Казахстан Алга

Эрика очнулась в повозке, наполненной вазой, тканями и прочем барахлом. Голова ужасно гудела, а все лицо пульсировало. Она приподнялась на локтях. Вокруг были непонятные палатки, костры и сующие туда сюда узкоглазые. Эрика общими усилиями слезла с повозки. Во время свадьбы наряд почти не чувствовался, но сейчас он был словно две гири висящих на плечах. Девушка не знала куда идти и что делать, вокруг были одни..черные. –Очнулась? Перед ней стоял парень. Его фигура — воплощение грации и силы, облаченная в наряд, который кажется сотканным из самых дорогих и благородных тканей. Просторный джавбан, цвета темного сапфира, с тонкой золотой вышивкой вдоль рукавов и полы, мягко струится по его плечам, подчеркивая каждое движение. Под ним кафтан глубокого синего цвета, легкий шелк которого переливается на свету, а широкие, просторные шаровары из бархата дополняют образ — каждая деталь его наряда создает ощущение величия и утонченной красоты. Его густые, черные волосы мягко спадают на лоб, создавая беспорядочную, но вместе с тем безупречную картину, словно ветер и случай придают его образу особую, природную харизму. Светлое лицо, с четкими линиями и симметричными чертами, притягивает взгляд, словно вылеплено руками умелого скульптора. Высокие скулы, сильный подбородок и ровный нос делают его облик по-настоящему совершенным. Но главное — это его глаза: глубокие, почти черные, с загадочным блеском, в которых скрывается молодая дерзость. Они пронизывают насквозь, словно заглядывают прямо в душу, оставляя ощущение таинственности. Его губы чуть приподняты в едва заметной полуулыбке — спокойной, сдержанной, но от этого еще более притягательной. Каждый взгляд, каждая деталь его лица говорит о внутренней силе и благородстве. Его волосы свободны, слегка растрепанные ветром. В этом есть что-то дикое и свободное, как будто сам воздух окутывает его, подчёркивая не только его внешнюю красоту, но и харизму, которой невозможно противиться. Этот парень запал ей прямо в душу. –Извините, миледи, за сорванную свадьбу и условия, которые Вам надо потерпеть. Но Вы теперь заложница. Эрика всматривалась в лицо парня и не могла поверить, что среди этих варваров есть и образованные люди. А главное его красота, которой не каждый мужчина в Александрии мог похвастаться. Эталон красоты не иначе. –И куд.. – голос немного сел, но Эрика постаралась откашляться. – Куда меня везут? –Ну-ну, Вы тут не одна. Есть и другие помимо Вас девушки. И все вы станете наложницами трех правителей. –Трех? Неужели вы настолько глупы, что один человек не может усидеться на троне? Парень держался воинственно, совсем не реагируя на издевки Эрики. Напротив, он ухмыльнулся и провел пальцами сквозь свои волосы. –Забыл представиться. Я Владислав Пищугин, один из тех самых «глупых» правителей. В мои обязанности входит учтивость, дипломатия и прочая белиберда с которой мои братья увы и ах, справиться не могут. –Тоесть ты рот вашей многоножки? –Неуважительно было без спроса переходить на ты, но так уж и быть, я прощу. –Сомневаюсь, что в таком положении я обязана еще думать о манерах. –Ты такая болтушка… Из-за низкого роста, все мужчины для Эрики были на голову выше, и даже больше. Влад наклонился к ней и едва слышным шепотом прошептал: «Посмотрим, как ты болтать будешь, когда я трахать тебя буду.» От такого хамства Эрику надулась, как рыба капля. А парень же засмеялся от такой реакции, чем вызвал еще большее смущение. –Тебе стоит переодеться, ну и познакомиться с другими женщинами, которые вынуждены ехать с нами. Эрика не стала спорить и молча пошла за «королем». Как же это все было смешно. Он ведь совсем зеленый, какая к черту корона? Интересно было посмотреть, кто же мозг этого ада. *** Прошло часа три, как Карину вывезли из Александрии. Они ехали следом за караваном. Парень с детским личиком сжалился и нормально усадил ее на лошадь, но руки оставил связанными. Он без умолку рассказывал про свою