Together

***

— УЙДИ НАХУЙ!!! Чонгук вздрагивает от крика, исходящего из ванной комнаты, продолжая пережевывать кукурузный хлеб. Слюна обжигает язык, но он не может остановиться. — Я СКАЗАЛ СЪЕБИСЬ!!!!! Чонгук пошире открывает свои глаза, делая новый укус хлеба. Пусть хоть весь мир подорвется, но он съест его. — ДА В РОТ Я ВАС ЕБАЛ!!! Не реагируя на крики, доносящиеся из ванны, Чонгук продолжал с упорством жевать хлеб. Ему казалось, что он до сих пор спит, а всё, что доходит до него, лишь назойливый будильник на фоне. Крики становились всё громче, и Чонгук наконец-то задумался: может, это не просто сон? Он прищурился, пытаясь понять, что происходит. Вокруг него всё было так же, как и вчера, когда они вместе с Чимином заселились в этот номер. — ПОПАЛАСЬ… МРАЗЬ!!! — раздался очередной крик Чимина. Чонгук, наконец, доедая хлеб, хмурит свои брови от нарастающей головной боли. Пить перед сном была максимально тупая идея. Он встаёт с дивана, слыша хруст своих коленей. Тяжело вздыхая, Чонгук направляется в комнату, где находится его чемодан, чтобы достать свои излюбленные боксеры. Быстро достает боксёры и на автомате наматывает их на руку, как полотенце, невольно прислушиваясь к новому взрыву эмоций из ванной. «Наверное, он не в духе», — проскальзывает мысль, но Чонгук не горел желанием вмешиваться. Но придется. Ведь ему тоже стоит искупаться. Чонгук, переступая через разбросанные вещи, медленно приблизился к двери ванной. Чувствует, стоит ему открыть дверь, то Чимин либо пошлет его, либо трахнет без подготовки. Чонгук глубоко вздохнул и потянулся к ручке двери, но в этот момент раздался очередной яростный крик Чимина. — Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ ЭТО ТЕРПЕТЬ! Чон глухо выругался. Стараясь игнорировать подступающее волнение, он открыл дверь. Он готов был увидеть всё что угодно, но не это. Чонгук замер на пороге, застыв от лёгкого шока. Чимин, изрыгая ругательства, пытался поймать душевую насадку, которая неистово флексит на полу, словно змея извиваясь, дразня Чимина. Вода стекала по его телу, подчёркивая стройные линии фигуры, но сейчас всё это казалось Чонгуку второстепенным; он не знал, смеяться или спасать Чимина от этого «биологического страшного оружия». Чонгук стоял, как заворожённый, пока Чимин, недовольный и мокрый, продолжал свою борьбу с душем. Крики и ругательства сыпались так, что казалось, будто он сражается не только с неживым предметом, но и с целым миром. Чонгук, отойдя от шока, быстро скидывает с себя вещи, оставляя их перед входом в душ, и подходя к Чимину ближе. — Эй, все в порядке? — спросил Чонгук, пытаясь сделать голос как можно спокойнее. Но он с трудом сдерживался, чтобы не заржать в голос от вида, который предстал перед его взглядом. Чимин резко обернулся, глаза сверкают яростью. — Да нет, не в порядке! Эта штука решила, что она может делать всё что угодно, кроме своей работы, — выдохнул он, указывая на душ, который, казалось, просто не хотел слушаться. Чонгук, пытаясь подавить улыбку, шагнул ближе и, едва не захохотав, сказал: — Может, ей просто нужно немного времени, чтобы, ну, размяться? Чимин уставился на него с недоумением. — Ты шо, долбаеб? Чонгук не смог сдержать улыбку, и его смех, хоть и тихий, оказался достаточно громким, чтобы отвлечь Чимина от его борьбы. Тот фыркнул, не в силах скрыть своё раздражение, и снова переключил внимание на душ. Энергично потянув за шланг, он в очередной раз рявкнул: — Да что за чертовщина?! Какого хера?! Чонгук лишь