Самый лучший массажист.

- Чимин! Чимин, блять! Вставай давай, засранец! Голос Юнги раздавался в страдающем от похмелья мозгу как удары кувалды, из-за чего известный блогер Пак Чимин кривился и морщился, но никак не мог открыть глаза и принять вертикальное положение, чего от него требовал его менеджер Мин Юнги. - Вставай, блять!!! Нам срочно нужно разгребать то, что вы натворили с Тэ ночью! Чимин кое-как разлепил воспалённые веки и попытался сфокусироваться на нависшем над ним бледном лице Юнги. - Наконец-то. Встрял ты, конечно, по самое не балуй, - Юнги, наблюдая за тем как Чимин принимает вертикальное положение, как-то устало опустился на край кровати, - Посмотри свои сторис. Взъерошенный и распухший ото сна (и от алкоголя накануне, конечно) блогер трогательно потер лицо маленькими пухлыми ладошками, от которых текла его многомиллионная аудитория, денно и нощно следившая за каждым его шагом в прямых эфирах и сторис… Кстати, о сторис - кажется Юнги что-то сказал про сторис? - Ты меня слышишь нет?? - Юнги запустил в Чимина подушку, угодив прямо в его лицо. - Да что блиииин?! - Чимин раздраженно откинул её и сморщился от пульсирующей боли в висках. - Сторис говорю свои глянь, умник, - Юнги прикрыл глаза и откинул голову на спинку кровати, складывая сложенные в замок руки на животе. Чимин огляделся в поиске телефона и нашёл искомое на полу рядом с кроватью. Кое-как дотянувшись до гаджета и уже даже немножко прощаясь с жизнью из-за накатившей во время наклона тошноты, Пак наконец лег обратно и открыл свой аккаунт. Вчера Чимин с друзьями отмечал своё двадцатипятилетие, и сначала всё шло довольно цивильно: культурная программа в дорогущем ресторане с изысканным меню, душевные поздравления близких и море подарков, которые после окончания цивильной части Юнги увёз в квартиру Чимина, оставив “молодежь” догуливать. Самый бурлящий поток молодёжи, состоящий из одного Тэхёна и одного Чимина, уже в самом начале сидящий на низком старте, сразу же после этого стартанул в ночной клуб. А дальше… Вот пьяный Чимин на танцполе скидывает верх и танцует с голым торсом. Чимин в полном неадеквате танцует на столе с таким же нетрезвым Тэ, выводя свои телодвижения за грань приличного. В жопу пьяный Чимин падает на уборщицу, убирающую с пола посуду, которую друзья поопрокидывали пока танцевали… Чимин медленно поднял ошарашенный взгляд на своего менеджера, на что тот хмыкнул и закатил глаза: - А теперь зайди в комментарии под своим последним постом. Пак молниеносно открыл комментарии, и его сначала бросило в холод, затем в жар: “Полное разочарование… Пак Чимин всегда казался оплотом добродетели, а на самом деле калечит бабушек в клубе и ведёт себя просто отвратительно!” “Эй, Пак! Каково это столько лет притворяться душкой, скрывая под маской своё истинное лицо?” “Позорище!..” “Куда катится мир?” “Полное неуважение к возрасту и положению… Вот вам и душка Пак Чимин”. Больше парень читать был не в силах - телефон снова улетел на пол, а его хозяин уставился на Юнги: - Хён… Это же пиздец… - Именно. Вся эта вакханалия, - Юнги кивнул в сторону телефона, - началась ещё рано утром. Тебя требуют привлечь за причинение вреда здоровью пожилой женщины, даже создают петиции за твою отмену. - Вот так погулял… Боже, эта аджума! - парень снова вскинул на Юнги ставшие огромными глаза: - Я должен сейчас же перед ней извин… - Тихо! - Юнги придержал Чимина за плечо, - Во-первых, я рад, что тебя сейчас больше собственного будущего волнует состояние аджумы. Во-вторых, достопочтенная аджума сама вышла на связь и отписалась под твоим постом. Она написала, что ничего страшного не произошло, она подрабатывает в этом клубе давно, и сталкивается с вещами и похуже, у неё ничего не повреждено и не болит. Ну разве что колено немного ноет... Более того, оказалось, что она твоя давняя подписчица и обожает смотреть твои обзоры на шмот и туториалы по макияжу. Говорит, что благодаря тебе она научилась краситься и держать себя в тонусе несмотря на возраст. - Говорит? - Да. После комментария аджумы её начали обвинять в подхалимстве, якобы ты так отвратительно себя вёл, даже не извинился публично, а