Начало конца

Драко Малфой никогда не сомневался в правильности своих решений. Он с детства слушал истории об Избранном от своих родителей и думал, что такой как Драко станет ему хорошим другом. После того, как его отвергли, многое изменилось. Малфой продолжал верить в то, что Гарри Поттер просто слепой дурак и не видит какие перспективы могли для него открыться с таким другом как он. А потом… А потом случился четвёртый курс. Драко создал специальные значки, которые оскорбляли Поттера, распускал про него много слухов и даже пару раз говорил со Скитер. Он никогда не думал об этом, как о чём-то важном, как о чём-то о чём ему нужно сожалеть. Но он сожалел. Именно в эту секунду, именно в этом месте. В Хогсмиде перед изменившим облик Тёмным лордом — он сожалел. Когда Драко поручили лично проведать Поттера, то он впервые увидел того в настолько разбитом состоянии. Именно тогда в его голове появилось понимание, что перед ним был в первую очередь человек, а не герой. Герои обычно справляются со всеми трудностями и Драко думал, что его нападки никак не заденут Поттера. Он хотел, да, но на самом деле не надеялся. Ведь он знал, что Избранному всё по плечу. После того разговора в больничной палате, Драко пообещал себе, что больше никогда не будет смотреть на Поттера как на героя. Он будет относится к нему по-человечески, без предубеждений. И был за это вознаграждён, Гарри действительно начал относится к нему чуть лучше. Такая рутина позволила ему расслабиться, даже письмо от отца и Тёмного лорда со сжатыми сроками никак на него не повлияло. Он был наивен. Думал, что война не так сильно его затронет. Думал, что будет лишь передавать послания, но не так. Лорд сидел напротив него, выглядя как копия его отца и от этого было ещё хуже. Ему теперь нужно рассказывать всё о Поттере, всё о чём его спросят. И врать у него не получится. Интересно, если бы Малфой не был бы таким мудаком, то пошёл бы Поттер на контракт или и дальше боролся в одиночку? — Итак, Драко, я жду, — манера общения абсолютно не соответствовала Люциусу Малфою, но Лорд специально выбрал Три метлы, чтобы не вызывать лишних подозрений. Тем более их окружала магия, что искажала информацию. Драко нервно сжал кружку со сливочным пивом, которым его угостили и с силой выдохнул. Всё будет в порядке. — Поттер занят подготовкой к принятию рода, хочет занять место в Визенгамоте и отправится за пророчеством, — быстро проговорил Драко, надеясь, что больше у него ничего не спросят. Он только обрёл хрупкое подобие дружбы с Гарри и ему не хотелось этого терять. Лорд задумчиво постучал пальцами по столу и его глаза впились в его серые. Драко сглотнул. — Ты же в курсе, что я могу читать мысли? Мне ничего не стоит залезть в твою голову, но в последнее время я предпочитаю решать вопросы более. дипломатическим путём. Поэтому я жду от тебя честности, от этого зависит моё к тебе доверие. — Ч-что вы хотите знать, мой Лорд? — голос едва дрогнул и Драко поспешил отпить пива, якобы у него першит в горле. Лорд усмехнулся. Это была неестественная для этого лица ухмылка. — Мне нужно знать кто этот Томас Мальсибер, при каких обстоятельствах он появился в школе и как связан с Поттером. Драко едва заметно выдохнул. Хорошо, что он не очень много знал про Гарри и толком ничего не мог рассказать. А значит и предать доверие тоже. — Он новый ученик, появившийся на третьей неделе сентября. Профессор Дамблдор сказал о нём как о ученике, попавшим в неприятности, но ничего толком не раскрывал. Шляпа распределила его на Слизерин, хотя и колебалась. Гарри выглядел так, будто узнал его и позже он сказал, что действительно знает его. Он также не выглядел довольным их знакомством, поэтому я точно не знаю как они связаны. Это