Земля до сих пор не в себе. ИЛИ: менталочка так легко не лечится!

Земля в смешанных чувствах возвращалась на свою орбиту в сопровождении Луны. Ох, кстати, они вдвоем одни из немногих, кто возвращался вместе, другие спутники решили пройтись в гордом одиночестве, а не с их планетами. Забавно, ведь в конце-концов, от планеты им никуда не деться: летят-то они на ту же самую орбиту! Но да ладно. Земля рада, что у них с Луной теперь такие хорошие, по меркам солнечной системы, отношения. Хотя из-за этого выступать в суде на разных сторонах было ещё более неловко. Луну даже отстранили от роли адвоката, ведь еë сочли слишком лояльной к планете… Говоря о суде. Земля не была сильно рада изгнанию Ганимеда и Европы, хоть те и пытались забрать у планеты еë единственную ценность — жизнь на ней! Они чуть не сделали еë обычной, а следовательно, никому не нужной. Стоп. ! Земля поймала себя на том, что снова думает о жизни так, будто других ценностей нет и быть не может. Будто если на планете нет жизни — она не особенная. Земля быстро пресекла такие мысли. Это же совсем не правильно! Она уже прекрасно поняла, что была не права. Свои отличия есть у всех, буквально у всех, и этих отличий у каждого много. Жизнь — лишь одна из многих, и даже не всем бы хотелось такую отличительную черту иметь! Но смысла это не меняет — Ганимед и Европа хотели поступить с ней ужасно. Такие меры только за слова, и то не сказанные им прямо — это уж слишком. Очевидно, еë резкость стала поводом, а не причиной. Причина кроется куда глубже. Так вот. Несмотря ни на что, их аргументы имели место быть, и кажется уж излишним их прогонять… Всë же не только эти двое были виноваты. С каждой секундой размышления, Земле становилось как-то всë тоскливей и тоскливей из-за случившегося. Земля бы так молча и летела, если бы не Луна, которой надоело смотреть, как еë планета сверлит взглядом пустоту. — Эм, Земля? Всë нормально? Земля вынырнула из размышлений: — А? Да-да… Просто… Всë это как-то неправильно. Ганимед и Европа ведь теперь изгнаны из их единственного дома — солнечной системы. Не знаю, как бы я себя чувствовала на из месте… Знаешь, ведь до ближайшей звезды им нужно пролететь около двух триллионов километров. Спутник издал вздох бессилия над ситуацией: — Мне их приговор тоже не очень нравится. Правда я удивлена, что ты сожалеешь об их уходе. Эти двое были до смешного упорны в желании тебя «проучить», и если честно, мне кажется, что именно они подталкивали всех остальных к радикальным действиям. — Конечно, они не ангелы. Я никогда не забуду вид избитых Венеры и Марса. Чем же эти двое такое заслужили? Но ведь все совершают ошибки. — Знаешь что говоришь, хе? Однако не уверен, что эта парочка вынесет какой-то урок. Если честно, я боюсь, что два триллиона километров лететь им будет влом. А значит… Землю словно молнией ударило в голову, она аж дернулась: — А значит пристроются не к новой системе, а к какой-нибудь экзопланете, коих достаточно в пустоши между Солнцем и Бета-Центаврой, ближайшим «светилом». Ох, это может плохо кончиться. Революции экзо-планет только нам не хватало. Луна простонала: — Только бы не снова. Второго раза я не переживу. Ни морально, ни физически. Это уже была тонкая грань, когда я еле-еле договорилась с Каллисто о том, чтобы она лишь притворилась, что я мертва, и Ганимед даже поверил в исполнение его приказа! Ой... Земля остановилась и шокированно посмотрела на своего друга: — ЧТО?! Луна быстро осознала, что проболталась, и это очень зря: — Эм… Всë не так плохо, как кажется, честно. Ну, он не говорил прям убивать меня, просто расправиться. Земля перешла на срывающмйся шепот: — Серьезно.? «Просто расправиться»?! А что ещё это может значить?! И после того, как он узнал, что ты «мертва», у него ничего там не ëкнуло, нет? Ты вообще спутник, так какого чëрта этот Ганимед себе возомнил! Ну попадись он мне теперь… Скатертью дорожка!!! Пусть он хоть на шаг к тебе подойдет — я найду способ заставить землян запустить в него атомной энергией. Луна наблюдала за тем, как Земля буквально покраснела от гнева. Спутник не ожидал такой бурной реакции, хотя, с другой стороны, обойдись они так с Землей, Луна бы тоже рвала и метала. Ну, ищем плюс: теперь планета не будет мучиться от чувства сожаления за двух галилеевых спутников. И Земля еще никогда и никому не угрожала оружием землян, так что… Вау. Луне почему-то даже приятно, что еë так любят. Но напрасно Луна была столь оптимистична. Земля ведь теперь эту ситуацию долго не сможет отпустить. Луна и Земля молча передвигались какое-то время, но спутник заметил, что Земля глубоко задумчива, и мысли еë явно не о тайнах мироздания и смысле вселенной. Земля пыталась прогнать из головы навязчивый образ мертвого тела Луны и не подавать виду, что что-то не так. Получалось плохо, дыхание неизбежно стало учащатся из-за нарастающей паники. Но ведь это же бред! Как можно бояться того, что не случилось?! Земля не должна дать Луне увидеть, что она настолько жалкая. Однако, чем больше Земля пыталась скрыть свои эмоции, тем сильнее они просачивались. — Земля, ты… В порядке? Если что-то не так, не молчи, давай поговорим об этом. В прошлый раз молчание плохо кончилось. Слова спутника подтолкнули Землю к тому, чтобы наконец высказаться: — Этот Ганимед с его идиотской ухмылочкой… И его «пассия» Европа! Не могу поверить, что я жалела об их уходе! Клянусь солнцем, если попадутся мне на глаза — разорву! Чего бы не стоило! Луна уже было хотела как-то успокоить друга, видя его истеричное состояние, но еë прервал чужой голос, раздавшийся из-за спины: — Земля, ты что с ними сделаешь?.. Серьезно? Луна обернулась. Шокированным взглядом она встретила ещё одного «лидера» революции. Похоже, он направлялся на орбиту Сатурна, но его путь пересекся с их. И судя по всему, услышал Титан только последнюю фразу планеты. И выводы о Земле, значит, тоже сделал неверные. Наверное, так даже хуже, чем могло быть. Ведь Титан даже не подозревает, как отреагирует Земля, а сам похоже собирается еë критиковать. Снова. На это раз едва ли оправдано. Ну, что ж, «удачи» бедолаге.