жизнь, как оказался в армии азиатов и прочее, что Карине было неинтересно слушать. Ее волновали больше пейзажи. Девушка давно не покидала стены замка и поэтому резкий запах свободы даже как-то отвлекал. –Ну а вообще я думаю, что шанс приглянуться одному из правящих лиц у тебя есть. Правда в гареме девушек сотня и каждая норовит выделиться, поэтому будет проблематично. Ты как вообще? Девственница? Карина хлопнула ресницами и возмущено открыла рот не в силах что-то ответить. Невоспитанность наездника убивала ее, но кому какое дело. –Ну? –Какое это имеет значение? Парень кивнул плечами и крепко схватил поводья, останавливая лошадь. Карина дернулась и чуть не свалилась с лошади, но вцепившись за наездника, смогла удержаться. –Видишь флагом машут? Это значит тут будет остановка. Главы собрание провести хотят. –Ты постоянно говоришь в множественном роде о них. Сколько их? –Ну управляют только трое, есть еще типа всяких полковников. Честно, не считал. –А сколько всего людей в караване? –Хмф..ну тысяч тридцать наверное. –Это все ваше войско? –Даже меньше половины. – он усмехнулся и слез с лошади. – Кстати, ты даже не сказала как тебя зовут. –Карина. – парень поднял ее и небрежно спустил на землю. –Максим, но если услышишь, как кто-то кричит Семушка, то это тоже я. Парень привязал лошадь к дереву и даже не обернулся, чтобы проверить не убежала ли Карина. Доверяет или знает, что бесполезно? Подвернутая нога снова дала о себе знать. Боль была ноющей, но потерпеть можно. –Так, сейчас отведу тебя к Мади, а он пусть разбирается сам. –Мади…кто это? –Мозг нашего королевства. Тебя по красоте Владу стоило отдать, он за женщин отвечает. Но его трудно найти. Максим взял ее за локоть и бесцеремонно потащил вглубь повозок, и расстилающих палатки людей. Все радовались победе и новым завоеванным землям. Со стороны не скажешь, что они варвары и жестокие убийцы. Карина рассматривала каждого и даже находила симпатичных. Парни глазели на нее, что-то кричали и смеялись. Семушка отвечал им, с кем-то здоровался, а кого-то просто игнорировал. –Помедленнее, не мешок картошки же.. –Слушай, когда мы вдвоем, я еще могу проявить милосердие и все такое. Но перед остальными ты заложница, а значит отношение соответствующее. Терпи. Максим дотащил ее до палатки. Палатка, поставленная посреди повозок и других нелепых палаток, выглядит как настоящий оазис уюта и роскоши. Снаружи она выполнена из плотной ткани, защищающей от жары днем и от холода ночью, цвета глубокого бежа с оттенками золотистого, который отливает на солнце. Большие поддерживающие столбы, вырезанные из дерева и украшенные резьбой, держат просторный шатер, вершина которого едва колышется под дуновением ветра. Внутри палатки — сказочный мир, наполненный мягкостью и комфортом, будто созданный для отдыха после долгого пути. Пол густо застлан коврами, чьи узоры насыщены яркими оттенками красного, темного зеленого и золотого, с замысловатыми геометрическими орнаментами, повторяющими древние арабские мотивы. Они мягко пружинят под ногами, утопая в бесконечном многообразии текстур и красок. По всему периметру палатки лежат подушки — сотни подушек разных размеров и форм. Они рассыпаны словно облака, создавая укромные уголки для отдыха. Каждый предмет здесь кажется богатством: подушки из бархата, шелка и парчи, украшенные тончайшей вышивкой с золотыми и серебряными нитями. Одни подушки глубокого изумрудного цвета с тяжёлой бахромой по краям, другие — алые, с вышитыми причудливыми узорами, изображающими звезды и полумесяцы. Где-то среди этого великолепия лежат и совсем маленькие подушечки с кистями, на которых можно отдохнуть, опустив голову после долгого дня пути. В центре палатки стоит низкий столик из резного дерева, украшенный инкрустацией из перламутра и слоновой кости. На нем — медный поднос, сверкающий в свете факела, с бокалами для ароматного чая и блюдом с сухофруктами и орехами. Здесь пахнет специями, восточными благовониями и