Начало конца

Волдеморт рассматривал лежащего на кровати Поттера со смесью раздражения и облегчения. Рубашка на нём была грязной, часть была в крови, а в некоторых местах даже порвана. Мантию домовики сняли, а очки положили на столик с правой стороны кровати. На удивление парню ничего не понадобилось, кроме здорового сна. Тёмный лорд размышлял о своих дальнейших действиях. Его невмешательство в жизнь Избранного, этакая «свобода», которую он ему предоставил была излишней. Юноша действительно оказался очень находчивым, о чём говорили нынешние газеты с разных уголков мира, вот только консервативным британцам подобное показалось ударом по их достоинству. Не удивительно, что Руфус Скримджер, который оказался в центре внимания, так как был рядом с Тёмной меткой, попытался убрать Поттера. Куда, оставалось неизвестным, его люди отправились в каждый уголок Британии, чтобы выяснить это после сообщения от Амелии Боунс. Ему даже было немного жаль, что столько талантливых людей были не в его рядах, но виной всему его кровавая политика и теория превосходства чистокровных над магглорождёнными. Магглов он терпеть не мог и до сих пор испытывал к ним презрение. Вот только Гарри Поттер думал иначе. Если его теория окажется правдивой, а магглорождённые получат новый статус, то перед ним склонят голову даже чистокровные. Не из страха, а из уважения. Раньше подобная глупость задела бы его гордость, но сейчас. Зная, что Гарри является равным ему волшебником, которого он наделил частичкой своей души. Что ж, Волдеморт был не против разделить власть, только если это будет Гарри Поттер. Послышался стук в дверь и после сразу вошёл Антонин Долохов. Волдеморт лишь скучающе взглянул на него, не обращая внимания на очередную глупость. — Нашёл что-нибудь? Самым раздражающим в этой ситуации было то, что Волдеморт не ожидал, что он станет мишенью. Тёмную метку могут наколдовать только Пожиратели смерти, которых на подобном мероприятии и быть не должно, но теперь у волшебников не было сомнений, что это его рук дело. Что ж, каким образом Руфус бы не добился подобно, а он уверен, что это произошло не без вмешательства Альбуса Дамблдора, факт остаётся фактом. Гарри не просто выжил, он даже запомнил своего обидчика в лицо. Небось Министр Британии уже выражает траур по поводу произошедшего с Избранным, но это точно ненадолго. Никто не знает, что Гарри жив и Волдеморт надеется выжать из этого максимум пользы. Его возвращение должно быть громким, желательно прямо в кабинет Министра с обвинениями на языке. Это будет отличное представление. Долохов тем временем склонил голову в почтении и начал доклад: — Как вы и просили, я проверил все данные, связанные с Томасом Мальсибером. Также я оказался недалеко от Каледонского леса, в котором произошёл невероятной мощности пожар и нашёл там это. Долохов достал из внутреннего кармана мантии сложенный вдвое платок. Лорд протянул руку с длинными ногтями и у него в руках оказалась повреждённая палочка Гарри Поттера. Волдеморт прищурился, рассматривая обгоревшее дерево. Каким нужно быть идиотом, чтобы потерять волшебный инструмент? Хорошо, что сердцевина не была повреждена. — Отличная работа. Что-то указывающее на Министра? — он посмотрел в сторону темноволосого мужчины и тот покачал головой. На его лице возникла хищная улыбка. — Только один труп, что, могу с уверенностью сказать, дело рук Поттера. А ещё для пожара он использовал интересное заклинание. Такое, что я не сразу догадался, как его потушить. Магглы были перепуганы и эта новостная сводка теперь должна быть везде. Самое интересное, что после того как я расправился с огнём появился Дамблдор. Он был так взволнован, что даже не заметил меня. — Интересно, — пробормотал Волдеморт. Это означает, что Дамблдор не хотел убить Поттера. Вот только если это не то, что он