thin ice

      — Смотри, паук! — Тэхён присаживается на корточки посреди сцены и похлопывает Чонгука по колену, чтобы привлечь его внимание к восьминогому другу, которого он только что нашёл.       Чонгук что-то напевает, не обращая на Тэхёна никакого внимания. Его взгляд прикован к Чимину, к тому, как он танцует под свою сольную песню.       Проще говоря, Чимин — почти Бог. С этим ничего не поделаешь. Он просто такой, какой есть.       И танцует он тоже, как Бог. Его голос, наконец, в отличном состоянии, так что он возвращается к репетициям в полную силу. И это, в общем, завораживает. Чонгук не может отвести взгляд, сосредоточенно стараясь не пропустить ни одного его движения.       Тэхён поднимает взгляд на Чонгука, обижаясь, что его игнорируют. Он следит за его взглядом, и на губах Тэхёна появляется понимающая ухмылка, когда он, наконец, догадывается. Он встаёт и наклоняется к уху Чонгука, ухмыляясь.       — Ты слишком палишься, малыш, — хрипит он. Чонгук подскакивает, отступает на шаг, глядя на Тэхёна широко раскрытыми глазами. — Хотя… Я не могу винить тебя, — растягивает он слова. — Та часть, где он катается по полу, особенно привлекает.       Уши Чонгука горят красным, он упирается Тэхёну в грудь. Однако его парень не двигается с места.       — Прошло так много времени с тех пор, как Чимин-и трахал тебя, не так ли?       Чонгук издаёт жалкий горловой звук, выглядя шокированным.       — Тэ!       — А что? — Тэхён пожимает плечами. — Сколько там уже времени прошло? Две недели?       Чонгук смущённо отводит взгляд.       — Две с половиной.       Тэхён смеётся.       — Похоже, он достаточно пренебрегал нами, что ты начал считать, да? — он делает шаг ближе к Чону, положив руку на его талию. — Вообще-то, мне обидно. Я думал, что я трахаю тебя достаточно сильно, чтобы компенсировать отсутствие Чимин-и.       Чонгук выглядит подавленным.       — Тэ, — задыхается Чонгук, красный как помидор. Чёрт возьми, у них репетиция в самом разгаре.       Это правда, что Чимин был занят, работая над новой песней с Намджуном — Promise — и восстанавливаясь после простуды. Всякий раз, когда Чонгук искал его, Чимину либо говорили отдохнуть, либо он пытался придумать, какие слова подойдут к припеву. И Чонгуку неприятно это признавать, но он чувствовал себя немного брошенным, немного изголодавшимся по прикосновениям.       Тэхён такой же, как и всегда, он всё время держится за Чонгука, всегда старается, чтобы у него было время для своего парня, и как бы это ни было мило — он всё равно не Чимин. Он не может заменить прикосновения Чимина, потому что Тэхён — совершенно другой человек. У него есть свои причуды и привычки, свои шалости и дразнилки, и Чонгуку нравится в нем всё.       Он даже не может описать, насколько Тэхён заставляет его чувствовать себя счастливым.

И всё же.

      То количество привязанности, которым Тэхён осыпает его, составляет лишь половину того, к чему привык Чонгук. Возможно, он немного избалован.       — Я тоже скучаю по Чимин-и, — Тэхён возвращает Чонгука к действительности. — У меня есть идея.       Это тревожный сигнал. Тэхён и его идеи обычно не срабатывают. Но Чонгук думает, что на этот раз это может сработать. Потому что, если Тэхён ничего не предложит, это сделает Чонгук. У него есть довольно чёткое представление о том, чего хочет Тэхён, и он тоже этого хочет.       — Какая? — спрашивает Чонгук, борясь с желанием стереть ухмылку с лица Тэхёна поцелуями.       — Давай испытаем его терпение, — мурлычет он. — Давай посмотрим, как далеко мы сможем его завести, а?       Чонгук сглатывает, теряясь в глазах Тэхёна.        — Что ты имеешь в виду?       — О, малыш, — усмехается Тэхён. — Мы оба знаем, что ты не такой невинный, каким хочешь казаться. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.       Чонгук отступает на шаг, пытаясь скрыться от Тэхёна и от напряжения, которое читается в его глазах. Он заглядывает через плечо своего парня и смотрит на Чимина. Чон издаёт писк, когда обнаруживает, как Чимин уставился на них, вопросительно приподняв бровь, закончивший репетицию.       — Да, — слабо говорит Чонгук. — Давай сделаем это.

☆

      Чонгук загнал Чимина в угол за кулисами, без рубашки, игнорируя суетящийся вокруг них персонал, кричащий и бегающий, чтобы подготовить их к следующему выступлению. Намджун только что начал исполнять свою сольную песню на сцене, так что у них есть несколько свободных минут.       Нескольких минут вполне достаточно, чтобы Чон продолжил свою миссию –выводить Чимина из себя, пока тот не психанёт. Он видел, как Тэхён несколько раз проходил мимо Чимина, задерживаясь на его прикосновениях, но Чонгук думает, что пришло время перейти на более высокий уровень.       Пак смотрит на него снизу вверх, напоминая оленёнка, попавшего в свет фар. Он полуголый, совсем как Чонгук. Забавно, как быстро он превращается из смущённого в взволнованного, не в силах сдержаться — он бросает взгляд на грудь Чонгука, поджимая губы и краснея щеками.       — Чимин-и, — произносит Чонгук намеренно низким голосом, но достаточно тихо, чтобы заставить Чимина заметно вздрогнуть.       — Что?       Чонгук улыбается. Он наклоняется к Чимину, касаясь губами его уха, инстинктивно кладёт руку ему на талию.       — Ты был великолепен, — шепчет Чонгук, обдавая горячим дыханием шею Чимина. — Я не мог оторвать от тебя взгляда. Ты всегда так хорошо выглядишь.       Чимин в замешательстве отталкивает его.       — Эм… Спасибо? — заикаясь, бормочет он, быстро убегая с места происшествия.       Чонгук улыбается, забирая свою футболку у персонала. Он оглядывается, встречая взгляд Тэхёна. Ким одаривает его озорной улыбкой. Это было просто. В конце концов, они всегда были сообщниками.

