Война 2х миров

Зонтопци вернулись в государство. Зонтик, едва переступив порог, приказала Алебарду созвать Министров для отчета о состоянии Зонтопии. – Разруха, Зонтик. Много зданий в руинах, запасы продовольствия уничтожены, и раненых – не счесть, – подытожили Министры свой доклад, склонив головы. Зонтик устало потерла виски. – Сколько времени потребуется на восстановление? – спросила она, ища опору в Алебарде. Первый Министр, все еще не готовый отпускать её ни на шаг, держал девушку у себя на коленях. – Уже почти месяц, а с продовольствием все хуже и хуже. Придется у других государств помощи просить, – с тяжелым вздохом произнес министр продовольствия. Зонтик лишь устало потерла лицо. – Вот тебе и день рождения, – едва слышно прошептала она, слегка откинувшись на грудь Алебарда. – Нужно военное положение вводить. – Вы, конечно, правы, но кое-что упустили! – парировал Алебард. — Что же я упустила? — Зонтик метнула взгляд на Алебарда, но тот лишь хранил молчание, разомкнув руки, словно освобождая ее от невидимого бремени. — Что вы собираетесь делать? — Министр здравоохранения, с лицом, искаженным тревогой, не могла скрыть своего беспокойства. — Соберите весь народ на площади! У меня есть важное заявление! — Зонтик, освободившись от поддержки Алебарда, решительно направилась к сцене, предвкушая предстоящее обращение. Спустя несколько минут вся Зонтопия была на площади. Зонтик вышла на сцену, ее лицо выражало одновременно и решимость, и глубокую печаль. Она начала речь: – Приветствую вас, жители Зонтопии… Вы меня видели только на картинах и статуях, но пришла пора встретиться, пришла пора нам познакомиться лицом к лицу! Я ваш правитель… Зонтик! – Ее голос немного дрогнул, но тут же стал тверже. От такого заявления площадь заполнилась перешептываниями. Конечно, впервые увидеть правителя вживую… да еще и при таких обстоятельствах! Зонтик подняла правую руку, жест был сильным и властным, но в глазах читалась тревога, призывая всех к тишине. После чего продолжила, голос стал более ровным, но каждое слово звучало с тяжестью: – К несчастью… сегодня в 4 часа утра, без всякого объявления войны, Пиковая империя атаковала нас. В этот момент в ее глазах мелькнула ярость, но она быстро подавила ее. – В нашем государстве вводится военное положение. Будьте готовы выйти на битву в любой момент времени, в независимости от погоды и времени суток! Голос Зонтик звучал призывно, но в нем чувствовалась и боль за свой народ. – Наше дело правое… Враг будет разбит. Победа будет за нами! – Последние слова она произнесла с невероятной уверенностью, вкладывая в них всю свою надежду и веру в победу. Зонтик закончила речь и отошла немного назад, устремив взгляд на свой народ, словно ища в их лицах подтверждение ее словам и поддержку.Неожиданно из толпы отделилась девушка. – Дорогая Зонтик, несмотря на весь этот кошмар, мы не можем забыть про твой день рождения! – звонко произнесла она, приближаясь к подруге. Толпа замерла, словно поражённая громом. Мало того, что они впервые увидели своего короля, так ещё и оказалось, что кто-то из горожан с ним знаком! И словно вишенка на торте – Зонтик никакой не король, а королева! Зонтопцы поспешили в укромные уголки за припрятанными подарками. Шок – шоком, война – войной, но день рождения любимой правительницы никто отменять не собирался. Вскоре подъехали и клоны. – Ребята? Что вы тут делаете? – удивлённо спросил Зонтик, когда клоны подошли ближе. – Вару настоял! А что тут вообще происходит? – Пик был ошарашен, увидев вокруг не только разруху, но и королюков с подарками. – У меня, между прочим, скоро тоже день рождения, если вы забыли! – буркнул валет треф, и тут на бирюзовую голову налетела Мими, а следом – и Чарли. – Зооонтааа! – воскликнули они хором, крепко обнимая именинника. – С днем рождения! Пик застыл, как громом поражённый. – У тебя…? – Да, у нас с Вару день рождения в один день! А вы обычно… Ах, неважно! Где Вару? – Зонтик не хотел раскрывать секрет клонов перед подругами, но Родеф, туз, скрывающий масть, всё же решил задать вопрос. – Зонтик, а когда в последний раз отмечался твой день рождения? – вопрос Родефа болезненным уколом вонзился в сердце трефового валета. Чаще всего клоны предавались забвению, не вспоминая о ее дне рождения, а сама Зонтик, томима скромностью, никогда не осмеливалась напомнить. Так и оставался она, год за годом, без праздника, словно ненужный аккорд в симфонии их общей жизни.