тяжело выдохнул, забирая из рук Чимина душ, снимая насадку со шланга, откидывая её небрежно в сторону. Но никто ему не говорил о том… Вода из шланга хлынула большим потоком прямо в лицо Чонгука заставляя его выпустить недовольный возглас. Он моментально отскочил назад, вытирая лицо рукой. — Ну, вот видишь, она же не такая уж и страшная, — попытался подшутить Чонгук, но улыбка на его лице исчезла, когда он увидел, как Чимин фыркает и заливается смехом. — Ты выглядел как идиот! — прохрипел от смеха Чимин, и это только подстегивало Чонгука в желании отомстить. — Да? А ты, вроде, не лучше со своими криками и танцами вокруг душа, — ответил Чонгук, поправляя свои волосы, намокшие от воды. — А ты вообще видел, как ты выглядел? — усмехнулся Чимин, пытаясь отдышаться. — Ты словно пытался поймать покемонов, но в душе! — Я и поймал, — Чонгук резко бросается к Чимину обнимая его, прижимая к себе голое тело. Их тела соприкасались, и напряжение, которое было между ними, мгновенно изменилось. Чимин почувствовал, как его щеки слегка окрашиваются в розовый цвет. — Ты что, совсем спятил? — выдохнул он, пытаясь вырваться из объятий. Но вместо этого он только ближе прижался к Чонгуку. — Ну, раз уж теперь мы оба мокрые, — сказал Чонгук с озорной улыбкой, — Может, устроим настоящую битву водяных пистолетов? — Водяные пистолеты, говоришь? — Чимин приподнял одну бровь, переводя дыхание. Он чувствовал возбуждённый член Чонгука своей задницей. — Да, — с ухмылкой произнёс Чонгук, — только у меня вместо пистолета есть член. Чимин, услышав это, замер на мгновение, не веря своим ушам. Его сердце забилось быстрее, а в голове пронеслись смешанные чувства — от смущения до азартного ожидания. Он ощутил теплоту Чонгука, которая распространялась по всему его телу, заставляя его забыть о борьбе с душем и о том, что они вообще находились в ванной. — Ты серьезно? — тихо спросил Чимин, стараясь скрыть улыбку. Но взгляд Чонгука, полный игривости, говорил сам за себя. Он начал подталкивать Чимина к стене, и вода, стекающая по их телам, только добавляла волнение ситуации. — А разве ты не готов к настоящему бою? — прогудел Чонгук, наклонившись поближе, его дыхание щекотало кожу Чимина. Чимин, почувствовал мгновенное возбуждение. Его сердце стучало так быстро, что казалось, что сейчас вырвется наружу. Он любил эти моменты, когда все вокруг терялось, и оставались только они вдвоем, плененные атмосферой шуток и флирта. — Тебе стоит быть осторожнее с такими предложениями, — тихо произнес он, поднимая взгляд на Чонгука. В его глазах сверкает вызов. — Осторожность — это не для меня, — ответил Чонгук, его тон был полон игривости. Он медленно приподнял руку, чтобы провести пальцем по влажной коже Чимина, в то время как другой рукой держал его за запястье, не позволяя отойти. — У нас нет смазки, — проговорил Чимин прогибаясь в спине, чтобы теснее прижаться к вставшему члену Чонгука. — А кто сказал, что я трахну тебя членом? — опаляя жарким дыханием ухо Чимин, шептал Чонгук. Чимин почувствовал, как волна возбуждения прокатилась по его телу. Прикосновения Чонгука заставляли его сердце биться всё быстрее. — И что же ты предлагаешь? — в тон провокации ответил Чимин, заигрывая с Чонгуком и внутренне вздрагивая от его близости. — Узнаешь, — с ухмылкой в голосе ответил Чонгук, ведя руками по бедрам Чимина. Чонгук медленно опускается на колени, оставляя поцелуи-укусы на попе Чимина. — И тебе понравится. Изгибаясь от нежных прикосновений, Чимин захрипел. Чонгук, знал, как