Без пяти семь

Жить с Артуром — дело привычное. Сразу после распределения цвета Артур навязывался со своей дружбой, скакал рядом, помогал с освоением силы, а после и вовсе стал его учителем. Соловей никогда не знал слово "грусть", поэтому все серые будни Саши превращались в веселые насвистывания песен, радостные монологи Артура (он всегда ждал ответ от Саши, но практически никогда не получал, поэтому привык болтать без умолку), обсуждения книг (обсуждал только Артур) и в разговоры за чашками чая, которые делали тени. Однако к учению Артур всегда относился серьезно, поэтому во время их уроков и практик редко бывали шутки, улыбки и смех, — разве что Артур иногда вспомнит какой-то анекдот из журнала десятого года, который почему-то хранила Ангелина Евгеньевна. Артур всегда поддерживал его, Артур всегда обращал на него внимание, Артур всегда откладывал свои занятия ради него, Артур всегда радовался маленьким и, казалось бы, незначительным победам Саши. Потихоньку камень начал оттаивать. Алиновский иногда аккуратно отвечал на какие-то шутки, отбивался теперь не дежурными фразами, а целыми распространенными предложениями, предлагал Артуру маленькие конфетки из карманов, которые сувала туда Инга, не принимая отказы друга. Артур радовался словно ребенок, хлопая в ладоши, не замечая отклеенных пластырей. С Артуром было комфортно. И Саша сам не понял, как влюбился в него. Он плел этому чуду косы, хотя даже не умел их раньше плести, — специально ради Соловья учился! — укрывал Артура, бегал в любую погоду ему за цветными пластырями, чтобы пополнить запасы, потому что Артуру нужно именно в этот момент, работал на два телефона, хотя прекрасно знал, что Артур умеет им пользоваться, но просто решил сплавить все на Шуру. А ещё Саша держал его за руку, когда они по принуждению Инги смотрели фильмы ужасов, обнимал его, когда тому было слишком холодно или плохо, расчёсывал золотистые волосы, когда Артур приходил после задания вообще никакущий. Он Артура любил. Но написанный Ангелиной персонаж никогда бы не влюбился в него, потому что неправильно. Чернильное сердце не будет принадлежать никому, кроме своего автора. Поэтому приходилось тайно вздыхать по объекту воздыхания, поедать взглядом, восхищаясь всем, что он делает, говорит и готовит (о, Артур готовит ужасно). И он был уверен, что никто этого не замечает. До недавнего времени. 1 Лиля глупой не была. Она хоть и не встречалась ни с кем, но влюбленность распознать могла. Сказать спасибо этому всем фандомам, в которых она есть и была, или просто поблагодарить чуйку — неважно. Она ясно видела сердечки в глазах своего друга, поэтому решила во что бы то ни стало поговорить с ним, чтобы поддержать. Но в кого же влюблен ее друг? Она сразу же отмела вариант с Ингой, потому что глупо. Саша никогда бы не полюбил Ингу, потому что любил ее той самой братской любовью, постоянно защищая ее и отгораживая от чего-то слишком опасного (хоть и отгораживать нужно было его самого). Лиля решила вычислить объект воздыхания Саши. Для начала она взяла белый лист бумаги, который был чем-то замазан, начиная выписывать имена всех знакомых, потому что Саша ни с кем, кроме книгочеев, сотрудников библиотеки и теней не общался. Ингу она даже писать не стала. Сразу же вычеркнула близнецов, потому что Саша с ними особо не общался, а если и разговаривал, то строго по делу. Она посмотрела на оставшиеся имена, вычеркивая свое, потому что взгляды на себе она бы точно заметила. Лиля быстро пробежалась по списку, вычеркивая Зою и Тамару, которые встречались друг с другом, хотя версию невзаимной любви исключать не стала, снова обводя имена девушек. Она прыснула с того, что записала в этот список Матвея, сразу же начиная вычеркивать его. Если бы Саша влюбился в Корецкого, то он бы либо закончил жизнь самоубийством, либо блевал от этого снова и снова. В любом случае, влюбленность в Матвея не была бы такой окрыленной. Хотя, кто этих