Драблы_из_сундучка

— Милый, а ты ничего не хочешь мне рассказать? Вилка замирает над куском стейка, не достигнув своей цели, а брошенная будто бы между делом фраза заставляет Кристофера напрячься. Вообще у него от любимого мужа секретов нет, но прозвучавший вопрос заставляет начать лихорадочно перебирать воспоминания. Однако ничего. Пусто. Крис поднимает глаза на Феликса, разглядывая безмятежное лицо, в надежде отыскать там хоть какую-то зацепку, чтобы понять причину разговора, но тщетно. Тот даже выглядит более заинтересованным едой в своей тарелке, чем вообще в ответе: отрезает очередной кусок мяса и отправляет его в рот, тщательно пережевывая. Пока у Криса холодок бежит по спине от напряжения, Феликс откладывает приборы, промокает губы салфеткой, а после делает глоток вина, довольно щурясь. И Чан почти готов всё списать на слуховую галлюцинацию, пока муж не поднимает на него пытливый взгляд. — Так что? — Вроде нет? — Вроде? — Точно нет, — поспешно уверяет Чан, продолжая перерывать недра своей памяти: вроде все подарки он подарил (на сегодняшнюю годовщину — так точно), поводов больше не предвиделось, а компромата — не имелось. Ему нечего скрывать — Чан чувствует себя увереннее, расправляя плечи. — А почему ты спрашиваешь? — Да вот нашел одну интересную штучку в гараже… — Феликс катает в пальцах ножку бокала, разглядывая на просвет рубиновое вино, пока Чан нервно сглатывает, получая зацепку. И чувствует, как внутренности сковывает холодом. — Это не то что ты думаешь, — Крис стискивает столовые приборы, пытаясь скрыть дрожь в пальцах. Хочется открыть окно в столовой и расстегнуть пару пуговиц на рубашке, потому что воздуха внезапно перестает хватать. — А что я думаю? — Феликс переводит заинтересованный взгляд на старшего. Отставляет бокал, складывая руки на стол, и слегка подается вперёд, пытливо щурясь. — Я… — Крис неравно сглатывает, судорожно соображая над ответом. — Меня попросили его придержать. Да. Чанбин попросил его пока подержать у себя, вот. И я согласился. Но забегался и забыл рассказать… — Чанбин? — Феликс выгибает бровь. — Попросил придержать «его»? — А ты… — а Чану становится дурно. Вдруг он ошибся? — А ты разве не про мотоциклетный шлем? — Про него, — кивает Феликс. — Но вроде у Чанбина есть свой гараж. — Он не хотел расспросов от Сынмина, — Чан продолжает врать, мысленно прося прощения у друга. — Он ну… Ну ты знаешь, как Ким смотрит на все эти экстремальные увлечения, — старший делает глоток воды из бокала, ловя согласный кивок мужа, и продолжает. — Ну вот он и попросил… — Так Бин собирается купить мотоцикл? — Нет! — Чан всё же расстёгивает ворот. — Наверное. Не знаю, — ловит скептичный взгляд мужа и старается как можно незаметнее вытереть вспотевшие ладони о брюки. — Может просто купил шлем. Импульсивные покупки такие непредсказуемые. — Да уж, — Феликс хмыкает. — Ну ладно. Попросил и попросил. — Только ничего не говори Сынмину, — поспешно тараторит Чан. — Бин просил держать язык за зубами. — Хорошо, — фыркает Ли, поднимаясь из-за стола. — Это ваши секреты. Приближается покачивая бёдрами, и не сводит пристального взгляда, в котором больше нет изначальной подозрительности, только томная игривость, лишающая рассудка. Феликс замирает рядом, опираясь рукой о стол, и слегка подается вперёд, пробегая языком по пухлым губам. У Чана дыхание перехватывает, когда Ли цепляет его подбородок прохладными пальцами, приподнимая. — Вдобавок тратить вечер нашей годовщины на разговоры мне не очень хочется. И если ты закончил, — кивает на тарелку старшего, — то думаю пора перейти к десерту. Что скажешь? Крис прекрасно понимает намёки (особенно те, что сказаны таким томным голосом), а потому быстро поднимается со стула, замирая перед мужем. Вжимает бёдра Феликса в край столешницы, ставя руки по обе стороны. Выдыхает в чужие губы. — Что это звучит замечательно.

