Всего одно фото

Обычно Нил не спорил с Лисами. Единственное, на что ему было бы интересно поставить: с каким счетом они выиграют очередной матч и кто сделает решающий удар. Лисы же спорили на чушь, которая Нила не волновала: кто с кем спит, кто с кем ссорится, кто на кого запал. А учитывая, что добрая часть ставок включала его и Эндрю, их обоих постоянно исключали из обсуждения. И все было хорошо, Нила такой расклад устраивал. До этого дня.  Элисон снова потащила его по магазинам, заставила выбирать приличную одежду — Нил искренне не понимал, чем всем так не нравились его удобные джинсы и старые футболки. Мелочи, вроде протершихся штанин или дырок подмышками, его совершенно не волновали. Элисон, разумеется, не стала слушать никаких отговорок, просто бросила его в руки излишне разговорчивого продавца-консультанта и ушла выбирать себе нижнее белье. Спасибо, что хоть с этим советов у Нила не просила.  Потом она убеждала Нила, что продавец на него совершенно точно запал, а он этого не понял, потому что слепой идиот. Эти обвинения давно уже стали частью его рутины. Нил не понимал, как можно увидеть симпатию в такой ситуации: продавцу буквально платили, чтобы он улыбался каждому покупателю и хвалил его внешний вид.  И черт его дернул заключить с Элисон пари. Может, ему просто захотелось доказать, что не все в мире крутится вокруг романтики? Наверное, Нил переоценил свое умение распознавать эти глупые смешанные сигналы. Чек с номером продавца отправился в мусорку сразу же, как они покинули торговый центр. А Элисон коварно улыбалась всю дорогу до кампуса, и Нил понимал, что ничего хорошего ждать не стоит.  — Я не буду фотографироваться, — посмотрев в зеркало, нахмурился Нил спустя час. Конечно же, Элисон не стала брать с него деньги. Она решила потренировать на нем новый макияж, который увидела в очередном ролике в интернете. Нил пытался отказаться, но у Элисон была хватка бульдога и умение убеждать в своей правоте. Сказать честно, заставлял понервничать процесс, а не результат. Нилу уже приходилось пользоваться тональным кремом, который замазывал его шрамы и синяки, но для дела он мог потерпеть. А все эти манипуляции кисточками и карандашами в опасной близости от его глаз заставляли нервничать и с силой сжимать подлокотники.  — Будешь, — безапелляционно заявила Элисон. — Чтобы в следующий раз, когда решишь со мной поспорить, ты посмотрел на фотографии и сразу понял, что не прав.  Нил поморщился — он ненавидел фотографироваться.  — К тому же смотри, какая у тебя миленькая мордашка, — продолжила Элисон и повернула его лицо в сторону зеркала. Увиденное Нилу не нравилось: слишком яркие вишневые губы, слишком выразительные, подведенные темным цветом, глаза. Элисон не стала скрывать его шрамы, и они будто начали выделяться еще сильнее. Это был другой человек, не Нил Джостен, который всячески пытался слиться с толпой и не привлекать лишнего внимания. Конечно, он когда-то заявил, что больше не будет убегать и прятаться, но это не значило, что нужно решать проблему его неприметной внешности настолько радикально. Еще Элисон уложила его рыжие кудри — те лежали аккуратными блестящими локонами. Нил только и думал, как бы скорее сбежать в душ, смыть с лица и волос все это дерьмо и спрятаться в растянутой футболке и подранных джинсах.  — О, монстр, подойди! Нил не заметил, когда Эндрю вошел в их комнату. Он встретился с ним взглядом в зеркале и замер, ожидая реакции, пускай и знал, что тот никогда не покажет явного удивления. Эндрю только смерил Элисон тяжелым взглядом. — Нил мне проспорил, — болтала Элисон. Наверное, она все же потеплела к Эндрю, хотя и продолжала звать его монстром — Нила это бесило, но прямо сейчас ему больше хотелось спрятаться, чем спорить. — К нему подкатил очередной несчастный парень, а этот чудила все его сигналы пропустил. — Нил поморщился. Вовсе необязательно было вываливать все подчистую. — А теперь не соглашается на фотографию. Проспорил — выполняй! Нил хмуро посмотрел на Элисон, просчитывая последствия отказа. Он ненавидел ссориться с Лисами (кроме, может быть, Аарона), но фотографироваться, кажется, ненавидел сильнее.  — Я сделаю, — бросил Эндрю, коротко мазнув взглядом по лицу Нила.  — Что? — повернулась к нему Элисон.  — Фотографии.  — Неа. Нил проспорил мне. Сейчас это моя игрушка, дождись своей очереди, — она ухмыльнулась и посмотрела на Нила, а потом вдруг поморщилась. — Или это ваши прелюдии? Чтобы трахаться с огоньком? Эндрю бросил на нее холодный взгляд, но та лишь невозмутимо хмыкнула.  — С тебя фотография, — она ткнула пальцем в Эндрю. — И чтобы все мои труды было хорошо видно. Потом Элисон снова посмотрела на Нила. Кажется, ей действительно нравился результат — улыбалась она загадочно. Нил же всячески избегал смотреть и в зеркало, и на Эндрю, только гипнотизировал взглядом дверь в ванную. Эндрю наверняка не будет его мучить — у него свои методы доводить Нила. Значит, как только Элисон выйдет за дверь, можно будет сделать одну фотографию, а потом смыть с себя все эти раздражающие слои косметики.  Когда дверь за Элисон захлопнулась, Нил тяжело вздохнул. Проклятые лисьи ставки. — Давай, одну фотографию. — Он все-таки повернулся к Эндрю. — Иди в комнату, — велел тот и первым покинул гостиную.  Нил закатил глаза. Ему было все равно, где фотографироваться, он не собирался позировать. Конечно, Элисон бы наверняка пытала его идиотскими позами, поэтому хорошо, что она ушла. Но уж Эндрю-то мог бы и щелкнуть разок прямо там, в чертовом кресле. Нил встал и поплелся в комнату.  — Хочу поскорее смыть это со своего лица, — пробормотал он, когда оказался напротив Эндрю.  — Меня не интересует твое нытье, — тот достал из кармана новый смартфон — сам Нил по-прежнему ходил с побитой раскладушкой, не желая менять ее на что-то другое. — В следующий раз будешь умнее и не станешь флиртовать с продавцом.  — Я не флиртовал! — возмутился Нил. — Сказать «спасибо» в нашем мире уже приравнивается к преступлению? — Твой глупый болтливый рот. — Эндрю покачал головой, продолжая настраивать что-то в телефоне. — Иди на кровать.  — Что? Просто сделай уже эту чертову фотографию.  — Кровать, Нил, — Эндрю поднял взгляд и прищурился. Нил вздохнул. На его кровать действительно падал яркий свет из окна, но ему самому было наплевать, какого там качества получатся фотографии для Элисон. Он бы с радостью отправил ей смазанное непонятное нечто, если бы не знал, что та обязательно заставит его снова краситься и все переделывать.  — Ложись, — велел Эндрю, подходя к его кровати.  — Э-э-э? Ладно. Эндрю и Элисон, два упертых барана, иногда было проще согласиться с их странными идеями, чем спорить. Нил разлегся на кровати и с удовольствием вытянул уставшие ноги — они долго бродили по торговому центру, выискивая серебряный топик для Элисон, но он все еще планировал вечером выйти на пробежку. Солнце мягко светило сквозь облака, касаясь его лица, и Нил прикрыл глаза.  Об импровизированной фотосессии он вспомнил, только когда почувствовал, как на кровать забрался и Эндрю. Открыв глаза, Нил уставился на него с удивлением. Эндрю приподнял бровь.  — Все в порядке, — Нил снова расслабился, — это было неожиданно. Ну, что мне делать? Куда смотреть? — Помолчи, — велел Эндрю.  Он выглядел удивительно сосредоточенным. Вообще-то, Нил был уверен, что он ни за что не будет спасать его от Элисон, не станет делать дурацкие фотографии да и вообще скривится, увидев безобразие на его лице. Нил послушно замолчал и уставился в камеру, игнорируя желание почесаться. Ну, несколько секунд без движения он потерпит.  — Все? — спросил он, спустя мгновение.  — Не болтай.  Эндрю перекинул через него ногу, возвышаясь с телефоном в руках. Он лишь слегка касался коленями бедер Нила, но это уже было немного… волнующим. С любым другим человеком это ощущалось бы неприятно и пугающе, но не с Эндрю. — Нормально? — спросил тот, видимо, заметив эту эмоцию на лице Нила.  — А? Да, да, все хорошо.  