сладкими цветочными нотами. Тканевые занавеси, свисающие с крыши, разделяют пространство на зоны, создавая ощущение приватности, и на них игриво танцуют тени от факелов, освещающих шатер мягким, золотистым светом. –Мади, принимай. Семушка толкнул Карину и она тяжелым грузом свалилась на пол, кряхтя и сопя она попыталась приподняться. Девушка подняла взгляд и увидела парня. Он сидит среди роскошных подушек, погруженный в мягкий полумрак. Его фигура, облаченная в великолепный мусульманский наряд, выглядит как воплощение гармонии и силы. Просторный джавбан глубокого сапфирового цвета, расшитый золотыми нитями, свободно спадает с его плеч, а под ним — алый кафтан, затянутый поясом из тонкой кожи с серебряной пряжкой. На его руках виднеются тонкие браслеты, мерцающие в свете масляных ламп. Но главное в его облике — это глаза. Светло-зеленые, они контрастируют с его темными волосами и создают необычную игру света и тени на его лице. Эти глаза словно оживают в полумраке, сияя как драгоценные камни среди богатой ткани. В них — тайна, скрытая сила и невидимая глубина. Они притягивают внимание, заставляя задуматься о том, что скрывается за этой внешней красотой: мудрость, тревоги, мечты или что-то гораздо большее. Его лицо — это идеальный союз решительности и нежности. Сильные скулы, резкие линии подбородка — все это смягчено теплотой взгляда, в котором сочетаются серьезность и тихое понимание. Он молча сидит, слегка опираясь на одну из подушек, его губы плотно сжаты, но в их линии читается едва уловимая нотка упрямства. Его светло-зеленые глаза время от времени останавливаются на пламени ламп, в которых играют отблески его мыслей, скрытых от посторонних. Его волосы слегка растрепаны, они падают на лоб, создавая эффект легкой небрежности, которая лишь усиливает его природную привлекательность. Он спокоен и неподвижен, как хищник перед прыжком, и это ощущение внутренней силы подчеркивается каждым элементом его облика — от мягких складок одежды до серьезного выражения лица, на котором видна печать времени и испытаний. У Карины в голове проскочила мысль, а вдруг эти казахи не такие уж и плохие, и стоит постараться выделиться в гареме… Она тряхнула головой отгоняя все это непотребство. Они лишили ее всего, что было и это она им не простит. –Ну и зачем ты ее сюда притащил? – скучающе ответил Мади –Она была невестой наследника Александрии –Он все равно мертв, так какой от нее толк? Его тело лежит в одной из повозок. Сердце Карины пропустило удар. Они убили Оскара, значит Эрику могла постигнуть та же участь. В грудной клетке болезненно заныло. –В гарем? –Только если туда. –Мне ее забрать? –Ступай. Я сам разберусь. Семушка поклонился и покинул палатку, оставляя Карину наедине с человеком, который совмещал в себе красоту и угрозу одновременно. Неловкое молчание и пристальный взгляд казаха нереально напрягали. Хотелось спрятаться, скрыться, исчезнуть. Он же был похож на хищника, который выжидал дальнейшее действие жертвы и все это вызывало дикий азарт. –Ну же..иди сюда – Мади говорил с легкой хрипотцой, что добавляло его образу мужественность. Поддавшись чарам, Карина по своей воле начала сокращать расстояние и увидела поощрение на дне зеленых глаз. Мысли путались в голове, но все они были сосредоточены на Мади. Расстояния было катастрофично мало и девушка оказалась расположена между его ног. Казах взял ее лицо и приподнял. Горячие руки будто обжигали кожу. От прикосновений залепетали бабочки в животе, а воздуха перестало хватать. –Как же так получилось, что красавиц начали отдавать маленьким мальчикам? –Я.. Карина сделала глубокий вдох, чем вызвала у Мади усмешку. Его два глаза огонька взгляда из под пышных ресниц. Вся эта ситуация была до жути страшной, но парень напротив имел странную ауру. К нему хотело прильнуться и никогда не отходить. Еще жар его тела, который доходил до самого сердца. Что-то в голове кричало, что нужно вставать и убежать куда глаза глядят. Потому