влюбленных знает? Лиля вычеркнула Антона и Риту, потому что Саша и Рита все ещё плохо общались, ведь девушка не смогла простить ему смерть Влади полностью, а Саша к ней боялся подступиться; Антон же был просто не тем кандидатом на роль воздыхания, скорее он просто подходил на роль полыхания, поэтому сжёг бы Саше зад при первой возможности. Она посмотрела на оставшиеся имена, замечая незачеркнутое только Артура. Точно! Они ведь живут вместе! Лиля хлопнула себя по бедру, вскакивая с кровати, выбегая из комнаты, чуть не сбивая шокированную Женю, извиняясь перед ней на бегу. Она чуть не врезалась в Ингу, которая тоже летела на всех порах. Шелковиц затормозила, широко открывая свой единственный глаз, начиная смеяться от этого. — О, ты-то мне и нужна! — Обрадовалась Лиля, хватая подругу, которая ойкнула, за плечи. — Случилось что-то? — Тут же сбавила обороты своего веселья девушка, отцепляя от себя руки, которые уже хотели сжаться ещё больше. — Да, вопрос жизни и смерти! — Вскрикнула эмоционально Лиля, которая и правда спешила. — Где Шура? — Шура... — Инга задумалась, пытаясь вспомнить, где последний раз видела друга. — Около здания гуляет. А что? — Потом все объясню, — начала убегать Романова, — спасибо! — Она помахала Инге рукой. Шелковиц пожала плечами, снова начиная бежать в нужную ей сторону. Лиля выбежала из здания, взглядом начиная искать друга. Как же она раньше не поняла? Саша страдает от любви к Артуру, потому что слишком много времени проводит с ним! И именно с Артуром у них особая связь, которая отличается от всех других отношений в их скромной команде. Она сорвалась с места, оглядываясь по сторонам, находя Шуру, который сидел на скамейке и читал книгу. Лиля быстро сократила расстояние между ними, падая рядом. Саша закатил глаза, используя вместо закладки для книги небольшой камушек, убирая ее в сторону. Он требовательно посмотрел на Романову, которая пыталась отдышаться. Она подняла указательный палец, чтобы привести дыхание в норму, а уже после начала разговор. — Саш, я все понимаю... — Кивнула Лиля, выглядя так, будто раскрыла какую-то великую тайну. — Что? — Растерянно спросил Алиновский, пытаясь уловить смысл в словах подруги. — Любовь — это не просто, — продолжила Романова, будто не слышала никакого вопроса Саши. — Но ты можешь всегда обратиться ко мне или Инге, мы поможем. Не скрывай свои чувства в себе! — Саша уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Лиля перебила его: — Я не гомофобка, я уверена, что у нас их даже нет! У любви нет пола, потому что все могут любить свой или чужой пол, это не страшно! Страшно то, что ты сдерживаешь свои чувства в себе! — Лиль, о чем ты вообще? — Раздражённо спросил Саша, которому уже надоело это все слышать. — Мы не гомофобы тут. Поэтому никто не должен бояться своих чувств! — Закончила свою речь Лиля. Саша удивлённо поднял брови. — К чему ты это вообще? — Не бойся признаться в своих чувствах, Саш, я рядом, — она обняла шокированного парня, а после убежала, роняя свою дурацкая шляпу, нагибаясь за ней, широко улыбаясь, поворачиваясь к Саше, чтобы показать ему класс. — И что это сейчас было? — Алиновский растерянно похлопал ресницами. Потихоньку до него начало доходить все то, что сказала Лиля, и он смущённо улыбнулся, утыкаясь лицом в раскрытые страницы книги, из которых выпал камушек. Если Лиля догадалась обо всем, то что будет, когда узнают остальные? Что будет, когда узнает Соловей? На плечо упала рука. Саша испуганно подпрыгнул, занося книгу для удара, но Артур довольно засмеялся, начиная вчитываться в текст. — Нельзя так людей пугать! — Недовольно буркнул Саша, но после все равно улыбнулся. — Я там у Ангелины бутеры стащил, хочешь? — Спрашиваешь, — фыркнул Саша, поднимаясь со скамейки, не обращая внимание на протянутую руку Соловья, который хотел подняться вместе с ним. 2 Инга не любит секретов, которые не рассказывают ей, поэтому сразу же начала выпытывать у Лили