Быть никем утомительно

      Нил осторожной походкой шел за директором, имени которого он не запомнил, в кабинет математики.       Как оказалось, это обязательный предмет, поэтому все ученики его нового класса будут находиться там. Самое лучшее время, чтобы представить им нового одноклассника, заявившегося на половине первого семестра.       — Не переживай, — произнес директор и потрепал парня по голове, — Никто там тебя не убьет. После урока я попрошу кого-нибудь сделать тебе экскурсию по школе.       Ха.       Ха.       Ха.       Нил столько лет жил в страхе, что его найдут и убьют, что эти слова звучали насмешкой над его прошлым.       Мистер Уилсон (да, Нил вспомнил его фамилию. да, у этого директора, как и у всех директоров, самая заезженая фамилия) открыл дверь в кабинет и все уставились на него. Они явно изучали тригонометрию — Нил обожал ее — ведь на доске были выведены синусы, косинусы и всякие прочие математические символы.       С первой парты на него уставилась зеленоглазая блондинка, накручивающая локон на палец. Нил подумал, что это могла бы быть дочка Лолы: слишком сильно она была похожа на одного из главных монстров его жизни.       Казалось, она вот-вот узнает в рыжеволосом мальчике более молодую версию Натана Веснински, вытащит из своей маленькой сумочки пистолет и начнет пулять по всему живому.       Благо, этого не случилось.       Девочка просто отвлеклась на директора, представляющего его.       — Знакомьтесь, это Нил Джостен, теперь он ваш новый одноклассник. — мистер Уилсон помолчал, а после выразительно посмотрел на Нила. — Не хочешь ничего сказать классу?       Джостен мотнул головой. Он вообще ничего не хочет, пока стоит перед толпой детей. Да, он и сам ребенок, но жизнь в бегах заставила его мыслить по-взрослому. Так говорят, вообще? Он кажется идиотом, да?       — Тогда проходи на свободное место. —произнесла, кажется, мисс Белтон, и оглядела класс. Этой девушке было сколько? Двадцать пять может? Она была довольно молода, но, видимо, достигла огромного уважения со стороны директора. В тех отрывках школ, где пришлось побывать Нилу, учителя были взрослыми, где-то даже староватыми, похожими на ведьм из сказок, которые в тайне от отца читала ему мать. Или Джостен это придумал? — Свободное место есть только на задних партах. — виновато улыбнулась девушка. Назвать ее женщиной язык не поворачивался. Она извинялась? За что? — Садись рядом с Жаном.       Нил кинул взгляд на парня за последней партой. Высокий, темноволосый и кудрявый. Явно француз, Нил видел таких школьников во Франции пару лет назад, пока они жили в относительном спокойствие. Говорит ли он по-французски? Серые глаза скучающе наблюдали за Нилом, иногда переводя взгляд на директора.       Казалось, что он только-только проснулся. Это было довольно странно, ведь шел уже третий урок. Неужели ученики спят прямо в школе? На занятиях?       — Ладно. — Нил быстро прошел через весь класс и опустил свою сумку на стул около француза. Жан смотрел на него с лёгким прищуром. Может ли он быть ребенком кого-то из подручных его отца? Ромеро? Нет, Ромеро блондин.       Джостен открыл тетрадь и погрузился в тихий голос мисс Белтон. Весь класс сидел тихо, что очень удивляло Нила. Опять же, его опыт нахождения в разных школах был намного больше, чем у всех этих учеников вместе взятых, поэтому он привык к гудению и шуму вокруг, за которым можно спрятаться.       Но сейчас прятаться не придется.       Теперь он может совершенно не боясь, что последователи его смертного и умершего отца придут за ним, сидеть на уроках.       Паранойя не отпускала, нет, хоть в ней уже и нет смысла. Ему все ещё казалось, что они придут за ним, не беспокоясь о власти Хэтвордов.       Долгое время Нил считал, что его отец бессмертен. Он продал душу дьяволу? — постоянно думал Джостен, когда Натан наступал им с матерью на пятки.       Оказывается, отец — ничто. И его тоже можно убить.       Это Нил понял только тогда, когда Стюарт пустил две пули в Натана. Бам-бам. Джостен почти представил, как мозги отца разлетелись по комнате.       Он потерял обоих родителей в тот злосчастный день в Сиэтле.       Но он не скучал по ним. Возможно по матери, очень редко. В день ее рождения она вместе со Стюартом ходили к небольшому дереву, посаженному на ее могиле. О дне рождения отца Нил не помнил. О своем собственном — решительно пытался забыть.       Теперь его зовут Нил Джостен, он родился тридцать первого марта, ему шестнадцать лет.       — Стюарт.       — Мэри? — прозвучал уставший голос из динамика. Натаниэль прислушался к разговору. Точнее, Алекс прислушался к разговору.       — Я устала, Стюарт. Нат растет, нам все сложнее прятаться. Он скоро найдет нас опять. Я хочу лучшей жизни для него. — женщина тараторила, заставляя Алекса хмурится.       — Где вы? Ты можешь вернуться домой, Мэри. Вместе с Натаниэлем. — и женщина, и мальчик поморщились от полного имени. — Отец сожалел о том, что с помощью тебя собирался заключить торговый договор с якудзой. Ты была его единственной дочерью, которую он отдал в лапы насильника.       — Калифорния. Мы здесь.       Она позвонила Стюарту из-за того что умирала. Не верила, что Алекс справится сам? Хотела, чтобы все это закончилось? Чего она хотела, когда умирала в украденной машине?       Хотела, чтобы Алекс сжёг ее тело вместе с машиной, а прах похоронил под песком? Чтобы горячие слезы текли из глаз, обычно такие непозволительные слезы? Хотела, чтобы его таким одиноким и разбитым нашел Хэтворд, позволяя выплакаться в пиздецки дорогую рубашку? Чего она хотела, когда набирала цифры номера младшего брата?       Чьи-то пальцы показались перед носом и Нил вынырнул из воспоминаний. Он задумался и надолго. Это было ошибкой. Ему нельзя было выпадать из реальности. Нет, нет, нет.       — Эй, ты в порядке?       — Я в порядке. — машинально ответил Джостен, отпихивая пальцы Жана от лица. Тот недоуменно смотрел на рыжего. Через пару секунд пожал плечами и отвернулся, и, пожалуй, хорошо, что он это сделал. Нил бы не выдержал, если бы Жан снова смотрел на него своим изучающим взглядом.

