Оставайся допоздна

Все дружно отметили первый масштабный концерт и разбрелись по своим комнатам в небольшом отеле. Этот день вымотал, но получился просто потрясающим. Лена пошла в свою комнату и не заметила, что Таня, оказывается, увязалась следом. Таня завернула к Ленке с бутылкой. Только для них двоих. Зачем с кем-то делиться? А ещë захватила небольшой кусочек торта с общего стола и одну ложку. Стоило Лене попытаться закрыть дверь, как на пороге появился нос Таниной туфли. Апина тут же ойкнула, но дверь не открыла, смотря на девушку через щель. Не торопилась. — Эй, мадама, к тебе можно? — Иванова махнула тарелкой с куском торта и бутылкой шампанского. Лена на секунду задумалась, а затем с улыбкой открыла дверь, приглашая Таню войти. Сама уселась на край кровати, глядя на то, как Таня села рядом, опустила тарелку с тортом на прикроватную тумбу и принялась открывать бутылку. — Ты украла торт? — Лена улыбнулась и наклонилась к Тане, протягивая через неë руку, чтобы взять ложку и отломить кусочек торта. — Э! — Таня хлопнула еë по руке и глянула возмущенно. Апина посмотрела возмущенно в ответ, отвесила звонкий шлепок по Таниному бедру и сунула ложку торта себе в рот, прикрывая глаза от удовольствия. Шоколадный, с нежным кремом, который обволакивал своим вкусом. — Свинота, — Иванова хохотнула, а подушечкой большого пальца скользнула по уголку Лениной губы, смазывая крем. В следующую секунду раздался звонкий хлопок, а затем стук пробки от шампанского, которая приземлилась в другом конце комнаты. Лена даже не успела закрыть уши, лишь зажмурилась и отклонилась в сторону, чтобы пробка не прилетела ей по лбу. Таня пихнула локтем в бок и улыбнулась, глядя на милую мордашку Апиной. — Ты ещë не спать, лапуль? — Да нет. — Вот это мы сегодня устроили. Я правда заебалась. — Оно и понятно, — Апина отобрала бутылку и сделала несколько глотков. — А я ж говорила, что всë получится, а ты… — А что я? Пришла и спела с тобой даже, а потом вон… — Лена усмехнулась и кивнула головой. — Противная такая была… Ты и сейчас бываешь, но поменьше. Почти нормальная стала, — Таня усмехнулась. Лена в свою очередь тоже ответила коротким смешком, а щекой прижалась к Таниному плечу, выдыхая. — За наш успех, моя самая охуенная напарница, — Таня подняла бутылку в воздух и сделала несколько глотков, а затем передала Лене. — За наш успех, моя самая прекрасная Татьяна, — официально сказала Лена и тут же рассмеялась, а затем запила свой тост шампанским. — Господи, как повезло, что именно ты… Таня усмехнулась. В глубине души ей были очень и очень приятны Ленкины слова. Ей нравилось, что еë хвалила такая роскошная девушка. Умная, красивая и с потрясным голосом. А ещë если вспомнить первую встречу… Было приятно, что они так сдружились, стали единым целым и понимали друг друга с полуслова. Спелись. Иванова отломила кусочек торта, который тут же отправила себе в рот, а затем отломила ещë один и протянула Лене, упираясь ложкой в еë губы. Та посмотрела на неё удивленно, провела дорожку от глаз до приоткрытых губ и уперлась взглядом в её руку с ложкой. — Ну открой рот уже, — буркнула недовольно и снова ткнула ложкой прямо в губы Апиной. Лена рассмеялась, а рот послушно открыла, прожевывая небольшой кусочек и запивая его шампанским прямо из горла бутылки. Затем отдала бутылку Тане и улыбнулась, облизывая слипшиеся от сладости губы. Алкоголь уже немного играл в голове и придавал блеска глазам. Они не напивались. Лена не любила чувствовать себя пьяной, а Таню уже и не брало шампанское, она привыкла пить напитки крепче и в объемах побольше. Девушки просто наконец позволили себе немного расслабиться. — Я же говорила, что всë будет, — Иванова довольно улыбнулась, повторяясь, кивнула и сделала ещë глоток шампанского. — А я верила, Тань, поэтому я тут с тобой, — Апина улыбнулась в ответ, а руку опустила на Танино колено, которое было едва прикрыто подолом юбки. — И я рада, что именно ты тут со мной, — Таня впихнула бутылку Лене в руки, а та сделала несколько крупных глотков. — Правда, иногда ты бываешь вредной задницей, но ладно, — Лена звонко рассмеялась. — Слушай, ты, консерва! — тут же воскликнула Таня и пихнула Лену в бок. — Лапуль, чë началось-то! — Ничего-ничего, — она отмахнулась и