довести его до крайности. Мелкие судороги пробегали по спине Чимина, и он не мог сдержать тихий стон удовольствия. — Чонгук… — прошептал он, теряясь в мерцающей волне эмоций. Каждый миг между ними казался вечностью, полной того напряжения, которое ждали оба. Чонгук ответил легким смехом, продолжая исследовать участки кожи на ягодицах Чимина, покрывая их поцелуями. Чимин чувствовал, как его тело отзывается на каждое касание Чонгука, электрические импульсы пробегали по коже, заставляя его дрожать. Он не мог больше сдерживать свой стон, который вырывался из уст, как мелодия, наполненная желанием и ожиданием. Чонгук, почувствовав это, лишь увеличивал темп, оставляя поцелуи все ниже и ниже, исследуя территорию. — Ты не представляешь, как я давно этого хотел, — прошептал Чонгук, его голос был полон страсти. Он провел феноменально горячими губами по гладкой коже Чимина, задержавшись на его бедрах, от чего Чимин снова застонал, чувствуя, как внутри него все закипает. Извиваясь от удовольствия, Чимин попытался сфокусироваться хоть на чем-то, чтобы не застонать в голос. Внутри все горело диким пламенем стоило ему почувствовать как Чонгук присасывается к его дырочке, толкаясь в неё языком. — Чон…гук, — стонал Чимин прижимаясь к холодному мрамору ванной комнаты. Изгибаясь в ответ на ласки, Чимин не мог сдержать дрожь, пробегающую по всему телу. Каждый толчок языком, вызывал волны наслаждения, которые захлестывали Чимина с головой. Тело Чимина отзывалось на каждое движение Чонгука, и кажется, что мир вокруг исчез, оставив только их двоих в этом сладком хаосе. — Ты не знаешь, на что подписался, — прошептал Чонгук, останавливаясь на мгновение, чтобы провести кончиком языка по чувствительной коже. — Я сожру тебя, Чимин-щи. Чимин снова стонал от наслаждения, его тело как будто само искало каждой ласки, оттопыривая попу назад подставляясь под язык. Кожа Чонгука горела, а член стоит колом от вида такого нуждающегося Чимина. Мокрые звуки их тел смешивались с журчанием воды, создавая свою неповторимую симфонию. — Я знаю, чего ты хочешь, — проговорил Чонгук, его голос был тяжелым от желания. Он облизал палец, смочив его слюной, начиная медленно вводить в разработанную дырочку. — Попроси меня. Извиваясь от наслаждения, Чимин почувствовал, как его разум заполняет только одно желание — ощутить Чонгука полностью. Он обернулся к нему, полные глаза желания. — Пожалуйста, Чонгук, я хочу тебя. — тихо прошептал Чимин, смотря в чёрные как ночь глаза парня. Чонгук, услышав его просьбу, расплылся в усмешке, его глаза сверкнули огнем. Он добавил ещё один палец, постепенно увеличивая движение, и Чимин задохнулся от наслаждения. — Ты получил то, что хотел, — прошептал Чонгук, его голос звучал низко и обольстительно. Он добавил третий палец раздвигая податливые стеночки ануса, прикасаясь губами к одной из половинок Чимина, оставляя на ней укус. Чимин не мог сдержать стон, который вырывался из его уст. Чонгук, со смешком, внимая реакции Чимина, продолжал исследовать каждый уголок его тела. — Ты так сладок, — прошептал Чонгук, его голос был полон желания и жажды. Он придавил Чимина к мраморной поверхности, оставляя поцелуи на его бедрах, пробуждая ещё большее нетерпение внутри. Чимин, ответно, выгибался под его ласками. — Я готов, — тихо произнес Чимин, его голос звучал едва ли слышно, но в нем звучало полное доверие. Он посмотрел в глаза Чонгука, и их взгляды встретились, полные обещаний, жадности, желания и любви. Чонгук медленно