☆

      Чонгук встаёт между Юнги и Чимином перед их поклоном в конце концерта. Он хватает Чимина за руку и невинно улыбается, когда тот удивлённо поднимает бровь.       Когда они, наконец, исчезают под сценой, Чонгук всё ещё держит Чимина за руку. Чимин пытается высвободить руку, но Чонгук лишь кладёт ладонь ему на поясницу.       — Что с тобой? — спрашивает Чимин, прищурившись.       Чонгук улыбается.       — Ничего, — врёт он, а затем начинает громко шлепать Чимина по заднице. Он не дожидается реакции и оставляет старшего стоять, поражённого и потерявшего дар речи.       Обычно Чонгук не проявляет столько нежности за пределами их общежития или уединения в гостиничных номерах. Чимин фыркает. Мелкий придурок.

☆

      — Поторопись-ка! — хихикает Чонгук, отправляя в рот ещё кусочек. Смех Тэхёна эхом разносится по комнате, смешиваясь со смешками персонала в ответ на вопли Чимина.       — Прекрати жрать и ржать! — кричит Чимин, и улыбка выдаёт его. — Мы поедем на одной машине! Я не могу вернуться домой один!       Чонгук машет фанатам, пока дверь машины полностью не закрывается, закрывая ему обзор. Он вздыхает, откидывается на спинку сиденья и поворачивается, чтобы посмотреть на сотни Арми, которые остаются, чтобы попрощаться с ними.       Чимин кладёт руку на бедро Чонгука. Младший приподнимает бровь, затем улыбается. Он берёт руку Чимина в свою, переплетая их пальцы, и машет из окна свободной рукой.       — Не думай, что я не знаю, что ты делаешь, — тихо, предостерегающе говорит Чимин.       Чонгук улыбается, всё ещё не глядя на своего хёна. Он наблюдает за Арми, когда они проходят мимо, и только когда они уже далеко, Чонгук реагирует.       — Что ты имеешь в виду?       Чимин фыркает. Чонгук поворачивается к нему, и его сердцебиение учащается, когда он встречается с мрачным взглядом Чимина.       — Ты трогал меня целый день, — просто говорит Чимин, и в его голосе слышится властность. Чонгук сглатывает. Может быть, это была плохая идея, кто знает. Чимин отпускает руку Чонгука и поднимается выше по его ноге. — Я привык к тому, что Тэхён — самый бесячий человек в мире, — продолжает он, его прикосновения так близки к тому месту, где Чонгук одновременно и хочет, и не хочет его видеть. — Но ты… — Чимин фыркает, отстегивая ремень безопасности. — Неужели я действительно настолько пренебрегал тобой, что ты ведёшь себя так, как будто у тебя недотрах?       — Хён…       Чимин хватает Чонгука за горло, заставляя его замолчать.       — Я старше тебя, школотрон. Не думай, что я позволю тебе безнаказанно пойти спать после концерта.       Руки Чонгука взлетают вверх, чтобы схватить Чимина за запястье, ногти впиваются в предплечье, но Чимин остаётся невозмутимым, в уголках его губ появляется едва заметная ухмылка. Чонгук знает, что Чимину вообще наплевать на уважение, особенно после стольких лет отношений.

Мучать своих парней, чтобы потом по кусочкам собрать их обратно — все они знают, что это какая-то специфическая потребность Чимина.

      У Чонгука кружится голова. Это то, чего он хотел. Чимин уделяет ему внимание, заставляя чувствовать себя таким маленьким и беспомощным, как он всегда это делает. Так мило, нежно, но это обжигает, разжигая огонь в его животе.       — Это была идея Тэхёна, не так ли? — Чимин что-то бормочет, его руки все еще сжимают горло Чонгука с обеих сторон, перекрывая кровообращение. Чонгук чувствует головокружение. — Что ещё у тебя для меня припасено, а?       Чонгук закрывает глаза, его кожа горит. Чимин отпускает его шею, но не убирает руку.       — Он наверняка хотел бы чего-то большего, чем просто разозлить меня, — размышляет Чимин. — Я его знаю. Он всегда следит за тем, чтобы всё шло так, как он хочет.       Чонгук резко втягивает воздух. Если он что-нибудь скажет, Тэхён ему врежет по заднице. Если он этого не сделает, то люлей надаёт уже Чимин.       — Выкладывай, Чонгук-и, — подстрекает Чимин. — Я буду очень милым, — мурлычет он. — Я трахну тебя так, как тебе нравится, на спине. Ты просто должен сказать мне, что планирует Тэхён.       Чонгук сглатывает.       — Я… я не знаю. Он мне не сказал…       Чимин цокает, сжимая горло Чона с обеих сторон. Чонгук задыхается.       — Ты думаешь, что я в это поверю? — Чимин усмехается. — Давай, малыш. Тебе придётся постараться ещё больше. Ты тоже можешь помочь мне расправиться с Тэхёном.       Чонгук поджимает губы. Перед Чимином всегда было трудно устоять, а Чонгук всегда был немного неразговорчив со своими парнями.       — Что скажешь? — Чимин отпускает шею Чонгука, меняя тактику. Он заправляет волосы младшего за ухо, хитро улыбаясь и готовый ломать Чонгука по кусочкам.       — Я… Я тоже хочу, чтобы ты со мной расправился.       Чимин ухмыляется.       — Я могу это сделать. Всё, что тебе нужно сделать — это попросить.       Машина останавливается. Старший садится обратно на свое место, оставляя Чонгука в таком состоянии — немного испуганным, немного взъерошенным, немного возбуждённым. Менеджер сообщает им, что они прибыли в отель, и просит их как можно скорее лечь спать, потому что завтра у них ещё один концерт.       Чимин одаривает его милой улыбкой, заверяя менеджера, что все выспятся и что ему не о чем беспокоиться. Чонгук знает, что ему лучше не верить.

