curu tyalie

2. Кто бы мог подумать, что единственное слабое место в барьере - это скалы. Скай ругался про себя на несносного чародея, у которого он вынужден быть на побегушках. Мантра о скором приходе Госпожи и ее царстве "все разрушим - все построим" уже успела надоесть, но должность есть должность. Да и невкусный этот Деймос, а понаблюдать, как он барахтается, любопытно. И немного смешно. Сколько лет прошло, а он все такой же... Ноздри дракона раздулись. Пока всего двое. За ними наверняка следует основная сила. Или нет? Дракон прислушался. Вроде, топала только пара существ. А значит, лаз для ополчения слишком мал. Потому-то на него не подействовал барьер. Скай фыркнул. Какая разница? Он может поиграться и с двумя. Рычание сбило с толку двух едва выбравшихся из узкого лаза пещер, а огонь опалил глаза. Играться надо умеючи. Не поджарить лишний раз их маленькие ладошки, чтобы держали раскаленный меч хоть как-то. Заставлять слепнуть ненадолго, на пару минут, чтобы поддеть сильным хвостом. Можно еще хлопнуть крыльями, чтобы на ногах не устояли от потока ветра. О, не упали. Скай рыкнул, ухмыляясь. Эти двуногие такие смешные. Такие маленькие, а туда же - сражаться. Он заметил серебристое, зыбкое свечение, будто луну покрошили в порошок и принялись рассыпать столбом. Магия? Любопытно. Неужели светловолосый вспомнил что-то кроме огненных шаров и приемов боя на мечах? Между двух фигур выросла третья. Прямо как из лунного света. Эльф-чародей. Скай шумно выдохнул, собираясь спалить всех троих - непозволительно долго он задержался, а доложить о небезупречной защите заклинания Деймоса нужно. А то мало ли... еще какие гости пожалуют. Дракон бросил короткий взгляд, словно желая запечатлеть последний миг своих жертв. И остановился. В упор, как щит против копья... или защищаться теперь нужно вздрогнувшему Скаю? Эльф-чародей смотрел будто в то самое место, где когда-то была душа синего дракона. - Вечный воитель, ты лишь раб судьбы, - вдруг произнес Ирдис, глядя прямо в алеющую бездну. И отвернулся, возлагая точеные руки на воина перед ним. Если бы у Ская было сердце, оно бы точно остановилось на пару мгновений. Не могло это маленькое существо _знать_. Но почему-то сказало _те самые_ слова. Ирдис более не обращал внимания на дракона, занятый тем, что зачаровывал оружие. Человек стоял в благоговении. Он не ловил передышку - дракон заметил свечение клинка, чуть задрожавшие в ответ на магические колебания крепкие руки. Только сам пошевелиться Скай не мог, словно примерз. И виной тому было не заклинание. Ирдис вовсе делал вид, что нет за его спиной никакой синей ящерицы, что он здесь лишь затем, чтобы помочь двум героям. Его юный ученик и его друг-воин нуждались в поддержке. Родная Эния теряла жизнь. Даже раненый, потерянный, первый чародей не мог оставаться в стороне. И как мог... Нет, он не кинул и короткого взгляда туда, куда мгновение назад отправил слова. Ская такая игра не устраивала. Лапа дракона потянулась к чародею. Слишком медленно для удара. Слишком быстро, чтобы эльф успел отстраниться. За коготь зацепилась прядь серебристых волос. Или показалось? Чародей с презрением мотнул головой, освобождаясь. Значит, не совсем астральный, так? Скай ухмыльнулся, сверкнул алым взором. Значит, ты где-то рядом, эльф. Но его отвлекли более осязаемые существа. Юный маг сообразил, что артефакт, который они так удачно вынесли из пещер, умеет не только красиво светиться. И пошел в атаку, посылая огненные шары. Подкрепленный магией Ирдиса, его друг снова замахнулся, ударяя по первой попавшейся конечности дракона. Заставляя Ская глухо охнуть, ведь он не ожидал такой подлости - только что же почти полюбовно разошлись, чего этот эльф... Глаза ослепил яркий во тьме Энии свет Жезла, лапу резануло болью. Образ Ирдиса исчез. Чародей больше не обернулся к нему. Дракон взвыл. Не разбирая пути, зажмурившись и низко рыча, дракон улетал прочь, по памяти и ощущениям направляясь к замку. Если за этими двумя еще и подмога шла, им с Деймосом здесь ничего не светило. На языке почему-то танцевали мятные нотки, а в голове гудело, как после тяжелой звуковой волны. 