Бонус 3
16 октября 2025 г., 02:05
— Ты думаешь о тех чипсах.
— Да, — твоя нижняя губа дрожит, и на глазах выступают слёзы. Чёрт.
— Нет-нет, милая, всё в порядке, всё хорошо, — он притягивает тебя ближе, гладит ладонью твой живот, шепча тебе в висок, пока слёзы катятся быстрее, плечи начинают трястись, — Я знаю, я знаю.
— Я п-просто очень хочу и-их.
— Ох, мама, я знаю. Прости, — Сейчас пять часов утра. Магазин откроется только в полдень, но ты уже больше часа не можешь устроиться в постели: ворочаешься, стонешь, пока малыш толкается и пинает твои органы. Ты измотана, и он это ненавидит.
Для него это новое. Его не было рядом, когда ты была беременна Орионом, а последнюю часть беременности с Никс ты провела в коме. Теперь же он одновременно в ужасе от того, что делает с твоим телом эта последняя беременность, и без конца восхищён тобой — хотя это и так неизменная константа. Он любит свою дочь, но очень хотел бы, чтобы она дала тебе хоть немного передышки.
— Как только они откроются, я сразу схожу и куплю тебе, ладно? — наверное, он уже держит тот магазин с чипсами на плаву. Каждый раз, когда идёт туда, приходится покупать на всех, иначе дети сначала налетают на его порцию, а потом переключаются на твою. А Орион вообще никогда не перестаёт есть.
— С уксусом, — шмыгаешь носом и требовательно добавляешь, хотя знаешь, что на самом деле тебе не нужно ничего настаивать. Он даёт тебе всё, что ты хочешь. Он прижимается губами к твоему лбу, его пальцы массируют твои бёдра, разминая усталые мышцы и кости, двигаясь к пояснице, пытаясь хоть немного снять боль и напряжение.
— Больше никаких детей, — поклялась ты ему две недели назад, поднимаясь по лестнице на приём к врачу, задыхаясь уже к середине пути.
— Больше никаких детей, — согласился он со скривившейся улыбкой.
— Я знаю, мама. С уксусом.
