Обнять бы тебя покрепче.

- Это он! Он печенегам наводку дал, пес! Я офигел от такого обвинения. В душе не знаю, как выглядят печенеги. И не помню, что когда-либо контактировал с ними. - Да неправда это! – возразил я. Лучше бы молчал. Мужик, который сейчас орал на меня, дал мне кулаком в челюсть. Это было больно. - Что делать будем с предателем? - Оставьте меня в покое, я не предатель! - Печенеги из-за тебя здесь были! - Враньё! Я спал вообще! У вас должны быть доказательства моей вины! В толпе я заметил взгляд разочарованной Любомудры. Почему она так на меня смотри, я всё время с того дня, как она вывела меня из леса, здесь был! - На одёжку его посмотрите! Доказательства ему нужны! Тьфу! Убьют – понял я. Даже суда не будет. - Такие преступления, как приманивание печенегов, очень серьёзные – начал я. Это была рисковая я идея, но тем не менее, выбора у меня не было. – поэтому суда у князя требую! - Да кто ты такой, чтобы суда у князя требовать?! - Не хочу попадать в тюрьму и умирать по наговору! - Да пусть, пусть его князь судит. Быстрее избавимся от него. Меня связали и повели за собой. Блин, че делать теперь? И к чему привела твоя бравада, идиот? Ни к чему хорошему! Сейчас князь вынесет тебе приговор и ты ничего с этим не сделаешь. Я сжал губы. Всё, хана. Почему-то мне завязали глаза. - Э, алё! Глаза то зачем завязывать?! Но развязали мне глаза, когда ввели в терем. Сделав это, меня бросили на колени перед, видимо, Владимиром. Князь оказался совершенно не таким, каким я представлял его по старому мультфильму. И уж тем более не таким, каким был показан в серии мультиков про богатырей. С классическим князем его объединял пшеничный цвет волос. Не более. В остальном он был явно высоким мужчиной с волосами, заплетенными то ли в косы, то ли в дреды, украшенными клыками, камушками и чем-то ещё. Холодный взгляд серо-голубых глаз говорил о том, что как минимум добродушия в этом господине искать не стоит. Один взмах руки, одно движение соболиных бровей – и твоя участь решена. Сейчас князь находился в мрачной задумчивости и поигрывал каким-то камушком , украшающим одну из свободных прядей волос. Мне стало не по себе. Что он скажет насчёт меня? - Княже, в нашей деревне появился этот чужестранец! И сегодня ночью на нас было свершено нападение печенегов. - И как же сие связано? – спросил князь строгим близким к баритону по высоте голосом. Я сглотнул. У меня появилась крохотная надежда. Если князь позволит мне высказаться, я постараюсь доказать свою невинность. - Княже, да ты на его одежду посмотри! - На свою одежду посмотри! – не выдержал я. Князь спустился со своего места и подошёл ко мне.. Взглянул прямо мне в глаза своими холодными синими глазами и ледяным тоном произнёс: - А вот дерзость проявлять не надо. - Да.. Я не виноват! Я заблудился в лесу, а.. - Откуда ты? Всё. Пипец. Что ответить? - Откуда ты пришёл? Я закрыл глаза, быстро сочиняя легенду, но выдал лишь: - Не помню. - Что в лесу делал? - Не знаю! – запаниковал я. - Оружием владеешь? - Н.. Нет, не умею. - Ты хоть что-то умеешь? – спросил князь с лёгкой насмешкой. - Дрова колоть. Вчера научился. Князь смотрел на меня долго, словно пытаясь в зрачках моих глаз прочитать мои воспоминания. - Почто дурачка словили? – неожиданно спросил он. Я снова офигел! У себя то я компьютерным гением считался. Хотя, может, это и шанс.. - Не думаю, что он.. - Здесь лишь я думаю! Отпустите его. И отправьте на конюшню Ореху в услужение. Я хихикнул. Потому что служить орехам