зачем ей нужен был Шура. Лиля боролась изо всех сил, но упорства у ее подруги не занимать, поэтому раскололась она быстро, мысленно извиняясь перед Сашей. — Шура в Артура влюблен, — выдала Лиля, убеждая себя, что ничего плохого не делает, что Инга никому не скажет, потому что лучшие друзья своих не сдают. Инга сначала глупо поморгала глазом, а потом запищала, радостно начиная скакать по комнате. Романова тут же начала успокаивать подругу, чтобы сюда не сбегались другие ребята, ведь о тайне придется говорить всем, чего Шура ей никогда не простит. Инга запрыгнула на кровать, переворачиваясь на живот, начиная болтать ногами, с ожиданием смотря на подругу. — И что там у них? — Нетерпеливо спросила Шелковиц, которая хотела знать все и про всех. — Не знаю, невзаимная, вроде, — подала плечами Лиля, обдумывая свои следующие слова. — Слушай, как думаешь, Артур Шуру любит? — Наклонилась Лиля к подружке, чтобы их точно никто не услышал. Инга прыснула, будто ей рассказали анекдот: — Серьезно? — Она с весельем посмотрела на Романову, которая растерялась от такого. — Артур даже Ангелине не даёт касаться своих волос, а тут прям при нас разрешил Саше заплести ему косу, хотя не любит вообще свои волосы собирать, — Инга приподнялась на кровати, садясь на нее, потому что было скучно лежать. — Если Саша влюблен в Артура, то у них там сто процентов все взаимно! — Думаешь? — Засомневалась Лиля. — Уверена, — кивнула Инга. — Поговори с ним, а, — попросила Романова, которой было слишком жаль Сашу, — он такой растерянный ходит, скоро из-за него нас на какой-то новой миссии убьют. — Все будет хорошо! — Пообещала Инга, вскакивая с кровати, вытаскивая свой телефон из кармана толстовки, начиная набирать сообщение Саше, что сегодня она придет для просмотра фильма. Алиновский ответил плачущими смайликами, а потом написал, что к семи может подходить. Инга довольно усмехнулась, отправляя ему простое "ок", выходя из переписки. — Промою ему мозги. — Спасибо, — облегчённо выдохнула Лиля, потому что Инга уж точно вправит мозги этим двоим, — что бы я без тебя делала? — Писала по ним фанфики? — Вопросительно ответила Инга, ляпнув наугад. — Уже, — Лиля показала ей телефон, в котором все заметки были заполнены небольшими драбблами, но Лиля бы их никогда не выложила. Стесняется. Инга довольно потерла ладони, попросив подругу кинуть ей потом это все. Лиля кивнула, смотря на уносящуюся подругу. Инга сидела посередине парней, бессовестно забирая попкорн из тарелки Соловья и Саши, потому что свой уже доела, хотя фильм начался только несколько минут назад. Соловью еда была не нужна, ему просто нравилось копировать жизнь людей, поэтому он мылся каждый день, пил чай, ел что-то приготовленное Сашей или перекусы, когда Алиновский был не в состоянии готовить. Артур делился своим попкорном, не отказывая слишком наглой Инге, с грустью смотря на исчезающую еду, которую он хотел. Вскоре тарелка опустела. — Я сделаю ещё, — сказал Артур ребятам, встав со своего места, уходя на кухню. Инга, которая слишком внимательно смотрела фильм, повернулась к другу, внимательно смотря на него. Саша вздохнул. — Чего? — Не выдержал он. — Когда ты ему уже признаешься? — Нетерпеливо спросила она, складывая руки на груди. — Кому? — Не делай вид, будто не понимаешь, ты не такой уж идиот! — Прошипела девушка, которой надоело играться. — Если ты боишься осуждения, то никто никого осуждать не будет, ясно? А если кто-то попробует, то я вдарю ему по морде! — Я... — Начал Саша, но его прервал Артур, который появился в проходе, громко объявляя плохую новость: — У нас попкорн закончился! — Пожаловался персонаж. Инга отстала от Саши, снова обращая внимание на фильм, а Саша посмотрел на почти полную тарелку попкорна, аккуратно протягивая ее Артуру, который тут же подбежал, выхватывая тарелку из рук. — Шур, ты лучший, спасибо! — Да ладно уж, — пробурчал Алиновский, почесав затылок от неловкости. Инга стрельнула глазами в Сашу, чтобы тот не забыл о разговоре, а потом отказалась от предложения Артура, который начал делиться с ней попкорном. 