планировал, тогда что? Он точно хотел обвинить в этом всём его, но было ощущение, что Тёмный лорд упускает частичку паззла. Причина, по которой он решительно захотел убрать его, зная о Пророчестве. О том, что его любимый Избранный не познает счастья, если убьёт его. — Так, по поводу Томаса. Люциус, конечно, хорошо поработал, но я привык действовать более радикально. И вот, таким образом я узнал, что у Мальсибера никогда не было сына с подобным именем. Либо он совсем другой человек, который зачем-то создал себе новую личность. либо. — Крестраж, — пробормотал Лорд. В его голове постепенно складывалась общая картина, новый ученик, хорошее отношение к Гарри, его слова в письме, что он связан с крестражами. Он холодно усмехнулся. Значит, Гарри по-прежнему продолжает играть с ним в игры? Интересно, это была его собственная идея, убрать того, кто убил его родителей взамен крестражу или Дамблдора? Лучше уж это будет второе, иначе он сомневается, что позволит Гарри отсюда выйти. Свобода делала его слишком храбрым и даже слишком опасным. Ему следовало запомнить этот урок ещё тогда, когда он узнал о Василиске. Томас. Это должен быть крестраж дневника. Вот только способ его воскрешения оставался неизвестным. Только если Поттер не пошёл на умышленную жертву, что было попросту невозможно, иначе Дамблдор точно бы избавился от него как от ещё одного разочаровавшего студента. Он лёгким движением достал свою палочку из держателя на правой руке, его глаза со змеиным зрачком ещё раз осмотрели лицо спящего Поттера, легко зацепляясь за шрам в виде молнии, скрытый чёлкой. В нём возникло желание применить Реннервейт, чтобы потребовать ответов сейчас, но он сомневался. Поттер был самоубийцей и если Тёмный лорд потребует ответить на что-то, то он скорее будет сопротивляться до последнего, чем удовлетворит его любопытство. Интересный и одновременно невероятно раздражающий юноша. — Может применить Леггелименцию, мой Лорд? Пока Поттер спит, это даже не побеспокоит его. — Хорошая идея, — сказал Лорд беря в левую руку палочку Поттера. Он слегка взмахнул ею, но та, ожидаемо, обожгла его. Волдеморт хмыкнул и положил её обратно в платок. — Отнеси в лавку Олливандера. Если моя оценка верна, то нужно лишь заменить дерево. Скажи, что это для Поттера и заплати, если потребуется. Олливандер обычно не задаёт вопросов, но и у него могут быть случаи-исключения. — Как скажете, мой Лорд, — Долохов забрал обратно магический проводник и поклонился. Он бросил на Поттера последний взгляд, перед тем как уйти. Лорд встал, слегка откинув мантию и направил на Поттера палочку. Он легко снял кулон, защищающий сознание своего носителя и с палочки слетело заклинание. На этот раз оно не было зелёного цвета и вскоре Волдеморт оказался во сне Гарри. Пространство было похоже на лес, оно тянулось бесконечно, лишь деревья и трава, да чёрное небо. С правой стороны послышался вой и Волдеморт легко наколдовал шар света. Это был лишь сон Поттера, его мысли находились за этим пространством, нужно было лишь найти выход. — Пойдём со мной, Гарри. Ты должен стать частью стаи. Незачем сопротивляться, ты мой обещанный приз. Волдеморт пошёл прямо на звук. Это было странным. Если это то, что произошло вчера, то ему следует убедится в этом лично. Снаружи Гарри выглядел вполне спокойно, не было похоже, что ему снился кошмар. Впрочем, он не мог утверждать это наверняка, ведь в его глубоком детстве он тоже не показывал свою слабость. Среди деревьев, на небольшом пустом пространстве, показался взъерошенный как воробей Гарри, его взгляд сверкал, а в руке была палочка. Поттер был зол и явно не собирался сдаваться, только потому что так сказал какой-то. оборотень? Фенрир Сивый стоял напротив Гарри, его руки были раскинуты в стороны, когти на руках растопырены, а сам он с жаждой смотрел на его