Блеск агатовых звезд

      Холодное и мрачное помещение подземной тюрьмы, куда не попадал ни единый лучик света, было пропитано запахом пота и давно высохшей крови. В этом зловещем месте, где стены казались живыми, шепча древние проклятия, каждый шаг отзывался эхом, словно призраки прошлых узников следили за каждым движением. Я неторопливо спустился вниз по крутой узкой лестнице и осмотрелся по сторонам. Благо, тому способствовали внезапно зажёгшиеся факелы, которые хоть и отбрасывали на стены причудливые тени, но совсем не дымили. Забавно, очень забавно. Давно я не встречал подобных интригующих загадок. Однако тратить драгоценное время я не спешил. Ведь мой приход сюда, в тюрьму на краю мира, нес более важный подтекст.       Когда увязавшиеся за мной стражники спустились по лестнице, воздух вокруг нас стал гуще, словно пропитавшись древней магией. Чувство безысходности и неконтролируемый ужас навалились на плечи, заставляя мечтать о побеге. Однако я не мог поддаться греховному искушению, поэтому, стиснув посильнее руки в кулаки, да так, что кровь пошла от ногтей, начал внимательно искать подсказки. Оказалось, что стены тюрьмы были покрыты странными руническими символами, которые начинали светиться мягким, зловещим светом, как только я к ним приближался. Эти символы, казалось, пульсировали в такт моему сердцебиению, создавая ощущение, что сама тюрьма жива и наблюдает за мной.       Из глубины коридора донесся тихий, едва уловимый шёпот, как будто голоса давно забытых душ пытались передать мне своё послание. Вдруг один из факелов вспыхнул ярче, и в его свете я увидел тень, которая не принадлежала ни одному из предметов вокруг. Эта тень двигалась самостоятельно, словно была живым существом, и по счастливому стечению обстоятельств, направлялась ко мне. Как раз в этот момент на полу я заметил старинный амулет, покрытый вековой пылью. Подвеска была удивительно красива и загадочна. Она была сделана из тёмного металла, который, несмотря на место пребывания, сохранял свой блеск и благородство. В центре амулета находился крупный драгоценный камень, переливающийся всеми оттенками синего и фиолетового. Я не мог на глаз определить, что это был за камень, но и оторвать свой взгляд не спешил, ведь, казалось, что внутри него была заключена сама ночь. Вокруг же были выгравированы древние символы и руны, которые в темноте светились мягким, едва заметным светом. Цепочка амулета была тонкой, но прочной, и на каждом её звене можно было разглядеть мелкие узоры, напоминающие сплетение ветвей. Эта драгоценность явно была создана с особым мастерством и определенно обладала магическими свойствами. Его вид внушал одновременно трепет и восхищение, словно он хранил в себе множество тайн и загадок.       — Цзюнь-шан, - почтительно поклонившись, обратился ко мне один из стражников. — Разрешите доложить!       Не обращая никакого внимания на уродливого демона подле себя, я великодушно махнул рукой, призывая продолжать говорить.       — Докладываю! Мои люди осмотрели каждый закоулок этой проклятой тюрьмы, но ничего не обнаружили. Решетки открыты, камеры пусты. В-вы… - охранник робко запнулся, сглатывая слюну, но все же продолжил: — Цзюнь-шан уверен в верности расположения тюрьмы?       Я тихо рассмеялся, что в звенящей тишине окружения звучало откровенно жутко и зловеще.       — Хм, уверен ли я? – невозмутимо поинтересовался я, а мои глаза, сверкающие в полумраке алым светом, встретились с глазами стражника. — Эта тюрьма существует вне времени и пространства. Она не подчиняется законам смертных.       Демон, стоящий рядом, издал низкий гортанный звук, словно подтверждая мои слова. Я сделал шаг вперед, а он невольно отступил, чувствуя холод, исходящий от меня. Страх – мощный рычаг давление на слабых. Но как же я искренне устал от раболепного подчинения.       — Цзюнь-шан, — начал охранник снова, стараясь говорить, как можно увереннее, — если эта тюрьма действительно существует вне времени и пространства, то как мы можем быть уверены, что заключенные не нашли способа сбежать?       