Начало конца

С новости о смерти Риты Скитер прошло три недели. Была середина декабря и в Министерстве наконец наступила стабильность. Если вы спросите министерских работников чья это заслуга, то любой ответит Руфус Скримджер — нынешний Господин Министр. На деле же всё было куда сложнее. Лорд Волдеморт захватил ту часть Министерства, где влияния Дамблдора было меньше всего. Большинство магов просто испугалось и предложило своё сотрудничество после смерти журналистки. Разумеется всё сохранилось втайне и Лорд никому не ставил метку. Пускай поступок Фенрира нельзя назвать случайностью, Лорд Волдеморт не стал искать виновного. Впрочем, даже если бы он был слепым, то от него не укрылась бы явная щенячья радость Беллатрисы Лестрейндж при этой новости. Он не стал её наказывать. Даже если все свалили на него вину, то этот поступок принёс больше пользы, чем вреда. Нарцисса Малфой не была довольна развернувшейся деятельностью своего Лорда. Она наблюдала как радость от пыток сменилась радостью в контроле и её не могло это не волновать. Она по-настоящему боялась, что власть вскружит милорду голову и всё вернётся к прежней политике. Также не радовало и нынешнее вмешательство Дамблдора в Министерство. Это не говорилось напрямую, но Люциус был достаточно опытен, чтобы узнавать то, что скрыто от глаз обычных магов. Пропаганда ненависти была абсолютна невыгодна для их семейства, особенно для Драко, который должен приехать в место, где живут Пожиратели смерти. Нарцисса не могла пойти с этими волнениями к Лорду, но её материнское сердце волновалось за своё дитя. — Цисси, ты какая-то мрачная, — слащаво прошептала на ухо ей Беллатриса, обнимая за шею. Сидевшая в кресле Нарцисса прикрыла глаза, чтобы не показать свой испуг её внезапным появлением и слегка повернула к ней голову. — Конечно это так, Белла. Мой семейный дом превратился в общежитие и хоть я и не против твоего присутствия, остальным здесь явно не место. Вишнёвые губы Беллы недовольно поджались и она переместилась на ручку кресла. Её глаза слегка сощурились, когда она вновь обняла Нарциссу за шею. — Нашему Лорду необходимо место для того, чтобы править. Ваш дом отлично подходит, ты ведь понимаешь? Эти сошки приходят и уходят, никто из них ничего не расскажет о вас, так чего переживать? — У меня есть сын, Белла. Я не хочу, чтобы он это видел на своих рождественских каникулах. Беллатриса цокнула, её брови слегка изломились. — Это ты за те, где он притащит с собой оборванца Поттера? Этот несносный маленький. — Белла, — предупредила Нарцисса строгим тоном. Беллатриса вновь надула губы. — Он практически убил нашего Лорда, а теперь мы должны его уважать? Пророчество сказало, что он всё ещё способен убить нашего Лорда, так может убить его первым? Нарцисса скрыла дрожащие руки в рукавах своего домашнего платья. Кружевные узоры синего цвета успокаивали её тревогу, поэтому она уже через секунду собралась с мыслями. Гарри был единственным кто дарил надежду на то, что Драко застанет другие времена. Её высокий белоснежный хвост слегка качнулся, когда она резко встала с кресла, вырываясь из рук сестры. — Пожалуй ты застряла в прошлом Белла. Времена другие и подход тоже должен быть таковым. Сейчас мало что можно решить простым насилием, — она слегка поправила горжетку из белого меха. Её голубой взгляд нашёл тёмные глаза Беллатрисы и она чуть ласково улыбнулась. — Я очень люблю тебя, сестра, но сына я люблю ещё больше. Я сделаю всё, чтобы он не видел того же, что видели мы. Она удалилась из гостиной, в которой коротала время и по пути в свою комнату наткнулась на Долохова. Тот сразу заметил её испорченное настроение. — Семейные дрязги, Цисси? — Так меня могут называть только сестра и Люциус, — она раздражённо сузила глаза. Антонин поклонился. — Приношу свои глубочайшие извинения. — Он поднял голову, его губы искривились в насмешке. — Цисси. — Чего тебе? Лицо Долохова стало серьёзным. Он встал и указал рукой в сторону второго этажа. Нарцисса напряглась ещё до того, как Долохов озвучил это. — Лорд ждёт тебя. Она кивнула и спокойным шагом направилась в его кабинет. Мужчина увязался за ней. — Разве он не звал только меня? — спросила она. Долохов шевельнул плечами, на его лице было явное безразличие. — Чхал я на то, что он хотел. Нарцисса решила