assистент

      Тэхён замер на пороге комнаты, недоумённо приподняв бровь. На диване, удобно устроившись среди разбросанных подушек, сидел Чонгук.       — Что смотришь? — спросил Тэхён, подходя ближе.       В его голосе сквозила лёгкая насмешка, но в глубине души он чувствовал укол ревности. Чонгук обладал удивительной способностью полностью погружаться в то, что привлекало внимание, напрочь забывая обо всём на свете.       Чонгук медленно перелистнул страницу, не отрывая взгляда от фотоальбома. Тяжёлый вздох вырвался из груди.       — Выпускной альбом, — тихо произнёс он, и в голосе послышалась грусть. — Тот самый, на котором меня нет.       Тэхён нахмурился, качая головой.       — Ты там есть.       — Не говори ерунды. Я же уехал раньше, помнишь? — отозвался Чонгук, недоверчиво глядя на него.       — Я же говорю, ты там есть, — настаивал Тэхён, указывая пальцем на изображение. — Вот, видишь? Я держу твою фотографию в своих руках…       Чонгук удивлённо приоткрыл рот.       — Ты сумасшедший, Ким Тэхён, — пробормотал он, прикованный взглядом к снимку. — Зачем… Зачем ты это сделал? Мы же тогда расстались…       — Я не переставал любить тебя, даже когда у тебя появился другой…       Сердце сжалось от боли при воспоминании о том времени.       — Ты же знаешь, что это была неправда, — Чонгук вздохнул, опуская взгляд.       — Но от этого мне не легче, — прошептал Тэхён, отворачиваясь, чтобы спрятать блеснувшие в глазах слёзы.       — Иди ко мне, — Чонгук протянул руки к любимому. — Поцелуй меня.       Тэхён не заставил себя долго уговаривать. Он прижался к любимому, вдыхая родной запах, и нежно поцеловал его в губы. В этом поцелуе было всё: и любовь, и нежность, и обещание всегда быть рядом.       — Можешь делать мне больно, Чонгук, — промурлыкал Тэхён, прижимаясь к нему ещё сильнее. — Я всё вытерплю.       — Ты мой, — тихо ответил Чонгук, наслаждаясь атмосферой.       Он был абсолютно уверен: их связь не разорвать, несмотря ни на что.