Я снова рассмеялся, на этот раз громче, и звук моего смеха эхом разнесся по пустым коридорам тюрьмы.       — Ты думаешь, что смертные могут обмануть древние силы, которые управляют этим местом? — спросил я, приближаясь к стражнику. — Нет, они не сбежали. Они просто… исчезли. Или, - я невольно кинул взгляд на все ещё лежащий в пыли амулет, — их здесь и вовсе никогда и не было.       Я поднял голову и лицом к лицу столкнулся с плотной, но бесформенной тенью. Она зависла прямо передо мной. Однако, казалось, лишь я один способен её видеть.       «Возьми его», - шипяще прошелестела тень, от чего я невольно нахмурился. Доверие к чему-то настолько подозрительному было минимальным. Но разве ж я был в том положении дабы противиться?       — Продолжайте поиски, - вслух отдал я приказ стражникам и, как только они скрылись в бесконечности коридоров, обратился к тени: — где он?       «Амулет. Возьми его», - настойчиво повторила тень и растворилась в тиши залы, оставляя меня наедине с самим собой.       Я сделал несколько шагов к стене, присел и протянул руку к амулету. Драгоценный камень, словно ощутив стук человеческого сердца, приветливо мигнул фиолетовым блеском и завибрировал, вынуждая меня замереть. Действительно ли я поступаю верно? Окупит ли возможная жертва мои ожидания? Или же я еще больше погружусь в пучину ненависти и тьмы?       Каждый человек в этом мире рано или поздно проходит пять стадий принятия неизбежного. И я, как не странно, оказался далеко не таким исключительным, как считал. Ведь точно также подвергся этой, на первый взгляд, странной психологической теории.       Когда я только вернулся обратно из того чудного мира, где тишь и благодать, я долгое время не мог смириться с действительностью. Правда ли то, что я видел? Или все это галлюцинации измученного ядом разума, который я по чьему-то злому умыслу выпил на праздничном пиру в честь черт знает какого там события? Я бы не сильно удивился, если бы это было действительно так. У Повелителя Демонов, что огнём и мечом прорубил себе путь к власти, очень много недоброжелателей. Ещё больше их стало, когда выяснилось моё истинное наследие крови, а именно то, что я полукровка. И вишенкой на торте стали новости о моей неконтролируемой жажде крови и алом безумии, что были моими извечными спутниками с того самого момента, как я впервые взял в руки Синьмо. Не то, чтобы злые языки меня хоть как-то волновали. Просто… решил в кои-то веки поделиться своим мироощущением. Не более.       Со временем я осознал, что путешествие сквозь время и пространство действительно имело место быть. Причиной такого трезвого суждения стали отнюдь не вопли моего обширного гарема, что откровенно убивался из-за исчезновения своего Повелителя. Надо признать, нежные розы были бы даже рады избавиться от столь непостоянного господина, что повторным взглядом окидывал не каждую из них. И даже не причитания старых советников, что били челом о землю, стоило им лишь завидеть мою тень. А растрёпанная коса в собственных длинных волосах, что любовно была перевязана шелковой лентой насыщенного изумрудного цвета. Фу! Отвратительно! Тот самый оттенок, от одного взгляда на который начинает мучительно тошнить и тянуть где-то под рёбрами. Будь моя воля, уничтожил бы всякое напоминание о нем. Ох, постойте-ка. Да я же так и поступил, стоило лишь Царствам Людей и Демонов слиться в единый хаос!       И тем не менее эта лента цвета сочной летней травы после дождя не покидала моего поля зрения ни на мгновение. Я ел с ней, пил, спал, воевал. Дьявол! Я даже трахался с милыми госпожами, смотря исключительно на эту бесполезную вещь. И знаете, что до смешного иронично? Бинхэ младший, что был мне верным другом не в одном «бою», стоял по стойке смирно гораздо дольше, чем обычно. То ещё, скажу я вам, садистское удовольствие. Мне и так приходилось переступать через себя, ложась в постель с очередной безмозглой и ревнивой дурой, что готова была раздвинуть ноги лишь после одной моей улыбки. А теперь ещё этот акт «истинной любви» необходимо было терпеть гораздо дольше. Я даже подумывал о том, чтобы заняться рукоблудием. Да пользы от этого было, что с козла молока.       