***

      После урока его встретил старшеклассник Мэтью Бойд, согласившийся показать Нилу школу и рассказать о мелких правилах. Он поджидал его у шкафчика номер сто три , у шкафчика Нила.       Он был таким высоким, что Нилу пришлось поднимать голову, чтобы заглянуть в его карие глаза. Волосы Мэтта стояли комично: словно ежовые колючки. Он специально делает это у себя на голове? Сколько времени ему приходится тратить?       — Привет, я Мэтт. — широко улыбнулся парень. — Надеюсь, мы с тобой поладим.       Они шли, шли и шли, Мэтт говорил, говорил и говорил. Нил потерялся в потоке информации, ведь Бойд перескакивал с темы на тему, пытаясь рассказать все и сразу.       — Ох, извини. — Нил, увлеченный бодрым голосом Мэтта врезался в чьей-то невысокое, но хорошо сложенное тело. Парень смотрел на него снизу вверх, в его глазах уже бурлила злость. — Прости, говорю.       — Я слышал. — закатил глаза блондин, отпихивая Джостена и уходя в противоположную сторону.       Странный.       — Эндрю Миньярд. — тихо произнес Мэтт. — Он самый лучший вратарь в нашей команде. Конечно, у нас есть и Рене, но Эндрю... Кевин чуть ли не рыдая уговаривает его играть. Обычно он отлынивает. Даже тренер ничего не может ему сказать. — Бойд пожал плечами. — Но на матчах отыгрывает на все сто. Говорят, они с тренером договариваются, сколько мячей ему забьют, прежде чем он полностью перекрывает ворота. Мы сделали ставку на это. Не хочешь присоединиться?       — Он? — Нил пропустил последнее предложение мимо ушей, оглядываясь на блондина.       Невысокий, может пять футов ростом. И этот парень закрывает ворота? Джостен не особо верил Мэтту, поэтому просто пожал плечами.       — Да!       Мэтт уже перестал что-либо рассказывать Нилу о школе, медленно переходя на тему экси. Он начал расспрашивать рыжего о его физических способностях и явно намекать о том, что им в команде не хватает нападающих, и не хочет ли он попробовать...?       Нил не хотел. Точнее боялся. Все время в бегах он всячески сопротивлялся тренерам в его школах, которые предлагали ему начать играть. Он знал, что если начнет играть, то ослушается мать. Если он ослушается мать — после и вовсе ходить не сможет, не то, чтобы играть.       Но ведь сейчас матери нет? Как бы тяжело не было осознание этого — факт остаётся фактом.       Интересно, как сильно материла бы его мама, была бы она рядом?       — Ну, так что, Нил? — спросил Мэтт под конец "экскурсии". — Будешь играть за Лисов?       Нил кивнул, а Мэтт, убежденный, что это благодаря ему парень согласился, лучезарно улыбнулся.

***

      Во вторник с утра Нил подошёл к тренеру Ваймаку, спрашивая насчёт места форварда в их команде. Видимо, нападающих в команде Лисов действительно не хватало, раз Ваймак принял его так быстро и легко.       Нил был самым младшим в команде, и играл хуже всех. Кевин и Сет постоянно предъявляли претензии по этому поводу, но ни Нила, ни Ваймака это не заботило.       В тот день Нил вернулся домой вымотанный и тяжело дышащий.       — За тобой гнались? Ты на кого-то наткнулся? Ты под защитой Хэтвордов, они не имеют... — Паника. Первое слово, приходящее на ум, когда Нил услышал голос Стюарта. После, он вспомнил о переживании. Длинное, странное слово. Но подходящее.       — Нет, Стюарт. — Нил ещё не мог произнести "дядя", вот так просто. Этот человек — не входит в круг близких. Ещё нет. Пока нет. — У меня была тренировка по экси. Я вступил в школьную команду.       — Хорошо. — облегчённо выдохнул Стюарт, возвращая внимание к монитору компьютера.       Облегчение. У Нила это слово ассоциируется с моментами, когда преследователи остаются позади, уходят, умирают. Когда мать закуривала сигарету, а Нил сидел подле нее, под ее боком, вдыхал дым сигарет, и обрабатывал новые травмы.       Джостен уселся возле Стюарта за островком, пока тот готовил ужин. Медленно, выбирая что говорить, рыжеволосый рассказал о своем дне под кивания Хэтворда. Это было приятно. Вот так сидеть рядом с кем-то, кто не думает о твоём выживании. Кто думает о тебе как о ребенке. Кто заботится о тебе как об обычном племяннике. Словно не Нил шесть лет проверил в бегах, кто-то другой, а Стюарт всю жизнь жил с сыном старшей сестры.

