После выпускного...

Выпускной выдался на славу, что не хотелось чтобы этот день заканчивался, поэтому, не долго думая, Хуа Чэн предложил Хэ Сюаню прокатиться на его байке и он, не обдумывая, сразу же согласился. Хэ Сюаню ещё никогда в жизни не было так хорошо, как в обществе Хуа Чена. Учёба прошла, оба закончили с отличием, поэтому позволить себе расслабиться было можно и даже нужно. Выйдя из ресторана, где проходил их выпускной, они остановились у кроваво-красного мотоцикла. Хуа Чэн протянул шлем Хэ Сюаню. – А ты? – спрашивает Хэ Сюань, вопросительно смотря на шлем. – У меня один. Ты мой пассажир, я несу ответственность за твою безопасность. Надевай давай и погнали, я знаю хорошее местечко, где тебе понравится, – ответил Хуа Чэн, собирая длинные волосы в небрежный пучок. Хэ Сюаню до дрожи нравился такой его стиль: немного растрёпанные волосы, белая рубашка с засученными рукавами, чтобы было видно татуировки на руках, расстегнутые верхние пуговицы, не затянутый галстук вишневого цвета, чёрные джинсы с разрезами на коленях и белые, как снег, кеды. Его это дико заводило, но он никогда не давал себе право выходить своей страсти наружу. – Как скажешь, – приняв шлем, он уселся на байк, обвив руками торс водителя, стараясь игнорировать подступающую тревогу. Уже спустя минуту, они летели по шоссе ведущему за город. Хэ Сюань сразу догадался – они едут на причал. Он находился далеко от города, но там действительно красиво. Он там ещё не бывал, ему рассказывали одногруппники, которые часто собирались там компанией. Хэ Сюань не особо любил находиться в шумных компаниях, в потому такие посиделки избегал. На улице вечерело, небо играло разными пастельными цветами от розового и светло-голубого до ярко фиолетового. Лицо ласкал тёплый  июльский ветер. Пейзажи сменяли друг друга быстрым темпом, но Хэ Сюань всё равно успевал любоваться высокими деревьями.  Вот она какая – свобода? Лёгкая и безмятежная. Без всяких сомнений, без тайн и обмана. Неужели сейчас он может обнимать его, не стесняясь и не боясь быть отвергнутым?  На балу Хуа Чэн, сделав первый шаг, признался что хочет чтобы они стали больше, чем просто «лучшими» друзьями.  – Сюань, разве ты не замечал взглядов? Намеков? – прямо спросил его Хуа Чэн. – Прости, что не сказал этого сразу. Боялся чего-то, – опустил он глаза. Они стояли на балкончике, выйдя на перекур.  – Значит, если я скажу что я испытывал тоже самое, ты мне поверишь? – после секундного молчания, спрашивает Хэ Сюань, стараясь успокоить бешено застучавшее от волнения сердце. – Ты необыкновенный человек... – Хуа Чэн улыбнулся. – Мастер конспирации, я бы сказал. В этот момент безумно хотелось впиться в него губами, чтобы перестал улыбаться и наконец прочувствовал, что скрывал всё это время Хэ Сюань.  Приехав на место, Хуа Чен мягко затормозил. Вид открылся нереальный. На улице уже стемнело, было полнолуние. Пройдя по деревянным доскам оба разулись и присели на край. Вода нежно обволокла ноги парней. След от луны заиграл на волнах. Тишина дарила умиротворение и покой обоим, забирая себе все переживания и волнения.  – Хочу искупаться... – тихо произнес Хуа Чэн. – Уже темно. Замерзнешь ведь. – Я быстро. Ты со мной или как? – Хэ Сюань молча улыбнулся соглашаясь. Воду он любил и без стеснения мог сказать, что пловец он прекрасный. Его не пугала ни температура, ни глубина водоема – он в любой воде чувствовал себя одинаково комфортно, поэтому и согласился довольно быстро на эту небольшую авантюру. Стягивая с себя черную рубашку, Хэ Сюань краем глаза следил за чужими движениями. Его предположения оправдались – Хуа Чэн был весьма подтянутым и выглядел вполне серьёзно, в отличие от того, каким обалдуем он был во время учебы. В голове скользнула мысль о желании притронуться, но он быстро отмахнулся от навязчивых мыслей. В самом деле, они ещё даже не встречаются, а ему в голову невесть что лезет! Безобразие. Немного разбежавшись, Хуа Чэн прыгнул в воду, пропадая в темноте на долю секунды, а вынырнув, протянул руку Хэ Сюаню. – Ну? – подмигнул он, ухмыльнувшись, в ожидании когда Хэ Сюань протянет руку в ответ. И это было ошибкой! Хуа Чэн, этот паршивец, потянул Сюаня на себя, заставляя его неуклюже плюхнуться в воду. Будь то кто-то другой, Хэ Сюань бы разгневался и высказал этому «гению» всё что думает об этой маленькой шалости, но это сделал Хуа Чэн, поэтому его зарождающийся гнев быстро сошёл на милость. Хэ Сюань подхватил чужое веселье и тихонько засмеялся. Он был полностью мокрым по вине Хуа Чэна и его волосы неприятно стали липнуть к телу, но по сравнению с теплом, которое он испытывал сейчас, слыша как Хуа Чэн смеется, он подумал, что это последнее, о чем он сейчас в принципе думает. Да, это определённо самый лучший день в его жизни.  Брызгаясь и смеясь парни наслаждались поздним летним вечером. В компании друг друга им было очень хорошо. Не смотря на то что Хэ Сюаню всё ещё было тяжело выражать свои чувства, он поймал себя на мысли, что чувствует себя довольно спокойно и расслабленно рядом с Хуа Чэном. Хуа Чэн посмотрел на свет луны, а затем повернулся к уставшему, но всё еще улыбающемуся Хэ Сюаню. – Я так давно не видел тебя таким счастливым, что и забыл как ты красив, когда улыбаешься, – он медленно сделал шаг к нему. – Неужели мрачного студента Хэ может развеселить такая глупость? – в голосе Хуа Чэна нет злого сарказма, только искренняя радость видеть Хэ Сюаня счастливым. – Не было причин. И глупостей, – Хэ Сюань отводит взгляд, уши стыдливо начинают краснеть, выдавая легкое смущение. – Теперь этой причиной буду я, – еще шаг. – Не будь уверен что я откроюсь тебе сразу. Мне нужно время. – Знаю, – уже перейдя на шепот произнес Хуа Чен. – Я сделаю это первым, – он замолкает на несколько долгих секунд. – Сань Лан, – еще шаг и прямой игривый взгляд. – Что? – вопросительно смотрит в ответ Хэ Сюань. – Так называют меня в семье. Ты часть того что мне дорого, – последний шаг и он уже чувствовал, как сбилось дыхание Сюаня.  – Хэ Сюань, – он поднял его лицо за подбородок, чтобы их глаза встретились вновь. – Люблю тебя.  Не успев ответить что-либо, их губы соприкоснулись. Сначала нежно, безмятежно, словно губы Хэ Сюаня касались шелка. Аккуратно, без принуждения. Руки Хуа Чэна медленно обвили талию парня, словно он при всей своей уверенности, боялся сделать лишнее движение. Когда Хэ Сюань тихо простонал в объятиях, Хуа Чэн постепенно начал углублять поцелуй, играя языком, покусывая губы Хэ Сюаня. Одной рукой прижимая ближе к себе, другой зарывшись в волосы, оттянул голову назад, без грубости, медленно, даже, можно сказать, нежно. Спускаясь ниже, Хуа Чен оставлял поцелуи на щеках, за ухом, на шее, спускаясь ниже к ключицам. С каждым поцелуем сильнее ощущая как горит тело Хэ Сюаня. Хотелось чтобы этот момент длился вечность, но вместе с желанием появился и страх. Он сковал тело и мысли. Закусив губу до крови, Хэ Сюань тихонько отстранился. Для него это было слишком… много. Много эмоций, впечатлений, чувств. – Хуа... Сань Лан... – он заглянул ему в глаза.  – Я все понимаю. Поехали домой? – Хуа Чэн чмокнул его в губы еще раз и потянул за руку, ведя на берег. Потупив взгляд в черную воду, Хэ Сюань последовал за ним. Спустя пару минут, они уже ехали в сторону дома. Все так же сильно прижавшись к Сань Лану, он думал лишь о том, что запомнит этот день навсегда.  – Сань Лан! – перекрикивая шум ветра, позвал его Сюань. – Что? – так же громко спросил его байкер.  – Я... Я тоже люблю тебя! – собрав всю смелость в кулак, признался Хэ Сюань. Пусть Хэ Сюань и не видел его лицо, но чувствовал, что Хуа Чэн улыбался. Спустя пару минут, Хэ Сюань почувствовал что скорость байка стала увеличиваться. По началу было весело – адреналин заиграл в крови и хотелось больше, быстрее. Но когда он увидел впереди летящую иномарку, то не сразу понял что произошло. Резко, словно вспышка молнии.