☆

      Чонгук чуть не падает с кровати, когда кто-то стучит в его дверь. Он прикусывает губу, прикидывая, кто бы это мог быть. Это может быть Намджун, который просто проверяет участников, как он всегда делает перед сном. Это мог быть Хосок, спрашивающий, не нужно ли ему оставить свою карточку от номера у Чонгука, на случай, если он захочет переночевать с ним. Это мог быть Юнги, просящий Чонгука одолжить его нижнее бельё. Это мог быть Сокджин, который искал свои очки или что-то в этом роде, предполагая, что Чонгук украл их. Или это мог быть Тэхён. А могло быть и хуже — или лучше, зависит от точки зрения — это мог быть Чимин.       — Это ФБР, откройте!       Чонгук закатывает глаза. Тэхён.       — Иду!       Чон встаёт с кровати и подходит, чтобы открыть дверь. Когда он это делает, то видит Тэхёна, стоящего там в халате, скорее всего, на голое тело, и самодовольно ухмыляющегося.       — Ты ещё не спишь? — он заходит в комнату Чонгука и шлёпает его по заднице, когда проходит мимо своего парня. Он бросается на кровать Чонгука, халат задирается, обнажая золотистую кожу.       — Да, — произносит Чонгук, закрывая дверь. Он следует за Тэхёном к кровати и садится на краешек. — Побудем здесь?       — Конечно, — не задумываясь, отвечает Тэхён. — Я видел, как Чимин пожирал тебя глазами после того, как мы вернулись сюда. Что-то случилось?       Уши Чонгука порозовели.       — Нет. Я ничего ему не говорил.       Тэхён приподнимает бровь, на его губах появляется понимающая улыбка.       — Чимин-и немного повеселился с тобой в машине?       — Ну Тэ! — обиженно говорит Чон. — Нет, конечно, нет! Мы не…       — Боже, ты очарователен, — смеётся Тэхён. Он приподнимается на локтях, затем садится, поворачиваясь к Чонгуку. — Наручники у тебя?       Чонгук кивает.       — Да. В моей сумке.       Тэхён встаёт и достаёт наручники из сумки Чонгука.       — Подвинься, малыш, я хочу прикрыть их подушкой, чтобы Чимин-и не увидел.       Чонгук подчиняется, позволяя Тэхёну привязать наручники к спинке кровати, так что всё, что им нужно сделать — это надеть их на запястья Чимина и закрепить в нужный момент. Тэхён накрывает всё огромной подушкой. Затем он хватает Чонгука за запястье и тянет его на середину кровати. Чонгук вскрикивает и падает на спину. Тэхён вдавливает его в матрас, нависая над ним.       — Давай немного повеселимся, пока Чимин-и ещё не здесь, хорошо? — он не ждёт ответа, просто целует Чонгука, заставляя его красиво застонать.       — Да, — бормочет Чонгук, ловя губы Тэхёна и нежно прикусывая нижнюю.       — Идеально, — улыбается Тэхён. Он целует подбородок Чонгука, прежде чем снова встретиться с его губами, становясь немного разгоряченным. Чонгук двигает руками на автопилоте, расстёгивая халат Тэхёна. Его ладони натыкаются на гладкую кожу, снимая раздражающий предмет одежды со старшего.       Ким смеётся, полностью обнажённый под халатом — как и ожидал Чонгук — и затем они возвращаются к поцелуям. Тэхён забирается под рубашку Чонгука, помогая ему освободиться от неё. Затем он сразу же хватает левый сосок Чона, сжимая другой рукой. Чонгук выгибает спину от удовольствия, подставляя грудь под прикосновения Тэхёна, гоняясь за ощущениями.       — Такой красивый, — бормочет Тэхен, прокладывая дорожку поцелуев вверх по груди Чонгука, посасывая отметину прямо под ключицей.       — Тэ, — шепчет Чонгук, запуская руки в мягкие локоны Тэхёна и прижимая его к своей груди. — Я хочу тебя.       — Да? Я думал, тебе нужен кто-то другой, — он облизывает сосок Чонгука горячим и нетерпеливым ртом. Затем рука Кима обхватывает шею младшего, и он больше не задаёт вопросов. Власть Тэхёна над ним велика. Губы слегка приоткрываются, взгляд затуманивается, а руки безвольно опускаются вдоль тела. — Вот так, — самодовольно хмыкает Тэхён. — Ты всегда капризничаешь, потому что это даёт тебе именно то, чего ты хочешь.       Тэхён всё ещё держит руку на шее Чонгука, перекрывая кровообращение ещё на несколько секунд, прежде чем отпустить его и отстраниться. Он снимает с Чона спортивные штаны и нижнее бельё, небрежно отбрасывая и свой халат. У Чонгука уже есть смазка на прикроватном столике — маленький засранец — и Тэхён ухмыляется, хватая её.       — Я подготовлю тебя к встрече с Чимин-и, — говорит Тэхён, целуя Чонгука в лоб и раздвигая его ноги. — Хорошо?       Чонгук кивает.       — Да, — выдыхает он, глядя в потолок. Он раздвигает ноги шире, показывая Тэхёну, насколько он готов. — Пожалуйста.       — Хорошо, — улыбается Тэхён, нанося на пальцы большое количество смазки. Он разогревает её, лаская внутреннюю поверхность бедра Чонгука, чтобы облегчить ему проникновение, а затем вводит первый палец. Чонгук стонет от удовольствия, с готовностью принимая его, побуждая Тэхёна продолжать. Ким фыркает, но никак не комментирует. Он просто наклоняется, чтобы поймать губы Чонгука в поцелуе, заключая его в клетку, и улыбается ему в губы, когда младший обнимает его за шею, притягивая его ближе.       В комнате тишина, за исключением тихих хриплых стонов Чонгука, отражающиеся от стен, и совсем неуловимые звуки поцелуев, заглушаемые довольным ворчанием Тэхёна то тут, то там.       — Тэ…       — Я знаю, — обрывает его Тэхён, погружая два пальца в Чонгука.       Приглушённый крик, который еле слышно, вполне ожидаем, и Тэхён просто целует подбородок Чонгука, в то время как тот сжимается вокруг него, выгибая спину, и с головки его твёрдого члена стекает предэякулят.       — Посмотри на себя, — бормочет Тэхён. — Тебе этого всё ещё недостаточно, да?       Чонгук закрывает глаза и прикусывает губу. Его дыхание прерывистое, бёдра слегка подрагивают, но не поддаются контролю, когда длинные, аккуратные пальцы Тэхена, наконец, прижимаются к его простате.       Его член твёрдый, почти болезненный и дёргается, когда Тэхён проникает в его сладкое местечко, жестоко и неумолимо. Чонгук хнычет, закатывая глаза, извиваясь, не в силах перестать двигаться, потому что это пиздецки круто. Это не Чимин, но это Тэхён, вторая любовь его жизни, и Чон доверяет ему больше всего на свете, любит его больше всего на свете. Да, это не Чимин, и Чонгук скучает по нему, но и рук Тэхёна на нём, кажется, тоже достаточно.

