I'm Yours, Always

Примечания: Итак... Я не знаю, что сказать об этом, кроме того, что это чистейшая грязь, и я очень надеюсь, что вам понравится. Отказ от ответственности: Как всегда, я не знаю девушек лично и не утверждаю, что знаю истинную природу их отношений, это произведение вымысла, полностью придуманное мной. Пожалуйста, никогда не позволяйте ни одной из девушек увидеть это, я буквально умру. Наслаждайтесь.

***

      С самого детства Фрин всегда хвалили за ее понимание, сострадание и терпение. Она всегда была медленной на гнев и быстрой на прощение. Ее способность давать советы, а не осуждать, и доброе слово вместо оскорбления — черты, которые многократно заслужили ее похвалу и восхищение.              Обычно, чтобы по-настоящему разозлить ее, нужно приложить немало усилий. Но все близкие ей люди знают, что самый быстрый и простой способ сделать это — пройти через девушку, которая сейчас сидит рядом с ней.              Не секрет, что за последние два года Бекки быстро стала одним из самых важных людей в жизни Фрин. Нет ничего, чего бы брюнетка не сделала для нее. И с этой защитой приходит значительный уровень собственничества, который Фрин часто чувствует по отношению к своей лучшей подруге. Бекки просто такая милая и игривая по отношению ко всем, не ее вина, что иногда некоторые люди принимают ее игривый нрав за что-то более кокетливое. Когда это происходит, когда они сталкиваются с кем-то, кто чувствует, что имеет право требовать большего от ласковой блондинки, ну, тогда Фрин расстраивает.              Они вдвоем сидели почти полчаса, давая интервью последнему спонсору бренда, с которым их менеджеры подписали контракт, и Фрин была более чем довольна всем опытом. С того момента, как они вошли в ярко освещенную комнату, она наблюдала, как глаза мужчины, бравшего у них интервью, прилипли к Бекки и отказывались отводить взгляд.              На каком-то уровне Фрин понимала, что он чувствует. Бекки — красивая женщина, и ее способность успокаивать всех вокруг себя — лишь одно из многих качеств, которые обожает Фрин. Однако это не было оправданием для него, чтобы провести все время их интервью, явно отвлекаясь, пока он откровенно пялился на молодую девушку.              Фрин пришлось несколько раз прикусить язык, когда она почувствовала, что ее все больше раздражает то, как он краснеет, когда Бекки вежливо смеется над одной из его многочисленных простодушных шуток.              Мягкая рука, которая оставалась переплетенной с ее собственной под столом и вне поля зрения камер, была единственной причиной, по которой ей удавалось держать свои эмоции под контролем. Сосредоточение ее внимания на том, как пальцы Бекки, казалось, так идеально слились с ее пальцами, было успокаивающим и напомнило Фрин, что хотя этому парню может нравиться легкий флирт с другого конца дивана, на котором они сидели, Бекки была только ее, чтобы прикасаться к ней.              Когда интервью наконец закончилось и камеры выключились, Фрин сбросила фальшивую улыбку, которую она наклеила на свое лицо, пытаясь сделать вид, что она наслаждается собой. Стресс, который она держала в себе, медленно начал покидать ее тело, и все, чего она хотела, это забрать Бекки и пойти домой. Было уже поздно, и одного взгляда на девушку рядом с ней было достаточно, чтобы понять, что Бекки так же устала, как и она сама.              — Готова?              Она тихо спросила блондинку, которая тут же кивнула в ответ.              — Пожалуйста.              Фрин встала с дивана, потянув за собой Бекки. Она едва улыбнулась и помахала рукой интервьюеру, желая просто уйти и забыть о нем навсегда. Бекки была немного любезнее и фактически произнесла прощание, пока Фрин вывела их из комнаты.              Они как раз собирались войти в коридор, ведущий в их примерочную, когда Фрин была вынуждена резко остановиться, потому что девушка позади нее тоже остановилась. Она была так сосредоточена на том, чтобы уйти, что не заметила, что за ними следует интервьюер, который явно хотел привлечь внимание Бекки. Если бы это зависело от Фрин, они бы продолжили идти, но Бекки пыталась проявить гораздо более мягкий подход и проявила к нему больше терпения, чем он заслуживал, позволив ему вовлечь ее в разговор.              — Так, Бекки, — он начал несколько неловко, слегка покачиваясь на каблуках в явном проявлении нервозности. Фрин потребовалось все ее самообладание, чтобы не закатить глаза, поскольку она знала, что он, скорее всего, скажет дальше. — Какие-нибудь планы на эту субботу? Я бы с удовольствием пообщался с тобой в менее официальном месте.              И вот оно. Если бы ее не раздражала его дерзость даже подойти к ним, не говоря уже о том, чтобы пригласить Бекки на свидание, Фрин, вероятно, поаплодировала бы ему за то, что он вообще смог произнести эти слова вслух. Часть ее задавалась вопросом, не возьмут ли его нервы верх над ним, а еще большая часть ее желала, чтобы они это сделали.              Он одарил Бекки смущенной улыбкой, совершенно не осознавая того, что она выглядела так, будто предпочла бы быть буквально где угодно, а не вести этот разговор. Фрин было очевидно, что теперь она полностью сожалеет о том, что остановилась, чтобы поговорить с ним. И хотя она не позволила своей вежливой улыбке сойти с лица, ее хватка на руке Фрин сжалась ровно настолько, чтобы показать ее дискомфорт.              — О, эм-м, на самом деле я, вероятно, буду работать. Думаю, у нас еще одна съемка для нового журнала. Верно, Фрин?              Бекки повернулась к брюнетке за поддержкой и на мгновение отвлекла внимание от себя. Впервые с тех пор, как они встретились, интервьюер, похоже, наконец-то признал присутствие Фрин, и его глаза немного расширились, когда он заметил ее пристальный взгляд.              — Да.              Он быстро оторвал взгляд от сердитой девушки и снова посмотрел на Бекки, плечи которой едва заметно поникли, когда она увидела, что он не сдается так легко.              — Но ведь это же не займет весь твой день?              — Я не знаю. Они обычно работают допоздна.              Бекки пожала плечами, все еще мило улыбаясь, и Фрин было более чем достаточно, чтобы этот парень понял намек.              — Ну, а как насчет вечера? После такого долгого дня ты, должно быть, проголодалась. Почему бы тебе не позволить мне пригласить тебя на ужин?              Его голос граничил с навязчивостью, когда он осознал, что все идет не так гладко, как он, вероятно, себе представлял, и этот звук был одной из самых раздражающих вещей, которые Фрин когда-либо доводилось слышать.              — Это очень мило с твоей стороны, но я думаю, что потом я, вероятно, просто пойду домой. У меня вечерние занятия и домашняя работа, которые, кажется, всегда требуют моего внимания.              Младшая девочка попыталась смягчить растущее напряжение тонкой шуткой, которой, как она надеялась, будет достаточно, чтобы он наконец понял, что она не заинтересована. Но по какой-то причине вместо того, чтобы извиниться и отступить, он, казалось, воспринял ее попытку легкомыслия как приглашение вторгнуться в ее личное пространство.              — Ты так много работаешь. Они должны дать тебе немного отпуска. А как насчет воскресенья?              Он говорил почти сочувствующим тоном, который был бы гораздо эффективнее, если бы он тут же не протянул руку и не положил нежеланную руку на плечо Бекки. Он сжал ее, что, скорее всего, должно было быть актом утешения, но вместо этого заставило Бекки полностью напрячься под его прикосновением.               — Эм-м…              — Тогда она тоже занята.              Фрин быстро отреагировал, притянув Бекки ближе к себе и заставив свою руку отпустить. Если бы взгляды могли убивать, то этот мужчина упал бы замертво по крайней мере десять раз от горячего взгляда, который Фрин нацелил на него. Он наконец сделал шаг назад, когда заметил, что она волнами излучает крайне явную ярость.              — У нас есть планы на это воскресенье и на каждое воскресенье в обозримом будущем. Теперь, если вы нас извините.              Она повернулась, Бекки все еще была рядом с ней, и не дала ему возможности ответить, хотя он и не стал бы этого делать после тех уничтожающих взглядов, которые она ему бросила. Они быстро вышли из комнаты и пошли по коридору быстрее обычного, Фрин просто хотела как можно дальше уйти от них.              — Фрин, это было немного непрофессионально, не думаешь?              Бекки говорила так, что Фрин было ясно, что она не имела этого в виду, но она все еще пыталась быть вежливой, хотя теперь их было только двое. Фрин все равно закатила глаза.              — О, пожалуйста, всякое подобие профессионализма исчезло из разговора в тот момент, когда он решил попытаться пригласить тебя на свидание.              — Он был немного настойчив.              Ее слова были произнесены тихо, и Фрин пришлось приложить все усилия, чтобы не посмеяться над грубой недосказанностью.              — Он был придурком.              — Фрин.              — Мне не жаль. Он не должен был тебя трогать.              Это вызвало вздох у молодой девушки, которая, наконец, согласилась, поскольку она перестала пытаться спорить с Фрин о своем поведении. Вместо этого она сосредоточилась на том факте, что они все еще шли, но их окружение больше не казалось им знакомым. Где бы они ни были, это было достаточно далеко от всех остальных, так что она не могла слышать ничего, кроме их собственных шагов по плиткам пола.              — Куда мы идем? Мы уже прошли раздевалку.              Бекки только что закончила предложение, когда Фрин внезапно остановилась перед открытой дверью.               — Здесь.              Она провела их обоих внутрь и закрыла дверь, прежде чем щелкнуть выключателем, чтобы Бекки наконец увидела, куда она их привела.              — В ванную?              Она посмотрела на Фрин в замешательстве.              — Тебе нужно идти?       — Нет.              Фрин покачала головой и положила руки на талию Бекки, нежно притянув ее ближе.              — Тогда почему…              Она заглушила следующий вопрос младшей девушки поцелуем, в котором Бекки тут же растворилась.              Фрин отчаянно хотелось найти уединенное место, чтобы они могли сделать это сразу после того, как закончат этот неудачный разговор. В тот момент, когда его рука легла на плечо Бекки, Фрин охватило желание не только полностью оторвать обидную конечность, но и вернуть себе положение единственного человека, которому позволено прикасаться к Бекки более чем дружески. Если бы они не нашли эту ванную, Фрин была почти уверена, что в конце концов поддалась бы своей потребности и просто поцеловала Бекки в коридоре, где их мог бы увидеть любой.              Она почувствовала легкий трепет при мысли о том, что интервьюер — тот, кто найдет их такими. Может быть, тогда он наконец поймет, что Бекки никогда не сможет принадлежать ему, поскольку она уже принадлежит ей.              Фрин удалось углубить поцелуй, сильнее прижавшись губами к губам Бекки, и молодая девушка с нетерпением ответила на его действие. Когда Фрин укусила нижнюю губу Бекки, Бекки не смогла сдержаться и тихонько вздохнула, что только подстегнуло Фрин еще больше. Ее язык прошелся по губам Бекки, прося войти, что было быстро разрешено, заставив обеих девушек застонать от приветственного чувства.              Фрин прижала Бекки еще крепче. Она чувствовала тепло, исходящее от кожи Бекки, даже через ткань ее одежды, где их тела были вплотную друг к другу, и это сводило ее с ума. Фрин вела Бекки назад, пока она не смогла прижаться спиной к двери. Она отстранилась ровно настолько, чтобы переместить руку с талии Бекки вверх по ее туловищу, скользя по ее животу и грудной клетке, пока, наконец, не остановилась на ее левой груди.              Этого было достаточно, чтобы вернуть некоторый уровень рационального мышления к младшей девушке, поскольку Бекки внезапно вспомнила, где они находятся и что происходит.              — Подожди.              Она оторвалась от губ Фрин, дыша почти так же тяжело, как после бега на короткое расстояние.              — Что мы делаем?       Фрин дышала так же тяжело, ее сердце колотилось в ушах, когда она остановила свою руку, чтобы не двинуться дальше. Однако это было трудной задачей, когда Бекки стояла перед ней с испорченной помадой и расширенными зрачками. Все, о чем могла думать Фрин, это как сильно она хотела продолжать. Поэтому она ответила честно.              — Я хочу тебя.              Бекки мягко улыбнулась ее словам и подняла руку, чтобы обхватить щеку Фрин.              — Ты уже имеешь меня.              Фрин не могла удержаться и наклонилась к нежному прикосновению блондинки, но быстро поняла, что Бекки не совсем поняла, что она имела в виду.              — Нет, Бек, — она протянула свою руку к подбородку Бекки и держала ее неподвижно, убедившись, что смотрит прямо ей в глаза. — Я хочу тебя.              Она увидела, как на лице Бекки промелькнуло понимание, когда желание снова начало овладевать ее чертами, но ее остановило колебание.              — Здесь?              Голос Бекки был неуверенным, но ее глаза выдавали, насколько ее возбуждали обстоятельства.              — Но все буквально стоят прямо снаружи, они могут нас слышать.              Даже говоря это, она снова таяла в объятиях Фрин, и брюнетка знала, что она уже сдалась.              Фрин ухмыльнулась, прежде чем наклониться достаточно близко, чтобы почувствовать губы Бекки на своих, фактически не касаясь их, и она услышала резкий вдох блондинки от внезапного изменения их близости.              — Так не позволяй им.              Бекки была той, кто наконец сократил оставшееся расстояние между их губами, когда она больше не могла выносить разлуку.              Они быстро вернулись к своему прежнему темпу, и на этот раз, когда рука Фрин добралась до груди Бекки, ни одна из девушек не хотела останавливаться.              Фрин сжала мягкий холмик и наслаждалась стонами, которые вырывались изо рта Бекки. Ей нужно было услышать больше этих сладких звуков, и она начала целовать челюсть и шею Бекки, нежно покусывая определенные места, которые, как она знала, были особенно чувствительны для младшей девушки. Когда она подошла к груди Бекки, Фрин почувствовала, как ее охватила волна раздражения из-за ткани, которая мешала ей продолжать прижимать губы к нежной коже Бекки.              — Я хочу это снять.              Она нежно потянула платье Бекки, чтобы блондинка поняла. Бекки просто кивнула, затем повернулась, чтобы Фрин могла расстегнуть платье, позволив ему упасть в лужу у ее ног. Фрин быстро отодвинула его в сторону и снова повернула Бекки к себе, окидывая взглядом простор кремово-белой кожи, которая внезапно стала ей доступна. Бекки не носила бюстгальтер, поэтому между Фрин и ее целью больше не было никаких преград.              Не раздумывая, она наклонилась и взяла один из сосков Бекки в рот, долго посасывая чувствительную кожу, прежде чем переключиться на другую грудь и одарить ее таким же вниманием.              Голова Бекки сильно откинулась назад на дверь ванной, но она едва заметила боль, слишком поглощенная удовольствием, которое доставляла ей девушка перед ней.              — Фрин.              Она застонала, ее голос был прерван и полон похоти. Она хотела большего, и Фрин знала это.              Фрин отстранилась от груди Бекки, заставив блондинку заскулить от потери контакта.              — Что тебе нужно, детка?              Бекки ничего не сказала, она просто уставилась на Фрин с умоляющим выражением на лице, в то время как ее глаза слезились от желания, и Фрин потребовалось все силы, чтобы не поддаться немедленно своему очевидному желанию. Вместо этого она покрутила один из сосков Бекки между пальцами, заслужив еще один громкий вздох от младшей девушки.              — Используй свои слова, принцесса, скажи мне.              Прошло еще мгновение, и Фрин увидела, как Бекки сосредоточенно нахмурилась, пытаясь сделать то, о чем ее просили.              — М-мне нужно, чтобы ты прикоснулась ко мне.              Фрин гордо улыбнулась, зная, как трудно блондинке сформировать связные мысли, когда она достигала этого уровня возбуждения, но Бекки постоянно так стремилась угодить ей, что ей почти всегда это удавалось.              — Хорошая девочка.              Брюнетка почувствовала дрожь, пробежавшую по телу Бекки от ее похвалы. Ее девочка более чем заслужила награду, и Фрин солгала бы, если бы сказала, что она не так же отчаянно, как Бекки, хотела ее ей дать.              Она наклонилась и снова поцеловала Бекки в губы, затем быстро начала спускаться вниз, целуя ее шею, плечи, грудь и ребра. Ей пришлось упасть на колени, чтобы продолжить. Схватив обе стороны хлопкового нижнего белья Бекки, она начала стягивать его вниз по ногам, пока они не оказались достаточно низко, чтобы Бекки могла из них выйти. Наконец, когда вся Бекки предстала перед ней, Фрин смогла увидеть, насколько отчаялась блондинка. Она не сводила глаз с Бекки, когда целовала ее прямо над тем местом, где она больше всего в ней нуждалась.              — Пожалуйста.              Бекки почти захныкала, раздвинув ноги немного шире, чтобы разместить девушку между ними, а Фрин просто прижала еще один поцелуй к тому же месту, прежде чем обхватить руками оба бедра Бекки, чтобы оказать ей некоторую поддержку.              