поднимается, вставая в полный рост, но руки от Чимина не убирает, продолжая трахать его пальцами. Обхватывает свой член у основания, слегка шипя, он был перевозбуждён от такого мягкого, красивого Чимина, что хотелось сразу кончить на его молочные бедра. — Любимый, — припадая губами к шее оставляя поцелуи, гортанно шептал Чонгук, надрачивая себе. Чонгук так долго ждал момента когда же Мини окажется в его руках. Недели проведённые в одиночестве, подготовка к альбому, выступления — все смешалось в один комок. Он безумно, до дрожи в пальцах соскучился по обычным, размеренным дням с Чимином. Ему не хватило недавней проведенной ночи с Чимином. Хотелось быть всегда рядом, ближе. — Чонгук, — оборачиваясь через плечо, шептал Чимин. — Мой, — потянувшийся к лицу парня, Чимин целует столь любимые губы. Чонгук закрыл глаза, беря вверх в поцелуе, уводя Чимина в страстный поцелуй, чувства как тепло и нежность Чимина заполняют каждую клеточку его тела. — Ты даже не представляешь, как я соскучился, — тихо сказал Чонгук, прижимаясь своим телом к Чимину. Они провели так много времени в разлуке, и это чувство пустоты отступало, когда они оказывались вместе. Чимин улыбнулся, а в его глазах была целая вселенная. Чонгук медленно наклонился, прикасаясь лбом ко лбу Чимина. Они смотрели друг другу в глаза, и больше не было никаких барьеров — только они вдвоем. — Покажи мне, — облизывая пухлые губы. — Как сильно скучал. — шептал Чимин в губы Чонгука, играя на струнах его души. Чонгук отстраняется от Чимина, прижав его бедра к своим, касаясь членом чиминовой попы. Разводя в сторону половины, Чонгук вводит кончик головки члена в дырочку Чимина, наблюдая за Чимином сквозь опущенные ресницы. Выгибаясь в пояснице, Чимин закрывает глаза от ощущений. Чонгук не спешил, медленно вводил член в дырочку Чимину, чувствуя как растягивает стеночки, что так сжимают его. — Чёрт — Чонгук чувствует, как тугие стенки Чимина обхватывают его, вызывая у него желание сорваться и начать двигаться быстрее и глубже. — Я долго не продержусь, — сжимая его ягодицы до синяков, Чонгук начинает двигаться в нём медленно, запрокидывая голову назад. — Быстр…еее, — стонал Чимин, впиваясь пальцами в предплечье Чонгука. Внутри всё горело, принося Чимину одновременно боль и столь желанное удовольствие. Он желал, чтобы Чонгук выебал из него душу, хотел забыться в нём. Кусая первую Луну на спине Чимина, Чонгук сдерживался из последних сил. Хотелось брать, валить и трахать. — Быстрее, Чонгук, — оборачиваясь через плечо говорил Чимин. — Я не хру…стальный. — проглатывает стон, смотря в бешенные глаза Чонгука. — Будет больно, — входя в Чимина всё также медленно, не ускоряя темп. — Плевать, — впиваясь ноготками в руки Чонгука. — Ты ведь поцелуешь? — с ухмылкой на губах, говорил Чимин. — И не один, — толкаясь до самого основания. — Раз. — сжимая бедра Чимина до синяков. Чимин закатывает глаза, сжимая кожу Чонгука под пальцами сильнее. Он так скучал по этому ощущению, так сильно желал, чтобы этот момент наступил быстрее. Ведь Чонгука, ему всегда будет мало. Чонгук зажмурился, его тело отказывалось подчиняться разуму. Время словно остановилось, а мир вокруг них рассыпался на тысячи кусочков. Из груди Чонгука вырвалось почти животное рычание, когда он начал двигаться быстрее. Чимин вскрикнул, сочетая в звуках наслаждение и легкую боль, при каждом новом толчке, сердце билось быстрее, невозможно было понять, где заканчивается его тело и начинается тело Чонгука. Изгибаясь под напором