не спорить. Она знала, что Антонин один из немногих кто может держать её сестру в узде. А всё потому что Лорд считал его за товарища. Это также порождало бесконечные споры Беллатрисы с ним. Иногда Нарцисса не могла понять, почему сестра не сосредоточится на своём муже. У них ещё может появиться ребёнок, после Азкабана не должно быть физических отклонений. Она даже предложила ей частного доктора, но её сестра категорически отказалась. Говорила, что лучше отдаст всю себя на служение Лорду, чем будет тратить время на семейные глупости. Миссис Малфой была тогда очень зла на неё за такие слова и с тех пор больше не поднимала эту тему. Кабинет Тёмного Лорда всё также был скудно обставлен. Она сделала лёгкий книксен, подняв подол платья. Долохов сложил руки за спиной и кивнул. — Приветствую Нарцисса. В последнее время ты всё реже посещаешь мой кабинет. Пускай мне и не нужна новая информация, твоё общество скрашивает серость этих будней. Нарцисса не могла с этим согласиться. За окном падали белоснежные хлопья и с любым другим человеком она бы обязательно блеснула остроумием, но только не с Лордом. Она выпрямилась и по её губам скользнула вежливая улыбка. Тревога вновь вернулась. — Если мой Лорд того пожелает, то я буду приходить раз в неделю. В последнее время вы очень заняты узурпированием Министерства. Мне бы не хотелось вмешиваться. Долохов насмешливо фыркнул, а Лорд сделал к ней несколько шагов. Он остановился напротив, его змеиные черты в мрачности кабинета пугали ещё больше. Нарцисса чуть отвела взгляд, смотря сквозь Тёмного лорда. — Узурпированием? О, дорогая, я лишь забираю то, что мне дают. Её взгляд на секунду встретился со змеиным. — По-прежнему незаконным путём, — тихо сказала она. Ей было страшно, но она уже рискнула однажды, поставив на Поттера. Сейчас она сделает также, если это будет гарантировать благополучие Драко. — А ты стала храбрее, Нарцисса. Неужели на тебя так замужество повлияло? — заговорил Долохов, заставив её плечи вздрогнуть. Она на секунду забыла, что он здесь. Волдеморт, тем временем слегка наклонил голову, в его глазах отображалось едва заметное раздражение. — Разве ты не хотела вернуть наши законные права? Министерство и дальше продолжит вешать на меня ярлыки и Дамблдор ещё больше подливает масла в огонь. Мои методы намного более лояльны, чем в прошлый раз. Сейчас приходится действовать быстро, чтобы не потерять преимущество, — холодно сказал Лорд. Нарцисса опустила голову в покаянии. Она не могла рассказать о своих переживаниях никому, кроме Люциуса, но он практически не вылезал с работы, пытаясь не упустить ни одной детали. Волдеморт, увидев её опущенную голову, сменил тему. — Впрочем, я позвал тебя не поэтому. Антонин, так и продолжишь греть уши? У тебя уже есть миссия. Долохов поклонился и покинул кабинет. Нарциссе стало любопытно, что у него за миссия. Волдеморт прошёл к столу, его рука скользнула по книге. Нарцисса узнала её, это был один из редких образцов, который детальнее рассказывал за крестражи. Ей было очень тяжело её достать, но что в мире не решалось за достаточное количество денег? — Живые крестражи. Моя Нагайна приболела и меня интересует может ли она умереть? Никогда не задумывался об этом, когда создавал из неё крестраж. Нарцисса задумалась. — Я думаю, что это невозможно, мой Лорд. Вы провели полноценный ритуал, и, пускай его и делал Петтигрю, но думаю состояние змеи связано с погодой. Лорд не ответил, пролистывая книгу. — Я хочу, чтобы ты нашла дополнительную защиту, желательно в качестве артефакта. Я сомневаюсь, что Поттер будет спокойно сидеть у своего крёстного, поэтому мне нужна мера предосторожности. Нарцисса кивнула, у неё уже было несколько таких на примете. — Также подготовь две дополнительных комнаты, — сказал Лорд, его взгляд стал раздражённым. — Поттер зачем-то притащит с собой Мальсибера, сказал что это связано с крестражами. Наглость этого мальчишки не знает границ. Мальсибер? Кажется Нарцисса слышала о нём от Драко. Он был порядочным человеком и полукровкой. Вот только как он может быть связанным с крестражами? Впрочем, это не было так важно. Если у её Лорда действительно получится восстановить своё благоразумие, то так будет лучше для них всех. Особенно для Беллатрисы, которая отказывается от терапии.

