Узы души

— Что ты сделал?! — единодушно шокированный вопрос друзей резанул по ушам. Гарри поморщился: — Ну, поговорили мы с ним, ничего страшного не произошло. Подумаешь, перебросился парой слов с Темным Лордом. Как будто бы никто до меня этого не делал. — Гарри, дружище, с ним не разговаривать надо, а драться! — возмущению Рона не было предела. Брюнет мрачно взглянул на него. — И как ты себе это представляешь? Назначить ему встречу? А что, давай я пошлю ему сову, приглашу сюда на чай. Выпьем по чашечке, а потом устроим дуэль, — Гарри хмыкнул, наблюдая, как быстро меняется выражение лица рыжего гриффиндорца с возмущения на шок. — Экспеллиармусом его не победить, Рон. Я вообще не думаю, что кто-то из ныне живущих волшебников способен его одолеть. Упоминать о смерти Дамблдора не хотелось, та судьбоносная ночь все еще отдавала тупой болью где-то внутри, но Гарри надеялся, что друзья поймут, что он пытается сказать. — Поэтому мы должны найти оставшиеся крестражи и уничтожить их, тогда у тебя будет шанс! — Уверенно воскликнул Рон. Гарри переглянулся с Гермионой. — Кстати, на счет этого… Я не буду уничтожать крестражи. В гостиной поместья Блэков повисла напряженная тишина. Рон недоуменно уставился на Гарри. Не дождавшись ответа, он перевел взгляд на Гермиону. Та вздохнула: — У Гарри возник другой план, и теперь он не собирается убивать Волдеморта. Не смотри на меня так, — девушка развела руками, — я сама не знаю деталей. Рон продолжил сверлить взглядом друзей с открытым ртом. Очевидно, новая информация совершенно не хотела укладываться в рыжей голове. Гарри вздохнул и отвернулся от них, не выдерживая пристального взгляда. — Рон, я не жду, что ты поймешь меня, потому что я сам еще не знаю наверняка, что именно предстоит сделать. Но становиться убийцей я не намерен. — перед глазами мимолетно промелькнуло воспоминание о дневнике Реддла, и Гарри зажмурил глаза, прогоняя видение. — И никому никогда этого не пожелаю. Поэтому я ищу другие способы исправить ситуацию и остановить войну… — Да, конечно, поэтому ты предаешь нас? — в голосе Уизли послышались злые нотки, перемешанные с возмущением. Гарри удивленно обернулся: — Прости, что? — Все это время мы шли к определенной, единой цели! Но стоило только Дамблдору умереть, как ты все решил перевернуть, в одиночку решил что-то для себя. Тот-кого-нельзя-называть сумасшедший! Ты не сможешь его изменить! — с каждым словом Рон распалялся все больше. Лицо его покраснело, он яростно вышагивал по маленькой гостиной, взмахивая руками. Слова неприятно зацепили что-то внутри. Гарри хотел возразить, но Уизли не дал ему, продолжая свою гневную тираду: — Теперь ты на его стороне, Гарри, да? Ты уже принял Метку или собираешься сделать это позже и сказать нам в самый последний момент? — Рон! — брюнет зло крикнул, не выдерживая, — Что ты несешь? — Да уже ничего, я тебя понял, друг, — с презрением выплюнув последнее слово, Уизли остановился у камина. — Я все понял. Я возвращаюсь к родителям. Не переживайте, я никому ничего не скажу. Но от меня можете больше ничего не ждать. Рон разочарованно покачал головой и исчез в зеленом пламени камина. Гарри устало опустился в кресло и тихо произнес: — Я надеялся, что все пройдет лучше… — Не расстраивайся, я догадывалась, что примерно так и будет. Самое главное, что теперь он будет в бо́льшей безопасности. — Гермиона присела на подлокотник, положив руку на плечо Гарри. — Что мы будем делать? Брюнет поднял голову со слабой улыбкой и посмотрел на подругу. Что он такого сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить ее? Несмотря ни на что, она всегда была рядом, предлагая свою помощь и поддержку. Гарри хотел ответить, но тут в гостиной с тихим хлопком появился Кричер: — Молодой