Тэхёна более, чем достаточно.

      — Тэ, — заикается Чонгук. — Я люблю тебя.       Тэхён тает, его переполняет невероятная нежность. Он ничего не может с собой поделать, поэтому наклоняется и целует Чонгука, и совсем не может насытиться стонами, наслаждаясь также его возбуждёнными всхлипами, желая спрятать его где-нибудь глубоко в груди для себя.       — Я тоже люблю тебя, малыш, — шепчет Тэхён, как будто это секрет, что-то интимное, что есть только у них двоих. Чонгук притягивает Тэхёна к себе для ещё одного страстного поцелуя.       Тэхён позволяет Чонгуку делать всё, что ему заблагорассудится, прижимая к себе. И тут из коридора доносится громкий щелчок, и дверь открывается. Чонгук хнычет, притягивая Тэхёна ближе, просто он сейчас немного смущённый и слишком нетерпеливый.       Дверь закрывается, и спустя несколько шагов в комнате стоит Чимин, не выглядящий ни капельки удивлённым. На нём халат, его любимый — шёлковый, тёмно-бордовый и такой сексуальный.       — Какой же ты нетерпеливый, — замечает он деликатно и разборчиво, что так по-Чиминовски, так соблазнительно, многообещающе и опасно.       — Нет, ты просто слишком медлительный, — игриво замечает Тэхён, целуя Чонгука в нос, прежде чем сесть.       — Ой. Бедные малыши просто чувствовали себя брошенными, да? — Пак подходит к кровати и ободряюще кладёт руку на поясницу Тэхёна.       Тэхён смотрит на него испепеляющим взглядом. Это нормально, это обычная игра. Тэхёну и Чимину обоим нравится контролировать, а не быть подконтрольными.       Чонгук — милый, ласковый малыш. Тэхён и Чимин — это, эээ, неадекватные придурки. Их отношения — это как переменчивая погода. Как троп «от врагов к друзьям и возлюбленным», но так же и ровно наоборот. И всё за пару часов. Но не с Чонгуком, конечно.       — Гукки особенно, — говорит Тэхён, и в уголках его рта прячется едва заметная усмешка.       Чимин дерзко приподнимает бровь.       — А ты?       — Не-а, — Тэхён пожимает плечами, изображая безразличие. — Я мог бы трахать его задницу всю оставшуюся жизнь... Ладно. Я скучал по тебе. Но не настолько сильно.       Чимин улыбается.       — Конечно, Тэтэ, — он наклоняется и впивается в губы Тэхёна.       — Чимин-и! — скулит Чонгук, протягивая руки к своему парню. Чимин, конечно же, немедленно подчиняется, опускаясь на колени на кровати и прижимаясь губами к губам Чонгука, от чего у него перехватывает дыхание. Тэхён с нежностью наблюдает за ними, его руки подбираются к воротнику халата Чимина, начиная снимать его с него. Чимин легко поддаётся ему, помогая Тэхёну снять с себя это, и затем он возвращается к поцелуям с Чонгуком, горячим и страстным.       Тэхён утыкается носом в шею Чимина, прокладывая дорожку поцелуев к мочке уха.       — Позволь нам позаботиться о тебе этой ночью, милый, — шепчет он, обдавая горячим дыханием кожу Чимина. — Приляг для нас.       Чимин, хоть и с некоторой неохотой, меняется местами с Чонгуком, который тут же садится на него верхом, как только Чимин устраивается поудобнее, и они целуются. Снова.       Как они и договаривались с Тэхёном за несколько часов до этого, Чонгук берёт руки Чимина в свои, закрепляет их над его головой, и тот даже не вздрагивает, привыкнув к тому, что Чонгук вот так нуждается в нём, желая быть к нему ближе всеми возможными способами.       Тэхён, нависающий над спиной Чонгука, тоже не выглядит подозрительно. Он целует его и прижимается к плечу, бормоча похвалу тем успокаивающим, шелковистым голосом, который он всегда использует. Чимин теряется в мыслях о Чонгуке, поэтому не замечает, что Тэхён придвигается ближе к изголовью кровати, пока не становится слишком поздно.       Он чувствует знакомое прикосновение металла к своему запястью, и прежде чем Чимин успевает среагировать, Чонгук закрепляет вторую половину, связывая Чимина.       — Какого хрена?       Чонгук целует Чимина в подбородок, нежно и с любовью.       — Всё в порядке, хён? — он отстраняется, чтобы посмотреть Чимину в глаза, прося словесных разъяснений. Тэхён стоит неподвижно, ожидая ответа Чимина.       Чимин вздыхает, кивая.       — Да, я в порядке.       Напряжение покидает плечи Тэхёна, и Чонгук, кажется, тоже чувствует себя более непринуждённо, тихо кивая.       — Ты ведь скажешь нам, если что-то случится, правда? — мягко спрашивает Тэхён, наклоняясь, чтобы чмокнуть губы Чимина.       — Конечно, — подтверждает Пак. — Продолжай, я твёрд, как скала. Весь ужин я думал только о сексе.       — Очень романтично, — фыркает Чонгук.       — Это твоя вина.       — В чём моя вина? — Чонгук приподнимает бровь, мило, но самодовольно. — Не вини меня в том, что ты помешан на сексе.       — Я не помешан, — фыркает Чимин. — Просто прошло много времени с тех пор, как я в последний раз проводил с вами время по-настоящему. По-настоящему близко.       — Если кто и помешан на сексе, так это ты, Гукки, — усмехается Тэхён. — Ты был в два раза более требовательным, чем обычно.       Чонгук, надувшись, хлопает Тэхёна по плечу.       — Заткнись, Тэ.       — По крайней мере, ты скучал по мне, в отличие от других, — мурлычет Чимин, игриво бросая на Тэхёна острый взгляд. Затем он поворачивается обратно к Чонгуку. — Давай, малыш. Хочешь прокатиться на мне?       Зрачки Чонгука расширяются, и он облизывает губы, тихо кивая.       — Да, я… Я сделаю это.       Тэхён тихо смеётся, помогая Чонгуку принять правильное положение. Он быстро смазывает Чимина, прежде чем Тэхён прижимает головку члена Чимина к дырочке Чонгука, похотливыми глазами наблюдая, как Чон начинает погружаться вниз и хныкать с каждым дюймом, так хорошо принимая его.       — Блять, ммм, — Чимин прижимается бёдрами к тугому члену Чонгука, запрокидывая голову от удовольствия.       — Ах, хён, — задыхается Чонгук, его словарный запас иссякает от ощущений, а разум наполняется абсолютным удовольствием. Он двигает бёдрами, пробуя, и громко стонет, когда член Чимина прижимается прямо к его простате. Это похоже на рай на Земле.       Тэхён устраивается на кровати позади Чонгука, обнимает его сзади и утыкается носом в шею.       — Тебе нужно двигаться, малыш. Сделай так, чтобы Чимин-и было хорошо.       Чонгук сглатывает и с энтузиазмом кивает.       — Да. Я могу сделать так, чтобы хёну было хорошо.       — Помни, не заставляй его кончать.       — Но я хочу, — шепчет Чонгук. — Хочу, чтобы хён кончил в меня, ах, заполнил меня…       — Гук, двигайся, — стонет Чимин. — Давай.       Чонгук снова сглатывает, тихо кивая. Он приподнимает бёдра, разминая их, прежде чем снова опуститься, из его горла вырывается короткий крик. Чимин громко стонет, сжимая кулаки, немного расстроенный тем, что не может прикоснуться.       — Ах, так глубоко, — всхлипывает Чонгук, повторяя движение и запрокидывая голову от удовольствия. — Ммм, мне так приятно, ах, блять, хён...       Чимин теряет терпение и толкается ему навстречу. Он слишком отчаянный, слишком раздражённый из-за медленного темпа Чонгука. В его идеале это должно быть быстро, жёстко и с синяками по всему телу.       Тэхён улыбается, крепко сжимая талию Чонгука. Он заставляет Чона ускорить свои движения, заставляя его быстрее подпрыгивать на коленях у Чимина. Он прижимает младшего к себе, кожа соприкасается с кожей, и Чонгук кричит, даже плачет, как ребёнок, потому что это так чертовски приятно — наконец-то ощутить член Чимина внутри себя, наконец-то почувствовать, как Чимин наполняет его. Каждый раз, когда он приподнимается — или, скорее, Тэхён приподнимает его — Чонгук шипит от того, как шлёпают его ягодицы; а затем, когда он опускается обратно, из его горла вырывается пронзительный крик. Чонгук насаживается на член Чимина, принимает его, как нуждающаяся шлюха, и подпрыгивает, и подпрыгивает, и подпрыгивает, плача и всхлипывая и не в силах перестать умолять о большем.       Тэхён с невероятной силой толкает Чонгука вниз, ногти впиваются в бёдра, оставляя синяки.       — Такой красивый, — ворчит Чимин, вонзаясь в задницу Чонгука изо всех сил, наслаждаясь тугим теплом вокруг своего члена, таким чувствительным, и всё это так, так хорошо. Чонгук снова насаживается на член Чимина, на этот раз сильнее с помощью Тэхёна. Он скулит, пронзительно, бессвязно, и Чимин думает, что никогда ещё не чувствовал себя счастливее, и он не хочет, чтобы кто-то ещё видел его таким, только он и Тэхён. Ким приподнимает бёдра, заставляя Чонгука вскрикнуть от удовольствия и податься вперёд.       — Вот так, малыш.       Большие руки Тэхёна крепко сжаты на его талии, член Чимина врезается в его простату и одновременно сводит с ума, и Чонгук уверен, что лучше этого быть не может.       — Да, блять, ммм, — мычит Чимин, теряясь в удовольствии. Тэхён хихикает со своей фирменной ухмылкой, когда смотрит на лицо Чимина. — Блять, заткнись, Ким, — стонет Чимин, его глаза закатываются, когда Чонгук начинает скакать на нём быстрее и скулить громче. Тэхён усмехается, отпуская Чонгука, чтобы взять смазку. Он открывает бутылёк умелыми движениями, выливая достаточное количество на пальцы, наблюдая, как Чонгук отчаянно насаживается на член Чимина. И тогда Тэхён решает, наконец, немного развлечься и прижимает кончики пальцев к дырочке Чимина, обводя его по краям.       