всё, что мне известно. Волдеморт слушал, не перебивая и также продолжал отстукивать ритм по столу. Что-то в этом Мальсибере ему показалось странно знакомым. Люциус также ничего не смог про него выяснить, лишь то, что из отдела тайн пропал сотрудник. Оставался ещё Северус, с которым у него была назначена встреча сегодня, но тот был искусным лжецом. К сожалению, лорд теперь не мог насильно проникнуть в чужую голову, ведь мог причинить вред и пострадать от обета. Следовало придумать что-то, что устроит Поттера, его помощь ещё понадобится ему некоторое время. — Как только у Поттера появится информация, то пусть сообщит об этом Северусу. Подойдёт любая информация, касающаяся Дамблдора. Даже сколько он лимонных долек впихнул в себя во время их встречи. Мне нужно назначить Поттеру встречу и тебе, Драко, лучше убедить его сделать это без фокусов. Я уверен, что условия нашего контракта позволяют мне заставить его сделать всё, что угодно и ему лучше лишний раз не испытывать моё терпение. Драко кивнул, его взгляд был устремлён к содержимому кружки. Он не знал, был ли достаточно полезным или нет. В тайне он надеялся что оба варианта. Лорд встал, лёгким движением расправляя мантию и беря в руки трость, что принадлежала его отцу. Драко сделал тоже самое и услышал, как над головой рассеялись чары. Посмотрев на руки Лорда, он заметил, что те не сдвинулись с места. Драко невольно испытал восхищение, это был невероятный контроль магии, при котором даже не нужно было делать лишних движений. — Тогда, Драко, надеюсь на тебя, — теперь манера речи полностью походила на его отца, отчего он вздрогнул. «Люциус» положил руку ему на плечо в поддерживающем жесте и, сжав трость, удалился, оставляя его в полном одиночестве. Драко повалился обратно на своё место и попросил у мадам Розмерты ещё сливочного пива. Ему следует забыть об этом как можно скорее. Почему этот волшебник так его пугал? И почему чёртов Гарри Поттер не испытывал перед ним страха, даже стоя лицом к лицу? Уж кем и стоило восхищаться, так это Избранным. — Нет-нет, Гарри заслуживает к себе нормального отношения, я не буду восхищаться им сверх меры. Спустя ещё полчаса дверь в паб открылась, впуская Гарри Поттера собственной персоной. Драко повернулся как раз вовремя. Гарри осматривал помещение и встретив его взгляд, направился к нему. — Привет, Малфой, не думал, что сегодня кто-то отправится в Хогсмид. Разве тебе не пора делать уроки? — Гарри стянул красный шарф и взлохматил и без того непослушные волосы. Драко сидел, в шоке смотря на него и перевёл взгляд на двери. Какого чёрта он здесь делает? Ещё и не умудрившись пересечься с Волдемортом? — Ты чёртов везунчик, дракклы тебя раздери, — выругался Малфой и Гарри слегка приподнял брови, но не придал значения его словам. Розмерта как раз принесла ещё две кружки пива и Гарри вежливо ей кивнул, широко улыбаясь. Драко молча поднёс напиток к губам. До этого он выпил только одну и планировал просидеть до вечера, но Поттер быстро прервал его планы. Драко наблюдал как Гарри вежливо улыбается и обменивается с мадам любезностями. У него это природное или научился с годами? Розмерта ушла, сверкая улыбка и Поттер повернулся к нему, его взгляд стал серьёзнее. Драко невольно напрягся. — В общем, я здесь по делу. Гермиона уже сказала старостам Хаффлпафа и Рейвенкло, тебя поручила лично мне. Мы хотим собрать группу учеников для учёбы. Уроки Амбридж полный отстой. В общем, я не буду слишком много раскрывать, но на следующую субботу я хочу, чтобы пришёл ты, Тео и Том. Заранее советую присмотреться к заинтересованным ученикам, именно вы с Томом будете передавать детали, но знай. И я, и Гермиона против Пэнси Паркинсон. Драко, похоже, теперь будет верить в