улыбнулась. Апина поставила бутылку на пол, а сама улеглась на кровать, раскинув руки по сторонам. Таня не долго думая улеглась рядом и повернулась на бок, разглядывая лицо Лены. Кончиком указательного пальца провела по щеке, задевая светлые волосы, а затем по шее, сползая до блестящего топа. В горле пересохло, а сердце забилось так быстро. Сколько бы Таня себя не обманывала — еë всегда тянуло только к Лене. К девочке-отличнице, к порядочной блондинке, читающей книжки и стремящейся к высшему. Лена стремилась к высшему и славе, а Танька — к Лене. Она всегда ловила момент, чтобы сжать Ленину руку, коснуться лица или помочь с чем-то. Любила наносить ей макияж, когда та сама не справлялась и впадала в истерику прямо перед выступлением. Любила помогать с прической и накручивать блондинистые локоны себе на палец, когда просто сидела рядом. Любила отдавать свои сигареты, которыми ни с кем больше не делилась, кроме Ленки Апиной. Она просто любила Лену, к чему врать? — Что ты? — Лена повернулась на бок, смотря в глаза напротив. — Ничë, Ленка, — она усмехнулась и подвинулась ближе, выдыхая прямо Лене в лицо. Апина лишь улыбнулась, проскальзывая кончиками пальцев по Таниным волнистым волосам, которые наконец не были собраны ни в какую прическу, просто лежали на щеке, обрамляя красивое и каплю уставшее лицо певицы. Она прижала ладонь к еë щеке и выдохнула облегченно. Лена чувствовала сплошное счастье от всего происходящего. От карьеры, концертов, от Тани, в конце концов. — Ты меня, конечно, извини, — вдруг нарушила тишину Таня и усмехнулась, — но я тебя сейчас поцелую. После этих слов Таня тут же прижалась к Лениным губам, а та, на удивление, обхватила лицо Ивановой ладонями и притянула к себе поближе. Таня всегда давала ей несколько секунд на подумать, будь то объятия, сигарета, или как сейчас — поцелуй. Иванова на секунду отстранилась, выдыхая прямо в губы, а затем ловко села на бедра Апиной, продолжая целовать. Запустила пальцы в белокурые кудряшки и прилегла на Лену почти всем своим телом. Так, что чувствовала еë бешенное сердцебиение. Тонкие музыкальные пальчики Апиной путались в длинных темных волосах, которые были уже каплю спутаны, благодаря насыщенному дню. — Лена, — Таня неожиданно отстранилась и выдохнула в приоткрытые губы, а затем шумно сглотнула. — Что такое? — шепнула Лена и облизнула свою губу, невинно улыбаясь. — Я не помешаю? Ты же спать наверное хотела… Устала там, все дела, — брюнетка вздохнула, слезла с бедер подруги, оставаясь сидеть на кровати. Таня нервно разгладила юбку, схватила пачку сигарет с тумбы и достала одну, зажимая между губ. Чиркнула спичкой и закурила, втягивая едкий дым в свои легкие. Не смотрела на Ленку, которая сверлила её взглядом и это так отчетливо ощущалось. Апина усмехнулась несвойственному Тане стеснению. Она встала на коленки, одной рукой уперлась в кровать, а другой выхватила сигарету из Таниных пальцев и сделала затяжку. — Оставайся допоздна, — шепнула Лена, вместе с этим выдыхая дым Тане в лицо. Иванова подняла каплю потупленный взгляд на блондинку, которая как ни в чем не бывало курила. Сизый дым срывался с губ ажурными облаками, не позволяя так четко рассмотреть лица. Лена спокойно докурила и затушила сигарету о пепельницу. Последнюю затяжку нарочно выдохнула Тане в губы. Таня усмехнулась и закусила губу, рассматривая такое хитрое лицо Лены напротив. Сияющие глаза, спадающие по бокам от лица светлые кудряшки, пухлые губы, на которых всё еще остались следы яркой розовой помады. — Допоздна — допоздна, или допоздна — «допоздна»? — Таня усмехнулась, а кончиками пальцев скользнула по выпирающей ключице. — Допоздна, Тань, — на выдохе и с улыбкой сказала Лена, а в следующую секунду коснулась приоткрытых губ Ивановой. Таня скользнула языком между Лениных губ, касаясь её языка, а всем своим весом наклонилась в сторону, повалив Лену обратно на кровать. нависла сверху, а ладонями скользнула по бедрам, которые были обтянуты лосинами. Она не стеснялась делать то, что хотела. Уже наловчилась считывать Ленино настроение и реакции на то или иное действие. Апина отстранилась, смазывая поцелуй вместе с помадой по уголку Таниных губ, а сама резко села, хватаясь за топ. Иванова чуть не ругнулась, прижимая к губам ладонь