1. Он оглаживал бока чародея, с нажимом вел вдоль тела. Словно сквозь одежду стремился прощупать ребра. Ведь у такого тощего эльфа их сосчитать не составит труда. Ах, как легко, должно быть, его переломить, одной лапой сложить пополам, смять... До противного просто. Лучше ломать иначе. Ирдис молчал, смотрел в сторону. Ему эта новая пытка - только потраченное время. Он не лукавил, когда говорил, что выдержит все. Старость позволяла. И Скай хмыкнул, поймал эльфа за подбородок, заставил встретиться глаза в глаза - медовые с алым пожарищем. До почтительного возраста тебе еще жить да жить, эльф. Ирдис взгляда не отвел, стеклянными глазами отразил чужое пламя. Бесстрастно. Словно мокрое полено - он не перенимал огня. Дракона в человечьем облике такое только забавляло. Ну-ка, великий остроухий маг Энии, сколько ты продержишься? Сколько сможешь оставаться безучастной куклой? Кому, как не синему дракону знать: чем труднее добраться до цели, тем слаще ее вкус. Скай путался в пепельных волосах, мял в пальцах тонкие косички, не пытаясь расплести - просто ощущая. Запоминая. Волосы мага не пахли ожидаемыми пеплом и золой, хотя тот застал прелести штурма. Спасал свои несуразные писульки и книжки. Выпроваживал, окружал щитами эльфов, бежавших от катастрофы. Но королевскую чету оказался защитить не способен. Скай втянул запах еще раз. Пряности, мята и чабрец, какие-то еще травы. Разве что чародей вместо зелий заваривал чай. Дракон-человек выплюнул изо рта прядку, зарылся носом куда-то под челюсть эльфа. И тот напрягся. Еще бы. Тонкая кожа, где пойманной птицей бьется пульс. Скай прикусил кожу в паре мест, обвел юрким даже в ином облике языком кадык, заставив чародея сглотнуть, задержать дыхание. Смешной. - Напряжение - вред, - шелестяще предупредил прямо в острое ухо, а затем прикусил кончик, зализал, словно кот. Что поделать, если этот эльф такой вкусный, хоть здесь ешь его, да прямо с костями? Ирдиса его слова не впечатляли - он все так же деревянно лежал, вытянулся. Истинное полено. А глаза... стеклянные, словно и не живой вовсе. Одну маленькую смерть он уже пережить успел, когда рушилось его государство. Когда на глазах маленького чародея и эльфийского детеныша погибали первые эльфы Энии. Ирдис думал, лучше бы он истек кровью там. Лучше бы его отдали на растерзание лесным зверям. Сырая земля и волчьи зубы выглядели притягательнее, чем мягкие простыни да касания врага. Скай хозяйски огладил волосы и лицо эльфа, а затем, надавив на углы нижней челюсти, впился поцелуем. Эльф предсказуемо не ответил. Что ж... Крови и так было пролито достаточно. И синий дракон в обличье двуногого аккуратно принялся расстегивать, развязывать, распутывать хитрые шнурочки и сплетения пуговок на костюме чародея. Сам-то давно был даже без исподнего. Что ему, дракону, до каких-то там тряпок. Тем более - в постели. Он что-то мурлыкал себе под нос, чувствуя, как иногда напрягалось, иногда расслаблялось, как по часам, тело под ним. Управившись с верхними одеяниями, он стянул их. Совершенно беспрепятственно. Позволил себе полюбоваться узорной вышивкой. Стилизованные цветы, замысловатая вязь, в которую умело вплетались бисер и драгоценные камни. - Кто бы подумал, что ты такой понторез, - вздохнул с каким-то нездоровым довольством. И сложил в ближайшем кресле это сокровище. Другое, пепельноволосое, ожидало на кровати. - То сапожки у него золотом расшиты, - мурлыкал, нависая над чародеем, - то одеяние словно свадебное. Алые глаза застыли напротитв