что этот казах бездна в которую упадешь и никто больше не спасет. –Господин, к Вам пожаловал Темирлан. Говорит дело важное. Мади с недовольным рыком отпустил лицо Карины и откинулся спиной на подушки. Она была раздосадованна не меньше его, но всем видом пыталась это скрыть. Девушка опустила голову и осталась между коленей у казаха. –Пусть заходит. Карина не видела его, но слышала тяжелые шаги и дыхание. –Почему я должен ждать, пока ты расчехлишься? – парень говорил так, будто у него были надуты губы. Настолько его обидело? –Я занят, не видишь? –Хах, а если Соня узнает? Ты же говорил одна любимая, единственная. –Ты пришел жизни меня учить или важное что-то. –Я еще при женщине дела государственной важности не обсуждал. Карина подняла глаза и встретилась взглядом с Мади. Он странно облизнулся и снова посмотрел на собеседника. –Позови Никиту, пожалуйста. Пусть отведет нашу гостью в палатку с остальными девушками. –Указания мне еще давать будешь? –Я же сказал пожалуйста. Послышалось недовольное кряхтение и через пару мгновений в палатке было четверо человек. Карина не поднимая голову встала, стараясь особо не наступать на больную ногу. Она заметила, что Мади провожает ее взглядом. Девушка посмотрела на того парня с дутыми на слух губами. Он стоял в центре роскошной палатки, облачённый в кафтан глубокого индиго, который обтекает его высокую, стройную фигуру. Его присутствие мгновенно привлекает внимание — высокий рост подчёркивает благородство его осанки, а вся сцена вокруг, от мягких подушек до мерцающих фонарей, лишь подчёркивает его величественный облик. Но главное — это его лицо, контрастное и завораживающее. Узкие чёрные глаза, словно затенённые ночным небом, пронзительно смотрят вперёд. Их форма придаёт его взгляду одновременно загадочность и скрытую силу, как у хищника, который не сразу раскрывает свои намерения. В этих глазах можно утонуть, пытаясь разгадать скрытые мысли, что таятся за их холодной поверхностью. Пухлые губы создают удивительный контраст с его острыми чертами. Их форма добавляет мягкость в его строгий образ, наполняя его лицо тихой магнетической привлекательностью. Каждый раз, когда они шевелятся, кажется, что его слова будут глубоки и значимы, даже если сказаны вполголоса. Его высокое, почти величественное тело стоит в центре палатки, словно он давно привык быть тем, кого все замечают сразу. Окружение — мягкие ткани, мерцающие светильники — лишь подчёркивают его статус. Складки кафтана и дорогие вышивки на ткани подчёркивают его силу и уверенность, но самое главное в его облике — это эти глаза и губы, которые вместе создают образ не просто красивого, но настоящего лидера, человека с внутренней силой и магией, которую невозможно игнорировать. Он не проявил никакого внимания ее персоне и остался стоять неподвижно. Возле выхода из палатки ее ожидал светловолосый парень, невысокого роста и большого носа, который занимал большую часть лица. Он улыбчиво поднял навес, чтобы Карина могла выйти. Парень откланялся казахам, а она не нашла чего получше и повторила за ним. –Ты разве мусульманин? Уж больно светлый. Карина шла за Никитой, придерживая уже потертое платье. Он приветствовал каждого, кто встречался на их пути. –Рожденный с крестом ушел под покровительство месяца. –Поняла. А тут много девушек? –Отбирают только симпатичных. –А дворянок? Или служанок тоже? –Симпатичных. –И всех в гарем? –Да, но они будут прислуживать, если никому не приглянуться. –А девушек в гареме много? –Сотня, может чуть больше. Когда девушки становятся непригодного возраста или им никто не пользуется, их отдают замуж. Ну либо на служение. –Тема гарем для меня в новинку. –Понимаю, но к этому легко привыкнуть. Карина осматривала шатры, пока не услышала громкий визг коня. Поглядев в ту сторону, она увидела как варвары резали живого коня и радовались. От такой картинки ноги затряслись. –Что это они делают?? –Собираются делать казы. Колбаса такая из конины. –Вы