* * *

      Чонгук, как и многие подростки в пубертатном возрасте, ощущал себя королём вселенной. Школа была для него не столько местом для учёбы, сколько подиумом, где он мог во всей красе продемонстрировать свой бунтарский нрав. Школьная форма, естественно, подвергалась у него некоторым модификациям. Белая рубашка небрежно расстёгнута, открывая взгляду футболку с кричащим принтом любимого аниме. На голове — тонкий чёрный ободок, с трудом удерживающий непослушную чёлку. Густые тёмные волосы, щедро сдобренные лаком, торчали в разные стороны, словно бросая вызов скучным школьным правилам. Чонгук мечтал побриться налысо, представляя, как эффектно будет смотреться его череп с аккуратной стрижкой, но родители были категорически против. «Будешь как бандит!» — возмущалась мама, а папа только многозначительно хмурил брови. Впрочем, репутация хулигана и так прочно закрепилась за Чонгуком.       Во рту, как всегда, красовался леденец «Чупа-Чупс». Гук с явным удовольствием сосал его, наслаждаясь сладким карамельным вкусом и игнорируя нудную лекцию учителя химии.       — Чон Чонгук! — раздался над ухом раздражённый голос учителя. — Опять за своё? Сколько можно повторять — на уроке не едим! Немедленно выньте эту гадость изо рта!       Чонгук нехотя повернул голову, театрально закатывая глаза. Этот мистер… как его там… ужасно действовал ему на нервы. Прежде всего, своей навязчивой требовательностью и тем, что он никак не мог запомнить его имя.       Вместо того чтобы выполнить просьбу учителя, Чон демонстративно отвернулся к окну и, вытащив изо рта леденец, с шумом облизал его.       Из окна кабинета химии открывался отличный вид на школьный стадион. Шёл урок физкультуры у параллельного класса. Мальчишки в одинаковых футболках и шортах бегали кругами, подгоняемые пронзительными криками физрука. Но взгляд Чонгука, словно магнитом, притягивало совсем другое зрелище. Он поймал себя на том, что уже несколько минут не может оторваться от одинокой фигурки парня, сидящего на скамейке. Тот был тихим и незаметным, в отличие от шумной толпы одноклассников, и что-то сосредоточенно записывал в тетрадь, время от времени поправляя съехавшие очки.       «Вот это действительно увлекательно», — с иронией подумал Чонгук.       — Чон Чонгук!       На крик учителя он даже не дёрнулся. Что-то в этом незнакомце на скамейке, в его сосредоточенном выражении лица, зацепило Чонгука.       — Очень интересно, — громко произнёс он, не стесняясь одноклассников. Школьник специально протянул последнее слово, делая акцент на своём безразличии.       — Чонгук, учитель к тебе обращается, — тихо сказал Чимин, сидевший с ним за одной партой.       — Я в курсе, — также безучастно ответил Чонгук, не отрывая глаз от окна. — Пусть лучше лекцию читает, раз уж начал. Пользы будет больше.       Ему всегда было плевать на то, что о нём думают педагоги. Он и без их помощи умудрялся держаться в двадцатке лучших учеников. Мистер… как его там… похоже, уже привык к такому поведению Чонгука, но всё равно не мог сдержать раздражения. Мужчина резко повернулся к доске и продолжил записывать на ней формулы, решив не тратить время на перевоспитание неуправляемого ученика.       Прозвенел звонок с урока.       — Чимин, я всё решил: сегодня я признаюсь ему в любви, — заявил Чонгук, небрежно запихивая учебники в сумку.       Чимин аж подпрыгнул на месте.       — Ты о чём? И о ком? — вытаращил он глаза. — С каких пор ты в кого-то влюбился?       — Да так, — Чонгук махнул рукой, словно речь шла о какой-то мелочи. — Сам посмотри. Видишь того парня? — Он кивнул в сторону окна.       Чимин проследил за его взглядом. Возле скамеек спортивной площадки, неуклюже прислонившись к бортику, стоял высокий худощавый парень в очках.       — Ну и что? — не понял Чимин. — Обычный ботаник.       — Вот именно! — глаза Чонгука загорелись охотничьим блеском. — Такой беззащитный, такой… аппетитный! Так и хочется прижать его к стенке и…       — Не говори мне, что ты садист, — пробормотал Чимин, с сомнением качая головой.       — Он идеален, — мечтательно произнёс Чонгук, не обращая на него внимания. — И так похож на моего папу в молодости.       — Да ладно тебе! — фыркнул Чимин. — Твой отец же настоящий громила! А этот… да он же от одного твоего вида в обморок упадёт!       — У меня особый вкус, — надулся Чонгук.       — Ладно-ладно, — успокоил его Чимин. — Согласен, парень и правда ничего. Только вот сомневаюсь, что он поведётся на твои уловки.       — Посмотрим, — усмехнулся Чонгук. — Со дня на день он будет моим.       — Вот бы и мне влюбиться, — с лёгкой грустью произнёс Чимин, наблюдая за Чонгуком, который уверенными шагами хотел удалиться к выходу, заставляя зависть накрыть его волной.       — О чём болтаем, парни? — вкрадчиво вмешался в разговор подошедший Хосок, словно грабитель, готовый забрать себе всё внимание. Он выглядел на все сто — в дорогих брендах, которые кричали о его богатстве и статусе.       Чонгук и Чимин мгновенно замерли, устремив раздражение на одноклассника, их чувства составляли смесь раздражения и недовольства. Пустое место, мешающее им без лишних вопросов.       — Хосок, придурок, сколько раз можно повторять: не подкрадывайся сзади и не подслушивай наши разговоры, — отрывисто сказал Чонгук, его голос резал воздух, как нож.       — Любовь моя, будь паинькой, — Хосок с притворной нежностью произнёс, коснувшись спины Чонгука. Парень почувствовал волну отвращения, и недовольная мина мгновенно появилась на его лице. — Просто хочу сблизиться с тобой, а ты меня отвергаешь, — добавил он, но в его голосе проявлялась издёвка.       Чонгук, не желая демонстрировать злость, оттолкнул его с лёгкой ненавистью и нервно посмеялся над шуткой, хотя сердце сжалось от отвращения. Он не хотел показывать, что этот тип вызывает у него раздражение.       — Об этом можешь забыть, наш Чонгук наконец-то влюбился! — с довольным видом заявил Чимин, указывая на грудь друга, как будто это было большим открытием. В его глазах сверкало веселье — он наслаждался возможностью поддразнить своего друга, зная, что Хосок всегда был занозой в заднице Чонгука.       — Кто? Я его знаю? Он не может быть лучше меня! В этой школе я номер один по статусу и внешности! — парировал Хосок, выдвигая грудь вперёд с таким видом, будто это действительно что-то значило. Его самолюбие не имело границ.       Гук не смог удержаться от смеха, услышав самодовольные заявления Хосока. Хотя он и мог признать, что тот привлекателен, но у него не было ничего общего с тем образом идеала, который искал Чонгук. Хосок был богат и самонадеян, но у него не было той искры, что привлекала Чонгука.       Он был ему неинтересен, даже если тот, словно канарейка, вспевал вокруг своим толстым кошельком. Чонгук, как невинное дитя, совершенно не замечал настойчивых ухаживаний — смотря на Хосока просто как на закадычного друга, воспринимая его попытки признания в любви за шутки. Подарки, слова и даже старания взять его за руку вызывали у Чонгука лишь смех; он считал их забавными и нелепыми.       — Да ладно тебе, — улыбнулся Гук, прерывая очередной монолог Хосока. — Я, пожалуй, пойду. Чимин, Хосок, пожелайте мне удачи! Завтра познакомлю вас со своей пассией.       Не дожидаясь ответа, он подхватил тяжёлую сумку и с радостным криком выскочил из класса.       — Что ж, Хосок, найди себе новую цель, — Чимин наблюдал за тем, как с лица Хосока сходит краска. — Раньше я думал, что он просто не способен влюбиться. Но, видимо, я ошибался. У него оказался специфичный вкус на внешность.       Хосок рухнул на стул, спрятав лицо руками.       — Не расстраивайся ты так, — Чимин подошёл к другу и ободряюще похлопал его по спине. — Найдёшь ещё своего мистера Совершенство.       — Но он мне нравится! — пробормотал Хосок сквозь пальцы. — Чонгук такой… такой классный.       Чимин потрепал его по голове, словно маленького.       — Не переживай, — сказал он. — Вдруг ему сегодня откажут? Тогда у тебя появится шанс.       В глазах Хосока мелькнула малая искорка надежды.       — Но моего одобрения ты всё равно не получишь, — добавил Чимин, возвращаясь к своему обычному тону. — Так что давай, шевели булками и становись идеалом для Чонгука.       Хосок вскочил, словно ужаленный.       — Точно! — крикнул он. — Я догоню его!       И, не оглядываясь, бросился к двери.       — Эх, опять я остался один, — с наигранным трагизмом прошептал Чимин, находясь в классе в гордом одиночестве. — И почему все мои друзья такие сумасшедшие?