Первое прикосновение языка Фрин к влажным складкам заставило Бекки так громко вскрикнуть, что ей пришлось прикусить руку, чтобы никто не пришел и не узнал, откуда взялся шум.              На мгновение она забеспокоилась, что Фрин может остановиться, но, если что, крик Бекки только подбодрил ее еще больше. Казалось, ей было все равно, поймает ли их кто-нибудь, и эта мысль послала волну возбуждения прямо в сердце Бекки.              Фрин чувствовала, как близко Бекки уже была, она знала, что всего лишь с помощью нескольких удачных касаний она могла бы заставить девушку кончить за считанные секунды, поэтому она обхватила языком клитор Бекки и крепко пососала, заставив Бекки так сильно укусить ее за руку, что она почти порвала кожу. Ее оргазм приближался к ней так быстро, что казалось, будто волна несется к ней, но как раз когда она собиралась быть поглощенной им, Фрин внезапно отстранилась и встала.              Слезы отчаяния начали течь по щекам Бекки, когда она почувствовала, что ее освобождение украдено у нее. Она не могла говорить, она не могла думать. Ее ноги дрожали от усилий, которые ей требовались, чтобы просто стоять. Но прежде чем она успела упасть, Фрин обхватила ее за талию, удерживая ее, затем она положила руку между ног Бекки и быстро продолжила с того места, на котором остановилась, просунув два пальца внутрь Бекки и используя большой палец, чтобы нарисовать плотные круги вокруг ее клитора.              Внезапная перемена и быстрая смена настроения нанесли хаос телу Бекки, пока она боролась, чтобы приспособиться к темпу Фрин, ее оргазм был так близко, что она чувствовала, как он угрожает разорвать ее насквозь.              Фрин снова поцеловал ее с синяками, вонзаясь в нее все быстрее и быстрее.              — Ты моя.              Она пробормотала в губы Бекки, и Бекки вздрогнула от искренности в ее тоне.              — Я твоя, всегда.              — Докажи это.              Темп Фрин еще больше ускорился, и она сильнее прижалась к клитору Бекки.              — Кончи для меня.              Бекки закричала, когда ее оргазм пронзил ее, и Фрин пришлось быстро покрыть ее рот поцелуем и проглотить звук, прежде чем его услышал кто-то еще. Она бы рухнула, если бы не рука, которая все еще была на ней. Вместо этого она позволила своему весу почти полностью обрушиться на Фрин, и брюнетка приняла это без жалоб.              Фрин продолжала медленно вводить пальцы, чтобы помочь Бекки переждать волны удовольствия, проходящие через ее тело, пока она, наконец, не заскулила от чрезмерной стимуляции, и Фрин нежно убрала ее пальцы.              — Ты так хорошо справилась со своей задачей, принцесса, такая хорошая девочка.              Фрин нежно целовала щеки и лоб Бекки, продолжая шептать слова похвалы девушке в ее объятиях. Бекки впитывала ласку, наслаждаясь каждым ее моментом и не желая, чтобы он никогда не заканчивался. Секс с Фрин всегда был потрясающим, но последующий уход определенно был для нее изюминкой.              — Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке?              Спросила брюнетка через несколько секунд, и Бекки удалось перевести дыхание, больше не нуждаясь полностью в поддержке Фрин.              — Я в порядке.              Она искренне улыбнулась своей возлюбленной, которая никогда не упускала возможности выразить свою обеспокоенность благополучием Бекки.              — Это было не слишком?              — Это было идеально, ты была идеальна.              Бекки взяла лицо Фрин в свои руки и нежно поцеловала ее беспокойство, оставив вместо этого нежную улыбку на ее лице.              — Ты тоже…              — Девочки? Вы там?              Внезапное прерывание голоса, принадлежащего одному из их стилистов, так напугало их, что они оба подпрыгнули. Широко раскрытые карие глаза уставились друг на друга, когда они полностью осознали свое крайне компрометирующее положение. Прежнее возбуждение, которое они чувствовали от перспективы быть пойманными, полностью покинуло их и сменилось чистым адреналином и небольшим количеством страха.              Бекки, обеспокоенная тем, что их коллега может попытаться войти, если они не ответят, первой обрела голос и ответила за них обоих.              — Да, мы здесь.              