едите конину?? –Ну да. Они дошли до шатра из которого доносилось много женских голосов. Шатёр раскинулся на просторах степи словно мираж, величественный и загадочный. Он огромен, с массивными столбами, поддерживающими его высокий купол, укрытый тканями роскошных цветов: насыщенного бархата, золотых шелков и глубоких изумрудных оттенков. Купол шатра возвышается над всем, подобно небесному своду, а его края, покрытые изысканной вышивкой, спадают на землю, создавая мягкую тень. Внутри пол покрытый тонкими коврами с замысловатыми узорами, а вдоль стен — низкие диваны, обитые шёлком, вокруг которых раскиданы мягкие подушки всех цветов и размеров. В воздухе витает аромат розовой воды и сандала, смешиваясь с легким запахом благовоний, который исходит от золотых ламп, расставленных по углам шатра. Посреди этого великолепия собрались девушки. Они облачены в изысканные платья, расшитые серебряными и золотыми нитями. Ткани их одежд струятся при каждом движении, будто живые, играя на свету мерцающими переливами. Одни платья глубокого сапфирового цвета, другие — нежного розового, а третьи — цвета зелени весенних садов. Некоторые платья украшены драгоценными камнями, сверкающими при каждом шаге, другие — расшиты цветочными узорами, напоминающими о далёких райских садах. На девушках — лёгкие прозрачные покрывала, спадающие с их плеч, а на запястьях звенят браслеты из серебра и золота. Их волосы аккуратно уложены, украшены жемчугом и драгоценными заколками, и каждый их жест полон грации и утонченности. Они сидят на мягких подушках, погружённые в беседу, или стоят у широких арочных проёмов шатра. Мягкий свет золотых ламп обрамляет каждую из них, делая их образы ещё более неземными. Вроде берут всех, но видела она только дворянок. Может для служанок отдельный шатер? Хотя судьба всех ждет одинаковая. –Мне сюда нельзя. –Почему? –Они девушки гарема, а мне вроде как запрещено на них смотреть. –Но на меня же ты смотришь. –Хех. Парень усмехнулся и оставил ее наедине с этими девушками. Они все замолчали и сразу повернулись в ее сторону. Вылупились, как баран на новые ворота. Но никто несчастным не выглядел. Девушки мужественно встретились с мыслью, что теперь подстилки варваров. Уважение да и только. Карина зашла в шатер и услышала мельтешение в углу, она повернулся и увидела…Эрику. Та неслась расталкивая всех девушек, пока не налетела на саму Карину. –Господи, я думала ты мертва! - Эрика заключила Карину в крепкие объятия, не желая больше отпускать. –Эрика.. Карина закусила губу, а на глаза навернулись слезы. Она вспомнила недавний разговор варваров, в ходе которого выяснилось, что все Ручьевы мертвы, а их тела словно трофей везут, чтобы показать каким способом они выиграли войну. Посланникам приносившим плохие вести, отрубали голову в тот же день. И Карине нужно было им стать, но конец для нее другой. Она собралась с силами и крепко прижалась к Эрике. –Они убили..убили всю твою семью. И везут с собой, чтобы показать, что Александрия пала.. Эрика отталкивает Карину, а в глазах ее читается гнев. –Ты лжешь! Этого быть не может! – Эрика грубо хватает Карину за плечи и срывается на крик. – ТЫ ЛЖЕШЬ! Дамы помогают оттащить Эрику, которая в отчаянии уже воет. По глазам всех присутствующих видно было все сострадание, которое они испытывали. Но никто ничем не мог помочь. Эрика надрывалась слезами, безвольно вися на державших ею девушек. Она без остановки твердила, что этого не может быть, надеясь уличить Карину во лжи. Девушки усадили ее на диванчик и накрыли покрывалом. Кто-то подал чашу с водой и Эрика осушила ее до дна. Через полчаса слез, истерик и мольбы перестать ей врать, она все же успокоилась. Сейчас Эрика сидела со стеклянными глазами, которые могли вот-вот разбиться и океан слез разлиться по светлым, не успевшим высохнуть щекам. –Они собираются протащить тела моей семьи, будто это какие-то дворняжки? –Эрика посмотрела исподлобья на Карину, будто обвиняя ее во всем этом. –Я