***

      У Нила была история. Уже третью неделю он сидел за одной партой с Кевином, школьной экси-звездой и просто популярным парнем, и пальцами набивал ритм одной из песен, заигравшей в машине (пиздецки дорогой) Стюарта по дороге в школу, и посматривал на Дэя. Тот весь трясся под ехидным взглядом Рико Мориамы из видео в какой-то популярной соцсети.       — Ты его боишься. — сказал Нил тихо, чтобы услышал только Кевин. — Его даже нет рядом. Почему?       — Я не боюсь его. — раздражённо произнес брюнет. Он быстро пролистал видео, но снова наткнувшись на Мориаму (ей-богу, он что, настолько популярен?) выключил телефон, отложив его на край парты. — Он угрожал мне.       — И ты поверил в его угрозы? Что он тебе может сделать? — удивлённо спросил Джостен, разглядывая лицо Кевина. Взгляд зацепился на татуировке, на которую теперь показывал Дэй.       — Это произошло из-за него. Ты видел у Жана такую же? — Нил кивнул. — Это все из-за него.       — Зачем?       — Так он делает себя главным. — главным для Нила была всегда мать, но он сам выбрал это, она ему этого не навязывала. — Должен был быть ещё один, мне говорил Рико, когда мы ещё дружили. — дружили? Что значит дружба для Кевина? Для Рико? Как-то Мэтт назвал его своим "маленьким другом", но Нил не совсем понял, почему он стал другом Бойда. — Его звали Натаниэлем?       В голове загорелся красный свет. Он начал быстро-быстро мигать, сообщая об опасности. О-п-а-с-н-о-с-т-ь. Известное слово. Знакомое слово. В Ниле проснулся инстинкт самосохранения, и он уже начал вставать. "Беги-беги-беги. Они не должны знать кто ты." — звучал в голове грубый и хриплый, от сигарет, голос матери. Раньше голос Мэри был звонким, она так хорошо пела в те дни, когда они оставались в доме одни. Но Джостен сел обратно. Напряжённо улыбнулся, поправляя широкую футболку, и снова стал отбивать ритм пальцами. Усерднее. Стараясь угомонить рокочущее сердце.       — Почему он не стал четвертым? — спросил Нил чуть хрипя.       — Я видел его лишь один раз в детстве, когда Рико показывал мне его фотографию. Тот день, — Кевин побледнел, — навсегда отпечатался в моей памяти. — Кажется, он говорит о том дне, когда Натан Веснински разрубил человека на части. — После того дня оказалось, что они с матерью сбежали. Интересно, жив ли Натаниэль сейчас? Я очень хотел с ним познакомиться.       Действительно ли Дэй хотел познакомиться с Нилом? С Натаниэлем, поправил себя Джостен сконфуженно.       Кевин намного сноснее, когда это не касается экси. Нил бы мог с ним подружиться.       Если бы не одно "но".       Одно невысокое, блондинистое и кареглазое "но", следовавшее за Дэем по пятам и максимально отталкивающее Нила.       Что Нил сделал Эндрю, что тот так отрицательно настроен по отношению к нему?       Джостен не так посмотрел на него? Сказал что-то в тот момент, когда вообще не контролировал свой рот?

***

      — Ты интересный. — ответил Миньярд на вопрос, когда они стояли под деревом на заднем дворе школы.       Нил нашел его случайно, ведь ему самому нужно было поискать место, где он бы смог отдохнуть от школьной суеты хотя бы на пару минут. Он бы попросил Стюарта перевести его на домашнее обучение, но терять возможность поиграть в экси он не мог.       Интересный? Это Нил интересный?       — Я хочу тебя разгадать. Мне не помешала бы новая головоломка. — говорил дальше Эндрю, закуривая сигарету.       — Я не игрушка. — просто ответил Нил.       — Головоломка — не игрушка.       Джостен стоял и дышал. Вдыхал дым сигарет Эндрю, узнавая знакомый запах. Такие же курила Мэри. Нил вдруг оказался рядом с ней, на пляже Калифорнии. Оказался рядом с умирающей матерью, единственной целью жизнь которой была защита своего ребенка.       Он задрожал. Дрожал, пока не почувствовал прикосновение к затылку. Казалось, тело вновь успокоилось, лишь когда тепло тела Эндрю окутало его с головой.       Миньярд выкинул свою сигарету и внимательно наблюдал за Нилом.       — Дыши. — только и сказал он. — Дыши вместе со мной.       И Джостен задышал. Первый вдох — самый неприятный и самый тяжёлый. Дальше уже мало-помалу легче.       И вот он снова за школой рядом с Эндрю Миньярдом, находящемся в непозволительной близости. Но Нил позволил ему быть рядом, потому что с Эндрю спокойнее.       Э-н-д-р-ю М-и-н-ь-я-р-д.       Он сам был загадкой, но называл так Нила. Глупец.

***

      — Кевин сказал, что он тебе доверяет. — прошептал Жан на одном из уроков математики. Нил раздражённо повернулся к нему. Ему не было интересно то, что говорит Моро, но Стюарт советовал заводить друзей. Знакомых.       Жан выглядит как человек, с которым Нил, возможно, смог бы подружиться. Что-то в нем было такое, что влекло Джостена.       — Правда?       Было неожиданно то, что кто-то ему доверяет. Он в этой школе сколько? Месяц? Есть ли месяц? Но Кевин Дэй, за которым хвостиком бегают девушки и парни, доверяет ему? Новенькому? Чем он это заслужил?       — Он сказал, что рассказал тебе про Рико. — серьезно кивнул француз. — Значит он тебе доверяет. Я тоже могу?       — Не мне решать.       — Я бы хотел научиться тебе доверять. В этой школе не так много людей, которые не побоялись бы Рико. Он давно перешёл в другую школу, но от одного его имени тут все вздрагивают. — продолжал бормотать Жан, улыбаясь уголком губ.       Ха. Эти ребята действительно боятся Рико?       — Мы могли бы попробовать?       — Определенно да. Но не мешай мне сейчас слушать учителя.       Возможно, он бы хотел поговорить с Моро подольше, но Джостену так нравится просто, сидеть, слушать негромкий голос учителя, записывать формулы, решать задачи и уравнения, не думая о том, что сегодня будет последний день в этой школе, потому что здесь становится опасно.       Жан тихо засмеялся, но больше ничего не говорил.