она… Короче, я тотчас связался с ней, чтобы извиниться за всё, и - Юнги многозначительно поднял вверх указательный палец, - Ты завтра едешь в санаторий как сопровождающий аджумы. - Что?! - Чимин резко сел, из-за чего его голова разболелась ещё сильнее, и застонал от боли. - То. Помнишь нам на прошлой неделе поступило рекламное предложение от санатория “Зори”, а ты отказался от него, потому что “Не намерен тратить почти месяц своей жизни на бесполезное протирание задницы в компании скучных пенсионеров”? Чимин лёг, обречённо прикрыл глаза и кивнул. - Так вот я созвонился с администрацией санатория и договорился о рекламе с твоей стороны в обмен на самые лучшие условия для аджумы для улучшения её здоровья и, - Юнги сделал многозначительную паузу, - её сопровождающего - то есть тебя. На твоё счастье, мне хватило красноречия, чтобы убедить их в том, что всё произошедшее просто недоразумение, и рекламная интеграция с тобой не станет для них провальной, а даже наоборот, привлечет больше внимания на волне ажиотажа, - Юнги посмотрел на Чимина в упор в ожидании того, когда смысл сказанного дойдет до похмельного мозга донсэна и уложится там по полочкам. На это ушло меньше времени, чем он ожидал: Чимин вдруг широко распахнул глаза, резко сел на месте, болезненно сморщился от запульсировавшей в висках боли, а потом так же резво кинулся обнимать менеджера: - Хён! Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо, хён! Дай я тебя расцелую за спасение моей задницы! - Я те, блять, расцелую щас! Убери от меня свои голубые ручки!!! - Юнги пытался создавать бурную суету, размахивая руками и отталкивая Чимина, в глубине души тая от нежности к непутевому мальчишке, который в своей известности не потерял искренности и простоты, но и чувства меры не приобрел.

***

Пак Чимин был вечной занозой на бледной заднице Мин Юнги, но занозой любимой, лелеемой и оберегаемой, и не только потому, что они на двоих делили немалые доходы от блогерства первого. Дело было в том, что парни вместе росли в детском доме, куда суровая судьба закинула их в уже осознанном возрасте после потери родителей. Чимин был младше Юнги на два года, и с первых дней привязался к молчаливому старшему, в отличие от других детдомовцев не задававшему лишних вопросов новенькому. Сначала Юнги пытался отмахиваться от надоедливого в своей привязанности пацана, пока однажды ночью не пошел в туалет и не увидел там горько всхлипывающего подростка, размазывающего крупные слёзы по пухлым щекам своими короткими совсем детскими пальцами. Обычно Чимин ничем не выдавал своей боли, всегда оставаясь весёлым и жизнерадостным. Но в ту ночь Юнги увидел какая сила духа скрывалась в этом пухлощеком домашнем мальчике, который, как и Юнги, вмиг лишился всего, что имел, из-за аварии, унесшей жизнь его родителей. Что-то в не по годам серьезном и холодном Юнги тогда надломилось: утром, когда Чимин привычно поплёлся в столовую за Юнги, озираясь по сторонам и отставая на шаг, тот не стал смотреть на него суровым взглядом «пшёлвонотсюда», каким обычно одаривал паренька, а замедлился и пошёл рядом. С того дня началась их крепкая дружба, пережившая и холодные стены детского дома, и полные драк и насмешек дни, когда Чимин признался в своей неправильной для многих ориентации, и голодные годы после выпуска. Юнги быстро смекнул, что Чимин обладает необычной красотой: на него хотелось смотреть, им хотелось любоваться, и это не могло не принести хороших результатов вкупе с шустрыми мозгами Юнги и его деловой хваткой. На первые же вырученные с работы доставщиками деньги парни купили телефон, дешёвенькую косметику, и понеслась: они приходили с работы уставшие, сонные, принимали душ и начиналась возня. Юнги выставлял свет из подручных материалов вроде старенькой лампы, причудливо обставленной бумагами А4, чтобы свет падал правильно, рассеиваясь в нужном направлении, а Чимин, включая всё свое обаяние и милашность, садился перед экраном и наносил косметику, пошагово рассказывая и показывая что и как делать для того, чтобы макияж смотрелся наиболее выигрышно. И делал он это неизменно в прямом эфире, чтобы был эффект