Раздалось несколько щелчков. Нил не понимал, что там можно так долго снимать — Элисон ведь просила всего один снимок. Честно говоря, ему было все равно, насколько хорошо он там выйдет. Нил больше не планировал смотреть на это странное накрашенное лицо. Он уже хотел снова поторопить Эндрю, как тот вдруг наклонился ниже и большим пальцем смазал помаду с его губ, пачкая щеку Нила. От его рук немного пахло сигаретами — наверное, перед тем, как вернуться в комнату, он курил на крыше.   — Эм-м… Тебе настолько не нравится?  Эндрю смотрел на него с видом абсолютного безразличия. В целом, обычное его лицо, вот только… Нил заметил странный блеск в глазах, напряжение в теле, то, с каким взглядом он смотрел на экран телефона — на Нила сквозь него.  Нил прикусил губу, чтобы не улыбнуться.  — Тебе это нравится.  — Ты меня раздражаешь, — тут же возразил Эндрю. Да, это была типичная реакция, когда Нил находил очередную его слабость. Он мягко потянулся, разминая уставшие руки — Эндрю опустил взгляд на тонкую полоску кожи, что виднелась из-под задравшейся кофты. Нил ухмыльнулся. — Раздражаешь, — повторил Эндрю и сделал очередное фото.  — Мне поменять позу? — Лучше заткнись. Нил хмыкнул и приподнялся на локтях — так он был ближе к камере, и Эндрю мог лучше разглядеть его лицо. Ему самому казалось, что смотреть там не на что. Но Нил слишком хорошо изучил скупое на эмоции лицо Эндрю, чтобы замечать малейшие изменения в мимике. Щеки окрасило румянцем от легкого смущения. Нилу нравилось то, что нравилось Эндрю, он обожал смотреть, как медленно рушится возведенная стена из безразличия и скуки, как обнажается, кирпичик за кирпичиком, желание. От его пронзительного темного взгляда желудок скручивало приятным предвкушением.  — Удивительно, как ты сосредоточен, — мягко улыбнулся Нил. — Ни одному матчу такое усердие и не снилось. Ложь, конечно же. С тех пор, как от игры Нила стала зависеть его жизнь, Эндрю стоял на воротах безупречно.  — Играешь ты лучше, чем позируешь.  Нил и правда не знал, как ему повернуться, куда деть руки и что вообще нужно делать, чтобы это не смотрелось нелепо. Он даже не пытался выглядеть сексуально или привлекательно.  — Что мне сделать? — спросил Нил.  Эндрю всегда помогал ему разбираться со сложностями такого характера, и было куда легче действовать с очерченными границами. Нил слегка наклонил голову, чтобы лучше видеть лицо Эндрю за телефоном — его пальцы на корпусе сжались на мгновение, прежде чем он сказал: — Подрочи себе.  — Что?  Нила бросило в жар, и явно не от бьющих в лицо солнечных лучей. Эндрю внимательно проследил за его реакцией.  — Хочу посмотреть, как ты это делаешь. Да или нет? Что ж. Во рту вдруг пересохло — надо было прихватить с кухни воды. Казалось, коснись его покрасневшего лица сейчас, и тут же получишь ожог.  — Хорошо, — выдохнул Нил.  Ему не особенно нравилось делать это самому, с Эндрю все ощущалось по-другому. Но Эндрю будет здесь, рядом, смотреть темным взглядом, от которого по коже Нила бежали мурашки. Если Нилу и нравилось что-то больше, чем чувствовать на себе теплые и сильные руки Эндрю, то только видеть, как тот тоже наслаждается происходящим. — Откажись, если не хочешь.  — Все нормально, просто я немного смущен, — признался Нил. — Ты собираешься это снимать? Эндрю кивнул.  — Хорошо.  Нил уже чувствовал легкое напряжение внизу живота просто от того, что Эндрю так на него смотрит. Ему бы хотелось, чтобы они поцеловались. Хотелось ощущать на себе тяжесть тела, заземлиться и потеряться в ощущениях, которые так легко отгоняют прочь дурные мысли. Но он был не против поиграть по правилам Эндрю.  Слегка приспустив джинсы и трусы, Нил погладил свой немного отвердевший член.  — Оближи руку, — велел Эндрю. Его голос немного охрип. Нил немедленно подчинился, широко мазнув языком по ладони. Было непривычно делать это перед Эндрю, еще непривычнее — перед камерой телефона. Но он чувствовал себя в безопасности. Видел желание в глазах Эндрю. Влажной от слюны рукой Нил погладил свой член. Желание медленной теплой волной накрывало его тело. Нил двигался неторопливо, почти лениво, не сводя взгляда с Эндрю, погладил головку и едва подавил всхлип. Схватил себя сильнее — так, будто это была не его рука. Мозоли на ладонях Эндрю были чуть грубее, хватка — увереннее, полностью воссоздать эти ощущения все равно бы не получилось. Но сейчас и не хотелось. Нилу начало нравиться это разгорающееся пламя в глазах Эндрю, то, с какой силой он сжимал челюсти, отчаянно скрывая, как его заводит происходящее. — Смотри в камеру.  Нил удивленно моргнул и перевел взгляд с лица Эндрю на телефон. Интересно, как он сейчас выглядел? Тело отзывалось сладкой дрожью, и он слегка ускорил движение руки. Если бы это была не его ладонь, а ладонь Эндрю, которая наизусть знала каждую точку его тела, жаждущую прикосновения, и всегда понимала лучше самого Нила, как сделать ему хорошо, он бы точно кончил намного быстрее. Но вязкое удовольствие все равно засасывало его, пускай и медленнее. Нервные окончания чутко реагировали на каждое касание, а взгляд Эндрю жадно следил за этим представлением.  Нил совершенно потерялся в ощущениях и прикрыл глаза, наслаждаясь быстрыми движениями ладони по члену. А когда снова посмотрел на Эндрю, то увидел, как свободной рукой тот трогает себя. Нил прикусил губу, чтобы не застонать — он мог бы поспорить, перед кем открывался лучший вид.  Ему хотелось подстроиться под ритм Эндрю, но он все время сбивался, двигался быстрее, бросая взгляд то на напряженное лицо с приоткрытыми губами, то на исчезающую в кулаке головку. Всхлипнув, Нил принялся дрочить сильнее, уже не слишком заботясь о том, что надо посмотреть в камеру. Его тяжелое дыхание смешивалось с тихими выдохами Эндрю, и Нил, почувствовав, что подходит к краю, сжал головку в последний раз и выгнулся на кровати с безмолвным стоном, пачкая спермой руку и толстовку.  Он рухнул на подушку, пытаясь отдышаться. Эндрю смотрел на него, не отрываясь, на размазанную по щекам помаду, на покрасневшее от смущения и возбуждения лицо и продолжал быстро дрочить себе, снимая все на камеру. Нил прикусил губу. Он не был уверен, как Эндрю отреагирует на его предложение.  — Ты можешь кончить мне на лицо, — тихо предложил Нил. Рука Эндрю замерла на мгновение. — Я правда не против. Я этого хочу, — он смущенно улыбнулся.  Эндрю затаил дыхание на несколько мгновений — Нил даже успел подумать, что зря это предложил, — а потом откинул телефон в сторону и придвинулся ближе, все так же едва касаясь Нила коленями. Теперь его член был так близко. Нил видел, как едва влажная от смазки ладонь скользит по нему, как напрягаются мышцы бедер Эндрю.  — Можешь коснуться ног, — выдохнул Эндрю. Нил мягко погладил его икры, чуть сжал их и поднялся немного выше, к бедрам. Его слегка разморило после оргазма, но хотелось наблюдать за Эндрю, касаться его, понимать, что это он сделал его таким — Нил не пропустил бы ни секунды. — Закрой глаза, — хрипло попросил Эндрю.  Нил подчинился, немного жалея, что не увидит его лица. А потом почувствовал теплые брызги на коже и приоткрыл рот, слизывая терпкую горечь. Эндрю рухнул рядом с ним, едва касаясь рукой его руки, и Нил улыбнулся. Что-то — скорее всего его футболка — бережно коснулось щек и губ, стирая сперму. Нил открыл глаза и повернулся к Эндрю — тот почти выровнял дыхание, но все равно казался удивительно уязвимым. В груди потеплело от ощущения безграничного доверия.  Они лежали так несколько мгновений или минут — Нил не слишком следил за временем, чувствуя мягкие касания пальцев Эндрю на своей руке.  — Фотографии для Элисон получились? — спросил он, вспомнив, для чего вообще все это затевалось.  — Обойдется.  Нил ухмыльнулся. О да, он уже предвкушал, как та разозлится.  — Иди умойся, — велел Эндрю, вытирая свою руку обо всю ту же футболку. — Это отвратительно.  — И тебе это нравится, — напомнил Нил.  И засмеялся, когда Эндрю спихнул его с кровати.