в последний момент, пряча улыбку. В её глазах было крайне трудно не заметить восхищение. Таня каждый раз замирала, когда видела то, как Ленка переодевалась. Тело еë было такое аккуратное, красивое до одури. Каждый раз зависала на несколько долгих минут, любуясь такой притягательной и светлой Леной Апиной. Еë притягивало буквально всë. От внешности и голоса до мозгов и характера. Она осторожно стянула с себя топ и взглянула на Таню, которая смотрела не сводя глаз. Прошлась пальцами по пуговицам на Таниной рубашке, расстегивая одну за другой, а затем поймала края и стянула с плеч, рассматривая открывшийся вид. Тело у Тани было невероятно красивое, стройное, пары ребер можно было с легкостью пересчитать. Подушечки пальцев скользнули по груди, задевая сосок и опускаясь до пояса юбки. — Лапуль, погодь, — Таня рассмеялась, встала с кровати и поспешила стянуть с себя юбку и рубашку, которые теперь благополучно валялись на полу. Лена пользуясь моментом стянула с себя легинсы, откидывая их в сторону к своему топу. Она не успела опомниться, как Таня уже нависла сверху и принялась почти безостановочно целовать шею, постепенно опускаясь поцелуями вниз. Россыпь горячих поцелуев на грудной клетке и такая до дрожи нежная Иванова. Апина прикусила губу, обхватила ладонями Танино лицо и притянула к себе, впиваясь в сладкие губы с привкусом табака. Всё внутри так приятно трепетало от каждого касания Таниных рук и языка. — Мы никому не скажем, да ведь? — шепнула Лена прямо ей в губы, а в следующую секунду скользнула кончиком языка по нижней, выбивая у Тани шумный выдох. — Молчи, Ленка, просто… — она тяжело вздохнула и сглотнула, продолжая: — молчи. Ловкие пальцы Тани скользнули под резинку Лениного белья, выбивая с губ той шумный и нетерпеливый выдох. Она прикрыла глаза, а тонкими пальцами вцепилась в хрупкие плечи, притягивая девушку ближе к себе. От Тани пахло сигаретами, духами и лаком для волос. Лена до чертиков любила этот запах. Любила Танины ядовитые духи, которые она всегда наносила на себя в избытке. Лена вздрогнула, когда Таня едва ощутимо провела подушечками пальцев по влажной коже, а поцелуем соскочила на шею, где так быстро и беспорядочно пульсировала вена. Она целовала медленно, стараясь насладиться каждым моментом и касанием по полной. Старалась насладиться тяжелым Лениным дыханием и ощущением её тонких пальцев в своих волосах. Вновь поднялась, оставляя тягучий и горячий поцелуй на Лениных губах. Та неожиданно прикусила за губу, а затем тут же провела языком, извиняясь за содеянное. Таня отодвинулась и усмехнулась, рассматривая румянец на лице Апиной. Свободной рукой скользнула по разгоряченной щеке и ниже, опуская ладонь ей на грудь и едва сжимая пальцами. Лена почти простонала, тут же вспыхивая пуще прежнего. Она закусила губу, чтобы случайно не издать какой-нибудь звук, которого так добивалась Таня всеми своими действиями. Её пальцы доводили до исступления, до приятной дрожи по всему телу и до жара, который заполнял собой каждую клеточку. По телу словно с каждым касанием разливалась вязкая масса, склеивающая абсолютно всё воедино. В один момент Апина не выдержала, сорвалась на стон, резким движением прижала Таню к себе и уткнулась ей в плечо, прижимаясь губами к нежной коже. Задышала часто, а на лопатках ощутила теплые ладони Ивановой, которая заботливо прижимала к себе. Лена устало улыбнулась, когда ощутила несколько ласковых и нежных поцелуев на своем лбу. — Ты чудесная, Ленка, — вдруг шепнула Таня, расчувствовавшись и усмехнулась сама над собой. — Глупости перестань говорить, — Апина смущенно рассмеялась, оставила поцелуй на обнаженном плече Тани и рухнула на кровать. Иванова улеглась рядом и улыбнулась, глядя в потолок. Недолго любовалась, потому что уже через пару секунд над еë лицом появилось очаровательное лицо, обрамленное блондинистыми кудряшками. Лена принялась рассыпать поцелуи по всему Танькиному лицу, окончательно стирая остатки помады со своих губ. Тане нравилась такая расслабленная и раскрепощенная Ленка. Таня поймала одну Ленину руку за запястье и опустила себе на живот. А в глаза посмотрела внимательно и каплю хитро. Ей нравилось то, как краснели щëки Апиной и то, как по особенному начинали сиять еë глаза. Лена прикусила