* * *

      Тэхён с усталым вздохом снял очки и потёр уставшие глаза. Цифры и формулы перед глазами расплывались, напоминая абстрактные картины. «Надо бы всё-таки сходить к врачу», — в который раз подумал он, ощущая знакомую тяжесть в висках.       Он всегда старался быть лучшим во всём, и сегодня переусердствовал с подготовкой к контрольной. С удовлетворением отметив, что домашнее задание выполнено, Тэхён вышел на школьный двор и устроился на скамейке в тени раскидистого дуба.       Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, мягко ласкали лицо. Тэхён прикрыл глаза, наслаждаясь моментом покоя. Из открытых окон школы доносились весёлые голоса учеников, и он с грустью осознал, что снова пропустил что-то интересное.       Тэхён перевёлся в эту школу совсем недавно и пока не успел ни с кем подружиться. Общение со сверстниками всегда давалось ему с трудом, заставляя чувствовать себя неловко и неуютно.       Впрочем, у этой школы был один неоспоримый плюс — потрясающий вид из окна. Да и сам час обеденного перерыва казался настоящим подарком судьбы.       Задумавшись, Тэхён смотрел в окно и неожиданно наткнулся взглядом на одноклассника. Тот что-то оживлённо рассказывал соседу по парте, и его лицо каждую секунду меняло выражение, словно он был главным героем в каком-нибудь блокбастере.       — И правда забавный, — усмехнулся Тэхён, не в силах оторвать взгляд.       Странное чувство — смесь зависти и восхищения — охватило его. Парень в окне был так естественен и раскован, словно весь мир был у его ног.       — Красивый… — прошептал Тэхён, затаив дыхание.       Не в силах справиться с внезапно нахлынувшим волнением, он достал телефон и сделал несколько снимков. Щёки тут же запылали от стыда. «Ну вот, теперь я настоящий сталкер», — удручённо подумал он.       Тэхён вздохнул. Такие парни, как этот незнакомец, наверняка купаются во внимании. Ему ли, тихому и незаметному неудачнику, мечтать о чём-то большем, чем просто наблюдать издалека?       С сожалением он удалил фотографии, на секунду задержав палец на экране, словно желая продлить мгновение.       Понимая, что дальше мучить себя бессмысленно, он поспешно собрал вещи и направился к выходу. Наушники с любимой музыкой — вот лучшее лекарство от несбыточных мечтаний.       — Эй, одноклассник! — раздался за спиной Тэхёна грубоватый, но отчего-то приятный голос.       Сердце тревожно ёкнуло в груди. Обернувшись, Тэхён увидел, как старшеклассник, только что занимавший все его мысли, бежит прямо на него.       — Это ты мне? — пролепетал он, не успев даже отступить.       В следующее мгновение он почувствовал, как чьё-то тело сбивает его и земля уходит из-под ног.       Падение оказалось на удивление мягким. Тэхён приземлился прямо на траву, всё ещё не понимая, что происходит. Над ним навис Чонгук, упираясь руками в землю по обе стороны от его головы.       — А то кто же ещё? — усмехнулся Чонгук, сверкая озорными глазами. — Мы тут одни, — добавил он, окинув взглядом пустынный школьный двор.       Тэхён то открывал, то закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Мысли путались, не в силах поверить в реальность происходящего. Голова шла кругом.       — Мы что, знакомы? — выдавил он наконец, чувствуя, как бешено колотится сердце.       Чонгук на мгновение задумался, а затем на его губах расцвела хитрая улыбка. Похоже, ему нравилось держать ситуацию под контролем, и Тэхён уже чувствовал, как краснеет под его пристальным взглядом.       — Нет, конечно, — усмехнулся Чонгук, наклоняясь ближе. — Меня Чон Чонгук зовут, а тебя как?       — Ким… Ким Тэхён, — пробормотал тот, с трудом орудуя языком.       — Тэхён? — протянул Чонгук, словно пробуя имя на вкус. — Так себе имечко. Буду звать тебя Котёнком.       — Котёнком? — удивлённо переспросил Тэхён, и Чонгук с трудом подавил желание чмокнуть эти очаровательно сморщенные бровки. Старшеклассник с уверенностью мог сказать, что ничего милее за всю жизнь не слышал.       Лицо Тэхёна было так близко… Их разделяло всего несколько сантиметров, и Чонгук чувствовал, как его собственное дыхание учащается. Желание накрыть эти соблазнительно приоткрытые губы поцелуем было почти невыносимым. Что-то внутри него кричало, что нужно рискнуть, здесь и сейчас, пока судьба дарит такой шанс.       — Кажется, я опять всё забыл, — произнёс он, пристально глядя в глаза Тэхёна, пытаясь уловить его реакцию. — Ким Тэхён, ты мне нравишься. Сходим на свидание?       