человека. Волдеморт взмахнул палочкой раньше, чем успел осмыслить происходящее. Фенрир замертво упал перед Поттером, что заставило его удивлённо отскочить и обернутся в его сторону. Волдеморт плавно опустил палочку, встречаясь с горящими страхом изумрудами. Даже если Гарри не показывал это, то он был невероятно напуган, о чём свидетельствовал и его сон. — Ч-что ты здесь делаешь? — Гарри направил на него палочку, его взгляд осмотрелся по сторонам, видимо, в поисках других оборотней. Сколько их было на одного только Поттера? Волдеморт заставил себя успокоится, чтобы не стереть это пространство щелчком пальцев. Не хотелось бы пугать Гарри больше, чем сейчас. — Ты спишь, Гарри. И это твой сон. Гарри осмотрелся, его взгляд прояснился и пространство стало чуть ярче. Он сразу нахмурился, вновь возвращаясь взглядом к нему. — Какого хуя ты мне снишься? Я точно не мечтал о героическом спасении с твоей стороны. Волдеморт хмыкнул. — Может мне следовало подождать подольше и лично в этом убедится. Я проник в твоё сознание, Гарри, и теперь тебе пора проснутся. Не дожидаясь ответа от Поттера он выскользнул из его сознания и оказался сидящим на кровати. Не прошло и десяти секунд, как глаза Гарри под веками дрогнули и он открыл глаза. Гарри по привычке рукой потянулся к столешнице и надел очки. После чего сразу встал, подгибая под себя ноги и его опасливый взгляд уткнулся в Волдеморта. — Зачем ты рылся в моей голове? — слегка хриплым голосом спросил Поттер. Волдеморт щёлкнул пальцами и на столешнице оказалась тёплая чашка чая. Домовик должен был добавить туда пару капель восстанавливающего зелья. Гарри вздрогнул, когда послышался хлопок, но всё же потянулся к чашке, делая первый глоток и едва не давясь из-за того, что всё ещё смотрел на Волдеморта. Сам Лорд хмыкнул, на его лице возникла насмешливая улыбка. Ему это показалось до жути забавным. Гарри теперь явно был смущён. — Можешь расслабится, раз уж ты проснулся, то я не собираюсь лезть в твою голову. Твои секреты запросто могут быть раскрыты сывороткой правды, которая в чае, — Волдеморт наблюдал как Гарри, допивший чай, с ужасом смотрит на него и не удержался от небольшого смешка. — Это не смешно, у меня могут быть секреты и ты не можешь меня в этом обвинять, — раздражённо заявил Гарри, поставив чашку обратно на тумбу. Та сразу исчезла и он скрестил руки на груди, смотря на него с вызовом. — И что ты хотел узнать? Улыбка Волдеморта медленно исчезла, его взгляд стал серьёзным. Гарри был волком в овечьей шкуре и ему не следовало забывать об этом даже на миг. Простота Поттера легко сбивала с толку. — Уже узнал. Пока ты спал, мне много пришлось сделать, как и моим людям, которые вынуждены были тебя искать. Что от тебя хотели оборотни? Гарри посмотрел на него со смесью раздражения и лёгкой обиды. Это было что-то новое. — Разве ты не должен лучше знать? Именно ты прислал их убить Риту Скитер. Так считала большая часть Британии, но Волдеморт не думал, что Гарри в их числе. С другой стороны, он никогда и не говорил обратного. — Почему ты так решил? — всё же решил спросить он и Гарри ещё больше возмутился. — Может с того, что твоя благоверная Пожирательница продала меня?! Я думал, ты пообещал, что не тронешь меня, но вместо этого ты посылаешь за мной другого? Серьёзно? — Гарри было хотел продолжить возмущения, но Волдеморт перебил его: — Кто? — спросил он и продолжил до того, как Поттер добавил что-то саркастичное. — Гарри, мне не до шуток. Имя. — Беллатриса. Лестрейндж? Фенрир сказал только имя, поэтому я не уверен, что это она. И почему ты вообще спрашиваешь? Разве это не твоих рук дело? Волдеморт с силой подавил возникшее желание убить ведьму. У него было две просьбы. Всего две. Не высовываться и не причинять вред Гарри Поттеру. Ни под каким предлогом, даже если Поттер сам нашлёт