губу, кончиками пальцев проникла под тонкое Танино белье, ощущая под подушечками пальцев влажную и горячую кожу. Иванова обвила девушку руками и притянула ближе к себе, кончиками пальцев поглаживая обнаженные выпирающие лопатки. Таня как назло простонала прямо Лене на ухо, отчего та шумно выдохнула и наклонилась ещë ниже. Блондинка не выдержала, заткнула Таню наглым и требовательным поцелуем, на который та не могла не ответить. Пальцы осторожно касались кожи и надавливали, выбивая с Таниных губ бесстыдные стоны, которые срывались прямо Лене на ухо. — Тише, Таня! — Лена неловко рассмеялась и уткнулась носом Тане в щëку. Иванова проигнорировала, лишь вздрогнула от очередного движения музыкальных пальцев и громко простонала, не сдерживая свои эмоции ни на каплю. Она задрожала всем телом, Апину крепко сжала в своих руках и рывком прижала к себе, вынуждая лечь сверху. Таня только спустя пару минут смогла нормально дышать. Лена натянула на их обнаженные тела одеяло и легла чуть сбоку, чтобы не давить на девушку всем своим весом. Она устало выдохнула и опустила голову на хрупкое Танино плечо. Таня зарылась в белокурые кудряшки и довольно выдохнула. Поймала ладонь и переплела свои пальцы с длинными музыкальными. На секунду наклонилась ниже, так по-кошачьи кусая Лену за шею и оставляя след своих зубов на нежной коже. Она чëтко услышала стон Апиной, которая тут же стушевалась. — Ай, Тань! Дура, — Лена пихнула девушку в бок и тут же уткнула носом ей в ключицу. — Апина, а ты мне все равно дороже всех их вместе взятых, — невпопад шепнула Таня Лене на ухо и оставила поцелуй на хрящике. Лена рассмеялась и уткнулась Тане в плечо, прижимаясь к горячей коже губами. Ей нравилась эта искренность между ними. Нравилась откровенная Таня, которая ничего не скрывала и не пыталась маскировать свои эмоции. Она была настоящей. И от этого — прекрасной. — И ты мне, — тихонько прошептала Лена, а кончиками пальцев провела по руке Тани, которая обвилась вокруг талии. Таня улыбнулась, протянула руку на тумбу и взяла сигарету, которую тут же зажала во рту. Зажгла спичку и подпалила сигарету, возвращая руки на обнаженное тело Лены. Одной рукой гладила еë спину, ощупывая каждый позвонок и наслаждаясь мягкостью еë кожи. Другой рукой стряхивала пепел с сигареты в пепельницу. — Дай мне, — едва слышно шепнула Апина, но этого было достаточно, чтобы Таня услышала и поднесла сигарету прямо к еë губам. Она сделала затяжку и выдохнула дым, ощущая как глаза уже слипались от резко накатившей усталости. Танины касания успокаивали. Когда она докурила, то второй рукой обняла за талию, пряча Лену в кольце своих рук. Иванова без остановки гладила нежную кожу, а щекой прижималась к пышным кудряшкам, пряча среди них нос. Сама вскоре сдалась, прикрывая глаза и чувствуя, как Лена прижалась ещë ближе и закинула ногу и руку прямо на неë. Это вызвало глупую улыбку, с которой Таня и уснула. Утром Лена подорвалась от того, что раздался какой-то грохот, за которым последовал тихий мат. — Блять! — зашипела Таня и схватилась за затылок, которым только что ударилась о край кровати. — Тань? Ты чего? — Лена привстала и потерла сонное лицо. — Ты спи-спи ещë, — она махнула ладонью и натянула свои туфли на каблуке. — Давай, зефирка, — Иванова подошла ближе и оставила поцелуй на лбу сонной девушки. — И прости, что разбудила. — Пустяки, — отмахнулась Апина и слабо улыбнулась. Таня оставила поцелуй на губах Лены, а та так не хотела, чтобы это заканчивалось. Продлить бы этот момент касания их губ подольше. Но Таня отстранилась. А Лена улыбнулась каплю рассеянно. Иванова улыбнулась в ответ и прошла к двери, около которой задержалась ещë на пару секунд. Лена лежала на белых простынях обнаженная, одеяло сползло до ребер, оголяя аккуратную грудь. Как, черт возьми, от такой уйти? — Теряю тебя. На репе встретимся, — Иванова улыбнулась каплю грустно и махнула рукой. Ей очевидно не хотелось покидать такую сонную и разнеженную Леночку. «Теряю тебя» — Апина до чертиков не любит эту фразу в лексиконе Тани. Лена лишь коротко кивнула в ответ. Укуталась в одеяло, прикрыла обнаженную грудь и выдохнула, когда услышала то, как защëлкнулся дверной замок. В комнате пахло сигаретами и Танькиными духами. Вот бы никогда не уходила…