Бессмертное небо

В его планы совершенно не входило идти туда, где через пару дней должны оказаться Синьора и Чайлд. Если ей придёт в голову вмешаться в планы Фатуи, то это неизменно вызовет конфликт.  Люмин что-то объясняла, но Скарамучча едва ли слушал. Ему совершенно не было интересно то, что собирается делать Люмин. Главное, что если она решит возомнить себя героиней, то тогда Фатуи не станут закрывать глаза и сделают всё, чтобы она понесла должное наказание.  «А если она так важна Царице, то не факт, что наказание будет действительно должным». — Ты слушаешь меня? — Люмин сузила глаза и с презрением взглянула на Предвестника, — Что, уже строишь планы о том, как переманить меня на вашу сторону? — Пф, — он едва сдержал смех, — Нет. Идём. — Почему ты такой равнодушный? Мне кажется, что если мир прямо на твоих глазах начнёт рушиться, то ты просто фыркнешь и отвернёшься, — выпалила Люмин. — Так и есть, — без обиняков ответил тот, но не сдержал удивления во взгляде. Направляясь к выходу из города, Сказитель шёл впереди и о чём-то говорил с одним из подчинённых. Они, кажется, спорили о дальнейших действиях. Правда Люмин никак не могла разобрать, что именно они обсуждали. Суета раннего Мондаштдта никогда не была настолько сильной. Люди вокруг чуть было не тыкали в них пальцем, а Люмин, лишь потупив взгляд, смотрела на людей в ответ. Реакция Мондштадтцев не была удивительной, ведь встретить на улицах города свободно расхаживающих Фатуи, да ещё и Предвестника… довольно редкий случай. — Люмин! — выкрикнула Мона, чуть не сбивая подругу с ног, — Я знала, что ты собираешься уходить, но так скоро?  — Прости… я хотела попрощаться, но думаю, что ты сама понимаешь, — виновато опустив взгляд, Люмин хотела хоть как-то оправдаться, но Моне, кажется, было всё предельно ясно. — Будь осторожна, ладно? Они… Он… не самый лучший человек. Я не могу предсказать тебе судьбу, но могу сказать, что не стоит слепо верить собственным желаниям, — девушка говорила тихо. Так, чтобы никто, кроме Люмин не слышал её, — Прощаться не будем, — хихикнула она, — Нам предстоит ещё множество встреч. — Спасибо, дорогая, — чуть помявшись на месте, Люмин всё же взглянула на подругу, — Тогда… до встречи? — До встречи. Мона тут же убежала, больше ничего не сказав и даже не обернувшись. В её словах слышалось некое беспокойство, но никак не осуждение… За что Люмин была ей очень благодарна. Всё таки портить отношения с теми, кто помогал, да и вообще стал другом за такое короткое время, совершенно не хотелось.  Сказитель исподлобья взглянул на убегающую девушку, а затем издал какое-то неоднозначное «хм».  — Ты идёшь или нет? — едва ли радостно произнёс он, — Давай быстрее. — Архонты, почему ты такой…  Напоследок взглянув на Мондштадтские улочки, Люмин мысленно с ними попрощалась. Со всеми, кто повстречался ей здесь. И с самим городом тоже. Пусть Мона и говорит, что им суждено встретиться, но Люмин не могла быть до конца уверенной в этом. И примут ли её здесь, после того, как видели её в сопровождении Фатуи?  Размышления затягивали Люмин в самые глубины мимолётных воспоминаний о прошлом. Она не сразу заметила, как пересекла границы города и как всё это время шла со Сказителем бок о бок. Рядом с ними не было никаких сопровождающих, но зачем Скарамучче понадобилось это? Люмин ещё не успела над этим подумать. Да и не хотелось, если быть до конца честной. За размышлениями, она осознала, что ей глубоко плевать на саму себя. Она глупо жертвовала собой, чтобы спасти Двалина. В тот момент она даже не задумывалась над последствиями. Если всё то, что она думает о брате… окажется правдой, то какой ей смысл существовать?  