на них пару проклятий, они не должны были и пальцем его трогать. Гарри Поттер принадлежал ему и он сам решал, что с ним делать. Гарри, заметив изменения в настроении Волдеморта, перестал хмуриться и чуть склонил голову. — Так. ты не знал? Новость о смерти Риты Скитер была минимум три выпуска. Тёмный лорд бросил на него холодный взгляд и Гарри замолчал, отводя взгляд. В зелёных глазах появилось секундное сомнение перед тем как тот выдохнул и прикрыл глаза. — Ладно, хорошо. Ты не был причастен к смерти Риты Скитер, но воспользовался этим в своих интересах, я правильно понимаю? На его слова Волдеморт ответил насмешливым тоном: — Удивительная сообразительность после столь глупого вопроса. — Не нужно меня в этом винить! — вновь вспыхнул Гарри. — Если бы ты хоть раз ответил на письмо, то я бы знал, что ты планируешь делать. Говорил, что через своих людей я буду в курсе событий, а получилось полностью наоборот! Волдеморт с некоторым удивлением наблюдал за возмущением подростка. Мало того, что тот обвинял его невесть в чём, так ещё и выставлял требования. Невероятная наглость для человека с его положением. — Помнится, ты хотел спокойствия. Я обещал не трогать тебя до Рождественских каникул, поэтому не понимаю твоего возмущения. Гарри открыл рот, его взгляд наполнился негодованием. — Я попросил ответить на письмо о литературе! Ты попросту это проигнорировал, разве нет? А если я поступлю вразрез с твоими «великими» планами и ты обвинишь в этом меня? — Не могу поверить, Гарри. Разве ты не тот, кто строит «великие», как ты сказал, планы за моей спиной? — Волдеморт прищурился, внимательно наблюдая за выражением лица Гарри. Тот слегка нахмурился, а потом прижал руку к груди. Кулона там не было. — Не понимаю о чём ты, — сказал он, его голос слегка дрогнул. Волдеморт хмыкнул, когда не смог прочитать его поверхностные мысли. Похоже всё не так безнадёжно как он изначально думал. Если попробует надавить сильнее, то Поттер несомненно заметит и вновь закроется. Нужно было набраться терпения и действовать осторожно. У него всё равно было существенное преимущество в виде обета. Тема с крестражами может подождать, если Поттер притащит «Мальсибера» с собой. Будет интересно посмотреть насколько тот отличается от него. — Думаю, что тебе следует стать более радикальным, Гарри. Ты выживший после прямой Авады и тот, кто прославился на весь волшебный мир победой над Тёмным лордом. Разве позволительно, чтобы какой-то волшебник, возомнивший себя справедливым, мог безнаказанно попытаться убить тебя? Пусть даже и не своими руками. Гарри сомневался. Это было видно по его взгляду, направленному на собственные руки. Волдеморт встал, проходя к столу, подобный тому, что стоял в его кабинете и взял кинжал, который вчера оказался у подростка в руках. На нём тонкой плёнкой была засохшая кровь тёмно-коричневого оттенка. Такая же была на красной рубашке Поттера. — Фенрир Сивый мёртв и именно ты стал его убийцей. Простая самозащита и множество спасённых жизней. В своё время я также планировал избавиться от магглов, ведь воочию видел на что они способны. Никакая магия не могла полностью защитить от ущерба, причинённого ими. Как ты там сказал? Против убийства невинных? Что, если это будет Руфус Скримджер? Ты бы пошёл на его убийство? Он обернулся на Гарри, который наблюдал за ним со своего места. На губах Лорда возникла усмешка, когда он подошёл обратно к кровати и протянул ему кинжал ручкой вперёд. — Ты не смог убить меня, когда у тебя была возможность, поэтому я понимаю почему ты считаешь мои ранние методы жестокими. Когда ко мне вернулась часть здравомыслия я понял, что это совсем не то, чего я хотел. Тем не менее абсолютный альтруизм в этом мире невыгоден. Если ты не выстраиваешь свои границы, то волшебники пользуются этим, они пытаются подавить тебя, сделать