Кафе на 5-ой авеню

      — …И запомните, Стивен. Сейчас он нестабилен. Будьте предельно внимательны к тем словам, что вы говорите, — Гермиона Поттер передавала последние наставления перед тем, как пустила бы Стивена Роджерса к Баки.       — Хорошо, доктор, — сказал Стивен и стараясь не отставать. Он шел по коридорам Башни Старка и чувствовал, как бьется его сердце. Когда Клара сказала ему о том, что тот самый тип, напавший на Фьюри — это на самом деле Баки Барнс, Стивен ощутил весьма богатую палитру эмоций. Радость от того, что старый друг, которого он считал мертвым, жив и смятение от того, что он, оказывается, все эти годы был убийцей на службе ГИДРЫ. И это только небольшая часть всего того, что он испытал в этот момент. Благо, Клара была рядом и ему было кому выговориться.       Так что сейчас он шел за доктором Поттер в относительно нормальном состоянии, прокручивая в своей голове то, как вообще должна пройти эта встреча. Будет ли Баки рад его приходу? Насколько он изменился? Почему ему сказали так поздно? Вопросы возникали в его голове и исчезали со скоростью пулеметной очереди, а сам Стивен все шел и шел пока они вдвоем не достигли до бронерованной двери.       — Что же, мы на месте. Удачи, Капитан, — кивнула она ему и, открыв специальную панель, ввела код от замка, после чего дверь открылась.       — Хорошо. Я пошел, — сказал Стивен и, кивнув доктору, вошел в комнату. Палата не представляла собой ничего особенного. Таких Стивен за свою жизнь повидал многие десятки. Разве что наличие большого количества специальной техники, да отсутствие окон бросались в глаза. Но и это не отвлекло Стивена от главного. От человека, что сидел на кровати и смотрел в потолок.       — Баки? — со страхом и сомнением спросил Стивен. Сидящий на кровати человек, однако, не отреагировал. Он продолжал смотреть наверх и, казалось, почти не дышал. — Баки? — Стивен, подойдя к нему, вновь окликнул друга. На этот раз, он опустил голову. Удивление, непонимание, боль… вот какие эмоции Стивен прочитал в его глазах.       — Стив? — хриплый не верящий голос словно и не принадлежал тому полному задора и сил мужчине, что вместе с ним прошагал половину Европы, а до этого истоптал весь Нью-Йорк.       — Баки. Да это я, друг, — Стивен улыбнулся и сел рядом с ним.       — Доктор сказала, что ты жив, — Баки печально улыбнулся, — я рад. Честно. Я очень рад за тебя. Только… зря ты пришел, — сказал он, а его взгляд стал еще более печальным.       — Слушай, я не знаю, что ты там себе напридумывал, но…       — Мне и не нужно придумывать, — Баки резко прервал Стивена, — все здесь, — он указал пальцем себе в висок, — в этой голове, — его голос стал напоминать рычание, а Стивен вздохнул. Что же… все как и описала доктор. Восстановление памяти вогнало хорошего человека Баки Барнса в депрессию и сейчас Стивену предстояло вывести его из нее.       — Баки, не важно то, что ты помнишь. Это было и прошло. Думаешь мне было хорошо, когда меня разморозили? Все что я знал — исчезло. Не осталось ничего, что я бы любил. Пегги старуха, Говард на том свете… но я живу и ты живи! — эмоционально воскликнул Кэп, на что Баки печально усмехнулся.       — А ты знаешь, что это я убил Говарда? А вместе с ним и его жену? Вот этими вот руками… убил? — спросил Баки, сжав и разжав свою металлическую руку, но вместо презрения, которое очевидно хотел вызвать у Стивена, заметил лишь печаль на его лице.       — Да. Я знаю. Доктор Поттер рассказала. Но, Баки, это был не ты… — попытался дозваться до него Стивен, но не тут-то было.       — Нет, это был я! — закричал он, а Роджерс вздрогнул, — я творил ужасные вещи, Стив! Ужасные! Я не могу выйти отсюда! Я не могу смотреть в глаза тем людям, которым причинил столько зла! — он кричал и кричал, но Стивен не злился. Доктор Поттер рассказала ему, что видела в его памяти и он знал обо всем том, что говорил Баки. И именно поэтому хотел помочь своему другу, — Стив, — тяжело дыша от вспышки гнева, Баки, однако немного успокоился, — если ты мне друг, сделай кое-что для меня.       — Да. Да, конечно, — с надеждой в голосе сказал Стивен, вот только Баки, видимо, совершенно не собирался его щадить.       — Убей меня, — выдал он и, заметив как расширились глаза Стивена и как он совершенно машинально покачал головой, сказал, — прошу. Я не хочу помнить того, что вспомнил. Не хочу жить, зная, сколько горя я причинил. Сколько детей… детей я убил этими руками, — поднял он свои руки, но Стивен все-равно закачал головой.       — Нет. Нет Баки, нет я этого не сделаю…       — Убей меня! — вдруг Баки вновь закричал, — Только ты можешь это сделать, твою мать! Убей меня, Роджерс!       — Нет! — закричал Роджерс, а глаза Баки застекленели.       — Тогда я сделаю это сам, — мертвым голосом сказал он и хотел было броситься в сторону одного из аппаратов, но Стивен схватил его и прижал его к койке, — пусти меня! Пусти, звездно-полосатый ублюдок! Дай мне умереть!       — Нет! Я тебе не позволю! — закричал Стивен, взяв Баки на болевой за здоровую руку, при этом чувствуя, насколько Баки силен. Да, мощную же химию вкачала в него ГИДРА.       — Стивен… ублюдок, — прижатый к матрасу Баки не говорил, а хрипел, — дай мне умереть… дай мне умереть…       — Нет! Ты будешь жить! — закричал Стивен ему в ухо, но тут со стороны входа раздался неожиданный голос.       — Что за шум, а драки нет? — ироничный и насмешливый голос Тони Старка Стивен не перепутал бы ни с чем, — о, парни! Я не знал, что вы настолько близки? — скрестив руки на груди, выдал Тони.       — Старк, ты сейчас очень не вовремя, — пробурчал Стивен, продолжая удерживать на кровати явно не адекватного Баки.       — Я вижу, — сарказм в голосе Тони можно было черпать ложкой, — вы очень гармонично смотритесь вместе. А мисс Макфолл в курсе?       — Стаааарк! — прорычал Роджерс.       — Ладно-ладно. Не кипятись. Прости, что прерываю ваше страстное воссоединение, но я бы хотел поговорить с убийцей моего отца. Я же имею на это право? — задан вопрос был так, словно Старк хотел уточнить, какую выпивку Стивен предпочитает, бренди или виски? И естественно, он совершенно не испытывал чувства вины за неуместны сейчас подколы.       — Ты знаешь, — выдохнул Стивен и отпрыгнул от Баки. Тот, выпрямившись, стал переводить ошалелый взгляд со Стивена на Тони.       — Конечно, я знаю, — закатил глаза Тони, — Это мое здание, я здесь все знаю. Да и док не посчитала этичным скрывать от меня такое, — нарочито спокойно рассматривая свои ногти, сказал Тони, — так что выметайся. Мне нужно поговорить с сержантом Барнсом, — сказав это, Тони кивнул на дверь, но Стивен не тронулся с места.       — Тони, я не думаю, что это хорошая идея, — Стивен явно чувствовал себя выбитым из колеи, кидая взгляды то на Баки, который затравленно уставился на Старка, то на чересчур уверенного в себе Тони.       — А я уверен, что все будет хорошо, — даже с некоторой веселостью заметил Старк, но Стивен опять уперся.       — Но…       — Мистер Роджерс. Прошу вас, — голос доктора Поттер стал еще одной неожиданностью. Она стояла в дверях и смотрела на Стивена требовательным взглядом.       — Но ведь…       — Ничего страшного не случиться, — уверенно говорит она, — а если что, я здесь, — сказав это, она демонстративно достала палочку, и Стивен, кинув последний взгляд на Баки, пошел на выход. Когда дверь закрылась, Тони оглядел комнату цепким взглядом и с удивлением заметил, что ни один из ценных приборов не пострадал.       — День начинается без убытков. Хороший знак! — весело сказал он и, ловким движением руки поставив опрокинутый стул в правильное положение, сел на него, закинув ногу на ногу, — Поговорим? — спросил он явно напуганного и затравленного мужчину, которого его же память довела до подобного состояния.