***

      — Правда за правду. — пусто произнес Эндрю закуривая сигарету. Вдруг он протянул пачку Нилу. Тот взял ее. Теперь и он стоял, выпуская дым в воздух. Приятно. — Ты мне вопрос — я отвечаю без лжи. Это же действует обратно. Если тебе не нравится вопрос, ты можешь его пропустить. Как тебе?       Стоять здесь стало неким обычаем. Стоять и курить. В тишине. Вдвоем.       Они виделись только на уроках литературы и тренировках, сидели за одной партой в конце класса. Нил рисовал каракули на тетради, Эндрю спал.       С Миньярдом было спокойно и комфортно. Нил не ощущал этого нигде, кроме своей комнаты в доме Стюарта. Никогда — с человеком. Точнее, только с Эндрю.       — Хорошо. — ответил Нил, делая новую затяжку и стряхивая пепел над мусоркой. Эндрю так не мелочиться, и его пепел летит на асфальт. — Ты первый.       — Ты живёшь с дядей. Где твои родители?       — Мертвы.       — Ты их убил?       Нил замолчал. Он бы хотел убить своего отца. Каждый раз, когда они с матерью убивали одного из его людей, Нил представлял его. Отца. Натана Веснински.       Но хотел бы он смерти Мэри? Нет.       — Нет. Мой вопрос: почему экси? Ты явно его терпеть не можешь.       Лицо Миньярда ничего не выражало, но глаза словно заглядывали в самые темные углы его души. Смотрел около тридцати секунд (Нил посчитал) и тягуче произнес:       — Я обещал присматривать за Кевином.       — Зачем?       — Это второй вопрос.       — Ты тоже задал мне два.       Эндрю что-то взвесил в своей голове и вновь тупо уставился на лицо Нила. Прошёлся взглядом по рыжим волосам, по носу, покрытому едва заметными веснушками, бледным щекам и чуть пухлым губам. Остановился на незаметной родинке под нижней губой и ответил на вопрос:       — Дэй трясется, когда видит Рико Морияму. Трясся раньше, трясется до сих пор. Он глупец. — Нил кивнул. — Мы сидели за одной партой, когда он попросил меня побегать за ним, как сторожевой пёс, лишь бы Мориама не цапнул. Сделка.       — Сделка имеет выгоду с двух сторон.       Эндрю отвёл взгляд от Нила и чуть приподнял подбородок к небу.       — Он пообещал мне найти смысл жизни.       Джостен усмехнулся. Как кто-то может найти для другого человека смысл жизни? Неужели Кевин и Эндрю...       —Получилось?       Миньярд вновь уставился на него, продолжая бесстыдно разглядывать. Нила всегда удивлял тот факт, что Эндрю ниже его ростом. Хотя Джостен часто считал, что это ему так сильно не повезло в генетической лотерее.       — Возможно. Мое окружение славится тем, что не выполняет своих обещаний.       — Я выполняю свои обещания. — возразил Нил.       — Ты ещё не в моем окружении.       Ещё? Значит ли это, что Эндрю хотел бы, чтобы Нил был в его окружении?       — Но мы же стоим здесь вместе? Каждый день на большой перемене? Разве это не показывает то, что я в твоём окружении?       Миньярд отвернулся в сторону, выкидывая окурок.       — Заткнись.

***

      — У меня завтра первая игра. — сказал Нил, падая на кресло в кабинете Стюарта.       Он стал больше доверять мужчине. Иногда у Джостена даже проскакивало быстрое "дядя", от чего где-то в груди разливалось тепло.       — Ты думаешь, ты к ней готов? — спросил Хэтворд, отрываясь от ноутбука и поправляя очки, которые он надевал во время работы за компьютером.       — Да? — сказал-спросил Джостен. — Я усердно тренировался, но не знаю, даст ли тренер Ваймак выйти мне на поле. — Нил ещё не мог позволить себе рассказать Стюарту о своих чувствах и переживаниях, даже зная, что это защита и семья. — Ты придёшь?       — Нил, — Хэтворд посмотрел на него сверху очков. — Я не уверен, что получится. Завтра у меня важная конференция. — Дядя вздохнул, потирая переносицу. — Прости.       — Ты не должен извиняться. — нахмурился Нил. — Ты ничего не сделал. Это работа, работа важнее матча по экси. — Джостен закивал в подтверждение собственных слов, вставая с кресла. — Я не должен был тебя отвлекать?       Стюарт тоже нахмурился, отводя взгляд.       Какого ему жизнь в одном доме с сыном его умершей сестры? С сыном, так сильно похожим на человека, из-за которого сестра умерла.       — Ты можешь меня отвлекать, когда хочешь, Нил. Тебе можно. Ты мой племянник, который теперь под моей ответственностью. Семья прежде всего, понял? — Джостен кивнул.       Семья прежде всего.