менее значимым, особенно те слабаки, которые считают себя лучше. — Именно поэтому я хочу наделить магглорождённых теми же правами, что и чистокровных, — сказал Гарри, бросив короткий взгляд на протянутый предмет и отказавшись его принять. Волдеморт хмыкнул и положил кинжал на столешницу. В то время как Лорд предпочитал радикально избавляться от ненужных обществу, Гарри рассказывал о взаимопонимании, которого можно достигнуть. Будь это война против мальчика с мышлением Дамблдора, то при его победе тёмные волшебники навсегда бы стали изгоями британского общества, а убеждения Гарри стали бы новым законом. Волдеморт был рад, что Поттер отличался, пускай это и означало, что Тёмного лорда он будет слушать также как и Дамблдора. То есть поступать по своему. — Но Руфуса нужно наказать, Гарри. Только ты можешь преподнести обвинения против Министра. Гарри посмотрел на него снизу вверх. Он с подозрением спросил: — Ты мне это рассказываешь, потому что хочешь обвинить Министра в чём-то ещё, не так ли? Лицо Волдеморта исказила ухмылка. — Правильная догадка. Ты же не думаешь, что я спущу ему с рук попытку обвинить меня в твоём исчезновении? Гарри вздохнул. Это можно было бы посчитать за разочарование, если бы Волдеморт не знал его лучше. — Ну да, конечно, как же иначе. Парень опустил голову, в его голове скользнула мысль «И почему я думал, что его волнует то, что меня пытались убить? Беллатриса небось просто получит предупреждение». Лорд сузил глаза и схватил Гарри за подбородок, заставив смотреть в его глаза. — Никто не смеет причинять тебе вред, пока ты на моей стороне, Гарри. Какие бы планы ты не строил за моей спиной, ты всё ещё связан со мной священным обетом. Никакие уловки это не изменят, - как нечто сокровенное прошипел Волдеморт. Его голос был низким и выдавал тщательно сдерживаемую злость. Глаза Гарри на секунду расширились, когда он встретился с алыми глазами, а после он сразу отбросил его руку, тоже неконтролируемо переходя на Парселтанг: — Тогда проследи за выполнением своих условий, потому что это дело рук одного из твоих людей, — теперь Волдеморт явно слышал, что Парселтанг Поттера сильно отличался. Это не было похоже на природную способность, он будто говорил интуитивно, без знания. Он вновь взглянул на шрам в виде молнии. Интересно, каким образом крестраж давал способности к змеиному языку? Из сведений Долохова, Гарри не только мог говорить, но даже смог применить магию, созданную лично Салазаром Слизерином и видоизменённую им же. Самим заклинаниям его научил крестраж-дневник, но вот насчёт применения. Это оставалось очередной загадкой. — Беллатриса Лестрейндж будет серьёзно наказана в назидание другим. Как я уже сказал, я не допущу подобного, пока ты находишься на моей стороне. Ты по-прежнему должен отправиться сюда, после того как с Министром будет покончено и, насчёт Томаса Мальсибера. Мне интересно услышать лично от тебя, каким образом он связан с крестражами? — Волдеморт вновь заговорил на английском, чуть отходя назад. Мнимое ощущение безопасности для Поттера, который сразу же напрягся и опустил взгляд. Он был похож на дикое животное, которое нападало только чтобы не дать себе навредить. Аналогия была забавной, пускай нынешняя ситуация по-прежнему раздражала его. — Он. нашёл крестраж-медальон, — осторожно сказал Гарри, не поднимая взгляд. Волдеморт прищурился, это было явное враньё. Либо её часть, ведь медальон действительно украл Регулус Блэк и так как уничтожить его было невозможно без достаточных знаний, то его вполне мог найти Гарри. — Откуда же ты узнал, как он выглядит? Гарри поднял на него осторожный взгляд и почему-то спокойствие Волдеморта заставило его плечи дрогнуть. Лорд перевёл взгляд на стол, ему сейчас не было до этого дела. Всё по-прежнему было под контролем, оживший крестраж лишь