***

Флэшбек. За пару дней до этого       — Хочешь сказать, док, он убил моего отца и мать, но в этот момент был совершенно не адекватен? — задумчиво пробормотал Старк       — Да, Тони. Грубо говоря, все это время это был не Баки Барнс, а самый настоящий киборгизированный биоробот. Не человек. Лишь функция. Поверь моему опыту. Зимний солдат и Баки Барнс — не одно и тоже, — Гермиона сидела на диване, положив голову на плечо Гарри, держа в руки большой бокал с красным сухим.       — Но ведь это вы сказали, что он чувствует вину за его смерть? — Тони было паршиво. Он только что узнал, что его родителей, оказывается, убили. И сразу же оказалось, что виновник их смерти и не виноват вовсе.       — Да, потому что две личности слились. Это было условием восстановления первоначальной личности. Вот только я просчиталась в том, насколько сделанное новой личностью ударит по настоящему Баки Барнсу. Боюсь, как бы дело не дошло до суицида, — голос Гермионы выражал вполне искреннюю печаль из-за ситуации. Наверное, именно поэтому она, совершенно не стесняясь Тони и сидящей за барной стойкой Пеппер, искала опору в муже.       — А может ну его? — сказал Тони, поморщившись. Он стоял у панорамного окна и рассматривал вечерний Нью-Йорк, — пускай подыхает? Нам же всем легче будет, — пожал он плечами и повернулся. Странно, но осуждения со стороны четы Поттеров он не встретил. Впрочем, как и у попивающей Кровавую Мэри Пеппер. Лишь задумчивость.       — Соблазн велик, на самом деле, Тони, — наконец-то заговорил Гарри, который все от время просто сидел, прижимая к себе Гермиону, — дать умереть или страдать тому, кто причинил тебе горе… Это кажется справедливым… Но… ни к чему хорошему это не приведет.       — Ты так говоришь, словно у тебя такое случалось, — усмехнулся Тони и, подойдя к бару, налил себе виски.       — Да, и не раз. Пару раз я даже позволил справедливости случиться. И один раз мне было очень хорошо, — сказал Гарри, а Гермиона подняла голову.       — Ты про Амбридж?       — Да. До сих пор понятия не имею, что с ней сделали кентавры, — сказал Гарри, а Гермиона фыркнула.       — Фу, — Пеппер выдала реакцию на это откровение, а Тони заулыбался.       — Милая, могу я узнать, что там себе напридумывала? — спросил он, уставившись на Пеппер двусмысленным взглядом, на что та даже не подумала смутиться.       — Я унесу эти тайну с собой в могилу, — крайне вежливо сообщила она, обломав Тони.       — Мы потом об этом поговорим, — многообещающе сказал Тони, сделав глоток виски.       — Даже не мечтай, — иронично заметила Пеппер.       — Угу, — промычал Тони себе в стакан.       — А у тебя были фантазии с Флоренсом? — прошептал Гарри на ухо Гермионе с явной усмешкой, на что та с совершеннейшей флегматичностью ответила.       — Они у меня и сейчас есть, — сказав это, Гермиона сделала новый глоток, а Гарри хмыкнул. Если Гермиона думает, что этим она его проймет, она глубоко ошибается.       — Похоже, придется возобновить наши эксперименты с оборотным зельем, — ответил он с мнимой печалью в голосе и заметил натуральный ужас в ее глазах.       — А другой раз? — впрочем, вопрос Тони избавил Гермиону от необходимости отвечать на приставания мужа.       — Что…другой? — не понял Гарри вопроса.       — Ты сказал, что один раз испытал радость от справедливости. А второй раз, я так понимаю, нет?       — Да. Второй раз… может в первые секунды я и обрадовался этому… но потом испытал ужас, — сказав это, Гарри почувствовал приступ дрожи. Не сказать, что окровавленное тело Малфоя было самым страшным из всего того, что Гарри видел в своей жизни, но… то, что он в тот день чуть не прикончил хорька, здорово пронимало его до сих пор. Видимо, почувствовав его дрожь, Гермиона взяла его за руку, — но все обошлось, — сказал он, улыбнувшись жене.       — Видимо, это что-то очень плохое, — сделала очевидный вывод Пеппер.       — Да. Так что, Тони… ты в своем праве… и я не могу и не должен убеждать тебя простить его, но… это точно то, что ты хочешь? — спросил Гарри, а Тони, залпом допив свой виски, тяжело вздохнул.       — Нет, для самоутверждения мне хватает супергеройских дел со ЩИТом и его проблемами. Мстить этому ментальному инвалиду я не планирую, — пробурчал Тони, — а вот тем, кто это сделал, очень даже, — усмехнулся Старк, наливая себе еще один стакан, — и рассчитываю на вашу посильную помощь в этом нелегком деле, — отсалютовал он стаканом присутствующим.       — Мистер Старк, вы снова стали много пить, — сказал Гермиона, напоминая, что Тони до сих пор числиться ее пациентом. Не сказать, что борьба с алкоголизмом Старка была безуспешной. Цирроз печени в сорок, по крайней мере, ему уже не грозил. Но пить Тони так и не перестал.       — Кто бы говорил, док. Кто бы говорил, — ответил Тони, красноречиво уставившись на недопитый ею бокал с сухим красным и сделав первый глоток из второго стакана с виски. Конец Флэшбека

***

      — От твоих криков у меня заложило в ушах, — иронично заметил Старк, демонстративно сунув палец в ухо и сидя на стуле, закинув ногу на ногу. Он смотрел на этого мужчину, сравнивал его с тем, кого видел на записях камер видеонаблюдения, что сумел нарыть Джарвис и понимал, что доктор прав. Это и то — два разных человека.       — Ты же… ты же сын Говарда, да? — Баки уставился на Тони как на призрака.       — Он самый. Только не проси убить тебя, — Тони решил не слишком тянуть и максимально быстро разобраться с проблемой.       — Почему? — хрипло спросил Баки.       — Вот еще, марать об тебя руки! — вполне натурально и очень брезгливо поморщился Тони, — ты же самая натуральная падаль! — заявил он и заметил на его лице удивление, проступившее через гримасу боль. Явная, неприкрытая провокация, с целью выяснения состояния собеседника. С тех пор, как доктор Поттер взяла Тони в оборот, он иногда (раз в год, примерно) заставлял Джарвиса читать ему аудиокниги по психологии. И подобная тактика была одной из немногих вещей, что он запомнил из этих импровизированных лекций.       — Да, — впрочем, удивление на лице Баки быстро сменилось апатией, — ты прав. Я падаль, — закивал он на слова Тони.       — Ууу, как все запущено, — саркастично заметил Тони, — ну да ладно. Мне же лучше, — сказав это, Тони подался вперед и громко отчетливо сказал, — я прощаю тебя, — после чего вновь откинулся на стул, наблюдая за реакцией Баки. В начале ничего не произошло. Баки как сидел, так и продолжал сидеть, уставившись в никуда. Но вот его глаза расширились и он повернул свою голову в сторону Тони. Вгляделся в его глаза и прохрипел.       — Что?       — Мало того, что ты малограмотный солдафон из Бруклина, так еще и глухой, — пробурчал Старк, — говорю, я тебя прощаю. А теперь утри сопли и поешь нормально, а то док с меня шкуру спустит, — сказав это, Тони встал со стула и пошел на выход. Вот только это еще не был конец. У самой двери его нагнал вопрос.       — П-почему?       — Почему, говоришь? — явно притворно задумался Тони, повернувшись в сторону Барнса, — а почему бы и нет? — сказал он, введя Баки в ступор.       — Почему бы… и… нет? — тот явно не понимал, что тут твориться.       — Знаешь. Я человек разумный и если специалист говорит мне, что кто-то действовал в состоянии аффекта — я ему верю, — Тони ходил по палате, задумчиво рассматривая окружающую обстановку, — а с другой стороны, я слышал твое признание. И твое же желание умереть за все то, что ты устроил. И я подумал, что просто смерть для такого как ты, кто позволил сделать из себя оружие — слишком просто, — пожал Тони плечами, а затем, вернувшись к стулу, оперся руками о спинку, — я прощаю тебя, но с условием. Ты отработаешь. Ты будешь пахать до седьмого пота, очищая себе карму всю твою жизнь, сколько бы Бог, Ктулху или же Большой Макаронный монстр тебе не отмерил, — заявил Тони и посмотрел на часы, — так, мне пора. У меня свидание с одной шикарной рыжей, так что на тебя тратить время у меня нет никакого желания. Пришлю тебе Роджерса, можешь ему поплакаться. Если что, он мне передаст, — сказав это, Тони пошел в сторону двери и покинул палату.       — Ну и сволочь же ты, Тони, — встретил его Роджерс, пылающий праведным гневом.       — Стивен, если ты думаешь, что он не заслужил этого, то можешь засунуть свое мнение сам знаешь куда, — не остался в долгу Тони, — тем более, что док сама мне сказала вести себя именно так.       — Доктор? — Стивен обернулся в сторону Гермионы, которая не обращая внимания на пикировку двух великовозрастных балбесов, что-то писала в своем блокноте.       — Отлично, мистер Старк. Вы смогли выбить его из колеи. Теперь мы можем привести его в чувства, — сказала доктор Поттер, игнорируя Роджерса, — кстати, мисс Поттс просила передать, что ожидает вас внизу, — с милой улыбочкой сообщила Гермиона, а Тони поморщился.       — И сколько она «ожидает»?       — Ммм… примерно пятнадцать минут, — посмотрев на часы, ответила доктор.       — Ладно, не критично.       — Вы уверены? — усмехнулась Гермиона, а Тони страдальчески застонал.       — Судя по вашей реакции, я чувствую, что она выест мне мозги, — сказав это, Тони пошел в сторону лифтов, напоследок хлопнув Роджерса по плечу, — я верю в тебя, Капитан Сосулька, — после чего ушел, оставив за собой абсолютно охреневшего Роджерса.       — Что же, мистер Роджерс, — сказала Гермиона, проводив Тони взглядом, — пора и вам поработать на благо вашего друга, — сказав это, она подошла к двери и ввела кодовый замок, — вперед. Теперь он открыт для разговора, — уверенно сказала Гермиона, а Роджерс, пускай был и полон сомнений, все же кивнул и сделал шаг во внутрь.       Что-то изменилось. Казалось, эти все та же полутемная палата без окон, но вот сидящий в ней человек… он смотрел прямо на Стивена. Странно, но теперь в его глазах была не апатия, а решимость.       — Баки? — третий раз за день Стивен задал этот вопрос.       — Языкастый у Говарда сынок, да? — с горькой усмешкой спросил Баки.       — Весь в папашу, — усмехнулся Стивен и сел на стул, — Баки, прости его…       — Не нужно, Стив, — прервал его Баки, улыбнувшись, — Он прав. Я похож на падаль и признаю это, — сказал он, а Стивен подался вперед.       — Позволь мне помочь тебе. Я знаю, ты чувствуешь свою вину перед миром, но… Баки… никогда не поздно все исправить. И ты можешь это сделать, — говорил Стивен, видя, что сейчас… именно сейчас он сможет достучаться до Баки.       — Какая же это банальщина, — покачал головой Баки.       — Но это так! — с жаром воскликнул Кэп, на что Баки усмехнулся.       — А ты все не меняешься. Как был тупым идеалистом, так им и остался, — с горькой усмешкой сказал Барнс, — все еще пытаешься меня убедить в том, что не все потеряно?       — Я только начал, — усмехнулся Стив и, видя пускай и печальную, но искреннюю улыбку друга, ощутил облегчение, словно большой камень упал с его сердца. Баки будет жить! Они будут трудиться вместе ради этого. И все будет хорошо!       — Нам предстоит долгий путь, мистер Барнс. Но начало, наконец-то, положено, — сказала Гермиона, наблюдая за Стивеном и Баки через камеры. Вернуть этого человека в социум будет сложно, но Гермиона ощущала странную уверенность в том, что это предприятие окончится вполне успешно. Иначе ей не стоило дергать Снейпа ради того, чтобы развеять свои опасения.       Так что, поставив камеры на запись, Миона пошла в сторону гостиной, которую Тони любезно оставил в ее распоряжении. Ведь скоро должна была позвонить Рози и Мионе не терпелось услышать голос своей маленькой девочки.