гороскопы. Именно Пэнси сегодня на обходе рассказывала о том, какой у близнецов будет тяжёлый день. Много потрясений, решительные перемены и прочая белиберда. Сначала Волдеморт, потом сам Поттер и это только середина дня. — Погоди. То есть ты, сама правильность и честность, хочешь пригласить слизеринцев? Я не ослышался? Так ещё и Нотта? — он поднял брови, намекая на его отца и от Гарри послышался раздражённый вздох. Тем не менее Поттер просто кивнул, никак не комментируя своё решение. Действительно ничего не расскажет? Они помолчали некоторое время. Драко подсунул Гарри свою кружку, а сам задумался. Если бы Поттер сказал ему об этом раньше, то Драко пришлось бы доложить Волдеморту. Помимо своих прямых обязанностей как наследника, тот ещё планирует создать. клуб? Как он планирует всё успеть, учитывая что в конце года будут экзамены по СОВ? — А почему именно Мальсибер? Я думал, ты его на дух не переносишь? — осторожно спросил Драко. Теперь и ему стало любопытно, ведь именно Том помог ему вытащить нужное воспоминание и составить письмо. После этого прошло не так много времени и Волдеморт явился лично, чтобы расспросить про Поттера. Похоже на совпадение, но лорд также спрашивал и о самом Мальсибере. Кто же он такой? — Не переношу, — согласился Поттер, в его глазах отразилась едва заметная искра злости. — Но я уже пообещал ему, так что он в списке. Я в любом случае хотел взять в группу самых влиятельных слизеренцев, так что не удивляйся, что ты в списке. Драко помычал, не задавая очевидный вопрос. Каким-то образом Мальсибер действительно стал тем, кого слушают. И это за такое короткое время. Томас вёл себя дружелюбно, но не подпускал к себе слишком близко, не рассказывал про себя слишком много и помогал, если к нему обращались. «Загадочный чистокровный» — вот какое прозвище он получил на факультете. Теодор Нотт же являлся довольно популярным студентом, наравне с Забини, но в отличии от Блейза он являлся сыном Пожирателя смерти. Как только Поттер примет такого как он, ещё и в первый сбор, судя по его словам, то его репутация улучшиться. На лице Драко появилась искренняя улыбка, он был рад, что Гарри теперь не старался всем угодить, а думал про своё будущее. — Конечно, мы придём! — с энтузиазмом, не свойственным ему, заявил Драко. — Тише, — шикнул Гарри и посмотрел на других посетителей. Те решительно не обращали на них никакого внимания, сейчас здесь были в основном взрослые волшебники, никак не связанные со школой. — Тогда договорились. Ты будешь здесь или? Гарри как раз допил свою кружку, со стуком ставя на стол и оставляя там пару монет. Драко мог бы заплатить и сам, но покачал головой и тоже встал, хватая шарф Поттера, который тот забыл и направился за ним. Другие посетители по-прежнему не обращали на них внимания. На улице было светло, хоть и слегка ветрено. Он взглянул на Гарри с улыбкой смотрящего на небо и кашлянул. — Так ты действительно ничего не расскажешь? — в его голос проскользнули любопытные нотки и Гарри покачал головой. На его лице по-прежнему была улыбка, когда он обратил на него свои изумрудные глаза, скрытые очками. Драко на секунду замер, прежде чем продолжить шаг. И как полукровка может быть таким красивым? — Я уверен, что тебе это не понравится. — Что? Почему? — Драко окончательно остановился и улыбка на лице Гарри стала более дразнящей. Он заложил руки за голову и повернулся к нему лицом. — Увидишь, — просто заявил Поттер, продолжая двигаться спиной вперёд. Драко на эти слова лишь цокнул и закатил глаза. По его скромному мнению поступок со стороны Гарри можно было назвать бессовестным. Но его настроение всё равно стремительно поднялось вверх и он не стал бы жаловаться. Про Волдеморта он постарается сегодня не думать.

