Глупые страхи

— В чем дело Юнги? Мин вздрагивает от голоса сзади. Хосок в своем привычной манере стоит операется о дверь, глядя на друга пустым не проницаемым взглядом. Таким он награждает участников группы, только когда те ошиблись на сцене во время танца, и поверьте нечего хорошего этот взгляд не сулит. — Всмысле… — слегка дрожащим голосом тянет Мин. В выходные, Чона таким увидеть можно крайне редко. Сам же Юнги видит друга таким только если где-то накосячил, но он вроде нечего не творил... В голове в хаотичном порядке проносятся события прошлых дней, но как бы он не старался нечего подходящего, за что танцор мог бы злиться на него, парень не находит. — Ты сейчас либо издеваешься либо реально идиот! — Хосок фыркает на этих словах и без приглашения проходит в чужую студию, тут же падая на кожанный диван. Юнги понимает - проебался он где то знатно, раз юноша ведет себя так. Друг никогда не позволяел себе без приглашения заходить внутрь, тем более садиться на диван. Кумомон, сиротливо лежащий на крою подлокотнике, оказывается в руках Хосока. Тот обнимает игрушку, поглядывая на рэпера, и тот действительно пугается ситуации. Как бы зол Чон не был, игрушку он не трогал никогда. Мин уже слышит, как над головой заноситься топор. — Не мучай меня Хос, - буквально умоляет парень, - скажи где проебался и все… Хосок выпрямляется глядя на юношу нечитаемым взглядом, закусывает губу и отворачивается к стене, явно стараясь подобрать слова. Тема, как понимает брюнет, будет не самая приятная. — Почему ты так резко отдалился от Чимина? Парень места не находит и не понимает где оступился, что любимый хен избегает его и не идет на контакт, хотя раньше ты позволял ему больше чем все нам. Так что повторюсь: в чем дело, Юнги? Брюнет выдыхает с некоторым облегчением, а после откидывается в кресле и отвернувшись от друга начинает работать по новой. Что, что, а это Юнги не кем не собирается обсуждать. Слова Чона чистая правда. Вокалист с маленькими ручками единственный из всей группы кто имел права касаться Юнги когда ему вздумается. Пак мог спокойно валяться на коленях старшего, мог зарываться пальцами в его волосы, мог брать его вещи и не возвращать или сидеть в студии когда старший работает. Правда мог здесь ключевое слово. Юнги честно не хотел обижать Чимина, но… Чувства, проснувшийся в старшем по отношению к младшему подкосили рэпера. Брюнет просто осознал, что Чимин для него не просто донсэн — он маленькое солнце его внутреннего мира, что живет только ради его улыбки. Блондин стал для рэпера не просто другом, а любовью и это пугает, в первую очередь, самого старшего. Юнги просто не может сказать правду поэтому старается как можно меньше пересекаться с младшим, чтобы не дать волю своим чувствам, не совершить ошибки… Но это же убивает Мина изнутри… Пак тянется к нему и нуждается в тепле Юнги, но эти чёртовы чувства, которые контролировать все сложнее, не дают брюнету возможность просто общаться с младшим. Юнги хочется присвоить мальчика себе, быть его человеком, единственным кому он будет улыбаться влюбленной улыбкой, тем кого Чимин будет обнимать не как друга, а как самое сокровенное, тем кто может целовать его и окружать безграничной любовью. — Юнги… Я все понимаю но капаться в твоих мозгах когда ты молчишь я не могу… Пожалуйста скажи что происходит… Парень же морально себя убивает, каждый день слезы и сопли «что я сделал не так?», "Почему Юнги-хен так ко мне относиться?» Ты вообще его видел? Он же истощен и морально и физически… Хосок не доволен поведением друга, и очень хочет ему помочь, однако помочь хочется и блондину, что сейчас навзрыв рыдает в комнате Тэхена. Остаётся только взывать к вышнем силам, в надежде достучаться до Юнги. Мин откладывает наушники на кресле поворачивается к другу. Несколько секунд он молчит, стараясь подобрать слова. — Хос, я не могу тебе сказать… Никому не могу… Очень хочу правда, но так будет лучше для всех, в первую очередь так будет лучше для