Чимин практически подпрыгивает, в результате чего его член входит ещё глубже, а Чонгук кричит, и из его глаз текут слёзы. Он в отчаянии, как и Чимин. Но у старшего больше самообладания, он всегда способен сдержаться, если действительно этого захочет. У Чонгука нет такого контроля над собой, он не может удержаться и опускает свою задницу, чтобы почувствовать, как член Чимина входит в него с такой силой, что он видит звёзды. Так что Чонгук даже не пытается остановиться, поэтому он двигается быстрее, жёстче, его задница соприкасается с бёдрами Чимина в грубых шлепках.       — Как хорошо, — бормочет Тэхён, целуя плечо Чонгука. — Благодаря тебе Чимин-и чувствует себя так хорошо, малыш. Ты выглядишь, как сон.       — Ах, спасибо, — заикается Чонгук, краснея от похвалы. Тэхён улыбается, обхватывает свободной рукой торс Чонгука и щиплет его за один из сосков, потому что Чон нуждается и в нём тоже.       В то же время Тэхён вводит свой средний палец, погружаясь в дырочку Чимина, заставляя его бёдра приподняться и толкнуться в Чонгука, в результате чего они оба стонут.       — Ах, Тэ, — шипит Чимин. Тэхён смеётся, явно забавляясь, наслаждаясь тем состоянием, в которое ему удалось привести Чимина. В основном это из-за наручников, потому что Чимин беспомощен и он не в состоянии справиться с Тэхёном в его нынешнем положении.       — Что-то не так? — спрашивает Тэхён, вызывающе приподнимая бровь. Чимин открывает рот, чтобы возразить, но не произносит ни слова, так как Чонгук наваливается на него всем своим весом. Тэхён удовлетворенно улыбается, добавляя второй палец. — Посмотри на себя, детка, — усмехается Тэхён. — Даже не можешь мне ответить. Гукки отлично справляется со своей работой, как я его и просил.       Чонгук улыбается, практически сияя от похвалы, и вытягивает шею, чтобы попросить поцелуя. Тэхён легко уступает, лениво облизывая рот Чонгука, двигая внутри Чимина двумя своими длинными, изящными пальцами.       — Гукки, поторопись, — небрежно говорит Тэхён, сжимая бёдра Чонгука одной рукой. Другой он трахает Чимина, прижимаясь к стенкам, растягивая его. Пак запрокидывает голову, постанывая от двойного удовольствия, получаемого от своих парней.       Чонгук начинает подпрыгивать быстрее, жадно принимая член Чимина, входя в него всё сильнее и быстрее с каждым слабым толчком, с которым Чимин пытается справиться. Тэхён немного помогает, приподнимая Чонгука, а затем насаживая его на член Чимина, что Чонгук действительно ценит, учитывая, как сильно трясутся его бёдра, и сам он дрожит, приближаясь к оргазму. Тэхён поддерживает его сзади, не давая Чонгуку упасть. Он вытаскивает пальцы из Чимина, полностью сосредотачиваясь на Чоне.       — Хороший мальчик, — бормочет Ким, затем стаскивает Чонгука, когда он кончил, с колен Чимина и кладёт его рядом с собой.       Чонгук выглядит ошеломлённым, его глаза расфокусированы, он наслаждается послевкусием, всё ещё находясь под кайфом. Тэхён чмокает его в губы, прежде чем отстраниться и вытереть его грудь несколькими салфетками, которые он находит на прикроватном столике. Чонгук только мычит в знак благодарности, закрывая глаза, его дыхание медленно выравнивается. После Тэхён переворачивается на бок, прижимается к Чимину и нежно целует его в плечо.       — Какой самоуверенный, — ворчит Чимин, тихо мурча, когда Тэхён снова погружает в него два пальца без всякого предупреждения, но Пак принимает это, наслаждаясь. Тэхён улыбается, поджимая губы, чтобы послать Чимину воздушный поцелуй.       — Ничего не могу с собой поделать, когда ты весь в моём распоряжении, — говорит Ким, засовывая пальцы так глубоко, как только возможно. Чимин стонет, розовая дырочка растягивается вокруг красивых пальцев Тэхёна, когда он прижимается к руке своего парня, отчаянно ища облегчения.       Чонгук запечатлевает поцелуй на губах Чимина, прежде чем тот плюхается обратно на матрас, закрывая глаза. Тэхён нежно улыбается младшему. Он рад, что они наконец-то пригласили Чимина сюда, и что Чонгук получил то, чего так сильно хотел. После всего этого он заслуживает отдыха.       — Отношения с тобой заставляют меня чувствовать, что я мог бы править миром, — мурлычет он, оставляя поцелуи на внутренней части бёдер Чимина.       — Ой блять, как сопливо, — ворчит Чимин, закатывая глаза. Чонгук фыркает рядом с ним, лишь отчасти обращая внимание на этих двоих.       — Я романтик, — фыркает Тэхён, вводя безымянный палец. Он добавляет ещё немного смазки, чтобы облегчить скольжение, игнорируя писк Чимина от ощущения холода.       — Просто продолжай, Ким, — вздыхает Чимин.       — Всё, что захочешь, детка, — мурлычет Тэхён, забавляясь поведением Чимина. Он трахает старшего быстро и жёстко, наслаждаясь ощущением, как Чимин сжимается вокруг него, и Тэхён хочет, чтобы Пак так же сжимал его член, он хочет войти в Чимина и трахать его, пока он не заплачет.       Тэхён берёт твёрдый член Чимина в руку, нежно поглаживая его, а Чимин борется со своими оковами, пытаясь подавить свои стоны, пронзительные и громкие.       — Скучал по этому, не так ли? — смеётся Тэхён, и это звучит не столько как вопрос, сколько как утверждение. — Скучал по моему члену, скучал по тому, как он наполняет тебя?       — Блять, заебал, — выдыхает Чимин, закатывая глаза, когда Тэхён целенаправленно прижимается к его простате, извлекая из него самые красивые звуки. — Я хочу, чёрт возьми, кончить…       Тэхён, посмеиваясь, убирает руки.       — Если ты кончишь, Чонгук-и понесёт наказание за тебя.       — Что за херомань ты несёшь? — процедил Чимин сквозь зубы, крепко зажмурившись.       — Мы так договорились с Гукки, — смеётся Тэхён, покрывая поцелуями шею Чимина. — Если ты кончишь до того, как я тебя трахну, он будет наказан.       Чонгук хмыкает, услышав своё имя, но уже засыпает, не особо заботясь о том, чем занимаются его парни.       — Тогда трахни меня, придурок, — шипит Чимин.       Тэхён ухмыляется, отодвигаясь, три его пальца всё ещё касаются стенок Чимина.       — А волшебное слово?       — Пожалуйста, блять! — практически выплёвывает Чимин с вызовом в глазах, всё ещё не сдаваясь.       — Боже, где твои манеры, — смеется Тэхён. — Не будешь вести себя прилично, пока член не окажется у тебя в заднице, верно?       Он вытаскивает пальцы из Чимина, постанывая, когда, наконец, обхватывает рукой свой собственный член, ноющий из-за того, как сильно Тэхён игнорировал его ради заботы о своих парнях.       — Я собираюсь так хорошо заполнить тебя, — бормочет Тэхён, и его зрение немного затуманивается от удовольствия, которое он получает, наконец-то прикоснувшись к своему члену. Он быстро смазывает себя, следя за тем, чтобы член был влажным, как им обоим нравится.       — Когда уже? — язвительно замечает Чимин, фыркнув.       — Ты становишься слишком разговорчивым, детка, — парирует Тэхён, прижимаясь головкой члена к дырочке Чимина и дразня его до самой последней минуты. Тэхёну требуется вся его сила воли, чтобы не наброситься на старшего, но он хочет услышать, как тот умоляет, хочет увидеть, как Чимин, наконец, теряет контроль.       — Пожалуйста, — шепчет Чимин, закрывая глаза и опуская бёдра, когда Тэхён прижимает головку члена ко входу Чимина. Так близко.       — Что «пожалуйста», Чимин-и?       Чимин открывает глаза и тут же встречается взглядом с Тэхёном.       — Пожалуйста, трахни меня, Тэ, — выдыхает он. — Я так сильно хочу тебя, пожалуйста.       — Ну вот, — ухмыляется Тэхён, прежде чем одним резким движением войти в Чимина. — Быть вежливым не так уж и сложно.       Чимин выгибается дугой на кровати, приоткрыв рот в беззвучном вздохе, глаза закатываются. Тэхён сразу же попал по простате, выбивая воздух из лёгких, оставляя его бездыханным.       — Ах, Тэ…       Тэхён целует его, соединяя их губы, лаская бока Чимина едва заметными прикосновениями, лёгкими, как пёрышко, и вызывающими мурашки по коже.       — Да, — отвечает он, погружаясь в Чимина. Он раздвигает ноги старшего, сгибает его почти пополам, постанывая от удовольствия. — Это так приятно, детка. Я так по тебе скучал, — бормочет он, в то же время снова погружаясь в него, наблюдая за тем, как Чимин извивается, его розовые губы манят к себе.       Тэхён всегда был слаб перед Чимином. Он снова его целует, погружаясь в него, сначала несколько раз медленно, прежде чем становится безжалостным, и Чимин начинает стонать, так неистово, бессвязно, и Тэхён не может поверить, что может называть его своим, не может поверить, что ему так чертовски повезло быть с таким мужчиной.       — Не смей, блять, ах, больше не смей так сильно пренебрегать нами, — бормочет Тэхён, безжалостно вбиваясь в Чимина, хочет, чтобы Чимин никогда не забывал, каково это, каково ощущать член Тэхёна, — Понял, Чимин-а?       