Проси прощения, Мюррей

После той ссоры между Джоной и Адамом все стало тускло. Машина уехала, а Адам пытался поймать связь с рацией Джоны, сожалея о том, что накричал на того, чтобы он уезжал от туда к чертовой матери. Адам отчаялся, глядя на рацию в дрожащих руках и переводя взгляд на телевизор, где была фигура мужчины, которая была так знакома для Адама, но это чувство было не из приятных. Блондин чувствовал ком в горле. В его голове мысли проносились со скоростью машины, на которой он вместе с Джоной пытался оторваться от полиции округа Манделы. Это не было тем, кем он являлся, но было тем, что он сделал. И он виноват в этом. Но он обязан был двигаться дальше. Все таки, таких людей, как Джона, тысячи. Он найдет такого же, более разумного и не раздражающего. Но нет. Джона как красная роза среди снега, которая бросилась на глаза один раз и запомнилась навсегда. Он был особенным. Он не бросал Адама. С этими мыслями, пожирающими мозг Адама, как паразиты, блондин все таки встал с пола, взяв рацию, пошел медленным но уверенным шагом к лестнице подвала. Он хотел вернуться домой. Он хотел отдохнуть. Он дошел до лестницы, слыша помехи телевизора, которые становились более глухими и дальними. Поднявшись по лестнице, Адам молча прошелся по дому, направившись к основной двери, желая покинуть это чертово место и уйти. Но было кое-что, что не давало Мюррею покоя. Джона. Джона Маршалл. Эта чертова заноза в заднице. Он был единственным, о чем думал опустошенный мозг Мюррея. Адам начал вспоминать все моменты с Джоной, зная что они вряд-ли случатся еще раз, все таки, ссора была слишком серьезной. Он помнил каждый момент. Он помнил, как Джона звал его с кухни чтобы поесть чипсов или пиццы, за которую Маршалл отдавал свои почти последние деньги. Или покурить вместе с ним. Адам ужасно ненавидел его болтливый характер, но в то же время любил. Любил, как друга. Хоть и по смуглому не было видно, что он чувствовал то же. Он выглядел будто он любил его.. в романтичном смысле. Мюррей ненавидел это признавать, он не был гомофобом, но и не был фанатом такого. У него была Эвелин. Он любит только ее. Никаких мужиков. С этими мыслями Адам уже успел выйти из дома и направиться в сторону, куда могла поехать машина Джоны. Он знал его хорошо и почти читал его, как открытую книгу. Он хотел забрать машину, чтобы не угонять новую. Он надеялся, что Джона кинул машину и ушел к себе, но все же, куда бы он пошел? К старому дому Мервина? Чушь, у него не было денег для арендной платы. Ему еле еле хватало на сигареты. У Адама кружилась голова от всех мыслей, он хотел просто оторвать их всех и выкинуть, но не мог. Он засунул руки в карманы из-за холода, хоть на его руках были перчатки без пальцев с теплой тканью. Он нащупал в кармане пачку сигарет и зажигалку. Мюррей понял, что это единственное что сможет утешить его. Дрожащими движениями, как у наркомана с ломкой без нужных нескольких грамм, голубоглазый достал пачку и зажигалку, вытащив быстрым рывком сигарету из пачки, тут же засунул ее в рот, поджигая. О черт.. Табак. За все эти часы на вызове по поводу кота-альтернатива его так не хватало. Адам глубоко затянулся сигаретой и тут же выдохнул. Он смотрел куда-то вперед, надеясь, что сигарета заглушит его мысли, одновременно идя по обочине дороги. Так продолжалось какое-то время, телефон светловолосого был разряжен, поэтому он не мог посчитать, сколько он шел вперед. Время тянулось медленно, как и его шаги. Но вскоре глаза Мюррея подметили что-то почти у обочины дороги, на краю поля. После увиденного, блондин ускорил шаг, уже чувствуя облегчение что нашел их с Джоной общую–.. его машину. Никакого Джоны. Перестань Адам, он тебе не нужен. Подойдя к машине, Адам уже мысленно улыбнулся, понимая, что ему не придется идти пешком. Но его мысли были сломлены в крах когда он подошел к водительскому сиденью и заглянул в окно... "ДЖОНА!!" –крикнул с болью и почти срывающимся тоном Мюррей, увидев за водительским сиденьем ужасную картину. Джона. Мертвый. Все лицо было в крови, руки были будто изрезаны специально в местах запястий, белые волосы Маршалла были растрепаны и в ужасном состоянии. Этот вид убил в Адаме весь настрой. Блондин не выдержал. Он чувствовал жуткую боль в сердце, его мысли снова заметались, надеясь то, что он видит – это не реальность, но он решил прикоснуться к руке Джоны чтобы убедиться, открыв водительскую дверь. Он аккуратно, даже с нежностью, которую он никогда не использовал, взял обеими руками одну из рук парниши, чувствуя ее холод. Блондин опустошенно пытался разглядеть в кровавом пятне лицо Джоны. Его