***

В Хогвартсе продолжала течь жизнь. Домовики были заняты готовкой пищи, делая это немного медленнее, чем обычно, ведь был выходной день и только некоторые студенты поднимаются так рано. Винки продолжала грустно отсиживаться в углу, а Добби всё так же пытался ей протянуть так полюбившиеся ему носки. Она лишь отворачивала свой круглый носик и продолжала грустно вздыхать. Она скучала по семье Краучей. Другие домовики, проходя мимо, лишь недовольно бурчали. Им претила легкомысленность и «свобода» Добби, но не только это было причиной их отношения. Все на кухне знают, что домовик являлся другом Гарри Поттера и именно поэтому Добби получал больше работы. Нет, коллектив у них был дружный, да и домовик сам хотел заработать побольше. Он хотел подарить своим друзьям подарки на Рождество и усердно работал для этого. Коридоры Хогвартса были пусты по той же причине, лишь Пивз скучающе облетал пространство, но дёргался, как видел что-то похожее на розовый цвет. Внезапно, на пятом этаже, где и летал призрак, раздался шум. Сивилла Трелони — профессор прорицаний, сжимала свою сумку и плакала, сев на пол. Амбридж стояла рядом с ней, её руки были скрещены и взгляд надменный. Она только что заставила ту выйти из собственного кабинета, бывшего кабинета по её наказу и теперь наблюдала за чужими страданиями с каким-то подобием улыбки. Пускай и была суббота, но многие быстро узнали о ситуации, особенно с помощью Пивза, который поднял тревогу. Многие ученики вышли в пижамах, Трелони с Амбридж оказались окружены как учениками, так и некоторыми учителями. В частности профессор Макгонагалл не стала стоять в стороне и подошла к Сивилле, мягко обнимая ту за плечи. — Что здесь происходит? — строго спросила она, её взгляд был прикован к Долорес. Та ничуть не смутилась, лишь скучающе раскрыла пергамент, который был спрятан за скрещёнными руками. — Испытательный срок был назначен двадцать пятого сентября. Сегодня седьмое октября и профессор Трелони не прошла проверку, поэтому благодаря моему новому посту, я имею право уволить учителя, не справляющегося со своими обязанностями. Эти слова послужили взрывом. Многие ученики были возмущены, ведь только профессор Дамблдор имел право увольнять других учителей и даже если у неё было на это право, это не означало, что все спокойно это примут. — У меня уже есть подпись от Министра, так что советую вам покинуть школу сегодня же, — заявила ведьма в розовом, демонстративно медленно раскрывая нужный пергамент. Макгонагалл нахмурилась. — Вы заходите слишком далеко, мисс Амбридж. Я не потерплю такого отношения к другим волшебникам и Сивилла провела здесь много лет, поэтому ей нужно время, чтобы найти приют. Другие ученики активно поддерживали профессора Трансфигурации и Амбридж недовольно хмыкнула. — Вам повезло, что вы отличный педагог, ибо спорить против моего решение равно оскорблению Министерства! Магконагалл встала, мягко поднимая и Сивиллу. Её взгляд явно выражал недовольство, но она не собиралась говорить что-либо ещё. Трелони цеплялась за руку Минервы, глаза за её большими очками слегка припухли. — Я бы не советовал вам столь быть категоричной, профессор Амбридж, — новый голос ворвался в помещение и все обратили внимание на Альбуса Дамблдора, стоящего чуть дальше толпы. На его лице была дежурная улыбка, но в ней не было тепла. Он сделал несколько шагов и Амбридж слегка сжалась, но быстро взяла себя в руки, надменно вздёргивая подбородок. — Говорите, что она не справляется со своими обязанностями? — продолжил директор. Другие ученики отступали по мере его приближения с затаённым дыханием. Они втайне надеялись, что Дамблдор вышвырнет её вместо Трелони. — Именно так — хмыкнула ведьма. Она знала, что директор не сможет ей ничего противопоставить. Директор спокойно кивнул, его глаза стали на тон холоднее. — Тем не менее вы не имеете права выгонять её из замка. Амбридж нахмурилась, её лицо исказилось замешательством. Ученики начали перешёптываться. — Я уволила профессора Трелони. Только что. — Верно и вы имеете на это полное право, как Инспектор, — согласился Дамблдор. — Вот только вы не имеете права выгонять её из школы. Только я, как директор, могу решать кто останется в Хогвартсе, а кто нет. Именно поэтому профессор Трелони остаётся здесь. Глаза Долорес сузились, она открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но Дамблдор продолжил. — Однако, так как она не может продолжать