Чимина… Рэпер тяжело выдыхает и вновь отворачивается. Ему хочется кричать и биться головой о стену… Прямо сейчас хочется послать все к чертям и со всех ног бежать к младшему, чтобы сказать ему правду, но… А что если после этого он станет ему отвратительным? Что если узнав правду Чимин сам не захочет больше разговаривать? Вдруг он просто развернется и уйдет? А если и вовсе из группы? — Знаешь Юнги, можешь думать все что хочешь, но тем не менее тебе нужно обьясниться хотя бы Чимину. Он заслуживает знать правду… Хосок тяжело вздыхает, и ждет реакции. Мин Юнги сложный, но очень хороший. Пусть он никогда не скажет это на прямую, а уж тем более не когда не покажет, но он будет это доказывать действиями, а не словами. Он будет рядом в самое трудное время, будет успокаивать когда тебе сложно, но не когда сам не попросит помощи. Как бы Мину не было тяжело ты не когда не услышишь от него «мне нужна помощь» или «посиди со мной, мне страшно». — Хос… Юнги замолкает. Хосок не тот кому теперь принадлежит сердце старшего, но и другому человеку сказать о своей влюбленности невероятно сложно. Особенно если ты всю жизнь был уверен, что тебе нравятся девушки… Опустим то момент, что на девушек он впринципе не когда не смотрел… — Я влюблен… — секундная заминка и тяжелый выдох, — Влюблен в Чимина… Хосок ошарашенно замирает. Парень думал многое, что Чимин чем то и правда задел Юнги, что Мин просто решил углубиться в работу или заинтересовался чем то другим вот и игнорирует младшего, но не то что тот втрескался в блондина. В голове Чона проносятся множество отрывков их ранов, начиная с эпизода с той злаполучной розой, и в каждом почему то только сейчас Хосок замечает взгляды Юнги на Пака, их короткие прикосновения, или тот отрывок хореографии Airplane pt.2, когда в первый раз Юнги подзавис, и ошибся на репетиции. — Стой… Всмысле?..Как?..Когда? — в голове тысяча вопрос, но некоторые из них вылетают быстрее, чем танцор успевает подумать. Юнги оперативно срабатывает, также как это было с их лидером. Он наливает воды, подходит и отдает его другу, который выпивает его залпом. Шок, вот как можно охарактеризовать его состояние. — Как… как… Думаешь я знаю? — поддразнивает Юнги, и после руками облакачивается на стол, опуская голову, — Просто в один момент захотелось его поцеловать и все… Брюнет вновь садиться в кресло, полностью окунаясь в работу, тем самым показывая что разговор окончен. Однако, перед тем как вновь напялись наушники тот разворачивается и произносит в своей привычной манере: — Скажешь ему, можешь копать себе могилу… Хосок кивает, и быстро ретируется со студий друга. Сердце колотиться как бешенное, все же Тэхен оказался прав, когда сравнил свой действия и действия Юнги. Пусть Чон и до сих пор не может в это поверить. Кому: Неугомонный Ты оказался прав, Вправляй Чимину мозги.

Кому: ТаНцОр

Хорошо)

Тэхен откладывает телефон и тоскливо смотрит на спящего друга. Тот бился в истерике примерно полчаса, успев абсолютно все вывалить на Тэхена. Мальчишка впервые влюбился. Вот так просто и страшно. И его изнутри съедает от осознание, что это парень. К пониманию того, что ориентация у него не совсем традиционная, его привел холод со стороны рэпера. Тогда то Пак и понял, что вместо того, чтобы влюбится в девушку и завести семью, опустим тот факт, что он этого не когда и не хотел, он влюбился в противного, ворчливого и грубого хена. Тэхену, если честно сейчас хочет его разбудить и оттащить к Юнги в студию, желательно запереть их там, чтобы наконец поговорили, а не вели себя как идиоты, бегая друг от друга. Однако, его останавливает состояние соулмейта. Чимин выглядит ужастно. Огромные мешки под глазами, выпирающейся скулы, худоба хуже чем во время его голодовок и пропадании в танцзале. Пак и так невысокий, но за месяц будто бы стал ещё меньше, и только косметика и актерские данные не давали army это узнать, хотя многие уже что то подозревали. Ким задумчиво посмотрел в окно, он и сам когда то боялся