***

      — Вы, маленькие идиоты, должны выиграть, поняли меня? — Ваймак не отличался особой нежностью со своими игроками. Кратко, грубо, но по делу.       Так же говорила и Мэри.       — Стартовый состав: Кевин, Сет, Жан, Аарон, Дэн, Эндрю. Эндрю, играй на свой максимум. — блондин выдавил усмешку, следя глазами за Дэем и близнецом.       Лисы, а именно так называлась их школьная команда, отправились за клюшками и шлемами. После выстроились в колонну, прямо соответствуя их расположению на поле. Дэн, как капитан, была первая. Следом Кевин, Сет. Последними стоял Эндрю.       Деревянные трибуны, выглядевшие настолько ветхими — сделай шаг и они обрушатся у тебя под ногами — были наполнены "рыжими" болельщиками. С их стороны выстроились Лисички с помпонами, уже приготовившись встречать своих игроков.       Школьный диктор объявлял игроков. Номер — имя. Номер — имя. Каждый Лис вскидывал клюшку в знак приветствия, на что болельщики шумели ещё громче.       Лисов отправили на разминку, и Нил заметил, насколько мелко и убого смотрелась их команда на фоне Шакалов. Те заполнили все свою половину поля, Лисам же понадобилось совсем немного места.       Нил держался ближе к Жану и Кевину, как к единственным, кто не вызывает у него страха и отвращения (как Сет, к примеру). Двадцать минут пролетели за секунду и вот, Нил уже сидит на скамейке запасных рядом с очень активным Ники и очень тихой Рене.       — Ставлю десять долларов, что Сет подерется с кем-нибудь за первые пятнадцать минут игры. — взбудоражено произнес Хэммик, смотря на Мэтта. Тот покачал головой.       — Тренер не простит ему красную карточку в начале сезона. Ставлю десять долларов против.       Вскоре десять долларов перекочевали из кармана Мэтта, в карман Ники, а Сет получил жёлтую карточку. Тренер Ваймак покрывал его всевозможными матами, за что получал укоризненные взгляды от школьного медика — Эбби.       Нил с детства любил экси. Смотрел игры по телевизору, если они с матерью попадали в хорошие мотели, читал об играх в газетах, случайно найденных на улице. Он почти играл в экси в детстве, и рад, что играет и сейчас.       Шум толпы народа отпугивал, но не настолько, чтобы началась паника. Рядом сидели Лисы, тоже крича что-то своим сокомандникам. Интересно, было ли их слышно через это дешевое стекло?       Мяч летал туда-сюда, от игроков в рыжем, к игрокам в песочном. Эндрю стоял на воротах непринужденно. Казалось бы, не будь шлема, так он бы во всю зевал. Перекинувшись с Ваймаком какими-то жестами, он кивнул. И что же это означает?       Дэн перехватила мяч, он пролетел над Сетом прямо к Кевину. Кевин сделал разрешаемые десять шагов, остановился и кинул мяч Аарону, который в свою очередь послал его Жану. Жан, находившийся на чужой стороне поля, кинул мяч прибежавшему к этому времени Кевину. Тот сделал пять шагов (Нил считал каждый) и кинул мяч в ворота соперника. Конечно, ворота загорелись красным. Счёт 1:0 в пользу Лисов.       Игра давалась сложно. Шакалы забили три лёгких гола и, на радостях, ослабили защиту, что очень помогло Сету и Кевину. Нил должен был выйти только во втором тайме, но в нем сыграть первые десять и последние десять минут. Он новичок, и он понимает это.       После этих трёх голов Шакалы не забили ни одного до конца тайма. Видимо, эти жесты Эндрю и Ваймака означали количество забитых мячей в ворота.       Поразительно, насколько силен Эндрю, раз выстоял весь тайм и отражал многочисленные атаки со стороны Шакалов.       Он просто невероятный.       Великолепный.       — Отомри, Нил. — сказал запыхавшийся Кевин, и упал на скамейку рядом. Джостен протянул тому бутылку воды, которую Дэй сразу же выпил. До дна. За один раз?       — Вы молодцы.       — Нужно ещё как минимум три мяча, чтобы выиграть. С тебя один точно, ты меня понял? — Ваймак смотрел на Нила до тех пор, пока тот не кивнул.       Забить мяч? Самому? Нил собирался отдавать пасы Кевину так, как они вместе учились, но забивать самому?       — Дыши, бегунок. — подул ему в лицо Эндрю. Тогда Нил понял, что невольно задержал дыхание. Почему только Миньярд это заметил? Почему он продолжает смотреть на него?       Перерыв между таймами быстро закончился. Нил надел и закрепил на голове шлем, выходя во время того, как говорили его номер.       Первые десять минут. Последние десять минут. Один гол.       Сзади их прикрывают Рене, Элисон и Мэтт. Рядом с ним Кевин, вновь набравший сил.       Только теперь Нил смог полностью ощутить энергетику, царившую на поле. Вроде бы, это просто соревнование между школами. Школами! Не университетами и не профессиональными командами. Но такое напряжение Нил последний раз ощущал убегая от Мясника.       Мяч вошёл в игру, и он побежал. Схватил его, отскочившего от стены, пробежал десять шагов и кинул на открывшегося Мэтта. Девушка, опекающая его, прошептала грязные ругательства, которые Нил ни за что не скажет при Стюарте. Да постыдился бы сказать, в общем-то.       Экси — грязная игра. Поэтому когда девушка захватывает его мяч, Джостен со всей силы двигает ей в плечо, так, что мяч просто перелетает из ее клюшки в его.       — Блять. — агрессивно рычит девушка, потирая плечо. Нил лишь криво усмехается, пасуя мяч Элисон, находившейся рядом.       На девушку налетел какой-то огромный парень-старшеклассник, просто снеся ее со своего пути. Она подала знак и вместо нее на пола вылетел Ники, полный энергии и ярости, за такой низкий поступок.       Мяч опять летает туда-сюда: от Ники к Кевину, от Кевина к Мэтту, от Мэтта к открывшемуся вновь Ники. От Ники он летит к Рене, которая со всей своей силы ударяет по нему, возвращаясь к Джостену, стоявшему очень близко к воротам.       Сейчас ему плевать на эту гигантскую девушку, пытающуюся перехватить мяч у Нила. Плевать на грозно выглядевшего вратаря, который схватился за свою клюшку так сильно, что, казалось, она должна в щепки разлететься.       Он просто бьёт, и по его подсчётам заканчивается десятая минута с начала второго тайма.       Мяч летит будто в замедленной съемке (Нил что, попал в фильм?) и пролетает в опасной близости около клюшки вратаря. Ворота загораются красным и Джостен выдыхает. На него летит Кевин, чтобы приобнять за плечи. Только тогда Нил понимает, что слегка хромает на одну ногу. Девушка-защитница постаралась на славу, когда сбивала его с ног.       Нил опускается на скамейку около Эндрю и пьет пару глотков из предложенной бутылки. Сет давно вышел на поле. Игра давно началась. Счёт давно сравнялся.       Победят ли они?       Он выходит на последние десять минут вместе с Миньярдом сзади и тяжёлым вздохом.       Он бежит, бьёт, опять бежит, опять пасует. Мяч летит к нему и от него, к нему и от него. Теперь его опекает парень, во много раз больше той девушки, и Нилу становится сложнее.       В один момент Шакал хочет сбить его с ног. Он бежит, и Нил просто падает на колени, нагибаясь как можно больше. Парень перелетает через него, но так и не получает мяча. Джостен усмехается, потом смеётся, когда чувствует тупую боль в спине. Чувствует тяжелый взгляд карих глаз, но ничего не может с собой поделать.       Он прислоняется к плечу Кевина в момент, когда все заканчивается. Они вырвали эту победу. Счёт был 9:8 в пользу Лисов.       Девочки их команды радостно запищали, кидаясь друг на друга с объятиями, Кевин повел Нила к зоне вратаря, обнимая за плечо. Эндрю зло косился на обоих, подтягивая Джостена к себе, и крепко удерживая его подле себя. Нил не обращает внимание на изучающий взгляд Миньярда, когда он опускается на скамейку, ни на попытки Эбби его осмотреть.       — Все в порядке. Я в порядке. — сказал рыжий чуть задыхаясь.       Они п-о-б-е-д-и-л-и. Он забил один гол.       И, конечно же, он не обращал внимания на что-то тянущееся в животе, от такого непрерывного внимания, со стороны ненормального (Нил был готов кинуться на любого человека, говорившего так) Миньярда.