Чонгука, Чимин уже не мог сдерживать стон, который вырывался из его груди с каждым новым движением. Словно потеряв связь с реальностью, он чувствовал, как волны наслаждения накрывают его с головой. Каждый толчок словно взрывал его внутренний мир, и он не мог не поддаваться этим ощущениям. — Быстрее! — прошептал он, не в силах сдержать напор Чонгука. Хотелось кончить уже сейчас. Чонгук, чувствуя, как Чимин реагирует на каждое его движение, терял рассудок, с каждым разом всё глубже входя в него. Их тела сливались, создавая единую симфонию из стонов, шепотов и дыхания. — Я никогда не отпущу тебя, — произнес Чонгук. Из его слов веяло обещанием, а Чимин, ощущая каждое движение, лишь сильнее погружался в это блаженство. Он завёл руки ему за спину, прижимая Чонгука ближе, словно боялся потерять. — Сделай это для меня, — прошептал Чимин, его голос был полон страсти и нетерпения. Он почувствовал, как тело Чонгука реагирует на его слова — напряжение нарастает, и момент близится к кульминации. С каждым движением, они оба были на грани, готовые взорваться от собственных чувств. Чонгук, не сдерживаясь больше, ускорил ритм. Его дыхание стало невыносимо горячим, в нём словно открылось второе дыхание. Чимин отвечал на это каждое движение, подмахивая бедрами на встречу. Чимин вдыхал запах Чонгука, его кожа горела от прикосновений, а внутри нарастала буря. Каждое движение становилось всё более интенсивным, вибрируя в унисон с их сердцами, которые стучали как единое целое. — Чонгук… — выдохнул Чимин, его голос мягко тянулся к партнеру, словно заклинание. — Я… Их взгляды встретились, и в этот момент объятия их тел казались вечными. Чонгук, чувствуя, как Чимин близок к пределу, ускорил свой ритм, позволяя наслаждению захлестнуть их обоих. В каждом его толчке читались нежность и безграничная страсть, создавая ауру, в которой они могли исчезнуть от всего внешнего мира. Из с губ срывались тихие стоны, смешиваясь с ритмичными движениями. Чонгук чувствовал, как мир вокруг них продолжает рассыпаться, а всё, что имело значение, сводится к Чимину. — Я не знаю, сколько еще смогу, — выдавил Чонгук, его голос дрожал от напряжения. Чимин почувствовал, как всё внутри него закипает. Каждое движение Чонгука было не только физическим, но и чем-то глубоким. Он искал его губы, жадно тянулся к поцелую. — Давай, — прошептал Чимин, чувствуя, как напряжение растёт. Чонгук ответил, притянув его к себе, и их губы встретились в огненном поцелуе, который оставил лишь отблеск реальности вокруг. Это мгновение казалось вечным, но нарастающее оргазм заставлял их хотеть большего, угнаться за чувством кайфа от которого показывают пальцы на руках. Чонгук, не отрываясь от Чимина, ускорил движения, позволяя каждой клетке своего тела соединиться с его. Чимин взвизгнул, когда яркие вспышки удовольствия пронзили его, и в это мгновение они оба потеряли себя, упиваясь вкусом друг друга. Сломленный, но счастливый, Чонгук кончил не выходя из Чимина, который сжимался вокруг его члена. — Ты… — тихо выдохнул Чимин, прильнув к Чонгуку. Его дыхание было неровным, но в нем ощущалась удовлетворенность. — Это было невероятно. Чонгук улыбнулся, все ещё обнимая его. Он чувствовал, как Чимин нежно гладит его спину, словно запоминает каждую деталь. Оба слегка отодвинулись, чтобы взглянуть друг на друга. Чимин, все еще красный после оргазма, тихо засмеялся, смотря на такого потерянного и столь затраханного Чонгука. И этот смех был словно музыка, а Чонгук, улыбнулся ему в ответ.