преподавать, то я вынужден буду найти нового преподавателя прорицаний. С этими словами директор сделал несколько шагов к Минерве и Сивилле, указывая рукой в сторону кабинета Трансфигурации. После этого профессора удалились, оставляя ведьму в абсолютной ярости. Ученики начали расходится, их злые шепотки, которые унижали профессора ЗОТИ преследовали Амбридж и она сжала пергамент. Она ещё отыграется, этот Дамблдор заплатит за подобное унижение. Тем временем Гарри абсолютно спокойно лежал на кровати, читая книгу. Как только он услышал крики Пивза, то не обратил на это внимания, ибо это его не касалось. Он решил не бежать к разного рода опасностям, пока не получит что-то вроде стабильности. Хоть ему и было любопытно, он был уверен, что Рон и Гермиона всё ему расскажут. Его мысли плавно перетекли к Риддлу, в который раз за эту неделю. Слова Малфоя о том, что Волдеморт хочет назначить ему встречу, вселяли смутную тревогу, но он подозревал, что это произойдёт. Об этом Нарцисса предупреждала изначально и советовала подготовить резервный вариант, заодно предлагая и свои варианты. Его волновало другое. В тот первый раз, когда дневник «ожил» Гарри не пытался проверить, сработает ли обет на крестраже, да и не замечал каких-то последствий от него рядом с Томом. Они не так часто общались, Риддл был занят собственным факультетом, а Поттер и не искал его компании вовсе. После того замечания про то, что Гарри полностью игнорирует его, он начал кивать ему в коридорах и иногда садился с ним делать домашку в библиотеке, но это было единственное совместно проведённое время. Этот Риддл отличался от второго курса, Гарри видел как тот сперва резко реагировал на громкие звуки и иногда слишком глубоко погружался в мысли. Как завис в коридоре, когда редкое солнце пробилось сквозь окно, как бережно проводил по корешкам книг и как увлечённо поглощал новую программу того же курса. Гарри не хотел этого, но замечал. За довольно короткое время Поттер перестал видеть в нём явного врага, ведь не мог ассоциировать того со змееподобным Волдемортом, убившим его родителей. Умом он понимал, что это один и тот же человек, но постепенно чувствовал себя всё комфортнее рядом с ним. Это удручало. Гарри даже хотел узнать его получше, что делало ситуацию ещё хуже. По правде говоря ему было любопытно. почему тот пошёл по такому пути? Для Дурслей Гарри являлся злом, хотя таковым себя не считал, так был ли Том «злодеем» для других изначально? Судя по его репутации и школьной медали, то нет. Но тогда он соврал, подставив его друга — Хагрида, а каким он был до этого? Гарри отвлёкся от своих мыслей, когда книга упала ему на лицо и очки больно врезались в нос. Он вздохнул, вставая и с силой оттягивая кудри. Ему не следует вообще думать об этом Риддле, он всё ещё оставался Волдемортом и может обманывать его. Тем не менее. может он всё же попробует узнать его получше, ведь это поможет в его борьбе с Волдемортом. С этими мыслями он собрал свои вещи и вышел из комнаты. Сегодня был важный день.

***

Когда трое подростков вошли в помещение, названное «Кабаньей головой», то те редкие клиенты, что там были устремили к ним свои устрашающие лица. Никто из подростков не смутился и Гермиона, что стояла во главе трио, подошла к барной стойке. Та не выглядела слишком уж чистой, но она всё равно поставила туда руки, привлекая внимание заведующего пабом. Гарри скучающе обвёл помещение взглядом и тоже встал рядом. Рон стоял с нахмуренными бровями, опасливо осматривая помещение, готовый защитить друзей в случае опасности. Гарри вспомнил как Хагрид рассказывал об этом месте в первый год своего обучения. Он тогда выиграл драконье яйцо. Если задуматься, то тогда это был Квирелл или Волдеморт, что разделил с ним тело. Может, не следовало приходить именно сюда? — Чего желаете? — пускай вопрос был вежливым, но тон голоса седого старика определённо отталкивал. — Три сливочных пива, пожалуйста, — быстро ответил Гарри, ещё раз осматривая его. Длинные седые волосы и борода, высокий рост и присущая худоба. Этот старик малость походил на Дамблдора, но сходство не было таким уж сильным, поэтому он не придал этому сильного значения. Бармен кивнул и достал из-под бара три грязных, пыльных бутылки и со стуком поставил их на барную стойку. Гермиона поспешила убрать руки, не желая к этому прикасаться. — Шесть сиклей. — Я заплачу, — сказал Гарри и достал из кошелька серебряные