рука слегка сжала руку другого парня, не желая осознавать что она не сожмет его в ответ. Его большой палец коснулся запястья Маршалла, чувствуя под пальцами порезы, явно сделанные его другом. Похоже, Джона не выдержал ссоры, или что-то другое заставило его сделать это. Все, что хотелось Адаму на данный момент, это схватить Марша за руки и крепко обнять его холодное тело, не желая отпускать. Он мог бы поцеловать его в лоб и он бы чудесным образом ожил. Но нет. Он не оживет. Адам несколько секунд смотрел на запястье Джоны, поглаживая его пальцем, как бы мысленно пытаясь залечить раны. Но затем лицо бледного потускнело. Что он делает. Он мертв. Ему должно быть плевать. Таких, как этот беловолосый придурок, тысячи. О чем он думает? Он пришел сюда не ради этой нежности с трупом Джоны. Внезапно Адам схватил крепче ладонь смуглого парниши, заставляя его тело пошатнуться на водительском сиденьи. Блондин резко потянул его за руку, вытащив из машины и грубо бросив его в землю лицом вниз прежде чем сесть на водительское сиденье и завести машину. Ему было плевать, что он так поступил с трупом того, кто доверял ему. Джона был тем, кто понимал Адама и даже пытался его утешить, прося обняться ночью и смотреть в ноутбук пока они оба не заснут, но Мюррей всегда отказывался. Он ненавидел нежность. Он мог принять нежность только от Эвелин, но не от этого идиота. Светловолосый схватился за руль и тут же надавил на газ, без колебаний выехав на дорогу с края поля. Он хотел попасть домой. ––––––––––––––––––––––––––––––– Прошло несколько месяцев с того инцидента и мысли Адама стали хуже. Он ненавидел себя за то, что в тот раз бросил Маршалла просто на земле почти в поле. Почти каждую ночь он не спал, иногда рыдая с пустым лицом. Он не хотел. Он не хотел чтобы это все случилось. Это все он виноват. Все его мучения это его вина. Он не мог это отрицать. Но блондин не хотел больше это терпеть и он должен был что-то сделать, чтобы заглушить свою боль и вину. В его голову пришли новые свежие мысли. Он мог призвать дух Джоны. Он знал как это сделать и это могло бы облегчить его боль, встретившись с Джоной еще раз. Этим днем Адам попрощался с Сарой, говоря, что он уйдет на новый вызов по работе БПС. Он нагло врал. Он шел в лес, чтобы вызвать Джону. Он глотнул несколько таблеток успокоительных, кажется, штуки четыре-пять. Он не хотел чувствовать боль во время пути к месту для звонка другу. Он взял свою сумку и вышел из дома, закрыв за собой дверь. Адам оглянул окружающий его вид и подошел к машине, сев за руль, намереваясь поехать в гущу леса. Все ради него. Он просто хотел быть счастливым хоть на секунду. Он хотел почувствовать то, что ненавидел. Парень вздохнул, заводя машину и выезжая из места парковки, тут же направляясь к лесу, составив маршрут у себя в голове. Когда он достиг места назначения, он быстрым движением вышел из машины и начал глубже идти в лес, надеясь найти какое нибудь удобное место для призыва духа. Он нашел идеальное место. Большой пень,на котором можно было призвать его друга. Он сел на колени перед пнем, тут же начав делать все для успешного призыва. Он делал все четко и точно, даже с надеждой. Он говорил слова твердо и уверенно, желая чтобы это все помогло увидеть его мертвого Маршалла хотя бы минуту.. Так прошло некоторое время, Адам уже потерял надежду что сможет увидеть смуглого парнишу еще раз. Его слова были более неуверенными, как и его действия. Но внезапно Мюррея что-то резко ослепило, заставив почти отшануться на коленях от пня. "уггх.. Боже, что за.." –начал ворчать Адам, явно уже не в желании продолжать, протирая глаза прежде чем открыть их. Его взгляд еле сфокусировался, но он не поймал пня перед собой. Он видел что-то или кого-то. Оно сидело перед ним и, кажется, виляло хвостом. Кошачим хвостом. "херня.." –закончил свое предложение ошарашенным голосом, видя как фигура перед ним ухмыльнулась. О господи, это была та ухмылка. Ухмылка его мертвого друга. Это был он. Его лицо не было красным пятном и его запястья не были залиты кровью. Маршалл медленно наблюдал за его действиями, как кот, изредка подергивая кошачьими ушами и хвостом, как будто из любопытства. "Марш.." "Кто?" "Ты.." Сложился короткий разговор между ними двумя. Беловолосый, видимо, пытался подразнить его, хотя блондину было плевать, он был счастлив. Счастлив как никогда. Он даже слабо улыбнулся, позволяя рукам зависнуть в воздухе. Адам разглядывал лицо Джоны и, действительно, это был он, его лицо было тем же что и до ссоры. Глаза Адама залились слезами, что было не характерно для него. Его улыбка погасла, когда