Поэтому я выбрал путь наименьшего сопротивления и в один из вечеров, выпив больше положенного, сжёг эту злополучную ленту изумрудного цвета, в надежде забыться. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон. Я думал, что, избавившись от предметов прошлого смогу побороть внезапное искушение. Но не тут-то было. Словно опиумный наркоман, я снова и снова возвращался к воспоминаниям того злосчастного дня, в котором была воспета нежность и доброта ублюдка Шэнь Цинцю. И зачем я только позволил себе попробовать его на вкус? Наверное, в тот момент мне казалось это забавным. Ведь он – мой далеко не святой учитель – даже под извращенными, зверскими пытками был полон лишь желчи и злобы. Все остальные чувства ему, как будто, были чужды. И это, несомненно, сводило меня с ума. Я хотел добиться от него хоть какого-то отклика, хотя бы каплю внимания. Но, к сожалению, мне этого не удалось.       Но с этим Шэнь Цинцю – учителем неумелого молокососа – было все иначе. Казалось, что его безупречному лицу творец уделил пристальное внимание. Хоть оно на первый взгляд и казалось холодным и отчужденным, словно гипсовая маска, на самом деле – излучало тысячу эмоций: от удовольствия и радости до горя и ненависти. Омерзение, презрение, страх, боль, возбуждение и ещё сотни и сотни мелких колебаний, которые так приятно было изучать. Я наслаждался каждым мгновением наедине с этим человеком и мечтал о чем-то большем. Даже его враждебность по отношению ко мне казалось чем-то сексуальным и возбуждающим. Звучит дерьмово, не так ли? Но поруганная однажды собака все равно будет хотеть ласки и внимания. Ведь таковой её воспитал человек. И почему-то я был глубоко убеждён в том, что этот Шэнь Цинцю мог подарить мне заботу, в которой нуждалось моё сердце (хоть я и никогда не признаю этого вслух).       Увы, Учитель всегда остаётся Учителем, в каком бы мире он не существовал. Когда настало время уходить, он грубо отверг мою добрую волю и отказался от всех предложений, лишь бы остаться с дешевкой. Был ли я зол? Ох, несомненно. Опечален? Немного. Ждал ли я иного исхода? Нет, совсем нет. Я давно привык к душевному одиночеству, ведь не мог позволить себе снова кому-то довериться. Быть одному было спокойно и не тяжело. Просто продолжай плыть по течению. Сноси горы, осушай моря. Трахай шлюх, что кажутся принцессами, и всегда широко улыбайся. Ведь улыбка – отличный способ справиться со своими проблемами, подавить страхи и скрыть боль.       И все действительно вернулось на круги своя. Войны, заговоры, мятежи, предательства. Мгновения нежности и показной любви. Раны, кровь и все по кругу. Бесконечный, бессмысленный цикл, в котором со временем обнаружилась самоирония. Я вновь стал слышать голоса. Громкие, тихие, раздражённые, мелодичные, хриплые и настойчивые. Сотни и тысячи голосов, что всегда призывали к насилию. Ах, ха-ха-ха. Смешно. Я думал, что мой разум – это крепость из камня и стали. Но стоило пойти небольшому весеннему дождю, как сплав покрылся ржавчиной, а камень начал разрушаться. Столько пройти и вновь оказаться во власти меча и первобытных инстинктов? И все из-за гребанного Шэнь Цинцю!!! Что б тебя, ублюдок! Всегда и во всем виноват ты!.. Почему даже сдохнув, ты никак не можешь оставить меня в покое?       Синьмо питал меня гневом, вскармливал жестокость и добавлял мне сил. То было воистину чудовищное, омытое багряной кровью время. Упиваясь яростью и досадой, я уничтожил десятки мелких демонических племён, взял под контроль тысячи ли территорий и разорил не одну школу благородных заклинателей. Но сиюминутная радость не могла насытить мой неконтролируемый гнев. С каждым днем он горел все ярче, сильнее, настойчивее. Пока однажды ненависть не поглотила меня без остатка, заставив торговаться с судьбой. Не за свою жизнь, нет, но за чужую. Я возжелал того, кого ненавидел всей душой и телом. И так как его уже давно не было в этом мире, я решил украсть того, другого. Ведь мы, по сути, с той бесхребетной шавкой один и тот же человек. Так почему я не могу его заполучить? Даже если мне придётся держать «любимого» учителя на привязи, в закрытой комнате я никогда не отступлю. Он будет принадлежать лишь мне и петь только для меня. Разве это не чудесно?       