монетки. Они сели за самый дальний стол и Гермиона поспешила очистить бутылки магией, как только Рон поставил их на стол. — А мы бы могли заказать всё, что угодно. Я давно хотел попробовать огневиски, — взбудоражено проговорил Рон и Гермиона цокнула, привыкшая к его выходкам. — Рон, ты староста, не забыл? — Да? Разве? Я всего лишь твой скромный помощник, — с улыбкой проговорил тот и получил толчок бедром. Гарри уже привычно закатил на них глаза и перевёл взгляд на двери. Он сидел как раз так, что ему открывался вид на входящих людей. Спустя несколько минут двери открылись, впуская Теодора Нотта, Драко Малфоя и Тома Риддла. Гарри на секунду встретился с последним взглядом и тут же перевёл его на людей, что вошли за слизеринцами. Среди них были Энтони Голдстейн, Падма Патил, которая на удивление пришла одна, как её и попросили. Ханна Аботт и Эрни Макмиллан по пути переговаривались, а Джинни Уизли вела Полумну Лавгуд за запястье. Процессию замыкал Невилл Лонгботом и близнецы Уизли. Том направился сразу к столу, садясь справа от него, даже не спрашивая. Гарри кивнул ему и Риддл слегка наклонился к его уху. — Ты оказался популярнее, чем я думал. Старосты Рейвенкло и Хаффлпафа отговаривали некоторых учеников, когда те хотели прийти сюда. Гарри пожал плечами, он частично ожидал этого. Он слегка повернул голову, встречаясь с красными глазами и даже не вздрагивая. — Большинство из них хотели прийти сюда только для того, чтобы услышать удивительные истории Избранного. Я бы не хотел этого. Ухмылка исказила губы Тома и он прикрыл глаза, откидываясь на спинку потрёпанного дивана. Гарри перевёл взгляд на рассевшихся студентов и кивнул Гермионе. Другие посетители продолжали не обращать на них внимания, хотя тройка мужчин бросили на них недовольный взгляд, когда стало особенно шумно. Грейнджер встала, её поза была слегка нерешительной и она прокашлялась. — Ну. Все вы знаете для чего мы здесь собрались, — она сделала паузу. — В смысле то, как преподаёт Амбридж никуда не годится. Её уроки никак не подготовят нас к экзаменам и, — она бросила короткий взгляд на Гарри и он ей кивнул. — у нас возникла идея обучить всех желающих настоящей Защите, потому что уроки Амбридж не помогут нам в действительно опасной для жизни ситуации. — Полностью согласен, — кивнул Энтони Голдстейн и перевёл ожидающий взгляд на Гарри. Он слегка наклонил голову, поднимая брови в немом вопросе. — Так… Ты реально сражался с верным слугой Сам-знаешь-кого? — спросил он и Гарри услышал позади себя фырканье. «Ну да, — подумал Гарри, закатывая глаза. — Конечно же Тому будет смешно от того, что его «злую» версию будут боятся звать по выдуманному имени» — Ага, — сказал он, пока взгляд был прикован к правому запястью, на котором было едва заметное «Я не должен лгать». Надпись не так сильно врезалась в руку, магия действительно сделала всё возможное, чтобы заживить её. — Он пытался воскресить Волдеморта, — многие вздрогнули и сзади послышалось ещё одно фырканье. — Но у него ничего не получилось. Джинни, что сидела слева от него потянулась к его очищенной бутылке сливочного пива и откупорила крышку. Некоторое время за столом было тихо. Гермиона ещё раз кашлянула, привлекая внимание. — Но это не единственная цель нашего клуба. Гарри, возьмёшь слово? — она взглянула на него и он со вздохом встал. Все взгляды были прикованы к нему, а Драко выглядел особенно любопытным. Гарри слегка поднял палочку и перед собравшимися образовались слова песни, что пела шляпа в начале года. — Обычно мы не придаём особого значения словам шляпы, но она часто оставляет подсказки. Изначально создатели Хогвартса построили школу, чтобы Магия не иссякала. Во время основателей Магия жила во всём, — он рассеял слова, переводя на каждого взгляд. — даже не было надобности в статуте о секретности. Но основатели знали, что если Магию не подпитывать, не чтить, то она со временем исчезнет. Это как озеро, если постоянно черпать воду и вода не будет пополнятся тем же дождём, то со временем останется одна пустошь. Потом случился конфликт с магглами и, как считают многие чистокровные, именно это заставило Магию практически исчезнуть. — А разве это не так? — вставил Теодор и Гарри улыбнулся. Трое мужчин, что распивали странный алкоголь вслушивались краем уха в его речь, а бармен уже некоторое время натирал пустой стакан. — Не всё так просто, — кивнул Гарри, вновь магией вырисовывая таблицу поступивших