хозяин вернулся. Кричер не стал беспокоить его и гостей во время разговора. Добро пожаловать домой, мерз… — Кричер! — Гарри широко улыбнулся, перебивая оскорбление. — Я тоже рад тебя видеть. Ты прибрался в доме? — наконец оглядев гостиную, парень заметил, как блестели начищенные половицы, слои пыли больше не покрывали мебель, тяжелые шторы на окнах посветлели на несколько тонов. — Да, как и приказывал господин. Не изволит ли хозяин и его… — Кричер наткнулся на предупреждающий взгляд Гарри, — …гостья испить чаю? — Чуть позже, — брюнет подмигнул Гермионе и вновь обратился к домовику. — Для начала я хотел бы поговорить с тобой. Гарри достал из кармана брюк поддельный медальон Слизерина, с торжествующим удовлетворением замечая расширяющиеся глаза домовика. — Узнаешь? — Кричер молча помотал головой, сцепливая маленькие ручки за спиной, будто бы не хотел ничего говорить. — Кричер, я приказываю, расскажи все, что ты знаешь о крестраже. — Ах, что бы сказала госпожа, узнав, в какую ситуацию попал старый Кричер! — эльф схватил себя за уши, внезапно затихая, что-то усиленно обдумывая. Однако спустя несколько секунд, не смея ослушаться прямого приказа, Кричер начал рассказывать. — Тот медальон, что держит в руках молодой господин — ненастоящий. — Гарри молча кивнул, показывая домовику, что знает об этом. — Старый Кричер выкрал настоящий крестраж, оставив умирать своего хозяина… Эльф всхлипнул сгорбившись. — Молодой хозяин Регулус разгадал секрет Темного Лорда, после того как Кричеру приказали испытать защиту крестража, спрятанного в пещере. Хозяин не хотел сделать ничего дурного, хотел помочь, но эти проклятые твари забрали его жизнь! — домовик издал горестный вскрик и его маленькое тело затряслось. Гарри недоуменно посмотрел на Гермиону, в голове одна за другой проносились мысли. Вполне вероятно, что медальон остался у Кричера… — Если Регулус не хотел навредить Тому, то… — Гарри, я знаю, о чем ты думаешь, но давай не будем делать поспешных выводов. — Нет, Гермиона, возможно это именно то, чего хочу я. Судя по всему, Регулус не собирался уничтожать крестраж, значит была другая цель… — на этих словах домовой эльф поднял грустные глаза на волшебников. — Позвольте спросить, хозяин Гарри, а чего хотите Вы? — Кричер, ты задаешь правильные вопросы, — Гарри довольно улыбнулся. — Дело в том, что скорее всего цели твоего нового хозяина совпадают с желаниями Регулуса. Но мне понадобится твоя помощь. — Парень слез с кресла и присел на корточки напротив эльфа, заглядывая ему в глаза. — Я хочу соединить части души Темного Лорда. Ты случайно не знаешь, где может быть спрятан медальон Слизерина, который вы выкрали из пещеры? Взгляд Кричера наполнился надеждой. Он выставил руку вперед и на маленькой ладони материализовался настоящий крестраж, поблескивая серебром. Гарри завороженно уставился на медальон. Аккуратно поднимая крестраж с ладони эльфа за цепочку, парень почувствовал, как внутри него запела магия, будто сливаясь воедино с энергией, заточенной в крестраже. Гарри прикрыл глаза и сжал медальон в руке. Беспорядочные мысли в голове успокаивались, по телу растекалась приятная истома, навалилась усталость, накопленная за прошедший день, захотелось спать. От крестража исходило тепло, доносился еле уловимый шепот, но разобрать что-то было невозможно. С усилием разлепив глаза, Гарри посмотрел на домового эльфа и тихо произнес: — Спасибо тебе, Кричер. Будь уверен, я не подведу тебя и твоего прежнего хозяина. — Парень поднялся с колен и медленно вышел из гостиной. Гермиона так и осталась сидеть на подлокотнике кресла, замерев в шоке. Перед глазами все еще стоял слепящий свет, на мгновение озаривший гостиную, едва Гарри прикоснулся к крестражу. Что это могло значить?