карих. И что-то шевельнулось в последних. Уязвленная гордость? Скай дернул уголком рта, обнажая клык. - Такой серьезный, взрослый наставник, - он провел ногтем по скрытой под исподней рубашкой груди. От челюсти, через шею. Ирдис вздрогнул. - Такой статный, красивый эльф. И тянется к каким-то побрякушкам. Если бы Ирдис не лежал, а хотя бы сидел, он бы вскинул подбородок, отворачиваясь. Скай же поймал его полыхнувший взгляд. - А как иначе назвать это, - он чарапнул белую на белом вышивку на его исподнем. - Господин маг, разве в ваших делах не мешала такая опрометчивая роскошь? И он следил, как гордость угасла, как ее занавешивала боль и вина. Неудобные роскошные одежды вправду помешали ему вовремя оказаться подле своего повелителя, чтобы защитить королевскую семью. Он же... даже признаться стыдно. И Скаю бы хмыкнуть - добился своего, остроухий слышит его и откликается. Не голосом, так душой, что важнее. Что глубже. Дракон снова коснулся гладкой щеки, по собственному лицу пробежала полоса чешуи. Видеть страдания сегодня он больше не хотел. Зря, что ли, схоронил игрушку от цепких лапок Деймоса? Пусть других пытает. А драконам нужно сбалансированное питание. Треть сырого мяса, треть священного ужаса и преклонения, и треть - сокровища. Первым он позавтракал. Вторым развлекался весь день. А третье маялось сейчас перед ним, комкая простыни и думая, что его враг не замечает, как тонкие пальцы хватаются за мягкие, скользившие ткани. Глупое существо. Скай неожиданно для себя - мягко - коснулся губ эльфа, провел по ним языком, словно спрашивая. Рот Ирдиса был приоткрыт и без того - он терялся в чувстве вины и беспокойстве за принцессу. - Ну же, - утробно рыкнул Скай, сам не понимая, кого понукал. И, целуя, руками изучал тело, лишая его последнего щита. Вот эльф задышал чаще, стоило коснуться шеи. Хорошо, он оставит на память парочку засосов на ней. Именно на тонкой, чувствительной коже. Неважно, видно или нет - задушенный всхлип сейчас вкуснее будущего довольства. Руки чародея чуть сильнее сжались, стоило куснуть за плечо. Вздох на грани болезненного. И Скай ухмыльнулся. Знает ведь, куда бить. Касания сосков не вызвали бурю эмоций. Что ж. А вот живот напрягался, стоило коготку пройти вдоль, легонько царапнуть пупок. И занять рот эльфа поцелуем, ловя едва слышный звук. Как же сладко. Скай вылизывал его рот, массируя бедра. Главное - не сорваться. Не съесть. Эльф-чародей трогательно напрягался под ним, наверняла вращал глазами, понимая, к чему именно все идет. Проверяя, так ли это, Скай с легким разочарованием уперся в остекленевший карий взор. Эльф снова отрешился от настоящего, сбежал куда-то в свои мысли. - Ну нет, мой маленький, так не пойдет, - лицо с пылающим взглядом могло напугать любого. Но Ирдис смотрел скучно, устало. Он ждал конца. Скай мог пообещать - с таким настроем конец увидит только его любимая Эния. - Смотри на меня, - приказал, ровняя взгляды, чтобы - зрачки в зрачки. Когтистые ладони огладили впалые щеки, очертили линии скул, продвигаясь к ушам. И наконец - чувственный выдох. Слабые места он вычислял без труда. Особенно у таких существ. Но его терпение не вечно. Сидя на эльфе, дракон не утерпел - потерся о его живот своим естеством. И с довольством поймал мелькнувший страх, понимание - его, маленького чародея, хотят. И не просто так. - Дошло? - муркнул в самые губы. - Не зажимайся, - напомнил и, коротко поцеловав, сместился, устроился меж раздвинутых бедер. В отношении Ирдиса к его действиям был лишь один плюс - он без истерик и пинаний позволял делать все, что хотелось. Да еще иногда откликался. Оглаживая тонкие, безусловно не привыкшие к нагрузкам ноги, синий дракон не отказал себе в возможности расцветить и внутреннюю сторону бедра. Сначала левого. Он ловил движения грудной клетки, напряжение