присутствия и вовлеченности, что вскоре начало привлекать внимание: Чимин был настолько естественным в своих проявлениях, что это очаровывало с первого взгляда. Юнги оказался абсолютно прав: на Чимина смотрели, им любовались, а его природные таланты и приобретенные через наблюдательность и любознательность навыки в макияже приносили пользу сначала десяткам, затем сотням, а на сегодня уже миллионам его подписчиков. Чимин всегда был обезоруживающе улыбчив и позитивен, приветливо отвечал на комментарии, и не только на тему макияжа: опыт сиротства сделал из него осознанного и вдумчивого молодого человека, который умел поддерживать и помогал смотреть на многие вещи под другим углом. Юнги жутко гордился тем, что Чимин, сам того не осознавая, помог многим подросткам благополучно разрешить многие конфликты с родителями, так как умел указать им на то счастье, которым те обладают. При этом парень никогда не давил на жалость, не ныл о своей судьбе, лишь пару раз мимолётом затронув тему своей потери. Постепенно простой телефон сменился на новороченный, дешевая косметика - на брендовую, а старая лампа переместилась на полку в новой квартире Чимина как память, сменившись качественной осветительной аппаратурой. Пак начал делать обзоры не только на косметику, но и на одежду, создавая стильные образы и стилизуя гардероб. И вот спустя семь лет он узнаваем в кругах селебрити, вхож на популярные мероприятия и любим миллионами визжащих от одного его вида девчонками. А фамилия Пак теперь - имя нарицательное, которым называют стильных молодых людей с отменным вкусом. И всегда рядом с ним серый кардинал и мозг их дуэта Мин Юнги. И только благодаря ему Чимин сейчас стоит у больших ворот санатория за ручку с растерянной аджумой, чтобы отбелить запятнанную репутацию. - Ну, аджума, добро пожаловать в «Зори»! - Чимин широко улыбнулся и открыл ворота, пропуская покрасневшую от удовольствия женщину вперед. Затем схватил два чемодана и пошёл за ней, осматриваясь по сторонам. Здание санатория утопало в зелени, по аккуратным аллеям гуляли семьи с детьми, на скамейках, раскиданных тут и там по территории, отдыхали женщины и мужчины почтенного возраста. Само здание имело пять этажей и улыбалось новым гостям кристально чистыми окнами с миленькими занавесками. В целом санаторий производил приятное впечатление. Здесь было тихо, спокойно и умиротворенно. Чимин со стопроцентной уверенностью мог признаться себе, что… умрет тут со скуки. Но выбора у него не было: накосячил - отвечай. Ещё вчера он вышел на связь с аудиторией, чтобы покаяться, извиниться и сообщить о том, что собирается замаливать свои грехи заботой о потрёпанных им нервах бедной аджумы. И он, если честно, собирался добросовестно выполнять свое обещание. Регистрация прошла успешно. Здесь никто не пялился на звезду интернета, так как средняя возрастная категория гостей санатория была сильно выше его привычной аудитории. Чимина с аджумой Мэй разместили на втором этаже в соседних номерах с видом на премиленький водоём, вокруг которого были расставлены скамеечки. Чимину, как сопровождающему, вручили памятку с программой лечения тетушки - ему полагалось провожать её на процедуры, чтобы женщине не приходилось блуждать по коридорам, и встречать её с них, чтобы доводить под белы ручки туда, куда ей необходимо. Всё свободное время Пак мог делать что угодно, разумеется, не забывая всё снимать и делать качественную нативную рекламу. Что ж, всё не так плохо как он себе представлял. Чимин распаковал свой чемодан и переоделся, по привычке покрутившись перед зеркалом. Затем осознал, что красоваться тут не перед кем, и тяжело вздохнул - пока он тут пытается интересно рассказать о неинтересном в своих сторис, Тэ наверно греет свою задницу в его джакузи, потягивая дорогое вино и планируя свой вечер, который явно пройдет веселее чем у Чимина - парень попросил друга пожить эти три недели у него, чтобы его любимая кошка Джессика была под присмотром. Дергать по этому поводу Юнги, который и так делает ради донсэна всё и даже больше, не хотелось. Чимин вышел из своего номера и постучался в соседний - пора было идти с аджумой на обед.