Приняв неожиданное решение, я попытался осуществить свой план. Благо Синьмо был прекрасным инструментом по выполнению моей вожделенной мечты. К несчастью, мои надежды и чаяния не оправдались. Я не то, чтобы вновь увидеть макушку желанного объекта не смог, у меня даже дыра в пространстве не прорывалась. Чтобы я не делал, как сильно не питал демонический меч кровью, я все также оставался у разбитого корыта. Неужели он так сильно не хотел меня видеть, что как-то повлиял на суждения мальчишки? Они наверняка что-то сделали с Синьмо, чтобы я больше никогда нет смог побеспокоить их покой!.. Да чтоб тебя! Почему только я недостоин любви и заботы? Разве мне не бывает больно, обидно и грустно? Неужели в чужих глазах я не достоин быть даже человеком? Почему? Почему? Почему?       Что я сделал не так? Я просто пытался отомстить тем, кто причинил мне боль в прошлом, отстоять свое мнение и, наконец, почувствовать облегчение. Почему возмездие за грехи – это нечто неправильное? Люди получают лишь то, что заслужили. Они бы все равно страдали. Я лишь ускорил этот процесс и внёс некоторые коррективы. Так почему, в конечном итоге, единственным, кто испытывает мучения являюсь я? Неужели это моё судьбоносное возмездие? Нет! Этого не может быть. Я просто хотел излить свои чувства. За что меня наказывать? Почему я в принципе должен был проходить через все это? Дети не несут ответственности за поступки своих родителей. Но складывается впечатление, что со мной все иначе. Словно все горести, что выпали на мою долю с самого рождения, это месть за действия отца и матери. Какого Дьявола? Лучше бы я и вовсе не рождался.       Да, прекрасная мысль. Великолепная и здравомыслящая. Если я найду способ вернуться в прошлое, то… То, собственно, что? Найду родителей и не позволю им любить друг друга? Я даже не знаю, кем они были и почему оставили меня. Да и мне, если честно, не больно хотелось это знать. Но даже знай, кто они, я вряд ли бы решился им помешать. Ведь в глубине души, в очень-очень глубокой её части, я тот ещё трус. Я не могу позволить себе исчезнуть! Эгоизм во мне сильнее здравого смысла, потому что, не научись я ставить себя превыше всех остальных, давно бы распрощался с жизнью. Ха-ха. Какой-то замкнутый круг получается. Жить мечтая умереть, но бояться смерти во имя вечной жизни. Разве я не круглый дурак?       Именно так, в поисках экзистенциального смысла и тяжёлой клинической депрессии прошли следующие полгода моей жизни. Я-то грустил, то радовался без причины, то по несколько дней не выходил из своих покоев. За это время я многое успел надумать и осознать. В основе любого процесса лежит начало и конец. Как свет не может существовать без тьмы, так и человек не может быть исключительно добрым или злым. Я наивно стал боготворить человека, не совсем понимая, каков он на самом деле. Даже если смог бы заполучить в руки свою голубую звезду, рано или поздно я бы в ней разочаровался. Или же в самом себе. На самом деле не важно, как и почему. Главное, что сожаления в любом случае вошли бы в мою жизнь. А я так устал придаваться отчаянию. Поэтому, наверное, даже хорошо, что… Нет! В этом определённо нет ничего хорошего! Сдаться – это все равно, что проиграть. А я не тот человек, который терпит поражения. Я – победитель. Во всем и всегда. И одно мелкое недоразумение не может сломить мою волю к победе.       И для того, чтобы сломать уже устоявшуюся систему и достигнуть невозможного счастья, я должен ещё чуть-чуть поднапрячься. В моем понимании, счастье – это когда на твоей стороне есть кто-то, кто безоговорочно тебя поддерживает. Да, у меня есть многочисленный гарем из красивых и благоухающих роз, боеспособная армия демонов и верные приспешники. Но все они непостоянны, а нерушимая верность куплена монетой да силой. Как только я лишусь хотя бы одной из характеристик, то стеклянный замок падёт, оставив меня под прозрачными обломками. Я уже однажды пережил подобный опыт и вновь проходить через нечто похожее я не желал. А значит мне необходимо было найти свой цветущий оазис и превратить его в свой дом.       