мне ещё не приходилось. Князь снова сверкнул глазами в мою сторону. Не, ну правда смешно. Я почему-то представил себе гигантский жёлудь или фисташку с плёткой. Нет, нельзя ржать. Нельзя. - Ступай, - велел мне князь. Я поклонился и вышел. - А где находится этот орех? – спросил я. Сопровождающий повернулся ко мне. - Не Оре́х, а О́рех! – ответил мужчина. Тьфу ты, блин.. О́рех! Вононоче! Когда я зашел на конюшню , то на секунду задержал дыхание. Ну никогда я еще не был по-настоящему рядом с животными. Лошади фыркали, ржали, вздыхали, ходили по своим загонам. А я всё искал того самого О́реха. Наконец с охапкой сена в руках вышел мужик. Они все такие устрашающие и могучие, интересно? А в моей комплекции только дети, что ли? - Ну, отрок. Пошли, одежу дам. - Да я вроде и не отрок. Мне двадцать четыре. - Выглядишь ты болезненно. Худой больно. - Нормальный вес для моего роста. - Парень.. Ты это.. Я лучше знаю. Окей. Лучше, так лучше. Я сложил руки на грудную клетку, а О́рех куда-то ушёл, и вернулся с одеждой для меня. Я помедлил, а потом оделся в вещи для конюхов. Выбора у меня не было. Служить конюхом под руководством О́реха оказалось не так уж и сложно , как я себе представлял. Мужик он был прикольный, ржал каждый раз, когда я нечаянно вводил в свою речь оборот из моего времени. А когда он увидел мой, уже нерабочий, превратившийся в кирпич из-за отсутствия возможности зарядить, телефон, то пришел по-началу в дикий восторг. Однако после моих уверений, что эта чёрная, стеклянно-пластиковая штука абсолютно бесполезна, восторг О́реха испарился. - Нуууу, понятно. Зачем же ты её таскаешь с собой повсюду? - Не знаю, - пожал я плечами, и выкинул телефон куда подальше. Потом охнул от того, что нечаянно мог нарушить девственную экосистему, и побежал искать трубку в длинной траве. Нашел. А затем запихнул вечером вглубь рюкзака. Мало ли.. Так проходили мои дни в услужении у О́реха, пока он не обнаружил, что я умею писать. Сначала удивившись тому, что я пишу странным для него предметом, он попросил меня написать пером пару слов. И, пожалуй, это оказался единственный скилл, который я прокачал на древней Руси. Писать на древнерусском оказалось намного сложнее, однако О́рех согласился научить меня и позвал парня писаря, примерно моего одногодку, чтобы тот давал мне уроки. В итоге по вечерам я осваивал древнеславянский алфавит и учился писать под диктовку. Удивило всех то, что я допускал мало ошибок, чем могло показаться. И однажды мой учитель предложил мне подменить его и написать письмо под диктовку князя. Слава Богу, или богам, которым они тут поклонялись, отрок князя предупредил , и Владимир знал, что я приду. Поэтому встретил он меня нормально, без удивления. С момента нашей последней встречи Владимир уже не выглядел таким хмурым. Когда он мне надиктовал, а потом проверил, то усмехнулся. - А ты не дурачок , как я сперва подумал. Тебя звать как? - Никита. - Так ты из христиан местных? – спросил Владимир. И я решил сказать «Да», тем более что я не соврал. - Однако, скажу честно, княже. Плохой извини меня христианин. Молюсь очень плохо, увы, забываю, не пощусь. - Что ж, зато честно, Никита. А чему ты научился за время пребывания здесь? - Кормить, поить, и ухаживать за лошадьми, писать, рубить дрова. И готовить простую пищу. Это было правдой. О́рех был не в силах терпеть мою бытовую инвалидность, поэтому научил меня приготовлению элементарных блюд русской кухни: сварить кашу, отпарить репу, приготовить кисель. - Это