Это тоже поклонение

Волосы, длинные, гладкие и блестящие, бежали сквозь пальцы Сюань Цзи расплавленным шерлом. У озёр безлунными ночами тот же заманчиво-чёрный цвет, то же обещание утянуть в бездонную пучину, но если сунуть туда руку, вода стечёт с пальцев. В ней нет того же веса, что в густых волосах, когда удерживаешь их все одной рукой. Замечал ли когда-нибудь Шэн Линъюань, что его голове тяжело? Вряд ли. Внутри ему всё равно было тяжелее, голову полнили мысли о будущем и настоящем, о правлении и защите, о благе всех и жертвах ради него. Сейчас ему не нужно было задумываться ни о чём. Император отдал свою голову в распоряжение Сюань Цзи. Правда, только то, что было снаружи. Сюань Цзи, конечно, не рассчитывал на то, чтобы занять все мысли Шэн Линъюаня. Может быть, только в определённые моменты. Например, сегодня, когда он как следует позаботится о своём императоре, его многомудрой голове и его роскошных волосах. Сюань Цзи взял деревянный гребешок с тонкими частыми зубьями. «Натуральная берёза, помогает росту волос» — даже если это было правдой, на Шэн Линъюане всё равно бы не сработало, но Сюань Цзи привлёк красивый светлый оттенок. Он бы и вовсе взял белый гребень, но натуральный камень стоил порядочно, а пластиковые расчёски редко бывали достаточно красивыми, чтобы хоть как-то сравниться с этими волосами. А ещё у зубцов были правильные, неострые кончики. То что нужно для лёгкого массажа скальпа. Пряди огибали зубья, послушно расходясь меж ними и вновь сливаясь воедино, когда Сюань Цзи вёл расчёску дальше. Ему нравилось на это смотреть, хотя нужды расчёсывать Шэн Линъюаня на самом деле не было: ни один узелок не отважился осквернить его волосы. Кроме того, тихий шорох расслаблял Сюань Цзи. Если бы у него был хороший микрофон, он бы уже записал эти звуки, чтобы включать себе на ночь. Сработает лучше любых ASMR-каналов. По крайней мере, мурашки у Сюань Цзи бегали по всему телу, словно его обёртывали в приятно щекочущий чёрный шёлк высшего сорта. Преисполненный благодарности, он остановил руку с гребнем, взял в горсть локон, почти ожидая, что тот растечётся и окрасит его кожу чернилами, и приложился к нему губами. Шэн Линъюань негромко хмыкнул, но промолчал. Верно, они договорились, что Сюань Цзи сделает ему причёску. Если Его Придирчивому Величеству покажется, что от плана отклонились, он заставит Сюань Цзи заплатить. Сюань Цзи заменил гребень на расчёску с тонкой металлической рукояткой, которая помогла ему разделить каскад волос на три водопада поменьше. Впрочем, каждый из них сбил бы его с ног, не будь волосы такими мягкими — Сюань Цзи подавил желание вновь поднести их к лицу. Если бы у него был целый день, он бы заплёл десять тысяч косичек, каждую толщиной с полмизинца Шэн Линъюаня, а потом соединил бы их в одну пышную, но Шэн Линъюань устал бы сидеть на одном месте и погрузился бы в медитацию вместо того, чтобы наслаждаться прикосновениями Сюань Цзи. Так что пришлось сразу плести одну толстую косу. Волосы были слишком гладкие, так что объёмной причёски, обрамлявшей бы лицо императора подобно венцу, не вышло. По крайней мере, каждый волосок оставался на месте, послушно прижимаясь к другим. Сюань Цзи тоже бы к ним прижался, но Шэн Линъюань сказал бы что-то ехидное, напоминая, что они условились не об этом. Так что Сюань Цзи потянулся к жемчугу. Ладно, это был крашеный пластик, но издалека огромные бусины смотрелись ненамного хуже. Сюань Цзи не хватило бы ни денег, ни времени, чтобы заказать комплект шпилек с настоящим — или хотя бы искусственным — жемчугом. Если Шэн Линъюань возмутится, то пусть сам и покупает сколько угодно перламутра, нефрита, яшмы, слоновой кости, золота, серебра — всего на свете. Пусть соберёт коллекцию, не уступающую той, что была у него тысячи лет назад. И пусть каждое утро садится к Сюань Цзи спиной, позволяя украсить себя. Шпильки не пронзали сегменты косы, но тонули в них. Сюань Цзи всякий раз немного медлил, подбирая правильный угол, чтобы они держались и не царапали кожу вылезшими концами. Бусины не играли перламутром, но к каждой была приклеена маленькая страза, которая сверкала, поймав лучик света. Блеск очень подходил Шэн