лишний раз посмотреть на Чонгука, после осознания своих к нему чувств. Губы сами собой растягиваются в горькой ухмылке. Он также избегал младшего, игнорировал его и не подпускал близко. Видимо такого проклятье парней Тэгу. Только ситуации разнятся тем, что Гук оказался смышленным. Понимая, что так просто Тэхен с ним не поговорит, тот целый план придумал. Он уговорил Джуна ему помочь, и когда лидер согласился, заманил Тэ в свою комнату, где Намджун их и запер. До тех пор пока Чонгук все не выяснил дверь так и не открылась. Ким ему кстати очень благодарен, неизвестно сколько бы он от него бегал, если бы тот так не поступил. Обьект его мыслей как раз появляется в комнате, неожиданно обнимая со спины. Тэхен дёргается, но поняв кто это заметно расслабляется. — Что случилось? — на грани шепота спрашивает Чон, даря старшему лёгкий поцелуй в висок. — Смотря на Чимина мне вдруг пришло в голову, что у нас была похожая ситуация… — Тэхен разворачивается в руках парня, тут же прижимаясь к нему всем телом, — Может это проклятье парней Тэгу и Пусана? — Глупости не говори, наши ситуации разные… — выдает Чонгук, — Во первых ты от меня полгода бегал, пока я тупил и искал причину в себе, а во вторых мне тогда Чимин тебя сдал, со словами: «только попробуй ему больно сделать, в катафалке в Пусан поедешь» — Но тем не менее не находишь, что и Юнги и я осознав свой чувства резко отдалились… — не унимается Ким. — Допустим… — соглашается Чон, — Но различия есть, если ты готов до последнего избегать, чтобы ничего никто не узнал, то хен, скорее всего в ближайшее время сам все расскажет… — Ты меня сейчас критикуешь? — Не в коем случае… Ким расплылся в счастливой улыбке, затягивая парня в поцелуй. Чонгук улыбается в губы старшего, крепче прижимая к себе и углубляя поцелуй. От поцелуев Чона Киму все время сносит крышу, он точно спас планету в прошлой жизни, иначе не понятно почему ему достался такой потрясающий парень. Их поцелуй в самый разгар прервал легкий стук. Синхронно они дернулись и разорвали поцелуй удивлённо косясь на дверь. — Входите… — тянет Ким. Дверь открывается и на удивление обоих за ней Юнги. По нему видно что он взволнован и… напуган? Возможно — Хен, — выпучив глаза протянул Чон, — Что то случилось? — Да, то есть нет… То есть. — Юнги мнеться у порога и явно не может сформулировать мысль, — Вообще, могу я посидеть с ним… Тэхен удивляется еще больше чем пару минут назад, но кивает, тут же уводя Чонгука за руку из комнаты, прикрывая за собой дверь. — А я говорил, что так и будет… Ай. — произносит младший за что получает по плечу кулаком. — Неважно… — отвечает Ким и утягивает парня в сторону его комнаты. Как только за парнями закрывается дверь, Юнги прислоняется к ней спиной, судорожно выдыхая. Ему сейчас страшно. Однако... Хосок прав — так продолжаться не может. Стараясь убежать от чувств он причиняет боль Паку, что словно котенок ищет поддержки и любви. Страх не куда не делся, но лучше откровенно признаться парню, чтобы он перестал себя мучить вопросами и мыслями. Пусть лучше презирает старшего, чем убивается по нему. Собрав всю волю в кулак, парень тихо подходит к кровати и присаживается на нее, осторожно, дабы не разбудить. Злость на самого себя накатывает с огромной силой, Чимин выглядит отвратительно. По виду из вокалиста будто вытащили душу, а после запихнули обратно, но не правильно, что убивает его. Сейчас младший безмятежно спи, от чего смотрится довольно уязвимо. Он сжался на кровати в маленький комочек и еле слышно, что то бормочит. Его ресницы поддрагиваются, а губы дрожат даже во сне. У Мина сжимается сердце от этой картины — Чимин плакал во сне, умоляя кого то не уходить и не бросать его. Поддавшись минутной слабости, старший тянет руку, медленно проводя по волосам, а после ниже по скулам. От прикосновений вокалист едва заметно дёргается, но глаза все так же закрыты. По хорошему будить его рэпер совсем не хочет, но неизвестно сможет ли решится рассказать позже. Придется