Тэхён замер, боясь пошевелиться. Мысли вихрем проносились в голове, не укладываясь в какую-либо логическую цепочку. «Можешь просто убить меня на месте! — хотелось закричать ему. — Для такого ангела, как ты, я готов на всё!»       Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой! Тэхён чувствовал, как счастье, горячее и искрящееся, разливается по жилам.       — Ммм… Хорошо, — пробормотал он, не в силах скрыть смущения. — На самом деле, я хотел признаться первым… Ты тоже мне очень нравишься, — прошептал Тэхён, и щёки его вспыхнули ярким румянцем. — Я часто видел тебя в школе…       Чонгук нежно улыбнулся, глядя на Тэхёна с нескрываемой теплотой в глазах. От его взгляда, казалось, по телу разливается приятное тепло.       — Милашка, — прошептал он, нежно поглаживая щеку Тэхёна. — У тебя такие красивые глаза без очков… Хочу видеть их всегда.       Тэхён смущённо прикрыл глаза, не в силах выдержать осмотр, от которого у него подкашивались ноги. По коже, словно от прикосновения, пробежала дрожь, а внутри всё сжалось от смущения и нахлынувшего желания.       — Красивый, — тихо повторил Чонгук, и Тэхён почувствовал на своих губах лёгкое, почти невесомое прикосновение.       Это был нежный, целомудренный поцелуй, как обещание будущих, более смелых ласк.       — Прости, — пробормотал Чонгук, помогая Тэхёну подняться. — Это было слишком?       Он и сам ещё не до конца оправился от нахлынувших чувств, но в его глазах плескалось искреннее счастье.       — Да мы же совсем с ума сошли, — проговорил Тэхён, пытаясь взять себя в руки. — Начали встречаться в первый же день знакомства…       Он покачал головой, но улыбка сама собой расцветала на его лице. Чонгук притягивал его как магнит, завораживая своей нежностью и открытостью.       — Не переживай, — рассмеялся Чонгук, поправляя выбившиеся из причёски волосы. — Со мной ты испытаешь на себе все виды безумия. Говорят, я тот ещё фрукт…       Ким с улыбкой слушал его, не в силах поверить своему счастью. Казалось, ещё мгновение — и всё это растворится как сон.       — Чонгук, я… — начал было Тэхён, но слова застряли в горле.       Он был охвачен эмоциями и не мог найти слов, чтобы описать чувства, которые переполняли его сердце.       — Чонгук! Где ты! — прозвучал крик со стороны школы. Ким Тэхён вздрогнул, смущение залило лицо алым румянцем, когда он осознал, что его признание прервали.       — О, это мой друг. Хосок! Мы здесь! — звонко отозвался Чонгук и с теплотой во взгляде взял Тэхёна за руку, прислоняясь к его плечу, словно ища в этом жесте поддержку и единство.       При виде Тэхёна друг Чонгука, Хосок, на мгновение замер, словно молнией поражённый. Он так удивился, что глаза стали как блюдца, а брови взлетели вверх. Он медленно подошёл к парочке, не веря своим глазам. Кулаки его сжимались и разжимались.       Тэхён, почувствовав на себе пристальный взгляд, слегка поправил чёлку, открывая лоб. С годами его детские черты лица приобрели утончённую мужественность, не утратив при этом юношеской привлекательности. Даже после того, как он неловко упал и смутился, он выглядел как настоящий айдол, от которого невозможно было оторвать глаз.       — Это он? — с трудом выдавил Хосок, с подозрением взирая на Тэхёна. — Твой парень?       В его голосе отражалось столько недоумения, словно он не мог поверить собственным глазам.       — Ким Тэхён, — твёрдо произнёс ботаник, протягивая руку для приветствия. — Очень приятно.       Его голос, чистый и мощный, звучал уверенно и искренне, без тени сомнения.       — Я парень Чонгука, — добавил он, глядя прямо на Хосока.       Гук, услышав эти слова, слегка покраснел, но в нём сияла такая радость и гордость, что у Хосока не осталось сомнений в серьёзности их отношений.       — Чон Хосок, — представился он, наконец приходя в себя и подавая руку в ответ.       Улыбка тронула его губы, делая его лицо дружелюбнее. Он был готов дать шанс этому неизвестному парню, но не собирался скрывать настороженного взгляда.       — Если ты его обидишь… — начал он, сжимая руку Тэхёна в крепком рукопожатии, — …я тебя ударю.       — Я позабочусь о Чонгуке, обещаю, — серьёзно ответил Ким, вкладывая в данные слова всю свою любовь и нежность к Чонгуку.       В эту секунду он твёрдо для себя решил, что сделает всё, чтобы защитить и оберегать этого дерзкого парня, который так внезапно, но так прочно и надолго вошёл в его жизнь.