***

Мысли путаются, во рту пересыхает. Язык прилипает к небу, только от одного вида красивого, обнажённого тела Чимина. Его кожа сверкает при свете, словно покрытая лёгким слоем росы, и каждая мышца, каждая линия его тела будто призывает к себе, завораживая и распаляя воображение. Чонгук не мог отвести взгляда сердце гулко стучало в груди. Жаркая волна охватывала тело, и он инстинктивно сглотнул, пытаясь подавить накатывающее возбуждение. Он видел небольшие красные пятна на спине Чимина, оставленные им этой ночью. В голове сразу всплывают образы их жаркой встречи и то как они не могли отлипнуть друг от друга до самого рассвета. Чимин, лежавший на боку с приоткрытыми глазами, с накинутой поверх голого тела лёгкой простыней, наблюдал за Чонгуком. Он заметил замешательство Чонгука, или лучше помешательство? Слегка ухмыляясь уголками губ, подозревая о буре, разворачивающейся в душе Чонгука. — Что ты смотришь? — с игривой улыбкой произнес Чимин, нарушая тишину. Его голос звучал мягко и искушающее, словно перед Чонгуком лежит не Чимин, а самый настоящий и ненасытный суккуб. Чонгук почувствовал, как его щеки заливает жаром, и он, борясь с рассудком, лишь покачал головой, пытаясь вернуть себе контроль. Но каждый взгляд на Чимина словно разжигал огонь в его груди. Чимин был не просто красив — он был воплощением всех его тайных желаний, тех, о которых он не смел даже мечтать. — Я смотрю на тебя, — едва слышно произнес Чонгук, ловя на себе его пронзительный взгляд. — Ты завораживаешь. Чимин, кажется, наслаждался его смущением, его уверенность только усиливалась. Он приподнялся на локтях, расправляя простыню, открывая вид на ничем не прикрытую грудь и карамельный соски, вокруг которых были видны следы зубов. Чонгук не мог отвести взгляда от этих следов, его сердце стучало всё быстрее. Каждый момент, проведенный с Чиминым, накалял атмосферу, и Чонгук чувствовал, как его самоконтроль медленно идёт нахуй. Чонгук сглотнул, пытаясь подавить желание, которое нарастало в его грудной клетке. Он знал, что с Чимином нужно быть всегда начеку. Не успеешь оглянуться и уже он будет управлять тобой. — Ты не можешь просто так смотреть, — произнес Чимин, тёплый шёпот его голоса коснулся ушей Чонгука, как нежный ветерок в жаркий день. Он медленно поднялся, словно зная, что каждое его движение заставляет Чонгука перехватить дыхание. — Ты хочешь большего, правда? Эти слова, произнесённые с такой игривой дерзостью, разжигали в Чонгуке жгучее желание. Чонгук замер, его сердце забилось в унисон с Чимином, словно они были одним целым. Пространство вокруг них сжималось, оставляя только их двоих в вихре эмоций и напряжения. Он почувствовал, как жар охватывает его, заставляя кровь закипать от желания, которое явно не собиралось утихать. Чимин излучал магнетизм, который притягивал его с каждой секундой все сильнее. — Может быть, я и хочу большего, — наконец произнес Чонгук, ощущая, как его голос дрожит от накала страсти. Он приблизился, всматриваясь в глаза Чимина, и в этом взгляде было столько обольщения и обещания, что Чонгук потерялся в его мире. Чонгук не мог сдержаться. Его ладонь, легла на кожу Чимина, исследуя каждый изгиб и каждую линию. Никакие слова не могли передать те чувства, что рвались наружу. Он наклонился ближе, вдыхая знакомый аромат кожи Чимина, заполняя им лёгкие. — Не останавливайся, — произнёс Чимин, его голос был пропитан теплом, вызывающий очарование. — Ты знаешь, чего я хочу. Эти слова были подобны искре, разжигающей пламя внутри. Чонгук изучал тонкие линии спины, обводя пальцами линии Лун на нежной коже. Чонгук не мог оторваться, его рука перемещалась по спине Чимина, оставляя за собой легкие мурашки. — Ты знаешь, что ты для меня значишь? — тихо произнес Чонгук, чувствуя, как его голос теряется в тишине. Чимин наклонился ближе, его дыхание стало быстрым и горячим. — Я знаю, — ответил Чимин, его улыбка была полна уверенности, а в глазах читалась неистовая, до глубины души, чистейшая любовь. Чонгук больше не мог