***

- Должен признаться, кормят тут очень вкусно,- Чимин с аппетитом жевал сочное мясо, отдающее нотками чернослива, сидя за одним столом с аджумой Мэй и ещё двумя стариками - весьма общительной семейной парой. За прошедшие минут двадцать Чимин успел узнать, что у них трое детей, семеро внуков, маленький, но уютный домик в пригороде Сеула, а также высокое давление у одной, и геморрой у другого. Последнее было сообщено по великому секрету громким шёпотом, который услышала вся столовая. Чимин сочувствующе покивал, вызвав уважение новых знакомых и гордость старой - тётушка Мэй, кажется, на полном серьёзе начала считать его своим внуком. По крайней мере она с сияющими глазами рассказала всем, что её внучок известный блогер и просто душка, мало того, что оплатил её лечение в санатории, ещё и вызвался сопровождать, чтобы ей не было скучно. Скучно ей, судя по всему, и не будет: на неё то и дело бросал игривые взгляды бравый дедушка с седыми усами с соседнего столика, отчего тетушка Мэй мило краснела и совершенно по-девчачьи хихикала, кокетливо накручивая локон на пальчик. Чимин с тоской отметил, что является лишним на этом празднике жизни: даже у аджумы уже с первых часов намечается курортный роман, а он в свои двадцать пять так и не познал любви. Ни разу. К счастью, ему не пришлось предаваться саморефлексии слишком долго - подходило время массажа аджумы, и Чимин мягко напомнил ей об этом, изо всех сил стараясь не зевать слишком сильно - ему было очень, очень скучно, но расстраивать этих приятных стариков не хотелось. Кабинет массажа находился на первом этаже, куда неспеша и направились Чимин с Мэй, напоследок получив наставление от новых знакомых: “Ух, Мэй, переживаем за твое сердечко! Чонгук-щи делает такой массаж, после которого можно и сразу в рай! А ещё тааакой красавец! Смотри, не влюбись!». Похоже, у аджумы здесь есть все шансы завести отношения. Если это будут отношения с профессиональным массажистом, всё сложится максимально удачно - женщина будет в надёжных лечебных руках. Дойдя до кабинета массажа, Чимин аккуратно постучался и сразу открыл дверь, справедливо полагая, что там скорее всего, нет никого лишнего, ведь они подошли строго к назначенному времени: - Здравствуйте, можно? Я привел госпожу Мэй. - Конечно, проходите. Госпожа Мэй? - массажист отозвался приветливым голосом, далёким от пожилого. Проморгавшись от яркого солнца, которое било прямо в глаза через открытые окна, Пак наконец смог увидеть обладателя слишком молодого для старика, коим Чимин себе представлял массажиста, голоса. Статный молодой мужчина в светло-серой форме стоял боком и уже помогал госпоже Мэй пройти за ширму, за которой та могла переодеться для сеанса. А Чимин… Чимин бессовестно залип на воплощении всех своих фантазий: высокий, явно выше Чимина на голову минимум, с широкими плечами и сильными мускулистыми руками, которые выглядывали из-под рукавов длиной в ¾, длинными ногами и округлой задницей, отчетливо выделявшейся из-за позы, массажист явно не был стариком. Из-за яркого полуденного солнца он весь будто был окутан