* * *

      Когда Чонгук начинал петь, мир вокруг словно растворялся, уступая место волшебству. Его голос, чистый и звонкий, лился подобно ласковому ветру, окутывая пространство, проникая в самые потаённые уголки души. Тэхён не лукавил, сравнивая пение Чонгука с ангельским. В эти моменты он забывал обо всём на свете, все тревоги и печали улетучивались, оставляя лишь безмятежное блаженство. Поэтому он вновь и вновь просил парня спеть хотя бы строчку, умоляя, что это будет в последний раз.       И Чонгук, не в силах отказать любимому, нехотя соглашался, понимая, что устоять против его чар просто невозможно.       Даже отказы Гука, пропитанные нежностью и смущением, были Тэхёну дороги. Он с умилением наблюдал, как Чонгук, краснея до кончиков ушей, отворачивается, пряча смущённую улыбку. Ему, не привыкшему блистать на сцене, было неловко петь наедине, словно обнажая свою душу. Но в этой застенчивости Тэхён видел не слабость, а искренность, и от этого его любовь к Чонгуку разгоралась ещё сильнее.       Однажды ночью, лёжа в постели, тесно прижавшись друг к другу, Тэхён, словно в шутку, взял с Чона клятву никогда не петь при посторонних. И Чонгук, видя, насколько это важно для Тэхёна, без колебаний согласился. В глубине души его трогала собственническая ревность ненаглядного, ведь она была ещё одним доказательством его безграничной любви.

* * *

      Тихий семейный ужин. За окном уже стемнело, городские огни мерцали сквозь полупрозрачные занавески, создавая в комнате атмосферу уюта и спокойствия. Тэхён и Чонгук, как и всегда, ужинали вместе. Они уже давно перешагнули тридцатилетний рубеж, но их любовь, казалось, с годами становилась только крепче.       — Я мог бы стать айдолом, — неожиданно произнёс Чонгук, и лёгкая улыбка тронула его губы. — Если бы не твоя одержимость, конечно.       Он поймал взгляд Тэхёна, и в его глазах на мгновение мелькнула тень давно забытой обиды.       — Хорошо, что я тогда пошёл с тобой, — отозвался Тэхён, протягивая Чонгуку салфетку.       Его взгляд задержался на губах любимого, таких сочных и соблазнительных, что, казалось, с них вот-вот сорвётся мелодия поцелуя.       — Ты был слишком красив, чтобы доверить тебя кучке пройдох из музыкального агентства, — добавил он, стараясь скрыть неловкость за шутливым тоном.       Чонгук бросил на него взгляд, в котором читался лёгкий укор, но тут же сменился тёплым пониманием.       — Но это была моя мечта, — тихо произнёс он. — А не твоя.       Тэхён отвёл взгляд, не желая, чтобы Чонгук заметил, как много боли отозвались его слова в его душе. «Твоя мечта… Которую я украл», — мысленно поправил он.       — Мы это уже обсуждали, — глухо отозвался он, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.       Вновь наступила тишина, но на этот раз она была наполнена неловкостью и призраками прошлого. Казалось, между ними возникла невидимая стена из невысказанных слов и подавленных эмоций.       — И всё же… хорошо, что ты не меняешься, Тэхён, — нарушил молчание Чонгук.       В его голосе, мягком и тёплом, слышалась бесконечная нежность и благодарность. Он словно хотел сказать, что не жалеет ни о чём, что произошло в их жизни.       — Прости… — выдавил Тэхён, чувствуя, как наворачиваются слёзы.       Он на мгновение закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки.       — Спой для меня, — попросил он, когда снова обрёл дар речи. — Хочу вновь услышать как ты поёшь…