Люмин помнила. Помнила, пусть и смутно, то, как они путешествовали по мирам. Искали в них дом, всякий раз спасая миры от жестокой участи. Какой бы не являлась цель её брата… разве она стоит стольких жизней? Её мучали видения, странные сны, где она отказывала брату в том, чтобы продолжать идти с ним бок о бок. Но почему? Что сподвигло её на отказ? И почему… Итэр был с ней в конце?  — Скарамучча? — О, ты решила заметить хоть что-то, кроме земли под ногами? — Не язви. Ты обещал, что расскажешь мне о Бездне… — Я не обещал, — хмыкнул он, — Но что именно ты хочешь услышать? Я не знаю о твоём брате практически ничего. — Но знаешь. — Да, — признал он, — Со слов Капитано. Он был знаком с твоим братом тогда, когда пала Каэнри’ах. Я в целом, не могу быть уверенным в том, что он говорит об… Итэре? — Да. — Я случайно услышал этот разговор, но меня он не заинтересовал. Помню, что он обсуждал с Царицей то, что один его друг помогал остановить бедствие Каэнри’ах. А сейчас он примкнул к Бездне. — Ясно. Спасибо. Да, совершенно не то, что хотелось бы услышать. — Он упоминал имя твоего брата несколько раз, но я не тот, кто любит слушать истории.  — Но что ты ещё знаешь о Бездне? Я слышала, как во сне ты говоришь… — Даже Бездна отвергает тебя? Я не знаю откуда это взялось. В тот день, когда я нашёл тебя… Я был в Бездне. Она вытолкнула меня из себя прямиком в Мондштадт. Я слышал эти слова, пока находился без сознания, — честно ответил он, — Если тебе интересно знать, что именно она из себя представляет, то не думаю, что смогу тебя удивить. Бездна отличается от всего, что ты когда-либо видела. В ней время течёт иначе. Может казаться, что прошло несколько лет, но для Тейвата… это сравнимо с неделей.  — Там много… ну монстров? Ловушек? — Достаточно, чтобы не выйти от туда живым. Но это далеко не самое ужасное, что там есть. Сама Бездна не хочет, чтобы в ней находились. У многих появляются галлюцинации, видения, всплывают их страхи. Мало кто возвращается из неё в прежнем состоянии… Если возвращается вообще. Бездна не порождает в тебе что-то новое. Она копается в твоём сознании, достаёт наружу твои страдания, твою боль. Ненавижу признавать это, но люди без Глаза Бога, — он почти выплюнул эти слова, — Не в состоянии противиться этому влиянию.  Скарамучча говорил монотонно. Как если бы его совершенно не волновало то, что там происходит. Чувствовалось, как само упоминание о Бездне вызывает в нём абсолютное равнодушие. Если пару минут назад он мог язвить, то сейчас, кажется, его невозмутимость потревожит разве что взявшийся из ниоткуда Архонт.  Люмин слушала. Она ничего не говорила, только с ужасом осознавая, что помнит всё это. Помнит, как ей хотелось просто уйти.  Сбежать из пропитанного тьмой места. Но в голове не мелькнуло ни одной картинки, ни одного воспоминания. Только физически она ощущала то, что Сказитель говорит правду.  — Что такое скверна? Она связана с Бездной?  — Не напрямую, но связана. Скверна пришла в Тейват очень давно. У неё есть источник, но никто не знает, где он находится. Скверна поражает артерии земли, включая само их начало, — его голос дрогнул, когда речь зашла о скверне, — С ней никто не может бороться, но Бездна смогла подчинить её часть себе, — выдохнул и взглянул на свои руки так, словно они были его злейшим врагом, — Что касается того… что она из себя представляет? Смерть. Смерть для всех миров, для всего живого. Все, кто был заражён ею со временем сходили с ума. Если везло, то они просто умирали. — Смерть — это везение? — удивлённо спросила Люмин. — Этом случае… определённо. — Спасибо, что рассказал. — Прекрати меня благодарить, — Сказитель цокнул и закатил глаза, — У нас просто был уговор. — И всё же… ты мог просто уйти, — Люмин неоднозначно хихикнула, — Просто следить за мной или отправить кого-то из подчинённых. Но ты предпочёл составить мне компанию, рассказать обо всём, что знаешь.  — Ты настолько глупая? Или с первого раза не расслышала причину? — выпалил Скарамучча прежде, чем подумал, — Будешь слишком много говорить и я скину тебя с обрыва. — Почему ты такой? Скажи, что я успела сделать? Если ты действительно считаешь лучшим вариантом идти со мной, а не следить… То почему бы просто не вести себя нормально?  — Замолчи. Невыносимый. Они ведь даже половину пути не прошли, а Люмин уже хотелось заткнуть ему рот, лишь бы тот даже не думал язвить. Вот чем она думала, когда соглашалась? Откуда взяла глупая надежда на то, что он не настолько сложный человек, как кажется?  Конечно, у всех есть причины для тех или иных действий, но обычно люди стараются хоть как-то предупредить. Скарамучча же… просто молчит. Если он открыл рот и начал говорить, то это значит, что его действительно интересует вопрос. В любом другом случае он просто напоминает собеседнику о слабых умственных способностях, цокает, закатывает глаза и просит заткнуться. Она слышала его диалог с подчинённым, пусть и не очень хорошо, но достаточно, чтобы понять, что он относится так ко всем людям.  А ещё его отношение к ней меняется слишком резко. И она помнит о том, что он действительно пытался ей помочь. Чем же руководствуется этот Предвестник? Какое из его действий было правдивым, а какое было лишь частью хитровыдуманного плана?

***

Прохладный ветер сопровождал их на протяжении всего пути. До Ли Юэ идти около дня, а значит, что ночевать им придётся прямиком под открытым небом. Это и пугало. Люмин не доверяла ему, даже несмотря на то, что он спас её несколько раз. Что если ему неожиданно отдали приказ о том, чтобы убить её? Или, быть может, силой притащить к Фатуи? А ещё он уже пятый час без остановки поглядывает на неё так, словно она его добыча. Действительно голодный взгляд, как если бы он был волком, только выбравшимся из капкана. Злой, холодный взгляд.  Она не могла осмелиться и сказать, что устала. Быть может, он и кукла, тело которой способно выдерживать длительную ходьбу… Но она-то нет. К тому же, она ещё не восстановила силы, которые зачастую помогали ей в таких длительных походах. И отсутствие этих сил… ещё больше пугало. Люмин знала, что не сможет постоять за себя, даже если на неё нападёт обычный маг Бездны. Что уж говорить о Предвестнике Фатуи. Он только кажется хрупкой куколкой. Люмин чувствовала, что наделе он может представлять огромную опасность.  Так тянулись ещё полтора часа. Девушка устало вздыхала, но он, кажется, вообще не обращал внимание на то, что она устала. — Мне нужно отдохнуть, — наконец сказала она, — И вообще, перекусить тоже не помешает. — А я думал, что ты так и не скажешь, — он рассмеялся, — Уже почти смогла надавить мне на жалость.  — Даже не думала, — Люмин фыркнула, — Просто действительно очень устала ходить. Лучше помоги разбить лагерь, прежде чем начнёшь язвить. На удивление Люмин Сказитель даже не стал паясничать. Молча пошёл искать подходящее для лагеря места, а через пару минут уже позвал Люмин. Достав из бескрайнего инвентаря палатку, они безмолвно собрали её. Ну, почти безмолвно. Недовольное выражение лица Сказителя было красноречивей, чем любые слова.  — Почему мы одни? — девушка села на небольшой ствол дерева и решила попытаться поговорить, — У тебя что, какие-то планы на меня? — Потому что не люблю ходить в чьём-то сопровождении. А почти все Фатуи — нытики. Боюсь, что так убью кого-нибудь и получу выговор. — Буду иметь ввиду. — А ты, смотрю, не сильно против? — парень изобразил нездоровую ухмылку. — Чего? Твоих планов на меня или твоей компании?  — То есть всё таки считаешь, что у меня есть какие-то планы на тебя, но всё равно предпочла мою компанию?  Глаза Сказителя почти безумно пылали. Люмин едва могла понять, чего он добивается этим. Его голос звучал издевательски-мелодично.  — Я пошутила, Скар, — не найдясь с ответом сказала Люмин, — Даже не думай, что позволю тебе убить меня или что ты там ещё мог придумать? — Пхахаха! Убить? Вот уж не думал, что ты настолько плохого мнения обо мне. — Будто тебе есть дело до того, какого я о тебе мнения, — повторив его тон ответила она. — Речь не об этом.  Девушка пожала плечами. В очередной раз любое желание продолжать диалог сошло на нет. Ну и ладно. Будет больше времени поразмышлять над тем, что она вообще планирует делать. Скарамучча никогда не был любителем разговоров, но в этот раз его почти удалось разговорить. Удивительно… даже для него самого. Конечно, в итоге всё сложилось так, как он обычно предпочитает: человек сам отказывается от желания вести с ним диалог.  А ещё он понимал, что Люмин совершенно не дура. Она знает, что он не просто так отказался от сопровождения (пусть сказанное им и было правдой, но только частично). Но она всё ещё даже не попыталась уйти. Несмотря на то, что он чётко дал понять, что ему совершенно без разницы. У неё всегда был выбор, а ему совершенно нет никакого дела.  Ну… почти никакого. Всё таки ему действительно не хочется тратить время на слежку за ней. А сейчас это даже не будет иметь никакого смысла. Если она уйдёт, то всё равно будет знать, что он где-то рядом. А если не он, то кто-то другой. …и ему нравилось наблюдать за ней. За её задумчивым взглядом, за тем, как она жестикулирует во время рассказов. Нравилось слышать её сбитое от усталости дыхание. Даже сейчас он безмолвно наблюдал за тем, как она насаживает грибы на шпажку, чтобы пожарить их на костре.  «Грёбанное сердце» — всякий раз думал он. Его взгляд менялся на более безразличный, безумный. Он знал это. Подавлял в себе любое чувство, оставляя только нездоровое желание. Конечно… он постарается не причинить ей никакого вреда. Рано или поздно Люмин, словно добыча, сама попадёт в ловушку. Главное, чтобы это произошло не слишком рано. Во-первых так интересней; во-вторых ему нельзя портить с ней отношения окончательно; в-третьих он всё равно боится, что на него это окажет влияние.  — Есть будешь? — не оборачиваясь спросила Люмин, — И хватит сверлить меня взглядом.  — Нет. Мне не нужна еда, — безразлично ответил он, — Ешь и ложись спать. Завтра нам предстоит ещё более длинный путь. — Сон тебе тоже не нужен? — Не нужен. Только давай без истерик, прошу. Я не нанимался в психологи, чтобы каждый раз выслушивать тебя и успокаивать. — Только давай ты не будешь язвить? Нет, правда, тебе самому от себя не противно?  — Противно? С чего бы? Ни один человек… не достоин того, чтобы к нему снисходительно относились, — хмыкнул он, — К тебе я отношусь приемлемо, вот уж поверь на слово. — Оо, спасибо, уважаемый Предвестник! Какой там по номеру? Шестой? — девушка рассмеялась, — Спасибо, что снизошли до человеческого уровня, господин Сказитель. Моя жизнь приобрела совершенно другие краски. Прыснув в кулак, Скарамучча едва удержался от рвущегося наружу хохота. Несмотря на то, что это звучит донельзя глупо… Люмин произнесла это в таком тоне, что тяжело не счесть это за хорошую шутку. — Доброй ночи, — дожевывая грибной шашлычок произнесла Люмин, — Постарайся не убить меня. — Постарайся не сходить с ума из-за своих снов. На плохое проявление заботы Люмин предпочла не отвечать. Всё таки в её планы тоже не входит портить с ним отношения. Скарамучча хорошо знаком с этим миром, довольно умён и, кажется, вполне силён. В конце концов… компания в длительных путешествиях — никогда не была лишней.  Люмин уснула быстро. Они успели договориться о раннем подъёме, чтобы прийти в Ли Юэ не поздним вечером, а хотя бы к глубокому дню. А после всего, что случилось с ней за последние несколько дней, она действительно не успевала отдохнуть. 