сдерживаться. Он прижался к губам Чимина, погружаясь в поцелуй, который был одновременно нежным и горячим. Чимин ответил ему с такой страстью, что Чонгук почувствовал, как его тело прошибает электрический разряд. Чонгук чувствовал, как руки Чимина окутывают его шею, притягивая ещё ближе. Каждый прикосновение, каждое движение только усиливало ту всепобеждающую страсть, которая разгорелась между ними. Чимин отстранился ненадолго, его взгляд сиял ярче самых крупных звёзд на небе, а губы были слегка распухшими от поцелуя. — Ты просто не представляешь, как долго я ждал этого момента, — произнес Чимин, его голос полон нежности. И не врал, ведь это был их последний отпуск перед одним из самых сложных периодов в жизни — армия. — Я тоже ждал, — тихо ответил Чонгук, его сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. Чимин снова приблизился, его губы едва касались губ Чонгука, он дышал ему в рот, разделяя воздух на двоих. — Ты не представляешь, как много для меня значишь, — произнес Чонгук, всё ещё не веря в то, что этот момент стал реальностью. Он так давно мечтал оказаться с Чимином один на один, а не быть разделенным расстоянием и временем. — Да что ты, это я должен сказать тебе, как много ты для меня значишь, — прервал его Чимин, его глаза блестели от эмоций и искренности. — Ты — моя опора, моё солнце. Чонгук почувствовал, как тепло наполняет его сердце. Эти слова звучали как самая сладкая музыка, как обещание того, что несмотря на все трудности, они смогут преодолеть всё вместе. Он наклонился ближе, их губы снова встретились. Поцелуи становились всё более глубокими и страстными, затрагивая самые потаенные уголки их сердец. Чонгук исследовал каждую черту лица Чимина, запоминая все, начиная от мягкости его губ и заканчивая блеском в его глазах. Это была не просто физическая близость; они общались душами, и это наполняло их теплом, которого они так жаждали. — На меня всегда можно положиться, — тихо произнес Чонгук, когда их губы растянулись в улыбке. — Я всегда буду рядом. Чимин, не отрывая взор от Чонгука, кивнул, и взгляд его стал полон надежды и мечты о будущем. Ему было важно, что они будут вместе, несмотря на все испытания, которые ждут впереди. — Я знаю, и поэтому я не боюсь. Мы пройдём через всё, — уверенно сказал он, легонько касаясь щеки Чонгука. — Мы вместе, и это самое главное. — Знаешь, — прошептал Чонгук, его дыхание касалось губ Чимина, — Когда мы будем в армии, я буду вспоминать этот день. — шептал Чонгук ведя губами около губ Чимина. — Саппоро, тебя и буду хранить в памяти то как нам было хорошо. — Я тоже буду помнить, — ответил Чимин. — Каждый поцелуй, каждую улыбку. Это будет наше маленькое убежище. Чонгук ловил этот момент, как ловит солнечный свет в дождливый день. Каждый миг с Чимином становился драгоценностью, которую он бережно помещал в тайник своего сердца. Они обменялись ещё одним долгим, полным смысла поцелуем, и время, казалось, сейчас на их стороне. Если бы кто-то сказал Чонгуку, тому самому юнцу шесть лет назад, что всё сложится так и его чувства окажутся взаимны и их любовь с Чимином переживет одну и тысячу испытаний, то он бы покрутил у виска пальцем. Но сейчас, лежа в объятиях Чимина, разделяя с ним жизнь, Чонгук понимал, что все мечты не были напрасны. — Я хочу, чтобы ты всегда был рядом, — произнёс Чимин, его голос звучал как мелодия в этой мирной тишине. — И я буду, — обнимая Чимина за талию крепче, притягивает его лицо к своей шее. — Только с тобой, ради тебя. Чонгук чувствовал, как его сердце наполняется счастьем, когда он держал Чимина так близко к себе. В этот момент мир за пределами их уютного пространства просто исчезал, оставляя только их двоих и их взаимные чувства. Каждый шепот Чимина, каждый его вздох казались музыкой, которая звучала только для них. Чонгук прижал губы к лбу Чимина, ощущая тепло его кожи, как будто стараясь запомнить каждую деталь проведённого времени вместе. — Я всегда буду с тобой, — произнес он снова, не в силах сдержать невероятную нежность.