Водяная лилия

Лили Уокер. Так звали девушку, которая обсуждала на «Ведьмином шабаше» Драко. Тогда Гермиона почти сразу ушла подальше, подслушивать было не в её принципах, да и слышать что-то подобное было странно.  Но сегодня эта самая Лили Уокер почти что лапала его глазами в Большом зале. И что самое раздражающее, выглядела эта американка сногсшибательно. Ближайшие сутки староста Гриффиндора есть не планирует.                                  *** -Мать твою, Грейнджер, что с тобой происходит? -Его привычка заявляться в её комнату начинала выводить из себя. Откуда он вообще узнал пароль? Она не хотела ему отвечать. Гермиона так устала, что даже понять не могла, чего Малфой хочет. У неё кружилась голова и она не могла встать со стула, чтобы перебраться на кровать. В целом, можно уснуть и за столом. Гермиона почти коснулась лбом столешницы, когда её лёгким движением остановил Малфой.  Она не понимала, что происходит.  Грейнджер?  Но ей нравилось, что в комнате пахнет Драко. Интересно, он сможет отдать ей что-то из своих вещей, чтобы этот аромат был с ней почаще? -Гермиона! -Юноша смотрел своим участливым нежным заботливым взглядом в её отсутствующий.  Ей надоело это чувствовать и она закрыла глаза. Всего на секунду, но оказалось слишком тяжело разомкнуть века и она проваливалась всё дальше и дальше.                                   *** Когда крепкие руки несли её по холодным коридорам Хогвартса, вокруг всё ещё был запах сандала и белого табака. Когда она проснулась в больничном крыле, запах бинтов и стерильности всё равно пропитался её амортенцией, потому что у койки, сидя на ужасно неудобном стуле, спал Драко.                                   *** Нервное истощение и продолжительный голод.  От Драко исходили волны гнева, но он всё ещё стоял рядом, слегка загораживая её своим плечом от наставлений Мадам Помфри.  Как будто ей могли здесь навредить.  Тревожный Малфой. Они вышли из больничного крыла и направились в сторону башни старост. Молча. Гриффиндорка нервничала. Она чувствовала себя виноватой, из-за того, что заставила близких волноваться. И она, очевидно, чем-то разозлила Малфоя.                                  *** -Зайдёшь ко мне? -Гермиона сама не поняла зачем спросила. Но Слизеринца ничуть не смутил её вопрос, он лишь угрюмо кивнул, пройдя внутрь. Как только дверь за ними захлопнулась, Гермиона оказалось в кольце мужских рук, неожиданность происходящего выбило из её лёгких воздух. -Драко… что ты…? -Она не успела спросить. Юноша пробормотал ей куда то в волосы. -Я виноват, милая. Я так сильно перед тобой виноват. -Девушка обняла его в ответ и позволила себе расплакаться.  Она не понимала о чём говорил парень. Он не был виноват ни в одной её проблеме, наоборот, он единственный, кто замечал изменения за старостой Гриффиндора, единственный, кому было не всё равно на её состояние.  Гермиона Грейнджер боялась. Так чертовски сильно боялась признать себя слабой, признать, что уже очень давно не справляется. Боялась собственных страхов. Боялась признать, что любит единственного человека, который заставляет исчезнуть её страхи.  Боялась быть с человеком, чья любовь, заставляет её чувствовать себя важной. Она плакала, задыхаясь от боли, так долго сидевшей изнутри. Драко подхватил её на руки, это могло бы стать ещё одной привычкой. Через считанные секунды она оказалась в своей кровати. Всё ещё заходясь в истерике, она скрутилась калачиков, снова боясь. Но в этот раз потерять. Драко лёг рядом, окутав её плечи руками, мысли ароматом духов, а сердце заботой.  Такой противоречивый, но такой важный Малфой.                                 *** Гермиона проснулась в объятиях Драко. Возможно, у него кончилась фантазия на счёт цветов.                                *** Лили Уокер строила глазки Малфою весь завтрак, на котором Гриффиндорка обещала ему поесть.                                *** -Драко, хочешь, я буду твоим сопровождением завтра на бал? -Уокер. это бал-маскарад, туда не нужно сопровождение. -Закатив глаза выплюнула, не пойми откуда взявшаяся староста. Блондинка смутилась, но не подала виду и задрав нос повыше удалилась, одарив Грейнджер презрительным взглядом. Гермиона, развернувшись к выходу, мазнула недовольным взглядом по наглому лицу Слизеринца, беззастенчиво ухмыляющемуся. Но что-то в его холодном взгляде читалось наиболее красноречиво.  Откуда там взялась чёртова гордость?                                  *** Ревнивая Грейнджер определённо была в его вкусе.                                                                *** -Бал-маскарад действительно не подразумевает наличие сопровождения. -Я уже понял, Грейнджер, просто потанцуй со мной.                                *** -Я только что поняла, что не видела Итана с той пары по Зельеварению, не твоих ли рук дело, Малфой? -Строго спросила девушка. -Ты сама предоставила мне выбор, милая.