* * *

      Тэхён медленно открыл глаза, чувствуя, как его охватывает волна пустоты и растерянности. Голова гудела, мысли путались, словно кто-то невидимой рукой пытался удержать его в плену тумана. Тело ломило, каждая клеточка ныла от непонятной усталости.       Первое, что он ощутил, — тяжесть на своих бёдрах. С усилием сфокусировав взгляд, Тэхён различил расплывчатый силуэт, склонившийся над ним. Кто это?       Тревога, колючим холодом разлившаяся по венам, заставила сердце забиться чаще.       — Что происходит? — прохрипел он, с трудом разлепляя пересохшие губы.       Голос прозвучал тихо, сломлено, выдавая смятение, охватившее его. Тэхён попытался пошевелиться, высвободиться из-под чужой тяжести, но невидимые путы сковывали его движения.       Незнакомец двинулся, и Тэхён затаил дыхание, боясь спугнуть, нарушить иллюзорность момента. Страх, острый и липкий, змеёй обвивал грудь, не давая вдохнуть.       — Тэхён, чёрт возьми, я хочу секса! — резко, с вызовом бросил Чонгук, не двигаясь с места.       Его слова хлестнули Тэхёна, словно кнут, вырывая из пут тумана. Голос Чонгука, обычно такой мягкий и нежный, сейчас звучал властно, даже жёстко. В его глазах, пылающих огнём, читалась искра безумия, пугающая и в то же время странно притягательная.       Тэхён резко повернул голову, и взгляд наткнулся на наручники, крепко стягивающие его запястья. Бледно-розовый цвет смотрелся издёвкой, чужеродным пятном на фоне тёмного постельного белья. Металл впивался в кожу, причиняя острую боль, которая словно возвращала к реальности.       — И поэтому… ты привязал меня к кровати? — выдавил он, с трудом сглатывая вставший в горле ком.       В голосе смешались недоумение, растерянность и слабая доля обиды.       — Если бы я это не сделал, ты бы не согласился, — с упорством произнёс Чонгук, словно это был единственный способ добиться своего. — Я хочу лишиться девственности как можно скорее…       — Я тоже девственник! — Тэхён смущённо вскрикнул, и его уши мгновенно покрылись пламенем от стыда. Он чувствовал, как в груди закипает море эмоций: от страха до нежного волнения, смешанного с неуверенностью.       Тэхёну стало невыносимо тревожно — он понимал, что, вероятнее всего, нужно бежать, но внутренний голос шептал, что Чонгук сейчас, похоже, конкретно настроен, и его решимость могла стать проблемой. Тэхён сглотнул, когда Чонгук, по очереди расстёгивая пуговицы своей рубашки, с искушающей улыбкой смотрел на него, словно зная, что это вызывает в нём противоречивые чувства и желание сопротивляться одновременно. Внутри всё перевернулось, и он затрепетал, хотя не знал, как это всё закончится.       — Мы это исправим сегодня, — уверенно произнёс Чонгук, его голос звучал настойчиво, в то время как в его глазах горела искра желания. — Знаешь, я уже устал дрочить, представляя твой член во мне, — он чмокнул губами, вызывая в себе смелость, и коснулся ширинки его брюк, готовый спустить их в любой момент. Его сердце стучало быстро, каждый удар отражал нетерпение и жажду близости.       — Ты хочешь, чтобы я…? — неуверенно произнёс Тэхён. Его голос дрожал, а внутри него бушевали противоречивые эмоции: желание боролось с сомнениями.       — Да… — Чонгук надулся, отворачивая голову и стараясь скрыть дрожь в голосе. — Я видел кое-что в гей порно, это выглядит заманчиво, если это сделаешь ты… Меня это полностью устраивает! — не сдерживаясь, он легонько ударил его по груди, как бы подчёркивая свою решимость. Тэхён поморщился, но не мог отрицать собственные чувства.       — Чонгук, мы ещё подростки, это слишком рано, — произнёс он, но в его голосе слышался слабый намёк на неуверенность, с которой он пытался совладать.       Ему безумно хотелось поиметь Чонгука. «Блядь!»       — Хочешь ждать до окончания школы? Ещё два года? Я против! Тэхён, ты мой парень, я хочу сделать «это» с тобой! — его голос зазвучал громче, а слезинки, скопившиеся в его глазах, выдавали страх потерять то, что они могли бы испытать. — Или я тебе совсем не нравлюсь? — прошептал Чонгук чуть тише, его глаза с надеждой искали ответ. Неуверенность в себе и страх потерять любимого человека не давали ему покоя, и он понимал, что это его последний шанс. Чон даже заранее подготовился к этому событию, чтобы всё прошло легко и без лишних переживаний.       Тэхён зажмурился и застонал. Он не знал, что делать дальше.       Тэхён с трудом сдерживал себя. Чонгук был так близко, всего в нескольких сантиметрах, но этот маленький барьер казался непреодолимым. Напряжение, витавшее в воздухе, было почти осязаемым, пропитанным страстью и желанием.       — Чонгук, ты даже не представляешь, насколько сильно ты меня заводишь… — прошептал он, и в его голосе, хриплом от сдерживаемых эмоций, звучала усталость от борьбы с собой. — Ты сейчас безумно красивый… Хочу прикоснуться к тебе, освободи меня…       Его слова, тихие, но полные отчаяния, пронзили воздух, заставляя сердце Чонгука биться чаще. Он видел, как дрожат пальцы Тэхёна, как мучительно ему даётся каждая секунда сдерживаемой страсти.       Глаза Чонгука засияли от радости, но в их глубине всё ещё таилось беспокойство, словно он боялся поверить это.       — Ты же не сбежишь? — спросил он, и в его голосе прозвучала нерешительность. — Обещай!       Этот вопрос, почти мольба, заставил сердце Тэхёна сжаться от нежности.       — Обещаю… — твёрдо ответил он, глядя прямо в глаза Чонгуку.       Внутри у него всё пылало, чувства, сдерживаемые годами, грозили вырваться наружу. Он понимал, что ничто не сможет их остановить, если они решатся сделать этот шаг навстречу друг другу.       И в этот момент, пристально смотря, как Чонгук ищет ключи от наручников, Тэхён понял, что готов на всё. Сегодня Чонгук станет его. Не только душой, но и телом…