3 О том, что Шура влюблен, Матвей узнал случайно. Он помогал (принудительно) теням, а потом услышал тихий разговор Лили и Инги, которые обсуждали влюбленность Саши. Матвей не успел вникнуть в суть, только услышал то, что Саша был влюблен. Да и не в абы кого! В парня! Тогда он удивлённо слушал сплетни девушек, пока не получил по голове книгой, которую кинула тень из-за того, что он отвлекся, поэтому и не услышал имя. Зато девушки быстро смылись из библиотеки, будто ничего и не было. С тех самых пор он не мог спать нормально, пытаясь разгадать тайного человека, в которого влюблен Саша. Не то, чтобы ему это было надо, ему было просто интересно. Они с Шурой достаточно долго дружат, поэтому, как бы не хотелось этого признавать, Матвей иногда чувствовал необходимость защищать своего друга. Тем более от разбитого сердца. И что, что он каменный? Порой такие чувствуют больше, чем утонченные и нежные люди. Сначала он пытался выведать все у Инги, но та назло молчала об этом, раскусывала даже самый небольшой намек про разговор. На другие темы болтала без умолку. Потом он пытался узнать все у Лили, но та после первого такого допроса стала избегать его, стараясь не попадаться на глаза некудышному Шерлоку. Он пытался выведать у других людей, в кого же влюблен Саша, но те узнали об этой влюбленности от него. Матвей мстительно смеялся, хоть и было немного неловко, что разболтал чужую тайну, но теперь это уже не было тайной. Поэтому он решил идти на танк без бронежилета. Матвей подошёл к Саше в столовой, когда у них был обед. Никого рядом с Сашей не наблюдалось, потому что Инга и Лиля пошли помогать Артуру, который пошел помогать теням, которые помогали Ангелине. Корецкий сел рядом с другом, который аж подавился от такого. — Постучать? — Не надо, спасибо, — прохрипел Саша, пытаясь все ещё прийти в себя. Чтобы Матвей и сел рядом? Да быть того не может! Либо произошел конец света, либо конец света скоро произойдет. Другого и быть не могло. — Мест свободных полно. — Напомнил книгочей. — Я знаю. — Ты можешь сесть там, — намекнул Алиновский. — Я знаю. — Ладно, чего тебе, — сдался Саша, понимая, что тот добровольно и так просто отсюда не уйдет. Матвей довольно улыбнулся. — Я все знаю. — Чё? — Через плечо, — огрызнулся Корецкий. — Я все знаю. — Повторил он. — Поздравляю, теперь ты наконец сдашь сессию, — уныло ответил Саша, ковыряясь во вкусном пюре, которое из-за появления Матвея стало невкусным. — Иди знаешь куда, — не остался в долгу Матвей. — Я говорю, что знаю про тебя и Антона, — наугад ляпнул имя парень. — Чего? — Удивился Саша, который явно не ожидал такого поворота. Он-то думал, что Матвей знает про то, что Саша подменил его салфетки влажные на пену для бритья, что он выкинул его старые наушники, из-за которых он однажды упал, что Матвей знает о том, что это именно Саша написал с почты Корецкого Ангелине тексты любимых песен, но это? Это что-то новое! — Не притворяйся, я знаю, что ты любишь Антона! — Матвей потянулся перед стол, хлопнув друга по плечу. — Но ты не волнуйся, я никому не расскажу, можешь на меня положиться, я ж не использую пранки из Ютуба эры динозавров, — Корецкий поднялся со стула, а потом быстро вышел из столовой. Саша потерянно посмотрел ему вслед. — Это идеи Артура, а не Ютуб! — На его слова обернулись Зоя и Тамара, которые вопросительно уставились на парня. — Да что здесь вообще происходит?! 