались Драгоцию и Резниковой. Герои не считали их плохими — они тоже сделали свой максимум. Тоже разогреваются на таком незначительном соревновании. И они, и все пары, находящиеся тут, старались из всех сил. Тренер подошла к ним и похлопала обоих по плечам. — У вас второе место, ребятки. Поздравляю, вы заслужили. Они готовили себя морально к тому, что могут проиграть. Но видимо недостаточно. Когда даже несколько дополнительных тренировок каждый день, помимо четырех основных часов, не приносят победы, это неописуемо обидно. Пара переглянулась, словно умоляя друг друга держаться, хотя бы до окончания награждения. Они обнялись, шепча слова поддержки. Горячее дыхание Василисы опалило ледяную шею Марка. По телу пронеслись суматошной толпой мурашки. А Марк в свою очередь крепче сжал в своих руках партнершу. Последняя золотая медаль была далеких три года назад. Как и тогда, так и сейчас спортсмены выдержут. Они просто не умеют, не могут по-другому. Многие люди, особенно из СМИ, часто осуждали их. Думая, что все так просто — взяли и выиграли! Считая, что они хоть и не разбираются в бальных танцах, но все равно знают, что лучше для танцоров. Такие комментарии сначала вызывали смех, после раздражение, а теперь лишь грустную улыбку. Началось награждение. Сначала, на третье место встала одна пара из полуфинала, по их искрящимся глазам было заметно, что радость затмила их сердца. Женщина, вручавшая медали пошла в сторону серебрянных призёров. Василиса сглотнула, надевая тысячи новых масок, и ставя несокрущимые плотины для своих чуств. Марк пустым вглядом смотрел куда-то в даль. После того, как тяжесть медалей потянула и без того отвратное настроение ближе к температуре Антарктиды, время поскакало, словно спеша на распродажу: вот, они уже сидят в автобусе, ждут остальных участников, которые едут в их город. Шаркая грязной от слякоти подошвой, на соседнее сиденье плюхнулся Фэш. — Ребят, спасибо за борьбу. Вас было сложно обойти. Сказав это, он смутился и, надев наушники, стал барабанить по оконному стеклу. Маришка появилась в дверном проеме спустя пару минут. Она без слов обняла Василису, улыбаясь одновременно виновато и радостно. И опустилась рядом со своим партнером. Постепенно автобус заполнялся остальными пассажирами. Совсем немного времени и они отправились в путь. Василиса смотрела в окно и наблюдала за серым, но по-своему красивым пейзажем за окном. Хотя, серым он казался только тем людям, которые не умели смотреть. Василиса же видела, что за пеленой дождя есть и страшные, корявые дубы с яркими листьями. Разноцветные крыши дачных домиков одного из поселков, мимо которого они сейчас проезжали, напоминали пестрый, летний луг. Вообще, конец лета в этом году очень странный. Можно увидеть и яркие, будто солнце опавшие листья, и цветочный покров, и даже несколько раз мимолетный снег. Лето в который раз проигрывает осени. Это очень странное начало предпоследнего времени года. Оно вроде бы и как всегда, а вроде и нет. Словно что-то поменялось внутри, а не снаружи. Автобус с тихим щелчком остановился. Водитель обьявил перерыв. Василиса молнией выскочила на улицу, прямо под дождь. Зачем? Её окрыляла возможность незаметно выплакаться. Она ждала все награждение, терпела во время трехчасовой дороги. Начать выражать свои эмоции трудно. Дождь смешался со слезами, которые слетали с глаз Василисы, как слетают во время бури листья с деревьев. Хотелось закричать. Показать всю свою бурю. Насколько силен шторм. Что она такая же как Тихий океан — спокойна только на первый взгляд. Душераздирающий крик все же окатил округу, но не был замечен многими благодаря сильному ливню. Тихий океан показал свою мощь. Свои волны, своих акул. Странное ощущение одолело девушку, будто она плакала изнутри, словно слезы стекали не по щекам, а в легкие, оттуда куда-то в область живота, где закручивался тугой узел. Чья-то рука коснулась худого, острого плеча танцовщицы. А после притянула к себе, затягивая в теплые объятия. Марк тоже плакал. Это можно было понять по тому, как его трясло. Холодный дождь. Ничего больше, разве что двое людей, которые не знают, как им быть дальше. Холодный дождь? кажется, что он стал на градус теплее. Что-то сверкнуло… Если бы кто-то умел видеть эмоции, то сказал бы, что между двумя плотно прижатыми друг к другу телами появился какой-то огонёк. И тут же потух. Но потом снова появился. И вновь исчез. Будто не мог решить, нужен ли он этим людям. Не мог понять, получится ли растопить сердца, появиться на миг в блеске глаз. Ещё пару кругов выбора. Решение принято. Странное тепло появилось сначало у Марка, а потом передалось и Василисе. Оно медленно, но верно возвращало к жизни. Оно дарило странную уверенность, что не нужно сдаваться. Появилась крохотная надежда, что несгибаемость и труд танцоров однажды приведёт их к победе. Но пазл не может стать картиной, если его не собрать до конца. Губы Марка накрыли Василисины. Он тут же ощутил клубничный привкус. Надо же. Она все так же ест её перед соревнованиями. Девушка ответила на поцелуй и тут же почувствовала себя лучше. Тоже самое произошло и с Марком. Они стали картиной. Стали примером, который говорит о том, что не обязательно победа будет явной. Они не показали свои силы на соревнованиях, но обязательно покажут их в жизни, когда пройдут через всё, что подкинет им судьба. Огонёк весело подмигнул и окончательно впитался в танцоров.