Линъюаню. Сюань Цзи перебросил косу вперёд и обошёл стул. Рядом с бледной кожей бусины казались мёртвыми, но то же случилось бы и с настоящим жемчугом. Ни один материал не выдержал бы сравнения с кожей Шэн Линъюаня. Зато случайные отблески на стразах играли так, как нужно. Взгляд на лицо императора должен ослеплять. Сюань Цзи взял горстку заколок-крабиков. Как хорошо, что в интернете ему подвернулся готовый набор: заколки были одинакового дизайна, но разного размера, и он разместил их от меньших по краям до самой большой в середине. Получилось похоже на венец. Правда, зацепил он их плохо: боялся слишком потянуть собранные волосы. А ещё от одной заколки отвалилась синяя страза и прилипла к пальцу Сюань Цзи. Тот задумался, не попробовать ли разместить её на лбу Шэн Линъюаня, но решил, что это точно выйдет за рамки их договорённости. Неважно. Величественная уверенность Шэн Линъюаня даже дешёвый пластик обращала в серебро и сапфиры. Сюань Цзи потянулся за телефоном, чтобы запечатлеть это. Шэн Линъюань приподнял уголки губ для фото. За это он взыщет с Сюань Цзи, но тот не возражал. — Покажи мне, — потребовал Шэн Линъюань, и Сюань Цзи, как дурак, развернул к нему экран. Через мгновение, опомнившись, подозвал два зеркала. — Учитывая ограниченность ресурсов, не столь катастрофично, как можно было ожидать, — расщедрился на похвалу Шэн Линъюань. Должно быть, массаж головы действительно ему понравился. Сюань Цзи расплылся в улыбке. — Твои усилия заслуживают воздаяния. На колени, — велел Шэн Линъюань. — Тебе даровано десять минут. Сюань Цзи в одно мгновение стянул с него штаны вместе с бельём. Член Шэн Линъюаня был идеального размера: не настолько большой, чтобы трудно было заглотнуть его целиком, но не настолько маленький, чтобы это получилось сделать сразу же. «Тебе бы понравилось давиться им и тебе бы понравилось, если бы он не доходил до горла», — ответил на это Шэн Линъюань. Сюань Цзи немного поспорил, надеясь побудить его изменить размеры магией, но пока не вышло. Длина и толщина оставались идеальными и, взяв в рот столько, сколько получилось, Сюань Цзи сделал медленный глубокий вдох и несколько раз осторожно сглотнул, прежде чем двинуться дальше. Он остановился, наконец уткнувшись носом в густые тёмные волосы. Прямо как он мечтал с гребнем в руках. Ну почти. Сюань Цзи поднял глаза и встретился взглядом с Шэн Линъюанем. Возможно, Сюань Цзи смотрелся нелепо: губы трубочкой, щёки втянуты, из уголка рта вытекло немного слюны. Зато Шэн Линъюань выглядел истинным властителем на пике своего могущества. Прямая спина, безукоризненная причёска и выражение лица, которое на ком-то другом показалось бы самодовольным, но на Шэн Линъюане лишь уместно-горделивым. Сюань Цзи был счастлив, что удостоился от него неотрывного взгляда из-под полуприкрытых век. Сюань Цзи начал двигаться. Шэн Линъюань никогда не снисходил до того, чтобы самому трахнуть его в рот; его необходимо было ублажать, и Сюань Цзи старался изо всех сил. Когда член был во рту не целиком, Сюань Цзи тут же обхватывал его руками, а доходя до головки, тщательно её вылизывал и не забывал поглаживать большим пальцем уздечку. Сегодня он уложился в семь минут. Демонстративно погоняв семя во рту, он шумно сглотнул его и улыбнулся. — Всегда рад отведать любимое блюдо. — Если бы ты наслаждался им каждый день, оно бы тебе надоело. — Давай проверим? — подмигнул Сюань Цзи. Шэн Линъюань толкнул его пальцами ноги в плечо. — Не мели языком, а ложись на постель. Мне тоже угодно поразвлечься. Сюань Цзи решил сначала раздеться. Благо, он рассчитывал на подобное завершение вечера, поэтому надел только халат, не утруждаясь даже бельём. Заметив это, Шэн Линъюань едва слышно хмыкнул, но ничего не сказал. Словно задумавшись, он пробежал рукой по косе, а затем магией выдернул из причёски сразу все шпильки и заколки. Даже его невероятно послушные волосы растрепались после этого. Хорошо, что Сюань Цзи не заплёл десять тысяч косичек, иначе его сердце бы точно не выдержало такого надругательства над плодами его трудов. Однако его возбуждения это нисколько не умалило. Шэн Линъюань посмотрел на него не то оценивающе, не то задумчиво. А