Мечта

      Парень с нескрываемым раздражением наконец-то зажëг лампу, освещая маленькую часть комнаты. Осмотрев собственное жильë, он тяжело вздохнул.       Что-то было не так. Точнее... Нет, всë было по-прежнему. Абсолютно ничего и не должно измениться в этой небольшой квартире. Должно было измениться что-то в нëм.       Именно так и считал подросток. Харрис всегда думал, что его определëнные "таланты" развиты не до конца, а значит нужно ещë больше. Больше тренировок, больше денег, больше упорства и усидчивости. И намного меньше окружения. Чем меньше людей, тем спокойнее он будет. Ведь одиночество - залог сидения на одном месте. Значит и времени уйма на продвижение своих способностей.       Именно так и считал Харрис. Он всегда думал, что его единственный друг его и всерьëз не воспринимает. Просто всегда казалось, что он ему нужен для галочки. Поэтому он и обращался с ним отвратительно. Точнее, просто выливал тонну циничных подколов в сторону Лололошки. Так было довольно привычно.       Впрочем, он и не подавал виду для самого себя, что этот человек может быть ему важен. Зачем не значимому человеку знать о том, что Джон невероятно болезненный и всякий кашель с кровью или потеря сознания - некая норма. Кондиция, к которой он привык с самого детства. Ведь лучше голубоглазый будет в неведении, чем спокоен или наоборот - испуган ещë больше. Разве нет?

***

      - Вообще, эта дура начала приводить мне в пример мой же вес. - Харрис раздражëнно цокнул и сделал пару глотков кофе. - И еë абсолютно не смущала ни разница в росте, ни в питании... Да ей насрать было даже на физиологию и то, что она девушка, а я нет! Да что за бред, почему так сложно это понять?       Русоволосый явно был злым. Очень. Единственное, что отделяло его от сломанного стола в квартире друга - его крики и возмущения. Это был хоть какой-то выброс адреналина...       - Тебе завтра на работу. - Голубоглазый как бы невзначай напомнил об этом неприятном "событии". - Сейчас уже четыре утра. Давай пойдëм спать, ладно? Я могу уступить тебе кровать...       Джон надменно посмотрел на собеседника. Бесит. Даже слишком. Какой-то жалкий и наивный, но упорно продолжает своë тупое существование. Почему вообще по итогу он всегда оказывается на шаг впереди? Он необразованный рудимент общества, который никогда не старался над собой. Но его любят. Почему?       - Иди ложись. Я выпью кофе и тоже пойду. - Парень зевнул и посмотрел на удаляющеюся фигуру.       Тихо. По крайней мере так посчитал Харрис. Та самая звенящая тишина, которую и разрушать то не хочется. Она просто есть и всë.       Джон и не думал спать. У него у в планах было прочитать хотя бы несколько глав одной научной книги, а после наконец-то пойти почистить белые кроссовки. Любая грязь на них, будто враг для Харриса. Хотелось избавиться, убить и желательно навсегда.       Лололошка тоже не мог заснуть. Слишком много мыслей и непонятных ощущений. Пожалуй, он чересчур полюбил этого человека с фетишем на самобичевание. Голубоглазый прекрасно понимал, что Джон готов на всë ради признания и идеала. Просто чтобы быть лучше всех. Чтобы больше никто не посмел упрекнуть его в том, что он чего-то не умеет. Это было ясно только тому, кто прожил с Харрисом несколько лет...       "Дейв выглядел, как самая нереальная мечта. Да выглядит и сейчас. Мечта, которая может вскрыться там, на кухне. Он не боится смерти. Он боится боли. А я боюсь показать, что боюсь оставлять его одного. Джон знает, что я его люблю. Впрочем, наверное это взаимно, ведь он до сих пор меня не послал куда подальше. Я боюсь, что он умрëт. Я до безумия не хочу осознавать, что он сейчас на кухне, где есть острые предметы. Клянусь, он думает о смерти и о каких-то книгах. Я не могу просто подойти и сказать, что могу помочь... Он ведь посчитает себя недостойным жизни, раз даже я заметил его состояние. Я не знаю, что мне делать, но я не хочу, чтобы он умирал. Правда не хочу... "       Кровать тихо скрипнула и прогнулась под чужим весом. От Джона веяло холодом и был слышен запах крепкого кофе.       - А говорил, что свалишь с кровати. - Парень тихо усмехнулся и аккуратно обнял.       Харрис думал, что Лололошка спит, пока голубые глаза были широко открыты в удивлении, а зрачки будто и вовсе заполнили всю радужку. Дейв тут, рядом. Его мечта, которая всë же любит его...