Учитель

      Нанами и не ожидал, что после десяти лет отсутствия в магическом мире будет легко. Подтверждение ранга, миссии, очередные разъезды по всем уголкам Японии, тренировки, проклятая бюрократия и — внезапно — должность учителя.       — Нанами-сан, у нас нехватка специалистов, сами понимаете.       Он громко усмехнулся. Конечно, как не понимать, насколько неблагодарна профессия учителя и коротка жизнь мага. Каждый раз засыпая, все эти десять лет перед глазами всегда стоял его образ, и Нанами старался открывать глаза до того, как на чужое лицо опустится белая медицинская простыня. Мужчина отогнал неприятные мысли и поставил свою подпись внизу документа о назначении в должности. Он думал, что давно отпустил, но проходя по знакомым коридорам все ощущается слишком остро, как будто это случилось только вчера.       Яга улыбнулся широко, приветствуя. Кенто пожал руку и скрыл неловкую улыбку за ладонью. Он не ожидал такого теплого приема от учителя после фактического побега из колледжа. Смутился.       — Сейчас у нас учится только второй год. Трое. — начал сразу вводить в курс дела директор, ведя по коридорам. — Будет непросто.       Мужчина кивнул в ответ. Это уже больше, чем во время его студенчества. А сейчас он и вовсе один.       — Двое из них особого ранга. — Яга остановился перед дверью в класс. — С ними будет особенно тяжело.       Нанами обратил внимание, как двое парней привалились лицами к чистым стеклам окна с обратной стороны учебной комнаты, корча рожи проходившим взрослым, пока девушка стояла сзади и крутила пальцем у виска. Заметив, что на них смотрят, юноши стали кривляться лишь сильнее.       — Будет тяжело вовсе не поэтому. — прямо ответил блондин. — Их ранг не имеет никакого значения, когда они всего лишь дети.       И Нанами шагнул навстречу своей головной боли на ближайший год.

***

      Кенто устало смотрел на стакан виски на столе. Размышлял. Трудно — это было не то слово, которое можно было применить к Сатору Годжо и Сугуро Гето, но другие более точные выходили за пределы цензурных слов. А мужчина в повседневной жизни предпочитал не ругаться (пару раз на полигоне после выходок студентов не считается). Поэтому было просто… непросто.       С Сёко договорится оказалось проще всего — чутка поощрения, рекомендации к нужным магам, общие тренировки для поддержания формы и фигуры — и вот в ее рту уже крутится сладкий чупа-чупс, а не противная сигарета.       Мальчики же специально дразнили, как будто поставили себе цель вывести нового преподавателя из себя. Зачем таким великим и сильным слушаться какой-то первый ранг. Он не мог дать им ничего стоящего. Он знал. Поэтому действовал по-другому.       Нанами прямо в их лица говорил, что шаманы отстой. Годжо кривился и кричал, что только маги самые сильные и могущественные в мире. Гето с отстраненной улыбкой и прищуренными глазами добавлял о высшей миссии — защита слабых людей. Тогда споры начинались уже между ними двумя — прямое столкновение разных идеологий. Кенто же иронично хмыкал, этим простым жестом выражая свое отношение к ним конкретно и всему миру магов.       — Дети. Позже поймете про что я.       — Мы видели побольше вашего, сен-сей! — припуская очки, говорил Сатору, пока за спиной Сугуру важно кивали призванные проклятия вместо него самого.       — Знаю. — спокойно отвечал каждый раз Нанами и лишь пожимал плечами. — И это не показатель.       Мужчина ненавидел работать сверхурочно еще с офиса, но почему-то каждый раз задерживался и ходил вместе с ребятами на поздние миссии, контролируя и давая подсказки по слабым местам демонов. Те дразнились и отнекивались, говорили, что справятся и без него, но били точно по точкам, на которые указали. Нанами обязательно провожал их до колледжа ночью или тактично прикрывал глаза на их долгие выполнения заданий, давая вдоволь повеселиться в городе.       Он каждый раз тащил Годжо за шкирку к полигону, чтобы тот тренировался и развивал физическую силу, не полагаясь только на свою технику. Сатору кривился и протестовал, но продолжал становиться в защитную стойку перед преподавателем. Закончив с одним учеником и знатно пропотев, Кенто скидывал пиджак и разминал плечи перед боем с Гето. Никакой магии, только кулаки. Мужчина в тайне гордился, что несмотря на все ухищрения мальчишек, он до сих пор оставался победителем. Нанами знал, что ему осталось ликовать совсем недолго — юноши слишком быстро росли и совершенствовались.       Кенто взял за традицию раз в неделю угощать их после пар в маленьком семейном ресторанчике, прихватывая Сёко по пути из морга. В начале было неловко, но выходки Сатору и спокойный голос Гето быстро разрядили обстановку. Нанами даже иногда было не по себе от того, что он продолжает добровольно оставаться с этими монстрами на подольше. Он говорил себе под нос, что это во имя высшей цели, особо уже не веря в это. В редкие дни дальних миссий Кенто даже собирал им бенто, пробуя себя в кулинарии — студенты не оценили, но он не сдавался. «Есть нужно правильно и сбалансировано, чтобы поддерживать свою силу» — повторял он Годжо, отбирая у него очередную порцию сладкого.       Нанами понял, что дороги назад нет, когда заметил за собой привычку говорить похвалу и трепать их по макушкам, взъерошивая волосы; когда юные маги стали ходить за ним словно котята уже всерьез называя сенсеем; когда нашел одним ранним утром кружку «Самый лучший учитель» на столе. Сломленные и с огромным грузом ответственности, который магический мир положил на их плечи с рождения, они смогли поверить и довериться ему. И это было самым ценным, что случалось в жизни Нанами после дружбы с Ю.       Поэтому Нанами долго и упорно бился, чтобы запретить выдавать его ученикам задания особой сложности, подвергая их необоснованной опасности. Яга недоумевал, Сёко пораженно молчала, парни ругались, что им не дают развиваться, но Кенто был непреклонен. Он ни за что не допустит повторения трагедии. Да, эти второгодки превосходят Хайбару во всем. Но Сильнейший Годжо Сатору всего лишь шестнадцатилетний подросток, который обожает сладкое, а Мастер проклятий Сугуру Гето такой же мальчишка, что всегда заваривает чай в пакетиках. Они всего лишь дети — как бы их не боялись и не возносили — никому не стоит забывать об этом.       Нанами наконец-то взял в руки стакан виски, где уже давно растаял лед, и отпил. Алкоголь приятно обжег горло. Он выдохнул, откидываясь на мягкую спинку дивана.       Добившись своей цели, мужчине пришлось нести колоссальную ответственность. Теперь задание по охране вместилища звезд для слияния с Тенгеном — еще один несчастный ребенок — стало его. Маг никогда особо не верил своей интуиции, но в этот раз четко знал — он умрет. И не важно успешно или нет закончится задание. Кенто перешел дорогу ИМ, не позволив использовать ИХ оружие– его мальчишек. Такое с рук не спустят.       На столе в папочке лежат необходимые документы о передаче наследства. А в холодильнике прощальные подарки для каждого. Нанами никогда так не старался, готовя бенто, надеется, что они наконец-то оценят правильно подобранное количество овощей и мяса.       В лучах восходящего солнца блестит янтарная жидкость, когда шаман допивает свой последний стакан, и, поправив пиджак, закидывает на спину клинок, где на рукоятке болтыхаются брелки — белая и черная рожица. Пора.       Нанами уверенно делает шаг навстречу своей смерти.