хорошо. Учись, Никита. До ледостава ухожу я в поход. Софрония, как старшего писаря, беру с собой. А ты остаёшься здесь в услужении у О́реха. Как и раньше. А опосля Масленицы решим, что с тобой делать. Я поцеловал край шубы князя. Все пошло своим чередом, хотя, после отъезда князя печенеги повадились жёстко атаковать русские деревни, и это было плохо. Наместник князя справлялся не очень хорошо. И я понимал, что когда князь Владимир вернётся, то сделает со своего ВРИО три шкуры. Однажды, в студёную зимнюю пору… в день отдыха я отправился в ту деревню, в которую меня в самом начале Любомудра привела. После нападения печенегов дома уже почти отстроили, люди вернулись в мирную жизнь. Мне оставалось только надеяться, что меня не побьют камнями при появлении. Не побили. Вот только Любомудра сделала вид, что не знает, кто я такой. Мужик, который научил меня рубить дрова, кивнул мне, остальные тоже не проявили враждебности. Видимо, слух о моей невиновности дошел до этого места. - Эй, парень! Поди ка сюда! Ты в ту ночь ничего странного не видал? Я пожал плечами. Я ж спал. - Говорят, здесь колдун ходит, в медвежьей шкуре. Берегись его, бабы говорят, что видели, как он в медведя оборотился. Кошмар. До чего дремучий народ. Ну, видели странного мужика в медвежьей шкуре, мало ли вокруг идиотов. А превращение в медведя.. Ну, мало ли, совпадение. Я в такую ерунду не верил, но спорить с мужчиной не стал. Всё-таки десятый век. С Любомудрой разговаривать сейчас был не вариант. Она от меня отворачивалась, ну, я решил и не строить из себя жертву. И не бегать за ней: не верит, и ладно. А вот и Масленица. К этому времени вернулась дружина князя вместе с ним (куда он денется то?). Меня пригласили помогать украшать княжеский двор, и я, к своему удивлению, неплохо справился. Правда, боялся, что меня олухом назовут, и погонят со двора. Масленица – окончание ледяной зимы, или лютого, как называли февраль славяне. Я никогда ещё не видал такой бешеной зимы. Было настолько холодно, что спасался только в княжеской конюшне у печки О́реха, а тот ржал надо мной. А чего смешного, если в моем времени зима уже не такая холодная? Тем более, в Москве? - Какая з-з-зараза у вас за зиму отвечает? С ней как-нибудь можно договориться, а? - С Мореной? Вряд ли, парень. - А, это админка зимы? О́рех поднял русые брови. - Богиня зимы, парень, не гневи её. - А можно чего-нибудь горячего, пожалуйста? Я замерз. - Ну, медовухи выпей, враз согреешься. - Спасибки. Холодно, брррр. Мое «спасибки» О́реха не смутило. Наверное, он решил, что я совершенно окоченел. Выпив медовуху, я почувствовал тепло. И в отличии от кваса, медовуха зашла на ура. - Ооооооофффф, ммм, аааааа, - я решил выразить восхищение междометиями. О́рех, тролль этот 80 lvl, улыбнулся в усы. Вернёмся к Масленице. Вечером окончили воздвигать чучело зимы. Хана тебе, Морена, я ж первый факел брошу в тебя, зараза ты лютая. Совсем охренела – народ морозить. Остальные слуги князя вынесли из терема на улицу столы и накрыли их полотенцами. Завтра будет еда, пир. На котором буду и я. Еще неделю назад на Русь прибыли греческие русскоязычные послы. Привезли подарки, фрукты. Я знаю это, потому что до поздней ночи помогал перетаскивать всё это в терем. Слуги весьма и весьма удивились тому, что я , как бы невзначай, порекомендовал им фрукты перед употреблением помыть. На всякий случай. - А зачем, Никита? - А затем, что эти плоды сто дорог прошли, прежде чем здесь оказаться. Мало ли, болезни какие на них. О, парнишки