светом, что добавляло романтизма моменту. - Мистер Пак, а Вы сами будете брать курс массажа? Мистер Пак скорее прочитал сказанное по губам, нежели услышал - в его голове стояла восхитительная пустота, а глаза не могли перестать ощупывать взглядом красивое, да что там! - потрясающе красивое лицо с прямым носом, огромными глазами и… -С Вами всё в порядке? …пирсингом на одной брови и губах. Пиздец. - Чимин-щи?.. - А? - Чимин, наконец, отлип от губ массажиста и встретился с ним глазами. В груди что-то ухнуло и, Чимин готов поклясться, с грохотом покатилось вниз к самым пяткам, облизывая их пламенем. - Я спрашиваю всё ли у вас в порядке… - мужчина улыбнулся, добивая Чимина улыбкой, открывающей вид на ряд ровных белых зубов с чуть выдающимися передними, из-за чего мужественное лицо стало невыносимо милым. - Нет... Да! Мне пора, - Чимин выскочил за дверь и прислонился к ней спиной, ощущая как бешено стучит его сердце. Что происходит вообще?! Чимин торопливо оглядел коридор, надеясь, что никто не увидел его ошарашенного вида, и бросился на свой этаж. Ему двадцать пять лет, он половозрелый мужчина с достаточно обширным опытом в любовных делах, но вот это состояние… Это явно тот самый «дзынь», про который говорилось в их любимом с Тэ мультфильме. Облик прекрасного массажиста отпечатался у Чимина в сознании так чётко, что он видел его перед собой даже закрывая глаза. А когда парень зашел в душ освежиться, фантазия шустро нарисовала ему обнажённого массажиста стоящим рядом с Чимином под струей воды и прижимающимся к нему крепким, сильным… Блять! Чимин выскочил из ванной комнаты как ошпаренный и принялся остервенело сушить волосы. Вот так приехал в санаторий, вот так влился в скучную жизнь. Причём Чимин сам не понимал почему так нервничает. Нужно всего лишь познакомиться с парнем поближе, пообщаться, взять номерок, пригласить на свидание, провести приятную ночь, может даже парочку, и всё пройдет, делов-то! Но что-то внутри подсказывало, что Пак вляпается в этого массажиста по самое не балуй, а это не то, чего хочется на пике своей сексуальной привлекательности и востребованности. Почему? Да просто потому что, понятно?! Чимин насмотрелся на этот хоровод безнадёжно влюблённых и страдающих людей вокруг. Да даже взять того же Тэ, который уже год сохнет по Юнги, но никак не может решиться признаться в своих чувствах, так как считает, что Юнги его не поймёт. А Юнги, по скромному мнению Чимина, все поймёт, даже если вдруг не примет - его хен не был замечен в интересе к своему полу, но всегда был лоялен к таким как Чимин и Тэхён. Чимин устал доказывать другу, что лучше признаться и пожалеть, чем всю жизнь жалеть о том, что не признался. Но Тэ продолжал вздыхать по Юнги, плакаясь в жилетку Чимину и притворяясь до фига равнодушным перед объектом своей любви. Нет, Чимин себе такого не желает, поэтому к чёрту! Вот пройдут положенные полчаса массажа, он заберёт аджуму, и постарается больше никогда не пересекаться с красавчиком, который оглушил его с первых секунд. Чимин ещё не знал, что у судьбы на этих двоих свои планы.