4 О том, что Саша влюблен в парня, узнали уже все, потому что Матвей растрепал даже теням, которым на него было плевать, потому что они любили только Артура. Рита удивлённо слушала рассказ Корецкого про то, что Шура влюблен в Антона, подвергая каждое слово сомнению. Чтобы Шура влюбился в Антона? Бред! Это даже звучало смешно, но Матвей был готов поклясться своими новыми наушниками. — Ты уверен, что точно в Антона? — Все же с сомнением спросила Рита, которая никак не могла поверить в эти сказки. — Уверяю! — Снова поклялся Матвей, который был слишком активен для Матвея. Рита сначала думала, что того заменили, но когда тот открыл рот, то убедилась, что это не так. — У тебя парня отбирают, Рит! Рита закатила глаза, но все же пошла искать Алиновского, чтобы убедиться в обратном. Она заходила в каждую комнату, чтобы найти там Ингу или Сашу, потому что если есть Инга, то Саша где-то рядом, а если Саши рядом нет, то Инга точно знает, где ее друг. Она нашла Шуру в его бывшей комнате. Он никак не обернулся на открытие двери, что-то усиленно сочиняя на листке. — Это правда? — Решила не медлить Рита. — Что опять? — Страдальчески застонал Шура, которого уже все достали. Он не мог нормально почитать книгу, не мог нормально посмотреть фильм, не мог нормально поесть, а теперь не может даже поэму о любви Артуру написать? Что за дискриминация? — Ты влюблен в Антона? Шура от шока аж выронил карандаш из рук, поворачиваясь к девушки, шокировано смотря на нее, а после начал смеяться. Рита непонимающе посмотрела на парня, который вытирал слезы, бежащие по щекам. — С чего вы взяли, что я люблю Антона? — Пытался нормально спросить Шура, но смех все равно прорывался между словами. — А ты не...? — Нет, — прервал ее Шура, — не Антона. Артура! — Выдал свою тайну Шура, понимая, что нет смысла уже что-то скрывать. — Артура? — Переспросила Рита. Саша кивнул. — А, окей, я никому не скажу! — Пообещала девушка, юркнув за дверь, тихо закрывая ее, обещая, что убьет Матвея. — Да плевать мне уже, — Шура упал всем телом, ударяясь затылком о холодный пол. — Теперь идея Инги мне кажется лучше. Надо было всё-таки устроить собрание, чтобы всем сказать, что я люблю Артура... 5 В мире всегда будет неизменно то, что слухи разрастаются со слишком большой силой. Если кто-то пустил шепот, то его сразу же подхватывает другой, а потом их десять, а через час уже об этом говорят уже все. Ангелина слухи никогда не любила, но неоднократно становилась их участником, поэтому ей легче было в выдуманном и волшебном мире. В их университете слухи не были редкостью, поэтому она сразу же узнала о том, что Алиновский влюблен в какого-то парня, но имя не называлось. Знал ли об этом сам Алиновский или нет — неважно. Важно то, что Ангелина смогла сложить два плюс два, осознав, что причина рассеянности Артура найдена. Она хмыкнула, потому что явно не ожидала такого поворота, в глубине душе терзали эгоизм и ревность, но она прекрасно понимала, что Артур всегда будет предан своему автору, так зачем ограничивать ему любовь? Прекрасно, если тот своим чернильным сердцем смог полюбить кого-то. И, если честно, то Саша был хорошим кандидатом. Она видела, что пока ничего не сдвинулось с места, поэтому решила направить Сашу, чтобы тот уже делал первые шаги, ведь Артур хоть и был давно в этом мире, все равно ещё не освоился в человеческой жизни. Она встретила Алиновского, когда тот шел на тренировку у Соловья. Она остановила его, приказывая идти за ней. — Но у меня тренировка, — Растерянно возразил Саша. — Отпрошу, — равнодушно пожала плечами директор, — за мной! Саша пошел вслед за ней, махнув рукой Инге и Лиле, которые ждали его. Они переглянулись, боясь, что Шура влип куда-то по крупному. — Ты должен понимать, что Соловей ещё не слишком освоился на земле, — начала на ходу разговор Ангелина Евгеньевна, только они зашли за угол спортзала. Шура кивнул. — Он не знает традиций и обычаев, поэтому будь добр, сделай первый шаг. — О чем Вы? — Ты прекрасно понимаешь, — закатила глаза женщина. Прозвенел звонок. — Хватит друг друга мучить, признайся ему первым. — Шура нахмурился: — Антону? — Какому Антону? — Раздражённо спросила Ангелина Евгеньевна. — Артуру! — Она легонько постучала по лбу студента, из-за чего Шура поморщился, покрываясь лёгким слоем камня. — Вместо занятия с Артуром придумываешь как ты ему признаешься. — Ангелина развернулась, начиная уходить к своему кабинету. Шура сложил руки на груди, вздыхая. Всё-таки придется действовать самому. 