Конечно, сказать оказалось проще нежели сделать. Артефакты, что были найдены мною во всех уголках Вселенной, были бесполезны пред моей просьбой. Старцы и мудрецы молчали, а полки библиотек полнились лживой и сказочной информацией, которая, хоть и давала ложную надежду, но не могла в полной мере умерить мой аппетит. И вот когда я уже был готов сдаться и раз и навсегда побороть свою одержимость, в одном из залов Священного мавзолея я нашёл древний фолиант. В нем вскользь упоминалось о некой тайной тюрьме на краю мира, где был заточен один единственный заключённый, который, по слухам, был способен исполнить любую заветную мечту. Фантастически, как не посмотри. Но для изголодавшегося путника, что жил напрасными надеждами, даже этих ничтожных крупиц было достаточно, чтобы продолжать двигаться вперёд.                     Именно так большие надежды и горькие сожаления заставили меня действовать и привели в тюрьму на краю мира. Поэтому, не раздумывая более не минуты, я поднял с пола старинный амулет. Драгоценный камень вновь мигнул магическим светом, за которым последовала яркая фиолетовая вспышка. Я инстинктивно зажмурился, а когда вновь открыл глаза окружающая обстановка полностью изменилась. Меня окружала фантастическая природа, которая была, словно из сказки. Высокие деревья с серебристыми листьями мягко шуршали на ветру, разнося по округе свою печальную песню. В воздухе витал аромат незнакомых цветов, а где-то вдали слышался мелодичный птичий щебет. Земля под ногами была покрыта мягким мхом, который светился слабым зеленоватым светом, а цветы, что стелились пестрым ковром, не были похожи ни на один известный мне вид.       Очарованный первозданной природой, я сделал несколько шагов вперед, и передо мной открылся вид на величественный водопад, сверкающий в лучах солнца. Вода падала с высоты, разбиваясь о камни и создавая семицвет в брызгах. Вокруг водопада росли необычные растения, их листья переливались всеми цветами радуги. Здесь было очень легко дышать, а тело наполнялось такой лёгкостью и смелостью, как будто воздух был пропитан чистейшей горной ци, которую после падения школы Цанцюн я никогда более не встречал. Вдруг я заметил, что на одном из камней у подножия водопада сидит фигура в темном плаще. Она медленно подняла голову и посмотрела прямо на меня, от чего вниз по позвоночнику скользнула крупная дрожь. Забавно. Я давно уже не испытывал страха ни перед чем в этом мире. Но одного взгляда этого древнего существа оказалось достаточно, чтобы я ощутил тревогу.       — Я знаю, кто ты! – послышался из-под капюшона мелодичный женский голос, который независимо от моего желания врезался в память. — И так же знаю, зачем ты сюда пришёл.       Фигура в плаще медленно встала, заставив меня подсознательно задохнуться. От незнакомки исходила такая мощная и благородная аура, что было совершенно неудивительно, что некто когда-то запечатал её здесь. Ведь, казалось, что даже четвёртой части её силы достаточно, дабы уничтожить мир. Я ожидал многого от бессмертного существа, но, когда она сняла с головы капюшон, я удивленно вскинул брови. Предо мной предстала очень красивая, молодая девушка с огненно-рыжими волосами, что каскадом спадали на её плечи. Её бледная кожа была практически прозрачной, а лицо тонким и изящным. Но главное – это её глаза цвета шафрана с вертикальными змеиными зрачками, в которых светился древний и мудрый огонь.       — Но, - вновь заговорила девушка, сладко улыбнувшись, — уважь меня и повтори. Чего ты желаешь больше всего на свете?       Словно в тумане, я сделал несколько шагов вперед, неотрывно смотря на красотку. Я не особо хотел делиться своими переживаниями с посторонним человеком, но под её пристальным взглядом не смел оказать сопротивление.       — Справедливости, - на одном дыхании признался я. — Я желаю подлинной справедливости.       В воздухе разлился нежный девичий смех.       — Справедливость… - повторила она, как будто пробуя слово на вкус. — Это благородное желание, но оно часто бывает обманчивым. Разве является справедливостью страстное желание отнять любовь у другого человека? – незнакомка слегка прищурилась. — А ведь именно к этому и стремится твоё истерзанное сердце.       — Я лишь хочу получить то, что заслуживаю, - сквозь зубы прошипел я, вскользь вспоминая несправедливость этого мира. — Не больше и не меньше.       — Заслуживаешь? – приподняла рыжеволосая бровь, а её глаза блеснули любопытством. — И что же это такое, что ты считаешь своим по праву?       Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри меня закипает гнев.       — Я заслуживаю мира и покоя, - ответил я, стараясь держать голос ровным. — Заслуживаю все то, что…       «… имеет тот, другой», - последние слова я, конечно же, проглотил. Ведь не совсем верил в то, что девушка меня поймёт. Если честно, я и сам не до конца разгадал, как одновременно могли существовать два одинаковых человека и мира. Но за свою достаточно долгую жизнь я повидал столько всего необычного, что уже просто предпочитаю не зацикливаться. Однако похоже моё надменное высокомерие лишь позабавило незнакомку, так как она улыбнулась мне ещё шире и слаще.       — Зависть – самое отвратительное чувство в мире. Однако, - рыжеволосая призадумалась, кокетливо накручивая локон на палец, — оно присуще каждому живому существу на этой земле. Не ты, не даже я не можем его избежать. Поэтому я все ещё с тобой говорю.       — Да, ты права, - кивнул я, соглашаясь, а уголки моих губ поползли вверх. — Зависть может быть разрушительной. Но иногда она лишь отражает наши самые глубокие желания и стремления.       Древнее существо внимательно посмотрело на меня, её глаза блестели любопытством и, возможно, пониманием.       — И что же ты собираешься делать, чтобы получить то, что считаешь своим по праву? — спросила она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась скрытая сила.       Я вздохнул, пытаясь успокоить бурю внутри себя.       — Я готов бороться за это, — ответил я твёрдо. — Готов пройти через любые испытания и преодолеть любые преграды. Потому что мир и покой — это не просто слова для меня. Это то, что я заслуживаю.       Девушка кивнула, её улыбка стала чуть менее насмешливой.       — Тогда тебе предстоит долгий путь, — сказала она. — Но если ты действительно веришь в свою правоту, то, возможно, ты сможешь достичь своей цели. А я, так уж и быть, стану твоим проводником.       — То есть… - не совсем веря в происходящее, недоверчиво переспросил я. Рыжеволосая же на это лишь хмыкнул и молниеносно оказалась подле меня, заставив моё сердце в очередной раз за встречу екнуть.       — Все верно, - нежно улыбнулась она, скользнув пальчиком по моему подбородку. — Я подарю тебе шанс на твоё долго и счастливо. Но взамен, - девушка приподнялась на носочки и шепнула мне на ухо, словно любовнику, — я заберу у тебя все, что тебе принадлежит. Статус, власть, деньги, силу. Ты лишишься истории и своего имени. Даже кровь обратится в водицу. Готов ли ты, - она отодвинулась от меня и вновь заглянула в глаза, — отказаться от всего, в надежде на призрачный шанс на удачу?       Я тихо рассмеялся, вызывая лёгкое недоумение на лице древнего существа.       — Так просто? – вопросительно вскинул я бровь. — Я уж подумал, что ценой станет твоё освобождение.       — С чего ты взял, что оно мне необходимо? – вопросом на вопрос ответила она. — Я нахожусь здесь по собственной воле и мне нет нужды покидать это место, ведь это, - незнакомка окинула широким взглядом природу вокруг, — мой дом. А теперь скажи мне свой ответ.       — Разве ты его уже не знаешь? – насмешливо переспросил я. Ответ был очевиден с самого начала и мне не было нужды сотрясать воздух напрасно.       Рыжеволосая девушка, которая до последнего так и не открыла мне правду о своём происхождении, лучезарно улыбнулась мне и, стремительно поддавшись вперёд, накрыла мои губы своими. Это горячее соприкосновение стало последним, что я запомнил, ведь дальше все вокруг погрузилось во тьму.