***

Близились рождественские каникулы. Том за это время успел заново привязаться к Хогвартсу и также наладить отношения с Гарри. Тот и правда начал вести себя так, будто ничего не произошло и даже если Том что-то чувствовал по этому поводу, то отбрасывал эти мысли как ненужные. Время от времени Гарри всё же вызывал у него колебание, когда упоминал о том, насколько он красив или делал ненавязчивые комплименты. Том не мог понять издевается ли Поттер или действительно говорит всё, что взбредёт в голову. В любом случае он старался игнорировать подобные выпады, ведь кроме этого Гарри ничем не показывал свою симпатию к нему, если такая была. У них также наметился прогресс в исследовании и Гарри этому был несказанно рад. Том сидел, подперев голову и наблюдал как Гарри воодушевлённо читает письмо от Сириуса. Изумрудные глаза блестели, а улыбка то и дело расплывалась чуть шире. Видеть счастье Гарри было приятно, он мог это признать. — Представляешь, Сириус сказал, что мы сможем отправиться в Лондон. Он наконец хочет отвести меня в места, где бывал с моим отцом! Это должно быть весело, — Гарри встретился с ним глазами и улыбка немного померкла. Том нахмурился. — Что-то не так? Гарри слегка качнул головой, вновь опуская взгляд на письмо. — Нет, просто. У тебя ведь день рождения в конце декабря? Том помнил как решил поделится с Гарри историей своего прошлого перед тем как выпустить Василиска. Ему казалось несправедливым, что он знает о Гарри практически всё и не предлагает ничего взамен. Сейчас он точно мог сказать, что ему хотелось, чтобы Гарри лучше узнал его. Вот только для чего, если впоследствии он всё же решил убить его? — Да. Почему ты вдруг спросил об этом? Гарри сжал край письма. На его лице появилась задумчивость. — Хорошо. — Ты что-то задумал? — спросил Том, пытаясь дотянуться до письма, в котором Гарри добавил пару строчек. Поттер сразу отнял его и быстрым движением сложил его и спрятал в сумку. — Нет-нет, ничего такого, — Гарри улыбнулся. — Просто подумал, что ты захочешь получить подарок. — Что? Поттер, не смей. Мне хватает того, что ты уже выделил на моё проживание в Хогвартсе. Гарри фыркнул. — Значит ты мне должен, отлично. Это означает, что ты выполнишь любую мою просьбу, — Гарри подпёр голову кулаком и посмотрел прямо в глаза Тома. Это заставило его задержать дыхание, сердце невольно дрогнуло. Следом, практически сразу, выступило раздражение. Эти нелепые чувства уже должны были исчезнуть. Гарри, не заметивший бушевавших внутри Тома эмоций, спокойно продолжил: — А значит теперь твой день рождение 21 декабря. Возражения не принимаются. Я не смогу устроить тебе праздник у Волдеморта под носом, — Гарри сделал паузу. — Ну или взглядом, неважно. Том пришёл в себя после слов Гарри, его глаза заискрили любопытством. — Как я выгляжу? Гарри никогда не говорил насколько Том отличается от своего «оригинала». Всё, что он знал это то, что Волдеморт «ужасен», но что именно имел ввиду Гарри под этим словом он понятия не имел. — Ээ. Ты? Ты самый красивый человек, которого я когда-либо видел, — сказал Гарри, отводя взгляд. Том прикрыл глаза, борясь с внезапным раздражением. Если это очередная попытка отвлечь его внимание, то на этот раз не сработает. — Ты прекрасно знаешь о чём я. Гарри выпрямился, его рука зарылась в волосы, а на лице появилась неловкая улыбка. Другой рукой он тут же схватил сумку. — Знаешь, я думаю, что мне пора. Нужно отправить письмо Сириусу, знаешь? В общем сегодня последнее собрание клуба, так что не опаздывай! — Гарри! — раздражённо воскликнул Том, но Поттера уже и след простыл. Об этом свидетельствовала хлопнувшая дверь библиотеки и недовольная этим мадам Пинс. И как это понимать? Неужели это настолько сложный вопрос? Впрочем, если Гарри постоянно делает акцент на его внешности, то, должно быть, годы исследований тёмной магии не прошли для Волдеморта без последствий. Тем не менее его боялись, а значит и уважали. Сейчас, конечно, было больше ненависти, чем чего-либо ещё, но Волдеморт сам виноват в этом. Ему не следовало устраивать войну. Многого можно было добиться без напрасного истребления магов. Том вздохнул, он всё равно скоро всё увидит лично. Сейчас оставалось только перетерпеть поездку к Ордену феникса и самый раздражающий праздник в мире под названием Рождество.