* * *

      Чонгук ворвался в квартиру, сияя от радости. В руках он сжимал небольшую белую карточку, которую тут же продемонстрировал Тэхёну.       — Меня позвали на прослушивание! — воскликнул он, не в силах сдержать переполнявшие его эмоции. — Вот, смотри!       Тэхён получил визитку, бегло пробежал глазами текст. Музыкальное агентство… Незнакомое название. Он вопросительно глянул на любимого.       — Вдруг это мошенники? — с сомнением протянул Тэхён, приподнимая бровь. Не хотелось бы, чтобы Чонгук попал в неприятности.       — Ну, тогда и проверим! — Гук лучезарно улыбнулся, и в его глазах заплясали озорные искорки. — Пойдём со мной, а? За компанию!       — Но я… — Тэхён растерялся. На прослушивание? Он?       — Да брось, — Чонгук подтолкнул его локтем вбок. — Ты же поёшь не хуже меня! И голос у тебя потрясающий, такой низкий, бархатный… Представляешь, ты — айдол! Мы же молодые, Тэ, чего терять-то?       Тэхён невольно улыбнулся в ответ. Идея и правда была безумной. Но… почему бы и нет?       — Ладно, — сдался он, чувствуя, как в груди зарождается робкая надежда. — Давай попробуем.

* * *

      Последний год старшей школы. Два с половиной года отношений с Тэхёном. Полгода стажировки в качестве айдола. Жизнь Чонгука была похожа на прекрасный сон, на вершину, к которой он так стремился. Счастье переполняло его, заставляя сиять ярче солнца.       Он в одиночестве оттачивал движения в танцевальном зале, улыбаясь своему отражению в зеркале. Получалось неплохо, но до остальных, до Тэхёна, ему было ещё далеко. Оказалось, у Тэхёна настоящий талант. Пение, танцы, актёрское мастерство — всё давалось ему легко. Руководство компании сразу это заметило, выделив его среди остальных стажёров. Чонгук не ревновал, он гордился своим парнем.       Внезапно дверь зала открылась, и на пороге возник мужчина в строгом костюме. Чонгук осёкся, прекратив танцевать.       — Директор? Здравствуйте! — Чон в замешательстве поклонился, гадая, что привело его сюда.       — Не нужно кланяться, — мужчина мягко улыбнулся. — Ты же Чонгук?       — Да, меня зовут Чон Чонгук, — подтвердил он, нервно сжимая пальцы.       — Я хотел поговорить с тобой, — директор подошёл ближе, скрещивая руки за спиной.       Стажёр молчал, лихорадочно пытаясь понять, что происходит. Неужели у него проблемы?       — Ты ведь встречаешься со стажёром Ким Тэхёном? — прямо спросил директор, и Чонгук вздрогнул.       — Откуда… Как вы…? — слова застряли в горле.       — Кое-кто видел вас целующимися, — пояснил директор, и в голосе не было ни капли осуждения. — Даже фотографию прислали.       Сердце Чонгука рухнуло в пятки. Паника ледяной волной окатила его с головы до ног.       — Мы… Да, мы встречаемся, — выдавил он, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.       — Послушай, я никого не осуждаю, — директор поднял руку, останавливая поток оправданий. — И я не гомофоб. Просто… Прости, но, может быть, ты… расстанешься с Ким Тэхёном?       — Что?! — Чонгук ошарашенно смотрел на него, не веря своим ушам.       — Мы планируем, что Ким Тэхен дебютирует уже в этом году, — продолжал директор, словно не замечая его состояния.       — Но… у нас через полгода годовщина! Три года… Вы серьёзно просите нас расстаться? — голос Чонгука дрогнул.       — Сделай это ради него, подумай о его будущем, — директор коснулся его плеча. — Пожалуйста…       Чонгук готов был разрыдаться от бессилия и отчаяния.       — Неужели нет другого выхода? — прошептал он, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.       — Ты — обуза, Чонгук, — директор вздохнул. — Единственный недостаток Тэхёна…       — То, что он гей — это такая большая проблема? — с горечью спросил парень.       — Сейчас… да. Общество не готово это принять.       — Зачем… Зачем я привёл его сюда?.. — Гук закрылся ладонями, не сдерживая эмоций, начал плакать. — Если вы отнимаете его у меня…       — Сделай это, Чонгук, — тихо повторил директор и, развернувшись, вышел из зала, оставляя его наедине с горой проблем.       Чонгук медленно осел на пол, чувствуя, как мир вокруг рушится, погребая под обломками все мечты и надежды. И даже любовь…

