Как задобрить демона в домашних условиях

      Сонхва сидит на полу, лунный свет льется через окно, отбрасывая мягкий отблеск на его лицо. В одной руке он держит нож, другую надрезает над заранее начерченным меловым кругом. Он бормочет себе под нос какие-то незнакомые слова тихим шепотом, пытаясь следовать инструкциям из найденного им в старой пыльной библиотеке гримуара. Огоньки белых свечек подрагивают и следом гаснут от порыва ледяного ветра, который внезапно обдувает его. Сонхва вздрагивает и роняет нож на пол. В следующую секунду он видит перед собой фигуру в черном плаще с капюшоном, который полностью прикрывает лицо. Плащ струится от ветра и мерцает белоснежными вкраплениями, будто ночное небо, заполонившееся звездами. Силуэт не двигается, а ветер и вовсе стихает. Сонхва сглатывает, поднимается на ноги и поспешно делает два шага назад. Он не верит своим глазам. Ритуал из второсортной книжки действительно срабатывает. — Эм… Привет? Я Сонхва, — шепчет он неуверенно, не имея ни малейшего понятия, как стоит приветствовать демона. Однозначно не так, как делает он, но уже поздно что-то менять. — Это ты вызвал меня, смертный, и нарушил мой сон жаждой крови и отмщения? — из-под плаща раздаётся на удивление приятный молодой голос, разве что искаженный эхом и излишней суровостью. — Да…? — выдавливает Сонхва, всё ещё пытаясь осознать, что он наделал. Хотелось развеять скуку и одиночество, развлекаясь без надежды на реальный результат, однако планы кардинально меняются. — Твоё желание, — требует демон. Сонхва окончательно теряется. — Желание? Ты типа джин? А почему не три? — первое, что приходит ему в голову. Демон пару секунд ничего не говорит, а потом снимает капюшон. Сонхва видит лицо с миловидной юношеской внешностью. Вокруг глаз — гармоничные чёрные оттенки как от макияжа, волосы естественно-каштанового цвета слегка растрепаны. Лицо выражает крайнее замешательство. — Ты прикалываешься? Ты меня не для этого призвал? — из голоса исчезает эхо, и он становится самым обыкновенным. Сонхва выгибает бровь. Такого лексикона от демона он не ожидал. Одновременно с этим он не перестаёт разглядывать черты его привлекательной внешности. — С ума сойти, — бормочет Сонхва, до сих пор будто во сне воспринимая происходящее. Он аккуратно трогает плащ и отдергивает руку. — Демон… Ты реальный демон? — Нет, блин, игрушечный, — с мрачной усталостью отзывается демон. — Отвечай, для чего ты меня вызвал? — Не знаю. Мне было интересно, — честно говорит Сонхва. — Ты идиот? — демон начинает закипать. — Я древнее создание, веками служившее одной нерушимой цели, а тебе просто интересно? Ко мне обращаются люди, когда хотят кого-то убить! Ты должен пожелать чьей-то смерти. От этого заявления становится жутко, но отчего-то Сонхва не может проникнуться ужасом в полной мере. Возможно, дело в том, что он всё ещё до конца не верит в реальность происходящего. А возможно и в том, что демон ниже него на пол головы. — О, я знаю, — находится Сонхва. — Убей мою скуку! Тяжесть вздоха древнего существа, кажется, может проломить под ними пол. Он потирает переносицу и смотрит на Сонхва, поджав губы. — Да ладно тебе, не будь таким злым! Может быть, тебя накормить, чтобы ты подобрел? — Сонхва мысленно примеряет на него способы приручения домашних животных. Когда он снова видит, как чужие глаза вспыхивают раздражением, он машет руками. — Постой, постой! Я сейчас… Метнувшись на кухню, Сонхва выхватывает из шкафчика пачку печенья, а вернувшись осторожно протягивает её демону. — Вот, попробуй. Брови демона ползут вверх, однако он принимает подношение и начинает хрустеть шоколадной печенькой. Он действительно заметно расслабляется от этого, и Сонхва дивится своей удаче. — Эй, — шепчет он, — Как тебя зовут? — Хонджун. — Какое… Обычное имя. А что у тебя под плащом? В смысле… Ты полностью выглядишь как человек, или вместо тела что-то вроде духовной материи? — Ну и фантазия, — он на мгновение перестаёт жевать и смотрит на Сонхва скептически. — Ещё скажи, что я под плащом голый. — А ты голый? — Нет! С возмущенным выдохом Хонджун сбрасывает с себя плащ, и Сонхва разочарованно охает. — Что? — Что? — Хонджун возмущается пуще прежнего и в смятении одергивает худи с незамысловатым принтом. — Чем тебе не нравится демон, предпочитающий кэжуал? — Я ожидал чего угодно, кроме этого, — Сонхва оглядывает парня перед собой, который сильно смахивает на обычного среднестатистического человека: кофта, джинсы, взбалмошная стрижка. Картину добивает современный лексикон и шоколадные крошки на кончиках губ. — Ты не похож на демона, убивающего людей! Разве ты не должен быть, ну… Древним? Устрашающим? — Ты мыслишь стереотипами. Я должен быть в тренде, чтобы понимать людей, знаешь ли. — Я думал, все демоны… Высокие и мускулистые. — Серьёзно? Нужно запретить влажные