***

Воскресенье обычно был полностью выходным днём даже для собраний. Этот был исключением, потому что многие ученики разъезжались по домам уже в понедельник восемнадцатого числа, а Гарри было что сказать. После Рождества некоторые всё же не вернуться в Хогвартс, несмотря на уговоры Дамблдора о полной безопасности в школе. Таковых не было на его кружке, кроме Трейси Дэвис, но никто её не осуждал. Всё же она была слизеринкой и её родители не хотели быть связанными с Пожирателями смерти, поэтому переводят её на домашнее обучение. Гермиона сидела на диване, погрузившись в чтение. Она уже была здесь, когда Гарри решил сбежать от Риддла. Он не стал её беспокоить, занявшись своими делами. Письмо было уже отправлено Сириусу и его губы невольно тронула улыбка, когда он подумал о празднике, который подготовит Риддлу. Пускай Рон и сказал, что ему нужно оставить всё как есть, Гарри не мог так поступить. Ему было комфортно с Риддлом и если Волдеморт действительно захочет уничтожить его, то Гарри встанет на его защиту. После воскрешения Том стал другим человеком и он не позволит этой новой личности быть поглощённой Тёмным лордом. Том сказал, что у него всё под контролем и Гарри был склонен довериться ему, пускай и переживал. Маленькими шагами он планировал показать Тому свой мир, открывая ему то, что он не зачел раньше. Праздник в кругу близких людей был его первой масштабной целью. — Ты выглядишь как влюблённый дурак, — заметила Гермиона, вырывая его из мыслей. Он громко вздохнул и откинулся на спинку дивана, смотря на неё чуть устало. — Как добиться взаимности от того, кто никогда не любил? Я не уверен, что даже нравлюсь ему, хотя на мои комплименты он реагирует иначе, чем когда их делает девушка. Гермиона закрыла книгу, сложив у себя на коленях. Она уже привычно взглянула на него, как на идиота. — Если ты за тот случай, когда Сьюзен похвалила его владение палочкой, то это не комплимент, а констатация факта. — Но всё же. — Ты дурак, Гарри. Только такой как ты может посчитать свою симпатию влюблённостью после одного поцелуя. Гарри не впечатлился. И не был он влюблён! Почему Гермиона продолжает это говорить? — Гарри. То, чем ты сейчас занимаешься, можно назвать «ухаживанием». То, что ты не делаешь это очевидным не означает, что этого нет. Никто не замечает только потому что вы оба парни, но ты становишься всё очевиднее, — Гермиона вновь открыла книгу, её брови нахмурились, когда дверь открылась. Впрочем, хмурое выражение лица быстро сменилось улыбкой, когда она увидела Рона. — Ты долго, — она похлопала по месту рядом с собой и парень быстрым шагом направился туда. Он сел, слегка обняв её за талию и чмокнув в щёку. Это заставило Гермиону хихикнуть, а Гарри закатить глаза. — И ты говоришь, что я очевиден. — О чём вы? — спросил Рон, но заметив выражение лица Гермионы, догадался. — А, всё тот же Томас. Честное слово, если бы я не видел как ты убивался по Чжоу, то подумал бы, что она никогда тебе не нравилась. — Очень смешно, — недовольно сказал Гарри. Он не видел в своих действиях ничего такого. Подумаешь, сказал пару раз комплименты и через Снейпа передал пару десятков галеонов? Он был тем, кто воскресил его и Том остался в Хогвартсе из-за него, так что в этом не было ничего такого. Тем более, что он действительно был красив. Ему было даже жаль, что подобное видел только он. Хотя, может это и к лучшему. Одной внешностью Риддл склонил на свою сторону многих чистокровных волшебников. Гарри бы не хотелось, чтобы кто-то пополнил ряды Пожирателей смерти, пускай Том и на его стороне. — И вообще. Чжоу потеряла