Кофе

День, что называется, не задался с самого утра. Сперва Даниил предъявил за разлитую бутылку у бара, которой там не должно было быть по определению, но которая все же обнаружилась именно разлитой и именно у бара. Ох, Машка, по тонкому льду ходишь, зараза такая. Потом случилось страшное – прошлое, которое я волевым решением и нечеловеческими усилиями закрыла в деревянный макинтош, опустила глубоко в могилу и присыпала землей с горкой, чтобы никогда оттуда не вылезло, вмиг материализовалось в Perfetto. Мне казалось, с Пашей я расплатилась сполна. «Бесплатный кайф», как он его называл, я отработала и ногами, выполняя функции курьера, и своим телом, обслуживая Пашу или того, кого он скажет. Наконец я отсидела за него, потеряв несколько лет своей жизни. Казалось бы, чего еще? Выяснять мне не хотелось, но когда это Пашу волновали мои желания? Сумма якобы моего долга в десять миллионов рублей мне крайне не понравилась. Сказать по честному, она напугала меня до усрачки. Но сперва нужно было постараться с работы не вылетить (тем более что Даниил после эффектного появления моего бывшего и так на меня смотрел косо), а потом уже решать другие проблемы. Пытаюсь, значит, работать, а в голове навязчивой мухой всё мысли про десять миллионов. Зная Пашу, а уж я-то его знала, так просто из этой истории не выпутаешься. Попутно окидываю беглым взглядом пространство ресторана – вроде все как всегда. Продолжаю изображать усердную деятельность - бармену головой кивну, к кассе подойду, салфеточку поправлю, одним словом - работаю, поворачиваю голову в зал и натыкаюсь на пристальный взгляд, который тут же потупился, поймав мой ответный. Ну, приплыли! Десять миллионов. Десять гребаных миллионов! И Паша приставил ко мне какого-то шакала. У меня внутри все кипит, хотя вида и не подаю. Но этот еще смотрит так беззастенчиво, что просто выбесил. Пошла выяснять. С Пашей мне, конечно, тяжело тягаться, слишком разные весовые категории, да и воспоминания о нашем совместном прошлом не самые радужные, а вот против шавки я выстою. - Так, тебе чё от меня надо? – подхожу и коршуном зависаю над этой шестеркой. - Здравствуйте, - говорит он, смотря прямо мне в глаза долгим, слишком долгим взглядом. Глаза большие и голубые. А реснички-то какие! С такими ресничками шестерить, ну такое. Опасно, короче. – Я Роман, - после паузы продолжает он. - Да мне пофиг кто ты. Что значит здравствуйте? – не ослабляю я нажима. – Ты чего от меня хочешь? – сдерживать себя все труднее, но я держусь. - Кофе, - спокойно произносит он наконец переводя взгляд на почти допитую чашку. - В смысле? – отшатываюсь я, как по команде. Неужели я ошиблась? Нет, не могла. - Может выпьем вместе кофе? – и снова взгляд на меня, еще более откровенный, практически раздевающий. – Не обязательно сейчас – вечером, после работы, - выслушиваю весь этот бред, поджав губы. Все понятно, Паша рассказал, что я когда-то была его подстилкой, у этого слащавого глаза загорелись и зайти он решил с кофе, джентельмен фигов. Ну все правильно, и кофе попьет, и за мной присмотрит, попутно трахнет – комбо! Единственный вопрос, который крутится в голове – и что ты с такими ресничками со мной делать собрался, а? - Со мной кофе выпить? – саркастически уточняю я. - Ага, - кивает он. - Вечером? После работы? - Да, - снова кивает. - А ты не охренел, друг? – вновь наклоняюсь я. Его взгляд мазнул по моему лицу, что на полсекунды сбилось дыхание. Вот где мужиков учат так смотреть? Тайком в школе уроки дают? - Чай? – тут же предлагает он и на губах парня проступает ухмылка. А у меня срывает спусковой крючок. Я долго терпела все эти "Детка, запрыгывай на меня скорей!" и "Давай по-быстрому, а то времени в обрез", я тогда была в игре, правила которой мне были относительно понятны. Но вот это, когда к словам не придерешься, а взглядом залезает под одежду - в такие игры я не играю! Хватаю этого нерадивого кавалера за грудки с твердым намерением выкинуть к чертям собачьим его тощую задницу из ресторана, и будь что будет, - Я тебе сейчас такой чай устрою! Мне в глаза снова упирается пристальный голубой взгляд, обрамленный светлыми длинными ресницами, руки парня взлетаю вверх, явно показывая, что он эту битву проиграл и... - Что случилось? – в мое сознание врывается поставленный голос Даниила. Концерт окончен, я отпускаю лацканы коричневой куртки и готовлюсь получить нагоняй. - Я не знаю, - отвечает парень, опуская руки. Ну, гаденыш! - Влада, ты что творишь? – сквозь зубы кряхтит мой начальник. - Так вы сами сказали разобраться. Вот я и разбираюсь, - спокойно объясняю я, указывая на моего визитера. - А какое он имеет отношение к твоей прошлой жизни? – спрашивает Даниил. Ох, если бы ты только знал! Но тебе с твоей психикой унылого дрочилы лучше оставаться в неведении. – Извините, пожалуйста, - и управляющий уже обращается к спокойно допивающему кофе парню, - вы ее знаете? - Вообще первый раз вижу, - невозмутимо отвечает тот, и я понимаю, что сейчас мне точно прилетит. - Извинись перед молодым человеком, - все так же сквозь зубы, но чтобы «гость» точно услышал, обращается ко мне Даниил. А молодой человек тем временем встает, стоя, вероятно, извинения принимать приятнее. Он оказывается на полголовы выше меня, но дришь. Встретить бы мне тебя в безлюдном месте, любитель кофе, посмотрела бы я на тебя. Стараясь не забивать голову лишними мыслями, выплевываю куда-то в район мужского подбородка отчетливое «Извините» и спешно удаляюсь. И где только Паша находит таких мудаков? Завершился день, увы, непоправимо. У заднего входа в ресторан был убит Вася – мой шапочно знакомый из Юровска, который в этот день пожаловал ко мне и которому в этот же самый день я съездила по роже. Прекрасно, лучше просто не бывает! Десять миллионов, теперь убийство, и я на УДО. Так закончилась моя весьма недолгая спокойная жизнь.