может, просто тянул время, испытывая терпение Сюань Цзи. — Любоваться мной так интересно, да? — спросил тот. — Нет, не особенно, — повёл плечом Шэн Линъюань. — О, ну не стесняйся. Ты не мог оторвать от меня взгляда, когда я сосал тебе. — Меня лишь терзает любопытство: почему демон, питающийся энергией ян, столь невыразителен лицом? Не создаёт ли это помех в соблазнении мужчин? — Я выглядел куда привлекательнее, но на беду свою польстился на императора людей. Он запечатал меня и делится крохами своей эссенции, достаточными, лишь чтобы поддерживать во мне жизнь. Если поможешь мне выбраться, я верну себе прежний облик и непременно отблагодарю тебя. — А после этого вернёшься к обольщению мужчин? Шэн Линъюань не выглядел рассерженным, но Сюань Цзи показалось, что лучше сдать назад, пока шутка не вышла боком. — Ты меня подловил. Император так красив, что я не удержусь и тут же вновь побегу к нему. Получится, ты потратишь усилия зря. На самом деле… я никогда не уйду, а ты никогда меня не отпустишь. — Вечно сотрясаешь воздух попусту, — покачал головой Шэн Линъюань. — Мне кажется, ян в тебе всё же слишком много. Он наконец приблизился к Сюань Цзи и нагнулся к его члену. Не удержавшись, Сюань Цзи издал короткий стон. Усмешка тронула губы Шэн Линъюаня, и вместо рта или руки головку Сюань Цзи пощекотал кончик косы. Бёдра дёрнулись будто сами собой. — Может, тебе попробовать чаще медитировать? — с притворной заботой предложил Шэн Линъюань. — Такой переизбыток рвущейся наружу энергии рано или поздно нанесёт непоправимый вред почкам. — Так помоги мне от неё избавиться. Кончик косы заплясал по члену Сюань Цзи, словно тот был листом бумаги, на котором практиковали скоропись. Когда пальцы на ногах Сюань Цзи слегка поджались от раздражения, Шэн Линъюань прекратил дразниться. Слегка ослабив удерживающую волосы резинку, он просунул член Сюань Цзи в отверстие между прядками, а потом ещё раз и ещё, пока почти вся коса не оказалась нанизана. Шэн Линъюаню пришлось держать лицо очень близко к паху Сюань Цзи, обдавая горячим дыханием. Было так тепло и мягко, словно Сюань Цзи уже вошёл в него. — Дозволяю тебе одну просьбу, — сказал Шэн Линъюань. — Могу я помыть тебе голову после этого? — язык Сюань Цзи опередил его разум. Шэн Линъюань цыкнул: — Почему ты выказываешь покорность, лишь если она сулит тебе немедленную награду? — Я от природы свободолюбив. Я никуда не уйду, но чтобы я подчинялся, тебе придётся ловить меня снова и снова. — По-моему, ты уже пойман. Шэн Линъюань медленно приподнялся, отчего коса скользнула вверх, и Сюань Цзи вновь застонал. Да, он действительно был пойман в шёлковые путы, и они оплели его сердце, заставляя гнать по венам жидкий шерл, который влился в каждую мышцу, сделав её слишком нежной и расслабленной, чтобы шевельнуться. Он больше не мог толкаться бёдрами, а Шэн Линъюань взял свою косу в руку, но лишь верхний и нижний её концы. Он водил ей вверх-вниз, не обхватывая член Сюань Цзи ладонью. Мягкие прикосновения были безумно приятными, но их не хватило бы, чтобы кончить. А свою просьбу он уже использовал. — Мои десять минут почти подошли к концу, — голос Шэн Линъюаня источал фальшивое сожаление. — Я подарил тебе ещё три. — Ты истратил их на болтовню. — Тогда я закончу сам, — вздохнул Сюань Цзи. У него осталось то чудесное фото в телефоне. — Ах да, ты ведь такой вольнолюбец… Шэн Линъюань спустился вдруг очень низко, опуская головку опутанного его же волосами члена себе на макушку. Его губы, а затем и кончик языка задели мошонку Сюань Цзи, как будто он не решался отведать незнакомую еду. Даже в таком положении Шэн Линъюань вовсе не выглядел униженным. Он просто забавлялся телом Сюань Цзи так, как ему самому было угодно. Его тонкие пальцы наконец легли на ствол Сюань Цзи и одарили обычной крепкой хваткой, но волосы делали прикосновение более мягким, непривычным. Всего несколько движений хватило, чтобы Сюань Цзи кончил, щедро оросив голову Шэн Линъюаня своим семенем. Его жемчужный блеск на волосах цвета чёрного турмалина выглядел поистине роскошно. — Идём, — как ни в чём не бывало сказал Шэн Линъюань под завороженным взглядом Сюань Цзи. — Пора исполнить твою просьбу.