своего парня из-за меня. Мне даже смотреть на неё неловко, не то что думать о романтических отношениях. Гермиона угукнула весьма скептически, в то время как Рон пожал плечами. — Ты ей-то об этом сказал? — увидев недоумение на лице друга, Рон фыркнул. — Тебе следует быть внимательнее, Гарри. Ты же ловец, в конце концов. Как можно не заметить очевидного? Гарри посмотрел в потолок, где висела омела. Это было ещё одним фокусом комнаты, она могла поменять местоположение этих штук. Таким образом Рон поцеловал Гермиону уже минимум трижды и это у всех на виду. Ему не хотелось знать сколько было после. — Почему бы вам не перестать думать о романтике? У нас более насущные проблемы есть, такие как ученики, которые скоро явятся. Вот что мне сказать? — Ты ведь и так знаешь «что». Гарри, ты уже всё спланировал и спросил нас об этом тысячу раз. Ты справишься, — сказала Гермиона, не отрываясь от чтения. Рон активно закивал. — Тем более это не первый раз, когда ты выступаешь с речью. Изменилось лишь время и место. Гарри вздохнул. Что ж, Рон прав. Ему не следует так волноваться. Он достал из сумки книгу, которая была единственной из шести, присланных Волдемортом, которая не вызывала у него отвращения. К сожалению Волдеморт всё же не соизволил дать ему совет через письмо, как он и просил, а весть о гибели Риты Скитер только больше разозлила его. Нет, он подозревал, что она будет наказана, но точно не настолько показательно. И это в то время, когда Гарри поклялся, что будет верен ему. Просто смешно. Писать письма, не раскрывая деталей о Томе Риддле было достаточно сложно, учитывая что у него теперь не было Квиддича. Вместо общих впечатлений от прошедшей недели он начал расписывать о прочитанных книгах. Может хоть подобная скука заставит отменить столь нелепый приказ. Ну, он на это надеялся. Уже ближе к трём начали подтягиваться другие ученики. Так как это было последнее собрание, то явились все без исключения. Появилось несколько дополнительных мест, пока все располагались и Гарри со вздохом встал. Нужно исполнять обещания. Расположение учеников было весьма хаотичным. Рейвенкловцы затесались среди немногих слизеренцев, а именно Теодора Нотта, Блейза Забини, Драко Малфоя, Дафна Гринграсс и Трэйси Дэвис. В них, к удивлению последних, нашли увлекательных собеседников. Из старших курсов, таких как близнецы Уизли, Анджелина Джонсон, Кэти Бэлл, Алисия Спиннет, Мариэтта Эджком и Чжоу Чанг расположились в задних рядах, то и дело отвлекаясь на проделки близнецов. Луна расположилась рядом с Джинни, а с ними расположился Невилл. Симус Финниган был одним из тех кто перестал посещать занятия после того как Амбридж начала преподавать нормально. Дин Томас сидел рядом с ним. Старосты расположились каждый ближе к своему факультету и только Гермиона с Роном сели рядом с Томом Риддлом, который располагался отдельно от остальных. Рон поднял большие пальцы вверх и Гарри улыбнулся. Поддержка друзей воодушевляла. Он выступил вперёд и привлёк внимание хлопком в ладоши. — Рад, что сюда явились все, кто когда-либо посещал Объединённый кружок Защиты. Некоторые из вас перестали сюда приходить, так как Амбридж начала по-новому преподавать ЗОТИ и никто вас за это не осудит, — Гарри сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. Его взгляд невольно наткнулся на внимательно наблюдающего за ним Тома и уверенность в нём окрепла. — Я уже говорил, что возвращение Волдеморта стоит под огромным вопросом, но даже если это и так, то директор уже уверил вас, что всё в порядке. Министерство прикладывает много усилий, чтобы сохранить