Чимин скулит, вырываясь из пут, в глазах мольба.       — Да, блять, ах, Тэ, чёрт, там так хорошо, ах…       — Ты можешь быть хорошим ради меня? — хмыкает Тэхён. — Я расстегну тебя, детка, но ты должен пообещать мне, что будешь хорошо себя вести, — выдыхает Тэхён, его голос звучит очень подавленно, он безжалостно толкается в Чимина, грудь судорожно вздымается.       — Да, да, да, ах, пожалуйста, Тэхён… Тэ, чёрт, это так, ах, так приятно, — выдыхает Чимин, сжимая кулаки, такой податливый для Тэхёна.       Тэхён целует его, прикусывая нижнюю губу. Он замедляет движение бёдер, умело снимает наручники с запястий Чимина и запечатлевает поцелуй на каждой из его ладоней.       Как только он освобождается, руки Чимина оказываются на Тэхёне, они касаются, ощупывают его.       Непристойный звук шлепков кожи о кожу наполняет комнату, и Тэхёну нравится, как он смешивается с отчаянными вздохами Чимина и его собственным низким ворчанием, создавая идеальную гармонию. Чимин обвивает руками шею Тэхёна, притягивая его к себе для поцелуя. Тэхён удовлетворённо мычит, подаваясь бёдрами вперёд с такой силой, что кровать сотрясается. Чонгук ворчит рядом с ними, явно недовольный тем, что кто-то нарушил его сон, заставляя своих парней нежно улыбаться.       Тэхён проводит пальцами по волосам Чонгука, всё ещё целуя Чимина. Он немного балует Чона, поглаживая его по голове. Чонгук удовлетворенно хмыкает, но затем Тэхён отстраняется, чтобы сосредоточиться на Чимине и только на нём.       Его толчки становятся всё сильнее, стоны Чимина прерываются только потому, что Тэхён при следующих толчках входит в него так же глубоко, приподнимая бёдра.       — Ты всё ещё такой чертовски тугой, — Тэхён задыхается, целуя Чимина. — Мне так хорошо, детка.       — Ммм, да, Тэ, ах, — хнычет Чимин, в уголках его глаз собираются слёзы, угрожая пролиться. Тэхён трахает его так хорошо, что он ничего не может с собой поделать. Его ругают, трахают до самозабвения, он кричит от удовольствия.       Тэхён что-то бормочет ему на ухо, грязную похвалу и ругательства. Чимин сжимается вокруг него так крепко, что это застает Тэхёна врасплох, пальцы ног поджимаются, когда он чувствует приближение оргазма.       Чимин запрокидывает голову, выгибаясь на кровати. Тэхён резко втягивает воздух, сопротивляясь желанию оставить засос на шее Чимина. Дерьмово, что он не может целовать Чимина, как ему заблагорассудится. Пак хнычет, вцепившись руками в плечи Тэхёна, издаёт прерывистый крик, когда его настигает оргазм, и имя Тэхёна срывается с его губ.       Тэхён зарывается лицом в шею Чимина, ускоряет движение бёдер, и спустя несколько отчаянных толчков Ким, наконец, кончает, заполняя Чимина до краёв. Он погружается в тугой жар, чувствует, как его член дёргается внутри Чимина.       — Срань господня, — хрипит Чимин, притягивая Тэхёна к себе на грудь, прерывисто дыша.       — Вы, ребята, уже закончили? — бормочет Чонгук, открывая глаза. Чимин смеется.       — Да. Ты просто лошара, что проспал всё это.       — Я не проспал, — слабо протестует Чонгук.       — Не пизди, — смеётся Тэхён, приподнимаясь. Он выходит из Чимина, наблюдая, как его сперма стекает по дырочке Чимина, и самодовольная улыбка украшает его губы.       — Ты выиграл битву, а не войну, Ким, — говорит Чимин, фактически заставляя Тэхёна замолчать, прежде чем он скажет что-нибудь раздражающее.       Тэхён закатывает глаза, вставая с кровати и направляясь в ванную. Он немного приводит себя в порядок, выбирая другой халат. Затем он смачивает полотенце тёплой водой, планируя также привести в порядок своих парней, ведь он заботливый. Однако, когда он выходит из ванной, он слышит знакомые всхлипы, отражающиеся от стен.       Вид Чонгука, стоящего на четвереньках, лицом вниз, задницей вверх, и Чимина, уткнувшегося лицом между его ягодицами — вот что приветствует Тэхёна. Чонгук издаёт эти прекрасные звуки, и похоже, он потрясён.       — Меня не было всего пять секунд, — бормочет Тэхён себе под нос. — Ты собираешься трахаться снова?       Чимин отрывается от задницы Чонгука, одаривая его ухмылкой.       — И до тебя ещё доберусь. Я должен показать Гукки его место, не так ли?       Тэхён морщится.       — Господи. Я пойду приму душ, у меня больше не встаёт.       Чимин пожимает плечами, поворачивается к Чонгуку, проталкивает в него язык, и Чонгук награждает его приглушенным «Хён».

Боже. Они ненормальные.