***

      Нил сам не понял, в какой момент он стал садиться за один стол с Жаном, и в какой день к ним присоединился Кевин. Раньше Моро сидел то с одним, то с другим учеником. Дэй всегда был вместе с "монстрами" — так называли компанию Эндрю: оба Миньярда, Хэммик и Дэй. Теперь один "монстр" ушел, и они остались втроём.       Эндрю прожигал взглядом спину Нила каждый раз, когда тот сидит к нему спиной. В иной раз он не отрываясь смотрел в глаза. Для Джостена это становилось проблемой, ведь от этого взгляда он сразу же краснеет. Жан и Кевин лукаво на него поглядывают, но ничего не говорят.       — У меня литература. — прервал совершенно глупый разговор, полный сарказма, Нил и встал из-за стола.       Моро и Дэй кивнули, понимая, что до кабинета литературы тащиться как до Эвереста. Наскоро поставив поднос на специальный стол, рыжий вышел из шумной столовой, сталкиваясь, угадайте с кем? С Эндрю Миньярдом.       — Кевин сидит с вами. — сухо проговорил Эндрю, поправляя лямку рюкзака на плече.       Конечно, он носил рюкзак на одном плече, как те самые парни из глупых романтических фильмов. Нил смотрел их вместе с племянницей дяди, Флоренс. Не будем упоминать, что Нил так же носит рюкзак, но на другом плече.       — Да. — просто ответил Нил. — Это проблема для тебя?       — Нет.       Джостен пожал плечами и продолжил преодолевать толпу в коридоре.       — Это может быть проблемой для тебя. — вновь подал голос Миньярд, оглядывая идущего впереди Джостена. Тот завис на некоторое время, а после вновь продолжил идти как ни в чем не бывало.       — Вряд ли. — пробормотал Нил через сорок секунд. — Он милый.       — Милый?       — Э-э, не отталкивающий.       — А кто отталкивающий?       Хотелось ответить "тот, кто задаёт слишком много вопросов", но тогда Миньярд бы принял это на себя, ведь последнее время он только и делал, что заваливал Джостена вопросами о том о сем, цепляясь за самые мелкие и незначительные детали о жизни Нила.       Поэтому он лишь вновь пожал плечами и опёрся на стену около класса литературы.       — Почему ты смотришь на меня в столовой? — ляпнул Нил и быстро захлопнул рот. — Нет, э-э, это не значит, что тебе вообще смотреть на меня нельзя и, э-э, ты можешь смотреть на кого хочешь, просто..       — Заткнись. — оборвал его Эндрю, прожигая взглядом. — Ты сидишь прямо передо мной. Куда мне ещё смотреть?       — На.. Брата? Кузена? На еду?       Эндрю оставил эти вопросы без ответа.       Нил хлопал своими голубыми глазами, постоянно привлекая внимание Эндрю на них.