небольшая переменная, которая не сможет поколебать его. Лорд Волдеморт имеет больше опыта, чем дневник и они не смогут так легко от него избавиться. Ведь именно это и планировал сделать Гарри? — Можешь не отвечать, — тем временем сказал он спокойным тоном. — Всё дело в твоей волшебной способности видеть мои действия через шрам, не так ли? У меня нет настроения копаться в твоих маленьких секретах, так что оставим это. Домовик принесёт тебе чистую одежду, мне следует закончить дела. С этими словами он ушёл, оставляя молчавшего Гарри позади. Как только дверь за его спиной хлопнула, он дал волю своей тщательно сдерживаемой злости. Его челюсти сжались, когда он вновь подумал о Беллатрисе. Все Пожиратели должны были вернуться со своих заданий, в том числе и она. Он бы взял с собой Нагайну, ведь та любила подобные представления, но она сейчас отдыхала в выделенном для неё тёплом месте в другой комнате. Он не знал, влияние ли это крестража, но её состояние оставалось довольно нестабильным. Пускай поместье Малфоев и было огромным, все Пожиратели точно знали, что сейчас они должны находится только в одном. Раньше Волдеморт использовал бы подобное помещение для проведения пыток, но сейчас он раздаёт приказы, группирует власть, постепенно захватывая Министерство. Дамблдор пошёл на риск и провалился, Руфус теперь бесполезен, а значит следовало выжать из этого максимальную выгоду. Тёмный лорд толкнул дверь в помещение и собравшиеся Пожиратели тут же склонили головы, послушно ожидая его за длинным столом. Среди них также оказался Северус, который не появлялся на его собраниях очень давно. Лорд вызывал всех и его радовало, что среди Пожирателей не оказалось глупцов, посмевших нарушить его приказ. Единственными отсутствующими оказались Долохов и некоторые, отправленные в Министерство, работники. Он прошёл во главу стола, его взгляд упёрся в склонившую голову Беллатрису. На лице у той была улыбка, она была одной из тех, кто наивно думает, что Поттер мёртв. — Спешу обрадовать тем, что Поттер всё ещё жив, — начал он. Пожиратели переглянулись и выдавили из себя улыбки, неуверенные будет их Лорд рад этой новости или нет. Уголки губ Беллатрисы опустились, а её сестра — Нарцисса, наоборот, облегчённо выдохнула. Обет бы тут же убил бы Северуса, если бы мальчишка оказался мёртв, но он не мог винить Пожирателей в их недогадливости. Многие из них только вышли из Азкабана и не прошли достаточное лечение. Он продолжил: — Приоритет на нашей стороне, так как нападавшими оказались оборотни, которые пошли на контракт со Скримджером — нынешним Министром. Одного слова Избранного достаточно, чтобы маги обратили свои палочки против него, напрочь забыв обо мне. — Это замечательно, мой Лорд! Поздравляю, — воскликнула Беллатриса, её голос искрил радостью, которой она не могла ощущать. Волдеморт провёл пальцем по кольцу, которое уже не подавало признаков сознания. — Беллатриса, ты как всегда остаёшься очень искренней в верности мне. Пожирательница склонила голову, её глаза сияли, а щёки немного залило девичьим румянцем. Сидящему во главе стола Волдеморту показалось это отвратительным. Он достал волшебную палочку из тиса и встал. Остальные Пожиратели сразу же напряглись, они сразу заметили перемену в его настроении, пускай в последнее время он и не применяет пытки. Не так часто, как мог бы. Аларих бросил на сидящую рядом Беллатрису любопытный взгляд, а Барти усмехнулся, склонив голову. Лорд положил руку на плечо женщины и та слегка вздрогнула. — М-мой Лорд? — слегка дрогнувшим голосом спросила Беллатриса. Он холодно улыбнулся. — Как часто вы разбрасываетесь подобными наречениями, не вкладывая истинного смысла в эти слова. Раз уж я ваш Лорд, то мои слова должны быть для вас законом. Не так ли, Беллатриса? — Д-да, мой Лорд, так и есть, — она сглотнула, не