***

Выбираться с утра из мягкой кровати и жарких объятий, не потревожив сон мужа, казалось Чану непосильной задачей, но он справился. Впрочем, от пары лёгких поцелуев в оголённое плечо и висок любимого не удержался, получив в ответ сонное мурлыканье, плямканье губами и поворот на другой бок, с целью досматривать сны, и вызывая при этом у старшего приступ неконтролируемого умиления. И Чан готов провести за наблюдением хоть всё утро, но это у Феликса отпуск, а ему нужно закончить пару дел на работе, чтобы к нему законно присоединиться. Кристофер умывается, завтракает и достаёт из холодильника заранее собранные контейнеры с обедом, на крышках которых красуются стикеры с признаниями в любви и пожеланиями хорошего дня, и грудь распирает от переполняющей нежности: Феликс всегда очень заботлив и внимателен… Внимателен… В голове всплывает вчерашний разговор про шлем, вновь порождая лёгкую панику: не будет лишним предупредить Чанбина о произошедшем и попросить подыграть. Про Сынмина можно не беспокоится — Феликс действительно не расскажет. А вот сознаваться в том, что шлем всё-таки его от чего-то оказывается сложным… Конечно, с Феликсом можно было поговорить открыто, но какое-то внутреннее опасение старшего, что муж решит будто у него начался кризис среднего возраста, заставляло почувствовать себя неловко. Да, им с Феликсом уже за тридцать, но это ведь не оно, правда?..

***

Вечером Чан покидает офисное здание уставшим, но довольным: он успел разделаться со всеми задачами, провести совещание, распределить обязанности между подчинёнными и теперь может со спокойной душой уйти в законный отпуск, который начался уже пять минут как. И всё было бы совсем хорошо, если бы он мысленно не возвращался ко вчерашнему разговору о шлеме, хотя сам Феликс эту тему в сообщениях не поднимал. Только отписал, что в обед уедет к брату и не сможет сразу ему отвечать. И вроде всё было как всегда, но зудящее чувство под кожей… Крис легко встряхивает головой, отгоняя навязчивые мысли, а когда поднимает свой взгляд… … застывает столбом. В паре метров от него, облокотившись на блестящий черный мотоцикл, стоял Феликс. И Крис не может сказать, что поразило его больше: сам байк или внешний вида мужа. Потому что таким он видел его впервые: кожаные штаны, заправленные в высокие массивные ботинки, облегали стройные бёдра, а расстёгнутая куртка демонстрировала разлёт ключиц с соблазнительной ямочкой между ними. Отросшие волосы были собраны в неряшливый хвостик с парой выбившихся прядок, а в руках младший держал тот самый шлем… Губы Феликса изогнулись в соблазнительной ухмылке. — Не хочешь покататься, красавчик? — Ли игриво подмигивает, явно наслаждаясь устроенным представлением. Крис смаргивает оцепенение, подходя ближе. Сердце колотится как бешенное, а взгляд постоянно блуждает по Феликсу, шлему и мотоциклу, не зная на чем остановиться. — Ты… — Чан всё же фиксирует внимание на возлюбленном. — Ты серьёзно? — Более чем, — Феликс протягивает шлем старшему и тот на автомате стискивает его. — И это ведь, твоё да? — Крис чувствует, как кончики ушей начинает печь, но больше не отнекивается и осторожно кивает, ловя хитрую улыбку. — Ты думал, что я не замечу с каким интересом ты листал каталоги мотоциклов, когда мы заходили в гости к Чонину? — теперь краска заливает еще и щеки старшего, а муж продолжает. — Или не найду те самые каталоги в нашем гараже? — фыркает. — Они ведь лежали сразу же под шлемом. — Я волновался, что ты всё не так поймешь, — бубнит Чан, стискивая шлем. — Решишь, что это плохая идея и у меня наступил кризис или что-то в этом роде. Феликс заливисто смеётся. — По такой логике у меня кризис наступил едва мне стукнуло восемнадцать. — Восемнадцать? — глаза Чана округляются. — Так это твой? — Мой, — кивает Ли, хлопая по сидению. — Стоял в гараже. Но он в полном порядке и на ходу — Минхо следит за этим. Поэтому, чем сейчас тратится на покупку нового, я предлагаю тебе опробовать свой и под моим присмотром, а потом уже принимать решение, как быть дальше. Что скажешь? — Что я еще немного в шоке, но это вау, — Чан всё еще не верит своим глазам, хотя оба красавца (и муж, и байк) сейчас перед ним. — А почему ты не рассказывал мне об этом? — Ну к тому моменту как мы начали встречаться, мне было уже не до него, — Ли прижимается к Чану, забрасывая руки старшему на плечи. Трётся носом о чужую щеку, приближаясь к уху. — И у тебя была слишком крутая тачка, — шепчет. — И удобная. Мне больше нравился её салон, знаешь. Особенно крыша. Крис неловко хихикает, пряча нос в шее мужа. Его способность к тонким намёкам — это что-то с чем-то. — Ты просто невероятен, знаешь? — Знаю, — весело улыбается Феликс, звонко чмокая Криса в щеку. Выпутывается из объятий, грозя пальцем. — И ты еще не в шлеме, милый. Такую технику безопасности я не приму. Крис широко улыбается, застёгивая ремешок под подбородком, и усаживается позади Феликса, оплетая руками талию. — Держись крепче, красавчик, — Ли легонько бодает чужой шлем своим и байк срывается с места, заставляя Криса плотнее прижаться к спине мужа и счастливо рассмеяться.