видимость контроля, но я точно знаю, насколько всё это бывает хрупким. Помните, что я сказал при первой нашей встрече? Нам нужно восстановить Магию и именно этим я и займусь. Руфус Скримджер предложил посетить мне закрытую вечеринку в честь Рождества, где будут обсуждать дальнейшие действия по поводу угрозы в лице Волдеморта. Дамблдор тоже будет там присутствовать. Ему пришлось затихнуть, так как эта весть встревожила итак неспокойных от упоминания имени Тёмного лорда учеников. Гермионе пришлось встать, чтобы их успокоить. Гарри прикрыл глаза, отсчитывая до трёх и усилил голос Сонорусом. — Послушайте! — все моментально затихли и он прокашлялся, убирая заклинание. — Это секретная информация, но я вам говорю это не для того, чтобы похвастаться. После каникул я не буду участвовать в собраниях, поэтому было важно, чтобы вы узнали по какой именно причине. У меня в планах восстановить некоторые ветви Магии, а для этого придётся убедить остальных, что тёмная магия имеет право на существование. Мне предстоит много работы. — Но что насчёт Тёмного лорда? — спросила Трейси. Гарри сожалеюще улыбнулся. — Как я уже говорил на ЗОТИ Долорес Амбридж, вы наверняка читали ту скандальную газету, верно? — послышались смешки. — Так вот, никого я не поддерживаю. Убийство магов плохо, убийство магглов тоже плохо. Ограничение одной ветви Магии из-за страха тоже плохо. Обвинение без суда и следствия вообще катастрофа. Волдеморт был тем, кто хотел заполучить философский камень, я уж точно не тот кто будет яро отрицать его воскрешение. Я лишь утверждаю, что подобных доказательств нет и нам следует сосредоточиться на себе. Именно этим я и займусь, надеюсь вы тоже последуете моему совету. На этом собрание окончено, счастливых рождественских каникул! Гарри выдохнул, когда остальные встали. Что ж, прошло куда лучше, чем он изначально предполагал. Волдеморт после этого должен сказать ему спасибо, пускай это лишь кучка учеников, он не обязан был уговаривать остальных не думать о нём как о угрозе настоящего времени. К нему подошла Чжоу со своей подругой Мариэттой, обе выглядели неуверенно. — Ты правда уверен, что переживать не о чем? Седрика действительно убил Питер Петтигрю? — она заламывала руки, Мариэтта сжала её за плечи, в ожидании уставившись на Гарри. — Заклинание произнёс именно он, — сказал Гарри. Это был почти намёк, но он попросту не мог соврать убитой горем девушке. Тем более, что он уже сказал, что Петтигрю планировал воскресить Тёмного лорда, но у него ничего не вышло. Эти же сведения есть и у остальных. — Я хотела сказать, что уважаю твоё стремление помочь, — заговорила Мариэтта. — Моя мама работает в Министерстве и именно из-за этого я не хотела приходить сюда. Она не раз присылала мне сообщения о давлении, которое оказывается со стороны работников друг на друга, поэтому если ты изменишь это, то будет отлично. Гарри поднял брови, удивлённый такой откровенностью. Глаза Мариэтты сделались серьёзными, она сильнее сжала Чжоу за плечи. — Я прекрасно знаю как обстоит ситуация на самом деле. Ты отлично умеешь поддерживать баланс. Если бы я выбирала на кого ставить, то это был бы ты, Гарри Поттер. Пока. Мариэтта кивнула Чжоу и ушла первой, оставив их стоять друг напротив друга. Гарри всё ещё был немного сконфужен словами Эджком, но сумел выдавить: — Ты в порядке? Чжоу, до этого провожавшая Мариэтту взглядом, вздрогнула, её миловидное лицо исказила неловкая улыбка. — Ты правда больше не посетишь кружок? — тихо спросила она. На фоне слышался шум, Гарри постарался не обращать на это внимание. Гермиона с Роном полностью