не позволю.. –Эрика, пойми, пожалуйста, это не в наших силах повлиять! Умоляю, ты единственная, кто у меня остался. Вдруг они убьют тебя? Эрика подрывается и с вызовом толкает Карину. В ее глазах собрались гнев и отчаяние, которые в тандеме ничего ей хорошего не давали. Остальные дворянки сидели, выжидая, что будет дальше. Никто не намеревался охлаждать жаркий пыл Эрики. –Тебе всегда было наплевать на мою семью, даже сейчас ты не проявляешь никакого сострадания! Снова толчок и Карина поддается, давая Эрике выпустить весь гнев. –Я не хочу, чтобы ты вредила себе. –Так и скажи! Я трусиха и боюсь последствий! Карина держалась, но каждое сказанное Эрикой оскорбление больнее давило на самолюбие абсолютно вытравляя из головы терпение. Но она не могла, надо держаться. –Ты всегда была нытичкой и трусихой! Чтобы не произошло, ты соскребывала свои юбки с пола и бежала в слезах ко мне. Эрика, помоги. Эрика, реши. А когда мне понадобилась помощь, то ты сложила свои ручонки и поджала трусливо хвост! Карина сцепила челюсть, а на щеках задвигались желваки. Пик апогея наступал. Она двинула Эрике затрещину после которой та расслабилась и расстерянно заморгала. –А теперь слушай меня сюда. Ты не единственная, кто что-то потерял в этот день. Все держатся и слюни с соплями не пускают. Если ты забыла, то твоя семья тоже для меня много значила. Но сейчас их больше нет, а значит помогать трупам нам самим на погибель. Если ты не возьмешь себя в руки, то я двину тебе еще раз. Эрика снова разревелась и Карина почувствовала вину. На душе заскребли кошки, глубоко цепляясь ноготками. Скорее всего нужно было преподнести информацию мягче, но обратного пути не было. –Тебе стоит уйти. – Одна из девушек подбежала к Эрике, чтобы успокоить. А вторая решила выгнать главную зачинщицу конфликта. Карина кивнула. На споры не были ни настроения, ни сил. Она вышла из шатра и пошла в неизвестное направлении через палатки. Скорее всего ее могут схватить, думая, что решила сбежать. Пусть думают, что хотят. –Разве Никита не сказал, что шатер без лишней надобности не покидают? Она узнала этот голос. Мади стоял прямо сзади нее и судя по тону, стоял он с натянутой ухмылкой на лице. Карина возненавидела его так же быстро, как и влюбилась. Вся его сущность выворачивала Карину наизнанку. –Волнует? – Она не поворачиваясь, огрызнулась. Будь что будет. –Обидел кто-то? Хочешь разберусь? –Не твое дело. Мне от тебя ничего не надо. Матери твоей стоило с тобой разобраться, пока не вырос. Карина выпалила все не думая, а потом раскраснелась вся. За такое неуважение можно было схлопотать за раз и это немного напрягло. Мади перестал улыбаться, а его злобный взгляд уставился на нее. –Тебе повезло, что настроение хорошее и сделаю скидку на то, что у тебя его нет. Так бы вырвал все зубы вместе с языком. Карина не стала спорить, а просто плюхнулась на траву, поджимая свои колени ближе к себе. Платье жутко раздражало, а корсет перелавливал легкие. Но она вряд ли сможет скоро принять ванную и надеть что-то полегче. Казах без слов подошел и присел рядом. –Когда мы приедем? –Уже устала? –Я хочу переодеться и помыться. –Забыл, что дама ты благородная. –Этого бы захотела любая девушка. –Королю ноешь только ты. –Король подсаживается только ко мне. Мади засмеялся, а закат подсветил его лицо. Он был очаровательным настолько, что не хотелось сводить взгляд. Карина покраснела и спрятала лицо в сгиб своего локтя. –Могу организовать ванную, но ее придется поделить еще с кое-кем. –Я не стесняюсь тех девушек и могу помыться с ними. –Я имею ввиду себя. От такого нахальства воздух перехватило, а щеки поджарились до медиум рэр. Мади смотрел на нее выжидающе, а это значило, что это не шутка и он на самом деле предлагал принять ванную с ним. У Карины застучало сердце. «И хочется, и колется» – пронеслось эхом у нее в голове. Но залазить в ванную с незнакомым мужчиной, который убил всю ее семью. Это все такое ирреальное. –Ты согласна?