***

      — Кевин должен вернуться за наш стол. — сказал Эндрю, когда они сидели на литературе. Это был последний урок. Солнце уже давно взошло, поэтому в кабинете было очень светло, особенно на местах около окна, где, как раз таки, сидели Миньярд и Джостен. — Я не могу защищать его от дружков Рико, когда он находится так далеко.       Далеко — это два стола? Нил не стал задавать вопроса, зная, что получит лишь безразличный взгляд. Возможно, с крупицами ярости. Или недовольства. Может, раздражения?       Учитель что-то монотонно рассказывал, и многие даже записывали что-то в тетрадь. Нил полулежал на парте, смотря на Эндрю, а тот, подперев голову руками, закрыл глаза. Казалось, он уже спит.       — Хорошо. Тебе нужно сказать это ему. — кивнул Нил настолько, насколько это было возможно в положении его тела.       Миньярд открыл глаза, и Джостен провалился в их янтарное сияние. Солнце очень удачно падало на Эндрю, не сильно слепя и освещая фигуру.       Блондинистые волосы отражали лучи и блестели. Любая девушка их класса позавидовала бы такому блеску. В карих глазах Нил снова и снова замечал, находящиеся около зрачка, крапинки зелёного.       — Пялишься. — небрежно бросил Миньярд, кладя голову на парту.       — Да. — ответил Джостен.       Блондин закатил глаза.       — Я не могу убедить его, но если бы ты придумал что-то, Кевин бы согласился.       В его словах почти звучало "пересаживайся за наш стол, тащи с собой Моро и Дэя, и всем будет хорошо", но Нил старательно не замечал этого. Сначала ему нужно было разобраться с тем, что именно представляют собой их с Эндрю отношения, а уж потом принимать какие-то важные решения о смене компании. И, кажется, Аарон не очень хочет видеть Нила.       — Я поговорю с Кевином. — слабо улыбнулся Джостен.       Миньярд посмотрел на него около трёх секунд и отвернул голову.

***

      — Куда ты про.. — Эндрю шел впереди, и не заметил, как шаги Нила остановились, а сам он залез в куст, вытаскивая что-то белое и пушистое. — Поставь её и пошли быстрее.       Они слегка опаздывали на тренировку по экси и Ваймак вряд ли просто так это оставит. Марафон для Нила — раз плюнуть, но для Эндрю это тяжкий невозможный труд, которого он всегда старается избежать.       Нил держал кошку над головой и вглядывался в ее глаза. Она смотрела ему в ответ, поражая своими по кошачьи красивыми, голубыми глазами.       Как может существовать что-то такое ангельское на земле?       Нил думал так, пока кошка резким движением не царапнула его по щеке, а когда он механично отпустил ее, быстро убежала в противоположную сторону.       Первое правило выживания: не доверяй тому, кто кажется невинным.       На царапине выступила кровь и скатилась по щеке. Эндрю успел ее поймать влажной салфеткой, которую быстро достал из сумки.       Миньярд сосредоточился на том, чтобы вытереть все поступающую и поступающую кровь. Он достал из рюкзака пластырь и, о Боже, он был с маленькими котиками! Нил засмеялся, разглядывая пластырь в руке Миньярда, всего такого грозного и.. Ха.       — Ты идиот. — сказал он, когда Нил с благодарной улыбкой отступил на пару шагов.       — Ага.

***

      — У Эндрю и Аарона на этой неделе день рождения. — как бы невзначай проронила Рене, когда весь состав Лисов сидел в столовой, за соседними столами. Эндрю и Аарон сегодня не пришли в школу. Аарон заболел, а Эндрю просто-напросто решил пропустить уроки. — Но они не собираются праздновать. — подметила она, обведя взглядом каждого члена команды.       Элисон разочаровано вздохнула, а Кевин хмыкнул, глядя в телефон.       — Кому ты там печатаешь? — спросил Нил лукаво. Жан толкнул его плечом.       — Спрашиваю самочувствие Аарона. У него достаточно высокая температура. — пробурчал Дэй, даже не поднимая взгляда на Нила.       Тот хихикнул, но Элисон вновь обратила не себя внимание:       — Мы бы могли устроить вечеринку в их честь? Где были бы только мы? Ну пожалуйста? — прохныкала блондинка. Все знали, что Рейнольдс — огромная любительница вечеринок на пятьсот человек, с кучей бухла, и ее родители не были против.       — Тебе стоит спросить об этом их самих. — ответила ей Рене, пережёвывая лист салата.       Ники усмехнулся, водя вилкой по своему рису.       — Они скорее спрыгнут с крыши, чем разрешат Элисон организовывать для них праздник.       — Ты слишком плохого мнения о своих братьях и о моих способностях. — закатила глаза Элисон.       Нил повел плечом.        Он уже около двух недель крутился в магазинах, придумывая, что подарить Эндрю. Над подарком для Аарона он даже не задумывался — схватил первую попавшуюся (самую огромную) энциклопедию по биологии. Все знали, что Аарон собирается стать врачом.       Но что подарить Эндрю?       Для Нила Эндрю — особенный человек из всех его друзей и знакомых. Он стоял где-то выше Жана, но определённо точно ниже Стюарта (и Ичиро, Господи-Боже).       Рядом с Миньярдом было спокойно, он дарил уют и тепло, что бы не говорили о нем в школе. Иногда Джостен замечал мелкую улыбку на глупости, вылетавшие из Нила без разбора. Эндрю насмехался над его "очень умным ртом", и рассказывал свою правду.       Отдавал свою правду так же, как и принимал чужую.       Его не коробила вся прошла жизнь Нила и даже то, что его любимый добрый дядя — глава британской мафии. Он спокойно болтал со Стюартом на кухне, пока Нил собирался на их еженедельную прогулку.       Он возил его на небольшую поляну на окраине Колумбии. Эндрю позволял облокачиваться на него плечом. Приглашал к себе в гости, и они рубились в видеоигры. Нилу кажется, что Эндрю ему постоянно поддается.       Он покупал американо для Джостена, и какую-то сладкую бомбу для себя. Один раз Нил попробовал это — у него чуть не отвалились зубы. Эндрю подавил усмешку, рыжий заметил это: секундное поднятие кончиков губ запомнилось ему навсегда.       Блондин пах как спокойствие, а на самом деле хвоей и сигаретами.       Эндрю рассказал ему о двенадцати отвратительных семей, и одной самой лучшей. Нил благодарен Би за то, что спасла Миньярда от того ужаса, что творился в жизни тринадцатилетнего мальчика. Сейчас Эндрю семнадцать и Бетси изо всех сил старается помочь ему. Старается и будет стараться.       Взамен Нил рассказал о жизни в бегах. О своих двадцати двух имен, из которых выделил только три: Алекс, Стефан и Крис.       Когда он был Крисом они с матерью жили в Италии. Мэри даже смогла снять небольшую квартирку на окраине. Тогда у Нила появилась первая подруга — Элиза. Они вместе ходили в школу и возвращались тоже вместе. Элиза чем-то напоминает Элисон: такая же взрывная, непостоянная и кокетливая. Они распрощались за день до его скорого отъезда. Они бежали из Перуджи, потому что кто-то из людей отца сел им на хвост, или это была паранойя матери?       Миньярд понимал и принимал все без лишних слов и вопросов, без жалости в глазах. Принимал как должное, как простой ответ на вопрос.       Эндрю позволил Нилу заснуть у него на коленях, пока они слушали любимую книгу блондина. В другой раз это был фильм. Оказалось, что Джостен не особый фанат кино.       Кажется, теперь Нил придумал, какой подарок он собирается дарить одному из самых значимых людей в своей жизни.