***

Гарри лениво направился в сторону лестницы на верхние этажи, чтобы найти комнату, в которой можно будет отдохнуть, но сонный туман в голове развеяло злое ворчание. — Грязный полукровка! Одно твое нахождение в этом доме порочит благородный дом великой семьи Блэков!.. Парень подошел поближе к портрету Леди Вальбурги, с интересом разглядывая женщину. Раньше он как-то не задумывался о ней, голова была занята другими вопросами. Сейчас же, когда у него образовалось много свободного времени, можно было позволить себе посмотреть на нее поближе. Взгляд упал на нижний край рамы, на котором висела табличка с вырезанным именем и годами жизни миссис Блэк. Гарри присмотрелся к цифрам и тут его осенило. — Не хочу ошибиться, Леди Вальбурга, но Вы ведь учились в то же время, что и Лорд Волдеморт, верно? Женщина удивленно замолчала. Она окинула парня внимательным взглядом, забыв о том, что только что осыпала его нелицеприятными словами. — Верно, мальчишка, — презрительно процедила она, — не могу не заметить, что ты не страшишься называть его по имени, в отличие от других мерзавцев, позорящих благородных волшебников… — А с чего мне бояться имени, если самого волшебника я тоже не боюсь? — Гарри улыбнулся, радуясь, что сумел завладеть вниманием портрета. — Не могли бы Вы рассказать мне о нем? Взгляд Вальбурги вдруг стал очень неуютным. Она впилась глазами в парня, будто бы пытаясь найти что-то на его лице. Сзади скрипнула дверь. Гермиона вышла из гостиной и, увидев, парня перед портретом, вопросительно приподняла бровь. Гарри обернулся, указывая рукой на кухню, боясь, что портрет сейчас прервет разговор, увидев маглорожденную девушку. Но Леди Блэк, казалось, потерялась в своих собственных мыслях и не заметила молчаливый обмен жестами. — К чему такой интерес к его прошлому? Впрочем, неважно. Волшебники вашего поколения знают о нем уже больше, чем я. Иди докучать своими вопросами живых. Мертвых оставь в покое, — несмотря на категоричный ответ, ведьма продолжила прожигать Гарри взглядом. Вопрос застал Гарри врасплох. Действительно, почему ему так хочется узнать прошлое Реддла? Он так до сих пор и не разобрался в себе, оттягивая этот момент. Но отрицать необъяснимую одержимость чужими воспоминаниями он уже не мог. Чувствуя необходимость соврать, гриффиндорец выдал лучшее, что мог придумать в этот момент: — За последние годы было пролито слишком много волшебной крови. Я вполне уверен, что в моих силах остановить его, но не убийством. Чтобы сделать это, мне нужно знать о нем побольше, найти слабые стороны. Леди Блэк вдруг негромко хмыкнула, отводя тяжелый взгляд и поправляя складки на своем нарисованном платье. — Ты говоришь одно, но твои глаза… Твои глаза точь-в-точь как у моего сына, Регулуса. — Что вы имеете в виду? Взгляд Вальбурги вновь застыл на парне и она начала свой рассказ. О том, как они с мужем поддерживали Темного Лорда, когда тот был молод и преследовал стоящие идеи и логичные цели. Но когда безумие начало постепенно захватывать его разум и методы осуществления целей ожесточились, семейство Блэков отступило в тень. Но не Регулус. Растущий на рассказах о великом волшебнике, он во всем старался подражать Лорду, прилежно учился, достигая все больших вершин в магии. — Поэтому я нисколько не удивилась, когда мой сын в 16 лет признался в глубочайшей симпатии к Марволо и последовал за ним, становясь Пожирателем Смерти, — ведьма тяжело вздохнула, в глазах промелькнула горечь. — Стоит ли говорить, что увидев безумие Темного Лорда воочию, его сердце разбилось? Но Регулус не остановился. Он начал что-то искать, днями и ночами не спал, проводя все свободное время в библиотеке поместья, надолго пропадал, возвращаясь домой без сил. В один из таких дней он сказал матери, что вернет Лорда к его былому, настоящему величию, даже если это будет стоить ему жизни. — Мои сыновья всегда отличались выдающимся упрямством, — губы Вальбурги тронула едва заметная, тоскливая улыбка. — Регулус хотел видеть перед собой великого волшебника, быть его партнером и стоять подле него с гордостью. Конец этой трагедии, я полагаю, ты знаешь. — Он был влюблен в Темного Лорда?.. — Гарри озвучил внезапную догадку не успев остановить себя. — Хм… Любовь может быть одержимой. Возможно… — Вальбурга отвернулась, показывая, что разговор окончен. Гарри забыл о том, что изначально спрашивал совсем не про Регулуса. Но это уже не имело значения. Он шел по той же самой дороге, что и младший Блэк когда-то. Значит у него все больше шансов осуществить задуманное. Брюнет отвернулся от портрета и направился на кухню к Гермионе. После этого вечера Леди Блэк всегда пребывала в задумчивости и почти никогда не позволяла себе кричать и сквернословить.