Визг шин, удар, звук разбитого стекла, сильная боль и всепоглощающая тишина. 

Неизвестно сколько прошло времени после того как Хэ Сюань отключился. Открыв глаза, он увидел девушку, что сжимала его плечи – скорее всего до этого она пыталась привести его в себя, кричала о том что он очнулся. Он еще не чувствовал боли от удара с землей.  Перед глазами всё плыло и мелькало, а в ушах стоял ужасно громкий гул, словно в его голове разом заиграло несколько трубачей. – Где… – еле слышно, хриплым голосом произнес Хэ Сюань. В голове был сумбур из вопросов – «Что произошло? Где Хуа Чэн?» и тому подобное.  Собрав все оставшиеся силы, он поднялся, отмахиваясь от помощи и на негнущихся ногах пытался сфокусировать зрение. Мигалки полицейских машин и скорой помощи только ухудшали возможность зацепиться за силуэты, он раздраженно прищуривается, стараясь разглядеть в этом калейдоскопе цветов одного единственного человека. Когда взгляд зацепился за тело на соседних носилках, его сердце, кажется, остановило свой ход на несколько секунд. Кровь. Повсюду. Белая рубашка была полностью пропитана красным, смешиваясь с грязью. Зрелище выходило воистину ужасным. Хэ Сюань прижимает ко рту руку, сдерживая рвотный позыв. Он чувствует как его пытаются уложить на место, слышит что-то про шок и сотрясение. Запоздало чувствует боль где-то в боку – возможно, у него сломано ребро, но всё это: голоса, шум, его собственная боль отходят куда-то на задний план. Перед глазами сейчас только он – в красном. Без сознания. Руки покрывают не татуировки, а огромные ссадины. Волосы не собраны в пучок, а разбросаны по лицу непонятным комком. Из глаз потекли слезы. Не издавая не единого звука, он смотрел на мёртвое тело и не понимал почему на его месте не он.  Подойдя ближе, коснувшись окровавленного лица парня, он понял – его лучший день стал днем его смерти.

Он расплатился смертью за свою любовь...