в Хогвартс за 1703 год. — Это спустя одиннадцать лет, после вступления закона в силу. Поступивших было в десять раз больше, чем в предыдущие года и нет, это не связано со строгими мерами по поводу отслеживания Магии, ведь уже в 1704 году статистика упала почти в два раза. Простая математика. Он рассеял таблицу и сложил руки за спиной. — Это говорит нам о том, что Магия всегда восполняет потери, какими серьёзными бы они не были. В те времена были более жестокие традиции, было разрешено жертвоприношение, но и Магия была намного безумнее и сильнее. Тогдашние дуэли могли сотрясти континент. — К чему ты ведёшь? — не выдержал Драко, его голос слегка повысился от волнения. Гарри вздохнул, он бросил мимолётный взгляд на Риддла, который внимательно его слушал. То, что он скажет, вряд-ли ему понравится, точнее не понравится большинству, но ему особенно. — Магия может наградить любого, кто сможет понести её волю. Поэтому Волдеморт крупно облажался. — Что? — хором воскликнули его друзья и Драко с Теодором. Гарри вздохнул, он вновь бросил взгляд на свою руку с надписью и перекатился с пятки на носок. — Дело в том, что в Магии важен баланс. Наши палочки служат не только нашим инструментом, но и ключом к этому самому балансу. Все мы помним наши неконтролируемые выбросы, которые наверняка были у каждого? — он дождался кивков и продолжил. — Вот по поводу направления Магии также. Древние чистокровные чаще всего являются представителями тёмных семейств, так как они попросту не рисковали смешать свою кровь с кем-то ещё. Дело было не только в превосходстве, тёмных магов попросту тяжело контролировать. Как сказал мне один домовик, они легче впадают в безумие. Гарри наблюдал как с лица Драко начали сходить краски. Кажется он догадывался, к чему он ведёт и встретился с ним глазами. Гарри улыбнулся. — Профессор Дамблдор является мощнейшим светлым волшебником столетия и неудивительно, что в той же Британии родился похожий по потенциалу тёмный. Вы все знаете его по другому прозвищу и он должен был восстановить баланс в Магии, который был нарушен. День не может существовать без ночи, как и ночь без дня. Магия попросту умрёт, если мы не будем уважать обе её стороны. Одно не может долго существовать без другого. Поэтому я хочу, чтобы в нашей группе был баланс. Кто считает это бредом, то может спокойно идти, я не буду говорить ничего против, но тот, кто всё же видит в моих словах смысл. Что ж, давайте сделаем всё, чтобы Магическая Британия процветала. С этими словами он сел и некоторое время за столом царила тишина. Гермиона сидела с задумчивым лицом, она даже взяла несколько книг и начала их в спешке перечитывать. Близнецы переглянулись между собой и тоже промолчали. — То есть, — слово взяла Ханна, староста Хаффлпафа. — ты хочешь, чтобы мы, обычные студенты, не просто учились Защите, а и восстанавливали ослабевшую Магию? Какого чёрта ты решил, что она вообще исчезнет? И тут заговорил до этого молчавший Риддл. — Количество волшебных детей стало меньше, среди чистокровных чаще начали появляться сквибы, а те немногие студенты, что здесь есть являются либо дураками, либо абсолютными ничтожествами в магии. — Как ты можешь.! — воскликнула Гермиона, но Голдстейн её перебил. — Это всё ещё не объясняет твою теорию, Гарри. Не хочу показаться грубым, но у тебя есть лишь слова и парочка статистик. Гарри усмехнулся и достал из сумки крупную стопку бумаг. Там были и переписанные страницы из книг и газетные вырезки с интервью, даже количество успешно выпущенных из Хогвартса седьмого года обучения. Всё это он бросил на середину стола с громким стуком и откинулся на спинку дивана, едва задевая плечо Риддла. — Милости прошу. Можете создать копии и сделать собственные выводы после прочтения. Энтони аккуратно подсунул к себе увесистую стопку и поспешно начал поднимать листы, читая содержимое. — Это… — Я потратил довольно много времени, мне приходилось также платить за информацию и доставать то, что усиленно скрывало Министерство, но оно того стоило. За эту штуку меня вполне могут выгнать из Хогвартса, обвинив в косвенной поддержке Волдеморта, — он фыркнул, встретившись глазами с Томом, который повернул к нему голову. В его глазах было заметное восхищение, что заставило Гарри смутиться и отвести взгляд. — но если я не доверюсь вам, то почему вы должны доверять мне? Все собравшиеся посмотрели на него другими глазами. Первый этап прошёл успешно.