действовать, пусть и не хочется. Мягко парень опускается и оставляет на лбу танцора нежный поцелуй. И это срабатывает. Как в замедленной съёмке он наблюдает, как со страхом открываются медовые глаза, и находя Юнги тут же распахиваются в удивлении. — Хён… — тихо зовет парень, подскакивая с места, — Ты правда здесь…? У вокалиста след от подушки на щеке, неясный взгляд и быстрое дыхание. Он совершенно не верит в то, что видит, даже трет глаза рука, в надежде прогнать галлюцинацию, но Юнги никуда не исчезает. Чимин протягивает руки и со страхом касается чужой щеки, а после ложит и вторую руку, несильно сжимая лицо. Рэпер не растворяется, как парню казалось и это вызывает приступ слез. Не контролируя себя, танцор тянет старшего, обнимая достаточно крепко за шею, а голову устраивает на его груди и мнет руками футболку. Мин опускает руки на спину Пака, осторожно поглаживая. Он проводит по плечам и зарывается в волосы, пока танцора все ещё трясёт в рыданиях. Юнги противно от себя самого. Как можно было довести Чимина до такого состояния? Он ведь сам когда то вдалбливал ему в голову, что он всегда может прийти к нему, что он всегда рядом. А по итогу он сам уничтожает парня. — Мне приснилось что я тебе отвратителен… — хнычет Пак, — Что ты больше не хочешь меня видеть… Ты говорил, что я без полезный, и я тяну группу вниз… А потом ты ушел… Из группы, сказал, что не хочешь выступать со мной… Бросил меня… Я звал, звал, но ты даже не обернулся… Чимин стихает, а Юнги хочет ударить самого себе и посильнее. Раньше младший с восторгом рассказывал, что ему снится полет на луну или свадьба Ви и Гука. Как маленький ребенок, он улыбался при рассказе, упоминая, что везде Мин рядом с ним. А сейчас, он даже во сне не может отделаться от мысли, что Юнги его бросил. — Не уходи… — шепчет Чимин, — Я стану лучше обещаю… Только не бросай меня… Я не смогу без тебя… — Я не уйду… — шепчет в ответ Юнги, и оставляет на чужой макушки новый поцелуй, — Как я уйду если люблю тебя…? Слова сами собой срывают с губ и только спустя секунду приходит понимания, что он ляпнул. Брюнет наблюдает как Чимин отнимается от него, а глаза выражают полное неверие, заглядывая в чужие лисьи. — Что ты сказал? — тихо тянет младший. Мину хочется ударить себя уже во второй раз, но он лишь закрывает глаза и, собрав крупицы решительности по закоулкам разума, отвечает: — Я люблю тебя… Это не шутка... Юнги замолкает, и, открыв глаза, ждет чужого вердикта, но танцор будто впал в кому. Он неотрывно смотри на рэпера, но как будто сквозь него. В его глаза читается полную потерянность и страх. — Хей, — произносит Юнги, — Это нечего не изменит? Слышишь? Ты все еще можешь приходить ко мне, сидеть в студии и обнимать когда вздумается… Я разберусь с этими чувствами ты не обязан отве… — Я тоже… — грубо перебивает младший. - Что тоже? - осторожно уточняет Юнги, боясь, что это не то о чем, он думает. - Я тоже тебя люблю... - тихо говорит Пак, опустив глаза, - Я... Я понял это тогда, когда ты отдалился от меня... Мне казалось, что ты понял это раньше чем я и таким образом хочешь сказать, что у нас ничего не выйдет... И то, что я тебе вовсе не интересен... Поэтому я тебе ничего не говорил, думал, что тебе на меня все равно... Мне совсем не хотелось увидеть в твоих глаза презрение... Юнги слушал быстрый и избитый монолог младшего и понимал, какие они оба идиоты. Ему вдруг вспомнилась ситуация с Тэхеном, а ведь ситуации точь в точь похожи. - Чимин... - прерывая чужую тираду, тянет парень, - Ты знаешь что мы оба идиоты? Смешок слетает с губ младшего, когда и он проводит в голове мыслительный процесс. - Знаю... - отвечает парень, - Но должен признать в какой то мере это даже не плохо.... - Это точно... Он не может обещать, что все будет идеально и они проживут всю жизнь вместе. Но сейчас целуя чужие губы, которые отвечают с таким же рвением, он готов закрыть на свой пессимизм глаза. Куда приятней от мысли, что его любят так же, как и он сам...