***

      В суматохе пятницы Джостен не смог отыскать Миньярда вплоть до обеденного перерыва. В его рюкзаке аккуратно лежала маленькая коробочка с подарком, но он не хотел поздравлять его при всех.       Ему казалось, что это тот момент, который они должны разделить вместе. Один на один.       Видимо, Эндрю заметил это, поэтому до того, как обед закончился, взял его за рукав и потащил в сторону. Нил знал, куда они идут. На крышу.       Он по обыкновению закурил две сигареты, протянув одну Нилу. Тот забрал ее, слегка коснувшись пальцами запястья блондина. Тот не обратил внимания.       — Выкладывай уже.       Нил улыбнулся, доставая из рюкзака черную коробочку. Эндрю приподнял бровь, а-ля "объяснись".       — С днём...       — Заткнись.       Джостен все же протянул коробочку Миньярду, и тот взял ее, раскрывая.       Внутри лежало серебряное кольцо. Оно не отличалось изяществом или дороговизной: Нил знал, что тогда Эндрю просто его не примет. По центру кольца были черные вставки из оникса, потому что Джостен так же помнил, что это любимый цвет Миньярда.       А самое главное, что внутри кольца была мелкая гравировка.       03.10. Эндрю и Нил.       Блондин особенно долго разглядывал украшение, пока не надел его на средний палец. Разглядывал и там, пока его сигарета не превратилась в окурок. Свою рыжий уже выкинул, наблюдая за лицом Эндрю.       И на секунду ему показалось, что самые кончики ушей Миньярда зарделись. Но тот поспешно закрыл их своими волосами.       Он притянул его поближе, так, что они остались в сантиметрах друг от друга. Нил задержал дыхание. Что скажет Эндрю? Понравился ли ему подарок?       Почему Джостен привязался к нему настолько, что подарил ему кольцо?       Он почти слышит грохот голоса матери где-то в подсознании.        Но Нил слишком сосредоточен на ореховых глазах напротив.       — Да или нет, Нил?       Сердце Нила затрепетало от тихого шёпота. Казалось, Эндрю говорил прямо в губы, касаясь теплым дыханием кожи рыжего. Миньярд посмотрел в сторону, а потом вновь перевел взгляд на лицо Джостена. На глаза. На губы. Снова на глаза.       И Нил понял.       Понял, чего хочет Эндрю, понял намек.       Наконец-то он разобрался в легких жестах Миньярда, понял почему ему "да", а остальным "нет".       Поэтому он настолько нежно, насколько он способен, прошептал:       — Да.       Губы Эндрю столкнулись с его губами сразу же, стоило только заветному слову слететь с языка. Он не смел врываться в его рот яростно и безжалостно, как, казалось, делал все в своей жизни, а лишь невесомо касался своими губами. Тело Нила среагировало на это моментально, что-то сплеталось внизу его живота и отдавало сладкой болью.       У него не было опыта в поцелуях. Мать сразу же выбивала из него всю "дурь", иногда оставляя огромные синяки и выдергивая клочья волос.       Не было опыта в любви.       Но Джостен доверился ощущениям и инстинктам. Доверился Эндрю, доверился его рукам, блуждающим у него по спине, доверился губам со вкусом шоколадного батончика, который Миньярд ел в обед.       Эндрю целовал его так, будто отвоевывал этот поцелуй у мира. Никаких языков: Нил понимал, что слишком рано. Но если сейчас рано, значит когда-нибудь будет тот самый момент, не так ли?       Нил не знал куда деть руки: он сомневался, что Эндрю будет рад прикосновениям. Джостен уже собирался засунуть руки поглубже в карман, чтобы не сорваться и не начать перебирать светлые волосы между пальцами, как Эндрю сам взял его за ладони. На некоторое время он оторвался от рыжего, что-то выглядывая в его глазах и удерживая чужие запястья у себя на плечах. Потом чуть приблизился, сталкиваясь своим лбом с чужим.       — Ты идиот. — произнес он, боднув своим носом чужой.       Нил неуверенно улыбнулся.       — Да.       Второй поцелуй был таким же приятным, как и первый. И третий. И четвертый.       Губы Эндрю раскраснелись, и Нил подозревал, что его собственные тоже не в самом лучшем состоянии. Он посмеялся, чувствуя лёгкую эйфорию. Теперь он понимал, чего ему не хватало так долго.       Ему не хватало Эндрю. Эндрю Джозефа Миньярда, который смотрит на него с лёгким прищуром и очень маленькой улыбкой. Который изредка поглядывает на свою правую руку, пока они сидят у стены и выкуривают ещё одну сигарету вместе.       Который вновь целует его так, будто Нил самый желанный подарок на его день рождения.       — С днём рождения, Эндрю.       — Закрой свой рот.