здорово напугались. И перед подачей помыли фрукты студеной водицей. Кстати, вернувшись, князь немного меня повысил в должности, и я присоединился к княжеским слугам. Спасибо. А поскольку я стал еще и вторым писарем на дворе, то просто обязан был присутствовать на всех мероприятиях, в том числе и на Масленице. Чтобы фиксировать события. - Вот это ты взлетел, парень! - Взлетел? Убирать княжеский терем вместе с вами, да записывать происходящее на праздниках.. Хммм. Если и взлетел, то более не хочу. - И верно. На следующее утро начался праздник. Все были на улице у княжьего терема. И кухарки, и слуги, и певцы, и дружина. И старший писарь Софроний, который приударил за какой-то девицей. В кои-то веки я увидел настоящую Масленицу, не уступающую фестивалям. - Здорово, Софроний. Она тебя не любит, - хихикнул я, и убежал от софрониева гнева куда подальше: к княжеским угощениям. - О, будь здоров, Никита, - рассмеялся О́рех, приглашенный на пир. - Как твои лошадки? - Скучают по тебе. - Прям так тебе и сказали? - Ну, да, - поддержал мой бред О́рех. Мы заржали, глядя друг на друга. Я представил себе говорящих лошадей, О́рех пожалел мою больную голову. Наконец зажгли чучело Морены. Я закусил губу и забросил в эту дылду свой факел, надеясь, что не спалю никого живого. Факел воткнулся прям в соломенный бок мадам. - Гори синим пламенем, овца соломенная, - выругался я. А народ засмеялся. Ну, рад поучаствовать в роли княжеского шута, только за деньги. Хотя, к половине дня, (непонятно, сколько времени вообще), у меня появился серьезный конкурент: рыжий шут в голубой рубашке и разноцветных лоскутных штанах. Он заиграл на дудочке, положил ту на княжеский стол, сделал несколько сальто и запел в стиле древнерусского репа про то, что разлюбил свою старуху и предпочел ей снежную бабу. А потом запричитал о том, что князь забрал его дудочку. Добрый чел, позитивный. Князь и греки развеселились, засмеялись, Владимир поправил волосы, бахнул кубком вина об стол, а меня накрыл флешбэк. Я всё-таки в мультик попал?? Емае, а я то всерьёз воспринял ситуацию, и ещё испугался. Да ну, я думал, это реальный десятый век. Хотя.. Стоп, а где Кривжа? После песни шута он должен был появиться и устроить скандал с письмом от Ярополка к Куре. И где? Я ж даже осмотрелся в поисках жреца, но никто в медвежью шкуру одет не был. Блин.. Это не мультик. Ну, да, шут спел ту самую песню, но это всего лишь оказалось совпадением. Кривжа не появился и через час, и через два. Никто не принес письма Ярополкова, Владимир не приказал созывать вече, не прыгал в гневе на стол, намереваясь зарубить охреневшего жреца. Праздник шел своим чередом. И гости изрядно захмелели. Недалеко было и до превращения пира в оргию, потому что парни облюбовали себе девиц. Я успокоился и решил тоже найти себе пару. Но вот интересно, блин, как Владимир узнает о предательстве Ярополка? Ведь узнает же. И разнесет Киев. Это я помнил из курса истории. Но как? Кто ему сообщил?? Ладно, сейчас голова не варит. Может, я вообще нафантазировал себе Кривжу этого. Пора бы спать ложиться. Все стали расходиться , весело смеясь, и обсуждая праздник. Я простился с О́рехом и пошёл в свою маленькую горницу. И тут меня за руку схватила женская рука. Я обернулся и увидел Любомудру. - Ты? - Дурень ты, а не предатель , - сказала она, притягивая меня к себе. – у меня переночуешь. Я расплылся в блаженной улыбке, как настоящий дурень. А Любомудра, видимо, под действием хмеля поцеловала меня. Оп. И тут я проснулся…