Северный ветер

Входящее сообщение от w.toshii: w.toshii: : Тренировка закончилась. Встретимся? Спешно вытирает запачканные руки о фартук, опираясь на один из стеллажей и, немного пораскинув мыслями и рассчитав время, присылает ответ: miracle.sato: : Новый товар завезли, делаю учёт ;(( Постараюсь к 19:00 закончить, без меня не уходи!!! w.toshii: : Сатори, под «закончу» ты подразумеваешь «скину всю работу на стажера и свалю»? miracle.sato: : (｡•́︿•̀｡) Ты должен был сделать вид, что не догадался! w.toshii: : Иди работай, мистер любитель-скидывать-работу-на-новеньких. miracle.sato: : Ты жесток и бессердечен, Тоши-кун! Коротко улыбается, отложив смартфон в рабочий фартук. Под конец дня количество посетителей значительно прибавлялось, а не скинуть всю работу на новенького стажёра было просто невозможно. Да, Вакатоши-кун бы не оценил. "Перед уходом проверишь двери, выключишь везде свет и электричество, а ключи завтра занесешь"— даёт наказания младшему и, пока тот уставился на него взглядом котенка-невдупленыша и не был в состоянии задать кучу ненужных вопросов, вешает изляпанный рабочий фартук на крючок, направляясь в сторону выхода из заведения. Табличка "OPEN" переливается всеми цветами радуги и слегка покачивается, когда Сатори хлопает дверью. Несмотря на его "врождённую пунктуальность", о которой твердили все учителя в школе и преподы в универе, сейчас он знатно опаздывал. Оставалось надеется, что волейболист все же соизволит подождать его.. На ум не сразу пришло то, что заставлять ждать парня, который согласился встретиться после изматывающей тренировки было равно экзекуции, так что пришлось сменить свой фирменный шажок вприпрыжку на что-то напоминающее бег. Сатори пулей проносится мимо гуляющих влюбленных пар, котов, знаменитого Парижского Фонтана Морей и...кучки мусора? Ладно, забыли. А хотя нет, не забыли. Потому что через мгновение, как бывает в самых клишированных мультфильмах из детства Тендо, под подошвой обуви волшебным образом оказывается коварная банановая кожура! Действительно, что же банановая кожура делает возле мусорки!? Наш герой благополучно проезжает носком пару сантиметров, размахивая своими длиннющими руками, словно опытный жонглёр, (вот только без мячей) и также благополучно встречает коленками и ладонями шершавый асфальт. Ладошки неприятно жжёт точно также, когда он, забыв надеть рукавички для выпекания, потянулся к горячему противеню из печи. А вот коленки..ну.. Одна из них выглядела относительно хорошо, что уж говорить о второй: порванная штанина, просачивающаяся свежая кровь, пачкавшая джинсы или то, что от них осталось. «Главное, что нос на месте!» — оптимистично проносится в голове. Собрав по кусочкам себя, пыль на дороге и заинтересованные взгляды прохожих, Сатори переводит взгляд на часы: 19:11 Перед глазами великого опоздуна проносится вся жизнь, и даже моменты, которые тот не успел прожить. Мысленно поблагодарив всех существующих богов и небогов, президентов и чиновников за то, что смертная казнь отменена, парень отряхивает одежду, ладони и сумку. И все же, какой имбецил бросил кожуру?! — Сама Радуга Дэш позавидовала бы скорости Сатори. До назначенного места кондитер добрался за двадцать минут, две из которых ждал зелёного света на светофоре. Ушиджима уже был виден на горизонте: темно-зеленые волосы, белая олимпийка и ровная осанка — да, точно он. — Тоши-кун! — размахивает сумкой-почтальонкой, привлекая внимание окружающих. Стоит, весь измотанный после полного рабочего дня и одного часа сверхурочных; С разодранной в кровь коленкой и порванной штаниной, ссадинами и пылью Парижских дорог на ладошках. Точно чудак. Выражение лица Вакатоши, казалось, стало на миг стало мягче, но, как только между ними осталось жалких 2 метра, темно-зелёные глаза приобрели ещё более мрачный оттенок. Сатори наверняка мог бы сравнить их с мрачным глубоким лесом, из которого вовек не выберешься. Мог бы, если бы не занимался разглядыванием своих кроссовок. От строго взгляда волейболиста, по спине Сатори, кажется, пробежал табун мурашек. — Ты опоздал, — холодный, как сталь голос. — Опоздал.. — опустил взгляд, как нашкодивший школьник. — На полчаса, — отчеканил. — На полчаса..— промямлил. — Что с коленом? — чувствуются нотки беспокойства. Отводит взгляд — не хочет сознаваться. Ушиджима вздыхает. Такое случалось не первый, не второй и даже не третий раз. Энергия Тендо в избытке, а когда он торопится, то умудряется и вовсе не смотреть по сторонам. Время проходит незаметно. Вот, Ушиджима кивком указывает на ближайшую скамейку и, слушая разговоры Сатори обо всем на свете, достает из мини-аптечки антисептик, салфетки и пластыри, - это в его стиле. Теплый июльский воздух навевает обоим воспоминания о старшей школе. Вакатоши отклеивает наклейки от пластыря, а ветер задорно играет с его волосами цвета молодой ели. Розовый закат солнца отражается на его лице, и Сатори не может оторвать взгляд от его ресниц. — Готово, — проводит по наклеенному пластырю двумя большими пальцами ещё раз, закрепляя. — Ты такой заботливый, Тоши-кун! — произносит Сатори, уплетая собственного приготовления макарон, который заранее положил в сумку. На самом деле, Сатори ни капельки не страшился Ушиджимы. Вся его напускная холодность, устрашающий низкий голос в присутствии красноволосого в миг сменялось на теплый, заинтересованный взгляд, а голос, несмотря на немногословность, становился мягче. Мало кому известно, но именно эту — противоположную сторону видели немногие. Даже сокомандники, с которыми Тоши проводил долгие часы за тренировкой не удостаивались такой чести. Казалось, что, попади они даже в разные академии, красная нить вновь связала бы этих двоих. Редко удавалось встретиться вот так: без лишних тревог и переработок, жевать макароны из кондитерской Тендо, смотреть на заходящее солнце и неспешные облака. Даже говорить было необязательно. Слова излишни, когда можно просто наслаждаться компанией друг друга. Оставалось надеяться, что Тендо не взбредет в голову ограбить Лувр или спрыгнуть с Эйфелевой башни в костюме супер героя. Не хотелось бы будущему волейболисту Японской сборной светиться в полицейском участке.