взяли на себя толпу, так что переживать было не о чем. Тем более они стояли достаточно далеко от основной толпы. — Может я и буду иногда приходить, но я попросту уверен, что у меня не будет времени. СОВ и Министерство, сама понимаешь, — Гарри всё же взглянул на то место, где раздавался шум. Там близнецы устроили целое представление с тем, кому именно достанется поцелуй Анджелины Джонсон. Это вызвало у него улыбку, когда он вновь встретился взглядом с Чжоу. Её глаза были невероятно грустными. — Как ты можешь быть настолько сильным? Седрик умер у тебя на глазах, — тихо сказала она. Улыбка Гарри померкла. Именно Седрик Диггори стал последней нитью, что держала его желание сражаться. Он восстановился, нашёл новую цель, но смерть Седрика он не забудет никогда. Это и ещё очень длинный список вещей, за которые Волдеморт должен поплатиться. — Я просто нашёл новую цель в жизни. Его смерть теперь не так беспокоит меня как в раньше. Тебе следует жить дальше, Чжоу. Седрик был бы этому только рад, — он ободряюще сжал её плечо и постарался улыбнуться. Чжоу опустила голову, на её глазах образовались слёзы. Ему стало неловко, ведь он не знал, должен ли говорить что-то ещё. — Ты прав, Гарри. Я слишком долго цепляюсь за него, но это был Он. Мне с ним было так замечательно, я никогда не чувствовала себя счастливее. И тут. это всё пропало, — она подняла взгляд, её глаза были красными от пролитых слёз. — Спасибо Гарри. Зная, что я не одна кто скорбит о нём делает мне лучше. Она слегка качнулась вперёд, оставляя мокрый от слёз поцелуй на его щеке. Гарри прикоснулся к тому месту, на его лице было явное удивление, что заставило Чжоу рассмеяться, шмыгнув носом. — Ты мне нравишься, Гарри, правда. Вот только я не хочу связывать себя новыми отношениями так скоро, да и ты больше не выглядишь так, будто заинтересован во мне. Думаю, что я лучше сосредоточусь на учёбе и попробую стать лучшей ученицей шестого курса. — Это тоже из-за Седрика? — спросил Гарри, хотя уже знал ответ. Чжоу вытерла слёзы, её взгляд стал увереннее. — Нет, я стану лучшей потому что этого заслуживаю. — Прекрасный ответ для представительницы своего факультета. Удачи, Чжоу, я верю, что у тебя получится, — он широко улыбнулся и Чжоу ответила тем же. Она отошла достаточно далеко и перед выходом помахала ему рукой. Гарри кивнул и заметил как Анджелина быстрым шагом уходит из Выручай-комнаты. Разочарованный стон близнецов ясно говорит о том, что она отказала им двоим. Гарри покачал головой на такое ребячество и принялся взглядом искать Тома. Неужели тот уже ушёл? — Эй, не видели Тома? — спросил Гарри, подойдя к Рону с Гермионой. Те как-то странно переглянулись. — Он ушёл минуту назад, мы его не задерживали. Гарри нахмурился, это не было похоже на Тома. Обычно он всегда дожидался его после собраний. Впрочем, он всегда знал где его найти. — Вы справляетесь? Вас не засыпали вопросами? Гермиона отрицательно качнула головой. — Удивительно, но после твоих слов «совершенно секретно», у всех просто не возникло желания спрашивать, — сказал Рон, сложив руки на затылке. — И это были те, кто запросто поверил в историю, что ты наследник Слизерина. Должно быть ты их околдовал. — Не смешно, Рональд. Просто им достаточно было услышать «Дамблдор» и «Угроза Волдеморта», — сказала Гермиона, скрестив руки на груди. Все уже покинули Выручай-комнату, остались только они трое. — Иди, Гарри. Мы сменим комнату на какую-то другую. Он кивнул, ему правда хотелось поскорее найти Тома. Ведь даже ему он не говорил об этом приглашении. Оставалось надеяться, что его не сильно это задело.