* * *

      — Давай просто расстанемся! — крикнул Чонгук, потому что хотел как лучше. Слова сорвались с губ, как последний вопль отчаяния, полный скрытой боли и невыносимой усталости.       Тэхён замер, не в силах пошевелиться. Он был в растерянности. Для расставания не было причин. Мир вокруг, казалось, остановился, и в голове эхом звучали слова, которые он не успел осознать.       — Я больше не могу… — промолвил Чонгук и отвернулся, чтобы не видеть лица Тэхёна. — Я влюбился в другого и не хочу скрывать это от тебя.       Голос его дрожал, выдавая внутреннюю борьбу между любовью и необходимостью лгать.       — Ты же несерьёзно, — Тэхён испустил смешок, словно не хотел верить в сказанное, но в его глазах уже начинала зарождаться тень страха.       — И ещё я уезжаю в США вместе с ним, поэтому… — Чонгук затих, понимая, насколько жестокими кажутся его слова.       Чонгука схватили за руку и развернули лицом к себе. И Тэхён поцеловал его, не спросив согласия, чтобы он больше не смел произносить такие слова. На глазах Чонгука выступили слезы. Он словно сжался от боли.       Тэхён был зол, безумно зол. Его глаза сверкали слезами, смешанными с яростью.       — Чонгук! Посмотри на меня! — Тэхён хотел убедиться в правдивости слов, но надеялся увидеть в глазах другого опровержение. Каждый мускул его тела был напряжён, как натянутая струна.       Когда их взгляды встретились, Чонгук заплакал. Слёзы текли по его щекам, как молчаливое признание во лжи и сожалении.       — Это конец для нас… — ответил Чонгук, и эти слова были как печать на их общей истории, разрушая всё, чему они когда-то верили.       — Нет! Нет! Нет! — кричал Тэхён без остановки. Его дыхание сбилось, а рука, державшая Чонгука, сжалась, причиняя тому боль. Гук отцепил его от себя, пытаясь освободиться от хватки, что удерживала его не только физически, но и эмоционально.       — Прости… — прошептал Чон, как будто это могло хоть немного облегчить боль, которую он только что причинил.       «Прости, что мне приходится врать…» — думал Чонгук, подавляя в себе крик.       «Я люблю тебя, Тэхён. Но так будет лучше для тебя…»       Чонгук ушёл, забыв сердце рядом с любимым, чтобы тот не скучал. А себе сохранил разбитое, чтобы оно напоминало о потере. Его шаги были такими тяжёлыми, будто с каждым движением он оставлял позади частичку самого себя.

* * *

      Тэхён зашёл в лифт, на ходу просматривая сообщения на телефоне. Ему нужно было срочно уладить несколько важных вопросов с компанией по поводу съёмок в новой дораме. Мысли лихорадочно метались в голове, перебирая варианты решения проблемы. Он не обратил внимания, когда лифт остановился не на том этаже, и в кабину кто-то вошёл.       Только когда дверь закрылась, Тэхён поднял глаза. И замер.       Напротив стоял молодой человек с картонной коробкой в руках. Знакомый силуэт, ровная спина, непослушно выбившаяся прядь волос… Сердце Тэхёна пропустило удар, а затем бешено заколотилось в груди. Неужели это он?       — Девятый этаж, пожалуйста… — раздался шёпот.       Низкий, бархатистый тембр… Как же Тэхён скучал по этому голосу! Все эти годы он пытался забыть, вычеркнуть из памяти, но стоило услышать всего пару слов…       Значит, этот день настал. День, когда Чонгук официально начнёт быть его ассистентом. Безумный план, дерзкий, почти невероятный… Но Тэхён был готов рискнуть. Он сам выбрал Чонгука, сам выдвинул его кандидатуру, зная, что тот не сможет отказаться из-за контакта. Вернуть его, пусть даже таким способом — это ли не чудо? А дальше… Дальше Тэхён сделает всё, чтобы снова завоевать сердце Чонгука. На этот раз уже навсегда.       Он одёрнул рукав пиджака, поправил маску на лице и, стараясь, чтобы голос звучал ровно, произнёс:       — Ты совсем не изменился…       Взгляд Тэхёна невольно метнулся к зеркалу. В отражении он увидел испуганные глаза Чона, распахнутые от удивления.       Уголок губ Тэхёна тронула лёгкая улыбка.       «Давно не виделись, Чонгук, — мысленно произнёс он, глядя прямо в эти глаза. — Скучал по мне?»