живота - ладонью, все еще касавшейся нежной кожи. Острые в ином обличье уши поймали сдержанные в последний момент рваные выдохи. Затем пришла очередь другого бедра. Вдруг здесь вкуснее? Кожа уже наливалась багрянцем. Не кровь - кровь стекала. А тут - только следы ее. Слабый металлический привкус. Он нарочно игнорировал главное - твердевший член между ног чародея. Аккуратный и ровный, розовый, почти как уши самого эльфа после броска синего дракона. - Тебе когда-нибудь говорили, что ты сладкий? - урчал Скай, касаясь его члена. Ирдис, пытавшийся остаться безучастным, почувствовал, как самообладание покидало его. Как сделало ручкой и пожелало удачи остаться девственником. Хотелось взвыть. Но получилось только всхлипнуть, отвернувшись. Невольно нарастало желание. Его строгий учительский вид, красивые одежды, роскошь, к которой он пытал слабость. Вся прошлая жизнь шелестела, как высохшая в труху книга. А враг, склонившийся над ним, ласкавший его настойчиво, вызывал только недоумение. Ирдис бросил короткий взгляд из-под ресниц, и скулы его заалели. - Значит, я первый, - довольно констатировал дракон, смачивая плоть слюной. - Как же мне повезло, - произнес он, медленно облизывая, удлинняя по своей воле язык. С нажимом проходясь по стволу, намеренно задерживаясь: то чекоча уздечку, то играя с яичками. Он заправил волосы за острые уши, ловил каждую вибрацию своей игрушки. И урчал, беря в рот. Доводя чародея до края, он перехватывал основание члена, наблюдал за тем, как в уголках карих глаз собирались слезинки, а маг выдыхал, то ли разочарованно (Ирдис бы никогда не признался в этом), то ли с облегчением. Эльф бестолково хватался то за подушки, то за скользившие меж пальцев простыни. Дышалось через раз, а о том, как он выглядел, Ирдису и представить было сродни выходу за грань. Волосы растрепались, а глаза блестели лихорадочно. Не выдерживая такой картины, дракон почти лег на него, выставил руку около головы остроухого, перенеся на нее вес. Две плоти соприкоснулись. Скай чуть порыкивал, чувствуя теплое, влажное касание. Смочив ладонь слюной, взял в нее оба члена, неспешно принялся водить вверх-вниз, смешивая выступившую прозрачную жидкость. Безумно хотелось целовать, целовать, покусывать и снова целовать. Кто он такой, чтобы отказывать себе в этом желании? Дракон коснулся губ, приятно удивляясь, а спустя миг - принимая как должное. До эльфа наконец дошел весь караван мысли и чувств. Он отвечал. Отчаянно, неумеючи, а от того не менее бестолково. Скаю пришлось прикусить губу ставшего настойчивым мага. Просто позволь, а потом, когда научишься. Довести эльфа стало не в меру легко, а чувство, как тело под ним выгибается, как стонет - уже не особо себя контролируя. Как в тонет в зрачках радужка, отражая свет его собственных алых глаз. Как изламываются брови. Как тонкие руки хватаются за все - в том числе и за его плечи. Чтобы удержаться, остаться. Вкусно. Скай зарычал, смешивая семя, выплескиваясь на живот чародея. Тот лежал, прикрыв глаза и тяжело дыша. Одного раза дракону было мало. Жадный до сокровищ и прекрасного, насыщающего. Впереди у них - целая захваченная когтями вечность. Маленький чародей с серебряными волосами и карим взглядом. Такой строгий и такой одинокий. Почему-то считавший себя слишком старым, чтобы быть с кем-то. Скаю очень повезло. Дракон уткнулся лбом в его грудь, восстанавливая дыхание, а после - улегся рядом. "Ты взял, что хотел", - Ирдис сжался в комок на постели. "Не совсем", - синий дракон прижался к нему со спины, то ли захватывая вновь, то ли ища тепла. "Отпусти меня", - ровно, даже не прося. "Что еще смешного расскажешь?" - ухмыляясь алым взором и сверкнувшими клыками. Даже в ином облике они порой проявлялись. Ирдис не ответил сразу. И тогда отпустить шутку решил сам Скай. "Если отсосешь - отпущу".