Они знали, что все, кто работал с ними, привыкли к тому, что они исчезали вместе на случайные периоды времени без объяснений, просто их никогда раньше не находили такими открытыми. Они понятия не имели, что было слышно по ту сторону двери или какова будет реакция.              На мгновение воцарилась тишина, и все, что могли сделать девушки, это ждать.              — Мы как раз заканчиваем собирать вещи, чтобы уйти, если вы готовы идти.              Обе девушки выдохнули, и Бекки с облегчением прижалась лбом к лбу Фрин, поняв, что их на самом деле не поймали.              — Хорошо, мы выйдем через минуту.              Пока они слушали шаги, удаляющиеся от двери и обратно по коридору, серьезность ситуации начала нарастать над ними. Они встретились взглядами, и в этот момент ни одна из девушек не смогла остановить внезапный взрыв смеха, вырвавшийся из их уст.              — О, боже, это было так близко.              Фрин пришлось вытереть слезы, собиравшиеся в уголках глаз, а Бекки чувствовала себя не лучше, она с трудом дышала между приступами смеха.              — Если бы они постучали немного раньше.              Им удалось довольно быстро успокоиться, в основном потому, что никто из них не хотел, чтобы кто-то еще пришел искать источник шума.              Они все еще были уютно обняты друг другом, и именно Бекки первой начала отстраняться со вздохом.              — Нам пора идти.              — Да.              Фрин согласилась, хотя ей действительно этого не хотелось, она бы предпочла просто продолжать прижимать Бекки к себе в маленькой ванной, скрытой от кого-либо еще, кто мог бы попытаться украсть ее. К сожалению, она знала, что это просто нереально, поэтому вместо этого она помогла Бекки переодеться и вымыла их обоих, насколько могла, пытаясь сделать то, что они делали, немного менее очевидным.              Фрин одобрительно кивнула им обеим и открыла дверь, чтобы вывести их обратно в коридор, но не раньше, чем взяла руку Бекки в свою, где ей и место.              Они сделали всего несколько шагов, когда Бекки остановилась, заставив Фрин остановиться тоже.              — Что случилось?              Она посмотрела на младшую девушку с беспокойством. Но Бекки не была расстроена, просто немного разочарована, и она робко улыбнулась Фрин.              — Я не смогу прикоснуться к тебе.              Это вызвало смешок у старшей девушки, которой пришлось бороться с желанием притянуть Бекки к себе для еще одного поцелуя теперь, когда они больше не были в уединении ванной.              — Бек.              Она сжала руку Бекки.              — Ты можешь сегодня вечером.              Только после того, как она это сказала, она вспомнила, что на самом деле не спрашивала Бекки, хочет ли она пойти с ней домой, а просто предполагала, что она захочет.              — Ты ведь пойдешь со мной домой, верно?              Бекки улыбнулась нерешительности в вопросе Фрин, как будто она когда-нибудь откажется от ночевки в квартире брюнетки, особенно когда она обещала продолжение их прежних занятий.              — Конечно, детка.       С перспективой того, что сегодняшний вечер даст им обоим что-то, чего они будут с нетерпением ждать, они наконец вернулись в коридор и направились на звуки разговоров людей.              Они быстро присоединились к своей команде, которая была полностью собрана и готова идти, как и было обещано, и после нескольких вежливых прощаний с некоторыми из организаторов, они вышли.              Они почти вышли из здания, когда случайно прошли мимо интервьюера, который брал у них ранее интервью, он стоял в стороне один. Фрин на секунду затаила дыхание, ожидая, попытается ли он заговорить с ними. Но ему даже не дали шанса, после того как Бекки сжала руку Фрин и продолжила идти мимо него, даже не взглянув в его сторону. Фрин показалось, что его плечи поникли от поражения из-за того, что его так откровенно отвергли. И хотя она обычно не находит радости в страданиях других людей, она не могла не почувствовать себя немного самодовольной от осознания того, что он никогда не будет иметь Бекки так, как она.

***

       Заметки: Я не знаю, что такого особенного в Top Freen, но я просто очень ее люблю, лол. А еще я не могу поверить, что я уже дважды написал freenbecky smut. В любом случае, надеюсь, вам понравился этот беспорядок. Дайте мне знать, что вы думаете, и увидимся в следующей истории.