его мысли поменялись и он пробормотал слабым тоном, на грани срыва. "Марш.. Мне стыдно.. Мне безумно жаль.. Действительно, мне очень жаль.." " 'Мне жаль', говоришь?" Маршалл перебил Мюррея, заставив того тут же замолчать. Мюррей не мог выносить перегрузки своего мозга и его руки просто почти сами потянулись по обе стороны боков парниши, намереваясь получить объятье, которое он жаждал, как человек не пивший воду в степи 4 дня. "Маршалл.. прошу.." Слабо почти промычал Адам, говоря даже отчаянно. Смуглый парень взглянул на его руки и затем ему в глаза, его кошачие уши навострились, а кошачий хвост начал медленно вилять, как бы разрешая ему его обнять, но вдруг Марш поднял руки и схватил обеими ладонями лицо Адама. От этого действия Мюррей опешил, но ничего не сказал, пока Джона не начал. "Ты скучал по мне, Мюррей?.." "Очень.." "Ты не серьезен..." "Я серьезен как никогда, блять.." Адам не выдержал и выругался, явно начиная чувствовать агрессию, которую он пытался подавить. Он не хотел слушать его шутки снова. Он хотел чертово утешение. "Знаешь, тебя бы могла обнять Эвелин. Дома, в кровати. Пока вы оба засыпаете–" "ЗАТКНИСЬ МАРШАЛЛ. ЗАТКНИ СВОЕ ЕБАЛО ХОТЬ РАЗ!!" Адам почти крикнул Маршаллу, вытянув руки и схватил Джону за бока, притянув к себе почти на колени, обвив руками его туловище. Он без спроса уткнулся лицом ему в шею, тяжело дыша, явно с нервным срывом. Марш ничего не сказал, его кошачие уши слегка расслабились, а кошачий хвост замер. Адам устало заныл, издав тихое мычание в шею смуглого, сжимая его бока сильнее, боясь отпустить. Джона выдохнул, запустил пальцы в волосы светловолосого, заставив того снова замычать. "Ты очень скучал по мне.. Я удивлен." Джона пробормотал почти успокаивающим тоном, заставляя Адама почувствовать себя комфортно. Это было впервые когда он принял его слова. Адам вдыхал запах своего друга, не веря что сейчас обнимает его. Тот же запах сигарет и отдаленно марихуаны, а также что-то смешанное с пиццей и чипсами. "Я не отпущу тебя.. Маршалл.. останься со мной.." Адам почти неслышно промямлил ему в шею, пока Джона молча слушал его слова, перебирая пальцами локоны его волос, отпустив его лицо, он слегка прижался губами к его лбу, слабо чмокая его, что почти заставило Адама расстаять. Сейчас Адам позабыл обо всем. О Саре, о машине, о Эвелин, о БПС. У него на уме был только Джона. "Попроси прощения, Мюррей.." "Мне жаль.. Я сожалею что бросил тебя..." Захлебываясь в слезах Адам ответил, прижимаясь к беловолосому, пока тот перебирал его волосы пальцами, он обвивал руками его талию, тыкаясь носом ему в шею. "Ты просишь прощения, Мюррей?" – пробормотал спокойным тоном смуглый парниша, как будто настойчиво пытаясь его разозлить "Да, блять, я прошу прощения, твою мать!!" Адам заныл, всхлипывая и потираясь щекой о шею другого, зная что ведет себя странно. Он просто хотел остаться здесь навсегда, в объятьях Джоны. "Я прощаю тебя, Мюррей.. Я люблю тебя." "Марш.." Адам захныкал, явно понимая что имеет в виду дух его друга. Маршалл любил его больше чем как друга. Мюррей закрыл глаза, чувствуя горячие слезы на своих холодных щеках, которые были такими из-за холодной погоды этим поздним вечером. Он не собирался ослаблять хватку. Но что-то было не так, он чувствовал какое-то странное чувство. Такое, будто он переставал думать и слышать. Но он четко слышал слова другого. "Ты не виноват. Я всегда доверял и буду доверять тебе, Мюррей.. Извини, что так получилось, что ты нашел меня в таком состоянии.." С каждым словом слова становились менее слышными, будто Адам терял сознание или Джона исчезал. "Прошу.. Маршалл.. не уходи... Умоляю.." Сквозь слезы слабо и устало заговорил Адам. Он ни в коем случае не хотел, чтобы Джона уходил, снова оставив Адама наедине с реальностью. Снова бессонные ночи, опустошенное листание ноутбука. Только не это. Но рука парниши до сих пор гладила блондина по волосам. Адам слышал что Джона что-то бормотал,но он не мог разобрать ни слова.. Он чувствовал усталость и почти пустоту.. но последние слова он услышал. "Я буду любить тебя вечно, Мюррей.." После этих слов Адам почувствовал поцелуй в лоб, теплый и уютный, как домашние объятья, не похожий на то, что он чувствовал. Он начал чувствовать холод. Все сильнее и сильнее.. пока пустота не пронзила его. Адам больше ничего не чувствовал. Он не чувствовал руки Джоны на своей голове, его теплых губ, его тело рядом со своим, его тихое мурлыканье, которое он еле замечал. Кажется, успокоительные подействовали. Или же все таки там было слишком холодно, хоть объятья Джоны были самым теплым, что было в его жизни.