книжонки с сексуальным Люцифером на законодательном уровне, — Хонджун обиженно оглядывает себя. — Это демонический буллинг. Сонхва наблюдает, как демон кладёт ещё одну печеньку в рот, и задумчиво качает головой. — И что мне с тобой делать? — Желание, — напоминает Хонджун с набитым ртом. — Я его уже озвучил. — Скука — это не живое существо! Мне придётся торчать здесь с тобой до тех пор, пока я не убью для тебя живого человека. — А, да? — Сонхва растерянно хлопает глазами. — Тогда спешу тебя расстроить — я не собираюсь никого убивать. Ты застрял у меня дома на веки вечные. — Твою ж… Ругательство прерывается ещё одной печенькой, которую сует ему в рот сам Сонхва. Хонджун агрессивно надкусывает, и Сонхва отдергивает руку. — Где ты взял ритуал? Это знание доступно не каждому. Подобные вещи хранятся под сотней замков! Сонхва ищет глазами книгу, по инструкции которой делал ритуал. Он хватает ее, отряхивает и показывает Хонджуну. Прищурившись, Хонджун неверяще читает название на потрепанной книге снова и снова. — Это всего лишь книжка с выдуманными ведьминскими заклинаниями! Быть не может, что среди них теснится мой обряд! — Не совсем так, — Сонхва открывает книгу на последней странице, где видно буквы, нацарапанные карандашом. — Этот ритуал не входил в книгу, его кто-то вписал сюда намеренно. Мне показалось это жутко любопытным, и я решил проверить… А теперь, видимо, обзавелся питомцем. — Я тебе покажу питомца! — Хонджун недовольно кривит губы и тянет руку в сторону Сонхва, но тот предусмотрительно отходит далеко от круга, из которого демон не может выйти. — Я шучу, всего лишь шучу. Но заметь, в этом ведь есть что-то — ты шумный, проблемный, ешь мою еду и выглядишь чертовски мило. — Я не милый, — он шарит рукой в упаковке и достаёт последнее печенье. — Есть ещё? — Ага, — Сонхва даёт ему вторую пачку и наблюдает, как демон шуршит ей, открывая. — Никогда не думал, что буду разговаривать так рутинно с демоном. — Никогда не думал, что меня призовет наивный идиот, — ядовито вторит ему Хонджун. — Справедливости ради: идиот с вкусными снеками. — Буду знать, как тебя задобрить. Что ж, раз мы с тобой в одинаково неутешительной ситуации, давай хоть подружимся. Смотри, — Сонхва притаскивает ещё разных снеков из своей заначки и открывает банку с чипсами. — Знаешь, что это? — По-твоему я ношу худи и при этом не знаю, что такое чипсы? Сонхва пропускает скептицизм в его голосе мимо ушей, берет две пластинки чипсов и складывает между своих губ так, что они начинают напоминать утиный клюв. Он серьёзно смотрит на Хонджуна пару секунд, а потом не выдерживает и фыркает от смеха, видя его изумленное выражение лица. — Господь, почему именно он? — Хонджун без иронии поднимает отчаянный взгляд к потолку. — По крайней мере я пытаюсь развлекаться. Как и планировал. Знаешь, как бывает порой скучно, когда нет ни друзей, ни семьи? Хонджун резко меняется в лице, его взгляд становится более спокойным и вдумчивым, и он опускает его к полу. — Знаю. Вся моя жизнь состоит из сна и прислуживания жестоким людям. За столько сотен лет это становится довольно тошным занятием. Но у меня никогда не было другого выбора. Быть может, остаться с тобой не такая плохая идея… — О, так мы с тобой два неудачника, — Сонхва садится на кровать и подпирает ладонями голову, опираясь локтями на колени. Он достаточно легко проводит аналогию со своей жизнью, раздражающей работой и частым сном, который помогает убежать от реальности. — Соджу будешь? — Давай. Ситуация обретает всё более абсурдные краски с каждой секундой. Сонхва задумывается, а не бредит ли он, когда смотрит на демона, который с благодарностью принимает из его рук алкоголь и делает несколько глотков из бутылки. На время они затихают и просто пьют. Сонхва тихонько хрустит чипсами, а Хонджун неизменно печеньем. — Сколько тебе лет? — вдруг спрашивает Сонхва, наполняя свою рюмку. — Скоро стукнет тысячелетие. — Много… А мне двадцать шесть. — Совсем малыш. Можешь называть меня хёном. — Обойдёшься. Тебя не тошнит от печенья? Вторую пачку почти сточил. — Я демон, моё пищеварение не так уязвимо, как человеческое. — Значит демоны питаются? — По желанию. — А сексом занимаются? — Что за допрос?! — Ну вот, на самом интересном, — Сонхва досадно цокает языком. — А что? Хочешь проверить? — ворчит Хонджун и собирается закинуть очередное печенье в рот, но останавливается, когда ловит на себе заинтересованный взгляд. — Не вздумай. Сонхва расплывается в улыбке. — Демона я себе уже завёл. А что, если теперь попробовать завести этого демона? — Это определено наказание мне за все грехи, — он одергивает воротник более смущённо. — Пробуй. Пока я не передумал. Сонхва не верит своим своим ушам и собирается переспросить, но вовремя передумывает и только выпивает ещё одну рюмку соджу — определено не лишняя. Для храбрости.