5+1 Артур заинтересованно листал журнал, находясь в кабинете Ангелины, расслабленно сидя на диване. Он не вникал в суть, просто смотрел на яркие картинки, иногда начиная тереть кулаком по странице, чтобы вдохнуть запах духов, блаженно закрывая глаза. Ангелина сидела за столом, заполняя какие-то важные документы. — И долго вы собираетесь бегать? — Спросила женщина, одновременно со своими записями отпивая из стакана некрепкий виски. — А? — Немного отвлечённо спросил Артур, все ещё увлекаясь цветными картинками, разворачивая журнал в разные стороны, представляя из каких-то линий и картинок совершенно что-то другое, увлеченно занимаясь своим делом. — С Сашей, — пояснила Ангелина. — А что с ним? — Тут же поднял взгляд Артур, обеспокоенно смотря на своего автора. Ангелина фыркнула, совершенно не удивляясь такому повороту. — Если Алиновский яйца в кулак взять не может, то ты ему уже признайся, — Ангелина поставила точку в предложении на листе. — Как дети малые, ей-богу. — Думаете, это взаимно? — Оживился Артур, подскакивая с дивана. — Артур, я бы не давала тебе ложных надежд. Соловей кинул журнал, уже выбегая из кабинета, но снова подлетел к журналу, забирая его, благодаря Ангелину, хлопая дверью. Ангелина вздохнула, снова окунаясь в документы. Финал Соловей забежал в подъезд, преодолевая несколько пролетов, совершенно забывая про лифт. Он чувствовал, что летел на встречу к счастью, поэтому даже не жалел о том, что придет весь запыханный. Наконец он добежал до двери, вспоминая, что оставил ключи дома. Топнув ногой, пытаясь удержать в руке две тарелки шашлыка навынос. Саша любил шашлык, поэтому Артур решил задобрить его этим. Руки были заняты, поэтому Артур начал стучать в дверь ногой, надеясь, что Саша дома. Через несколько минут дверь открылась. Соловей юркнул в квартиру, аккуратно поставив тарелки с шашлыком, заключая Шуру в объятия. Алиновский растерялся, но обнял в ответ Соловья, который начал немного качать его из стороны в сторону. — В честь чего шашлык? — Аккуратно спросил Саша, пытаясь закрыть входную дверь, но Артур не собирался его отпускать. — В честь нашей годовщины! — Гордо ответил Соловей, наконец выпуская Сашу из объятий, сам закрывая дверь на замок. — Какой ещё годовщины? — Мы начали встречаться прямо сегодня! — Артур повернулся к тумбочке, снова поднимая тарелки с шашлыками, проходя с ними на кухню, замирая на пороге. Окно было открыто, а на плите стояло что-то крайне вонючее и несъедобное. — Это что? — Это должен был быть наш ужин, — поморщился Шура, отходя от небольшого шока. — Ладно, нестрашно, — улыбнулся Соловей, поставив тарелки на стол, разворачиваясь к Шуре, который подошёл к нему чуть ближе. — Я тебя... — Знаю, — кивнул Артур, — я тоже. — Ангелина подтолкнула? — Слабо улыбнулся Алиновский, подходя к парню, поправляя выбившуюся прядь золотистый волос. — Тебя тоже? — О, ты даже не знаешь, сколько было этих экспертов, — засмеялся Саша. Артур улыбнулся, наклоняясь к Шуре, чтобы его поцеловать. Саша довольно поморщился, притягивая Артура ближе к себе, вплетая пальцы в длинные волосы Соловья. Артур довольно улыбнулся, отлипая от Саши. — Что смотреть будем? — Поправил белоснежную челку персонаж. — Ты же сам прекрасно все знаешь, — хитро улыбнулся Саша. — Неееет, пощадиии! — Засмеялся Артур, снова обнимая Сашу, счастливо улыбаясь, не в силах поверить в свое счастье. Саша понял, что он благодарен ребятам, которые подталкивали его к этому. Наконец он понял, что если бы не это все, то они бы не стояли так с Артуром на кухне, прижимаясь друг к другу, слушая дыхание и сердцебиение. Но Матвею все же надо дать пиздюлей. А пока он будет приучать Артура к классике, включая ему очередную серию Сверхъестественного, чтобы тот привыкал к настоящему искусству. А Артур вроде и не против.