***

Сидя у тлеющего костра, Сказитель читал какую-то книгу, которую нашёл в недрах своего инвентаря. Обычно ему действительно не нужен был сон, но со скуки он был готов уснуть даже в стоячем положении. А читать он любил, так что книга с довольно неплохим содержанием стала отличной спутницей на ночь. Он бы и рад был провести ночь за чтением, но шелест травы оторвал его от любимого занятия. — Выходи уже, — он хмыкнул и взглянул в сторону шума. — Хехе, — произнёс незнакомец. Из небольшого леса вышел юноша с бутылкой вина в одной руке, и маленьким котёнком в другой.  — Извини, не хотел тебя потревожить, — улыбнулся юноша, — Просто гулял и наткнулся на котёнка, который застрял на дереве. — Ясно, — фыркнул Сказитель, — Анемо Архонт, собственной персоной.  — Да, приятно познакомиться, уважаемый Предвестник, — его голос звучал совершенно спокойно, словно Фатуи не забрали его гнозис несколько дней назад, — Решил стать спутником Люмин? — Увы, — он пожал плечами, — пришлось. Иди куда шёл, не мозоль глаза. «Никакого уважения к Архонтам», — мысленно рассмеялся Венти. — Быть может, я сюда и шёл.  — О, ну и зачем? Хочешь предупредить её о том, что с Фатуи лучше не связываться? — Боюсь, что она сама об этом знает. Но я же Анемо Архонт, а она спасла моего друга и мой город. Думаешь, правильно ли будет даже не поблагодарить её? — Не ты ли отблагодарил её тем, что наделил её силой своей стихии? — Сказитель вопросительно выгнул бровь и задумался. Действительно, он же не видел у неё Глаза Бога, но чётко ощущал в ней элементальную силу. — Архонты никак не влияют на выдачу Глаза Бога, — он пожал плечами, — И мне самому интересно то, как она смогла обрести силу элементов. — Интересно. — Думаю, что ей самой интересно, — улыбнулся Венти, — Раз уж она спит, то передай ей вот это, — он протянул небольшой золотистый ключ, с белыми перьями сбоку, — Можешь не сообщать, что это от меня. Быть может, если она посчитает, что это твой подарок, то ваши отношения сложатся куда лучше, чем суждено. Сказителю потребовалось несколько секунд прежде, чем понять, что он только что услышал. Когда он собирался спросить Венти об этом… его уже нигде не было. Рядом со Сказителем лежал ключ, а порыве ветра послышалось тихое «хехе».  — Странный, — на выдохе произнес он, — Хоть бы сказал о том, что это вообще за ключ.  Оставшиеся пару часов Скарамучча всё же решил вздремнуть. Кажется, в округе всё равно нет монстров. Да и он уверен, что кто-то из Агентов Фатуи всё равно увязался за ними.  Есть много слов о любви, Есть много баллад и историй. Печально… Багровая кровь, На самых пышных застольях. Кровавый цветок мозолил твой взгляд, Небрежно упав под ноги. Вдали стоит верный твой друг, Кричит, умоляет… Безвольно. Ты горд, ты одинок. Неизвестны тебе и нотки эмоций. Кричишь о свободе, когда все дозволен, А подле тебя умирает твой друг.  У него нет и шанса одолеть саму смерть, Принимаешь удар на себя. Страдаешь, болеешь, жалеешь. А завтра уже… Не будет тебя. Есть много слов о любви, Есть много баллад и историй. Печально… Сегодня, на кровавом застолье, Поведали мне балладу о боли. Сказитель словно облитый холодной водой, подскочил, тяжело задышав. Венти, чёрт его бы побрал. — Блядь, что за бред вы все несёте? — сорвалось с его уст. Почему ему вечно кто-то напоминает о боли, о страхе… Какое всем дело до того, что послужило причиной ненависти к этому миру? Зачем все лезут в его жизнь?  — Почему, блядь, нельзя просто дать мне жить так, как я хочу? Изначально он был создан марионеткой Архонта. Безвольной, бессердечной куклой. — Неужели считаете, что я хоть когда-нибудь изменю своё мнение?! — он почти истерически смеялся, кричал куда-то в небо. И Люмин проснулась. Она мгновенно среагировала, почти выбегая из палатки, тут же подбежала к Скарамучче. — Эй, Скара..? — Уйди. — Нельзя так, — она села рядом, — Если тебе плохо, то скажи.  Скарамучча ничего не ответил. Он продолжал смотреть в небо, совершенно ненормально смеясь. Люмин видела, как меркнет его аура. Становится серой, пустой. Такое бывает, когда кто-то совсем не справляются с собой и своими чувствами, эмоциями.  — Слышишь? Я не знаю… И, быть может, никогда не узнаю, что с тобой произошло. Но прошу, не поддавайся этому. Оно убьёт тебя, ты ведь знаешь это… — она сидела рядом, осторожно сжав его ладонь, — Твоё сердце… оно не настоящее. Подобно Бездне, оно будет заставлять тебя чувствовать всё то, что ты хочешь скрыть. Не поддавайся.  — Да что ты можешь знать…  — Достаточно, чтобы быть уверенной в своих словах. Ты уже должен был догадаться, что заставляет тебя так сильно меняться. Я тоже сосуд для этой силы, но моя родная сила… делает всё, чтобы подавить её, — призналась она, — Я поняла это буквально сегодня. «Поток» в твоей груди, — она томно вздохнула, — Некому подавлять. Нечему. Потому просто верь мне, слушай меня хотя бы сейчас, ладно?  Сказитель едва ли слушал её. Точнее слушал, но совершенно не понимал, что она говорит. Он чувствовал, как её тёплые руки касаются его груди, а затем по всему телу проходится тысяча покалывающих мурашек. Ему почти мгновенно стало легче, ноющая боль и путаница в голове тут же пропала. Вздохнул. Руки Люмин всё так же лежали на его груди и от них исходил слабый свет. Он словно впитывался в само его существо, распространяясь по искусственным венам. Скарамучча не мог шевелиться, но и не хотел. Впервые за долгое время он ощутил спокойствие, облегчение. — Вот так… — произнесла Люмин, убирая руки, — Тебе бы избавиться от своего сердца, — заключила она, — Знаю, что это слишком глупо звучит, но без него… тебе будет легче. — Я знаю, — прошептал он, — Но что ты сделала? Почему… почему я больше не чувствую его? — Связала наши силы, — она сказала это так беззаботно, словно делает так каждый день, — С нынешними остатками сил, я не могу сделать большего. Вполне возможно, что нас наделил разными видами Селестиального потока, но с твоим было сложнее совладать.  — Связала что..? — Мои и твои силы. Пока я не потеряла их окончательно… Они смогут держать силы ваших Богов. Не полностью, но тебе будет проще, обещаю, — Люмин коснулась его плеча, — Если тебя интересует причина, то прости, но у меня нет ответа на этот вопрос. Я не хочу, чтобы кто-то страдал. Быть может, именно поэтому.  —…спасибо. Люмин беззаботно улыбнулась и ушла в сторону палатки. Всё же… уже утро. Нужно собираться и идти дальше.