шевелясь, пока остальные Пожиратели затаили дыхание. Он указал палочкой на её затылок, раздумывая какое проклятие окажется достаточным для той, что посмела тронуть Поттера. Круциатус он применял часто, но в этом случае он хотел что-то назидательное. Волдеморт взмахнул палочкой и из рта Беллатрисы полилась кровь, она начала задыхаться. — Вот что бывает с лгунами, посмевшими ослушаться моего прямого приказа. Я дал тебе возможность сказать правду, дорогая, но ты оказалась слишком уверенной в себе. — В чём её грех, мой Лорд? — воскликнул её муж, Родольфус. Остальные молчали, пока ведьма продолжала медленно истекать кровью. Каждый её выдох сопровождался ещё большим её количеством, ведь в этом и заключалось проклятие. Она посмела соврать ему прямо в лицо и именно за это и расплачивалась. Каждый вдох резал лёгкие тысячами иголок, а выдох сопровождался муками. Волдеморт позволит ей пожить подольше, чтобы она могла осознать вес своего греха. Он был мастером в скрещивании двух заклинаний и этот был не исключением. Удовлетворённый оказанным эффектом Лорд любезно ответил: — Она посмела натравить на Поттера оборотней и только из-за неё Министр знал куда отправить Гарри на верную смерть. Может Фенрир и не планировал его убивать, но это уже и не важно. Тот, кто посмеет даже помыслить о нарушении, будет страдать также. Он отошёл от Беллатрисы, слышны были лишь её муки. Нарцисса не выдержала, она схватила Волдеморта за рукав мантии, умоляя, стоя на коленях: — Не убивайте её, мой Лорд, она больна! Я лично прослежу, чтобы она прошла обследование в Мунго, прошу вас. Она моя сестра. Волдеморт остановился. Беллатриса упёрлась лбом в стол, Пожиратели отодвинулись от неё подальше, некоторые сдерживали рвотные позывы, пока всё пространство медленно становилось более грязным. Он вспомнил страх Гарри перед Сивым и легко выдернул рукав из рук Нарциссы. — Нужно было позаботится об этом раньше, — холодно бросил он и двинулся дальше. Нарцисса не отступила, она схватила его за полы мантии, склонившись в унизительном положении. Её глаза наполнились слезами. — Прошу, лишите её языка, чтобы она не смогла произносить заклинания, но оставьте в живых. Мой лорд, пожалуйста. Волдеморт прикрыл глаза. Что ж, это было неплохой альтернативой, учитывая, что Малфои были его верными слугами. Он повернулся к Беллатрисе и вновь взмахнул палочкой, та хрипло вдохнула и сразу закашлялась. Вместе с кровью, она также выкашливала часть лёгких. — Северус, позаботься об этом. Также как и о сказанном Нарциссой после того как вылечишь её. Лежащая у его ног женщина продолжала плакать, сжимая края мантии. Волдеморт схватил её за локоть, поднимая и та замерла, склонив голову. Когда он отпустил её, та продолжила стоять, слёзы больше не текли из её глаз. Ведьма быстро вспомнила про своё достоинство. — Ты храбрая женщина, Нарцисса, но ты должна понимать, что проступок твоей сестры перешёл допустимые границы. Я позволил ей жить только из-за твоей верности ко мне, но второго подобного шанса не будет. Нарцисса прикрыла глаза и кивнула. — Я хочу отправится к моей сестре. Если от меня больше ничего не требуется, то могу ли я уйти? — Иди, — легко отпустил её Лорд и та ещё раз поклонилась, даже не тратя время на благодарности. Она посчитала достаточным одни свои мольбы. Лорд холодно взглянул на остальных Пожирателей. — Убедитесь, что сегодняшний урок усвоили все. Лорд Волдеморт больше не даст такой поблажки никому из вас. Гарри Поттера никто не посмеет тронуть даже в средствах самозащиты. Я ясно выразился? — Да, мой Лорд, — прозвучало от остальных практически синхронно. — Отлично. Тогда продолжим собрание. И если Беллатриса Лестрейндж теперь в страхе будет отводить взгляд от Гарри Поттера, то он точно будет знать причину и больше не усомнится в том, что Волдеморт верен своим словам.