Он был один из нас

      Он часто мечтал, но лишь перед сном. Только в эти пару минут он мог позволить себе расслабиться и дать волю своему настоящему «я». К сожалению, даже это не длилось долго — фантазии быстро сменялись самобичеванием и воспоминаниями прошлых неудач. «Тогда надо было сказать по-другому!», «Почему я перестал общаться с этим человеком?», «Надо было послать его куда подальше, а не молчать!» — мысли терзали его за несделанные поступки. В такие моменты он заглушал их с помощью социальных сетей или просмотра видео на YouTube. Всё что угодно, лишь бы не оставаться один на один с этими навязчивыми мыслями, которые не давали ему покоя. Так он и засыпал с телефоном в руке.       Он почти никогда не высыпался, и, казалось, будто родился с мешками под глазами — многие уже не могли представить его без них. Только в единственный выходной он мог позволить себе роскошь — спать сколько угодно. Просыпаться в такие дни не хотелось особенно сильно. Он знал, что до следующего такого момента пройдет еще шесть дней. Он почти не видел снов и уже привык к этому. Ему казалось, что он никогда их не видел, а те детские воспоминания — всего лишь выдумка.       Пересилив себя, он встаёт и начинает готовить завтрак. Ничего особенного: омлет из двух яиц. Ещё не до конца проснувшись, он вспоминает, что сегодня должен встретиться с родителями. В конце концов, они приехали из другого города, и он был обязан их увидеть. Он не любил такие встречи. Конечно, он их любил и скучал по ним, но они всегда всё портили. Они не видели в нём отдельной личности. Постоянно твердили, что пора остепениться, найти жену и завести ребёнка.       Эта мысль портит ему настроение на всё утро. Он пытается отвлечься и зарывается в телефон, одновременно поглощая то, что приготовил. Каждое утро он проверял, не написал ли ему кто-то, хотя прекрасно знал ответ. Почти всегда там ничего не было. После того как он умывается и идет переодеваться из пижамы во что-то более пристойное, взгляд его падает на гитару, стоящую в углу комнаты. Она простояла там так долго, что покрылась толстым слоем пыли. Он вспоминает, как когда-то мечтал стать музыкантом. Как хотел колесить по миру, давать концерты на многотысячных стадионах, чтобы весь мир знал его имя. Он помнил, как никто в него не верил, но он всё равно пытался, надеясь на исход, как в историях успеха: «В меня не верили, но я всё равно сделал это назло всем». Чего скрывать, он даже смог написать несколько песен и записать их. Но дальше этого дело не пошло. Он оказался никому не нужен и остался на обочине без гроша за душой. Пришлось устроиться на «нормальную» работу, как говорили родители, и трудиться на ней шесть дней в неделю. Раньше он думал, что это временно, что стоит только накопить денег — он попробует снова. Однако возраст и консерватизм брали своё. Должность хорошая, какая дурная голова её бросит ради сомнительной идеи стать музыкантом? Теперь он уже не мечтал о мировом величии, теперь лишь думал: «Пожалуйста, оставьте меня в покое».              Он подходит к гитаре, берёт её в руки и несколько секунд держит. В груди разливается знакомое тепло ностальгии. Он кладёт гитару обратно. Пусть она и покрывается пылью, но у него никогда не хватит духа выбросить её. В конце концов, это памятник тому, что никогда не случится. А как можно выкинуть такое достояние?       В итоге он просто собирается и уходит. Он не говорит «я скоро», ведь дома никого нет. Было бы враньём сказать, что его это устраивало. Он хотел однажды вернуться домой и встретить там свою жену, а из детской услышать весёлый смех и крик: «Папа пришёл!». Но этого не предвиделось. У него не было сил на отношения. С таким графиком хватило бы времени на отдых, а не на то, чтобы отдавать силы другому человеку. Да и человека, которому он был бы готов отдать всего себя, у него не было. Поэтому, когда он возвращался обратно, его встречала лишь звенящая тишина. И снова это чувство. Чувство одиночества.       Тишина так сильно давила на него, что он писал всем подряд, словно пытался её отогнать. Отвечали не все и не сразу, но даже немногочисленные ответы помогали обмануть себя и хоть на вечер успокоиться.       Он сам не замечал, как солнце уже село, а часы показывали почти десять. Пора готовиться ко сну. Он выполняет вечерние процедуры и ложится в постель. Сначала сидит в телефоне, ведь не хочет, чтобы отдых заканчивался. Он знал, что завтра его снова ждёт работа, и потому не хотелось, чтобы завтра наступило. Но вечно оттягивать не получалось, поэтому через час телефон был отложен. Он позволил себе немного помечтать…       Он был из тех, кто застрял в «Дне сурка» и проживал все дни как один: без изменений. Дом — работа — дом. Внутри дома маршрут был не менее прост: спальня — кухня — спальня. Он верил, что однажды всё изменится. Однажды произойдёт чудо, и он вырвется из порочного круга, станет свободным от рутины. Может, даже займётся тем, что по-настоящему любил — музыкой.       И вот судьба предоставила ему такой шанс. В тот момент, когда он переходил дорогу и на него неслась машина с отказавшими тормозами, он не отскочил. Ведь вот оно — то самое «что-то» наконец произошло. Он не отскочил, ведь на самом деле умер задолго до того, как увидел эту машину. Просто похоронили его только после столкновения с ней.