***

- Тётушка Мэй? Чимин с несвойственной ему робостью просунул голову в кабинет массажа, надеясь, что сеанс уже закончен, и аджума собирается выходить. - Чимин-щи, проходите, не стесняйтесь, мисс Мэй уже ушла на следующую процедуру, а администрация санатория решила подарить Вам сеанс расслабляющего массажа, поэтому добро пожаловать, - массажист дружелюбно улыбнулся, вводя Чимина в ещё больший, чем был до этого, ступор. - Эммм… - Чимин встал у порога, изо всех сил отводя взгляд от объекта своего внезапного сумасшествия, - Думаю, мне не нужен массаж. Да, я не очень его люблю. - У Вас был неприятный опыт? - мужчина подошёл к Чимину, нависнув над ним своей внушительной фигурой. Чёрт, этот парень вообще в курсе что такое личное пространство? Как же вкусно от него пахнет! А его руки! Чимин был уверен, что эти руки могли бы его с легкостью удерживать на весу, пока они… - Вам было больно? - спокойный голос парня вернул Чимина к реальности. - Эмм… Нет, - Чимин шумно сглотнул, старательно отводя взгляд, - Если честно, у меня вообще опыта массажа не было, но мне и не… - Так это же замечательно! - мистер Чон бережно взял растерявшегося Пака за локоток и повёл к центру кабинета, - Ваш первый опыт будет с самым лучшим массажистом в мире, коим меня называют наши гости, Чимин-щи. Кстати, можете меня называть просто Чонгук.  Чон вдруг остановился, взялся за плечи парня обеими руками и проникновенно посмотрел в его растерянные глаза сверху вниз: - Для меня огромная честь стать первым у такого популярного, красивого и привлекательного парня как Вы, Чимин-щи. Чимин покраснел от двусмысленности предложения, но ещё больше от того как правильно ощущались сильные руки массажиста на его кажущихся хрупкими на фоне здоровяка плечах. И Чон, видимо, решил добить его нежную нервную систему: - Боже… Вы так мило краснеете… Чимин вздрогнул и поднял взгляд на лицо мужчины. Лучше бы он этого не делал: тёмные омуты изучали его лицо так внимательно, что от этого по всему телу парня пошли мурашки. Чимин на автомате нервно облизнул губы и как в замедленной съёмке пронаблюдал как расширяются зрачки Чона. Боже… Чимин ему тоже понравился? Спаси и сохрани… Словно услышав его мысли, Чонгук вдруг отпустил его плечи и отступил на полшага назад: - Пожалуйста, пройдите за ширму. Там есть всё необходимое для подготовки к сеансу. Чимин шустро шмыгнул мимо мужчины, чувствуя как в штанах становится тесно из-за мурлычущих ноток в его голосе. Руки парня дрожали, из-за чего он не смог с первого раза ухватить язычок молнии на своих шортах. А когда ему всё-таки удалось это сделать, он слишком резко его дёрнул, и… - Да бляааать… Чимин устало провёл руками по волосам, нервно зачёсывая их назад. Какой же чертовски долгий день! - Мистер Пак, я могу Вам чем-нибудь помочь? - голос Чона раздался совсем рядом, что неудивительно - ширма была такой тонкой, что сквозь неё Чимин отчётливо различал силуэт массажиста. - Не думаю, мистер Чон. - Просто Чонгук. - Чонгук… Мне кажется, нам придётся отложить сеанс, - Чимин вдруг облегчённо выдохнул, понимая, что ему удастся избежать контакта с этими сильными руками, от которых он явно окончательно слетит с катушек на крыльях любви и страсти. - О… А в чём дело? - голос Чона прозвучал несколько расстроенно. Или Чимину показалось? - Молнию заело, мне придется вернуться к себе в номер и как-нибудь разобраться с этой проблемой, - Чимин медленно выдохнул и вышел из-за ширмы. В тот же момент произошло невероятное: массажист рухнул перед ним на колени со словами «Это же вопрос нескольких минут!», и вцепился в шорты Чимина под судорожный вздох последнего. Вы не подумайте, Чимин не девственник и не ханжа. Даже наоборот, он довольно раскрепощенный молодой человек, но это и стало причиной казуса. Его фантазия быстро разогналась, за считанные секунды доведя Чимина до бешеного сердцебиения из-за вида, который открылся ему сверху: накаченные руки, одна из которых была покрыта татуировками, теребили молнию на его шортах в то время как лицо Чона находилось в опасной близости от паха Чимина. Этого хватило, чтобы младший Пак ещё более заинтересованно поднял голову, сильнее натягивая ткань шорт. Чимин зажмурился, осознавая весь ужас своего положения: перед ним мечта, сошедшая из самых смелых фантазий, а он стоит как подросток в пубертате со стояком в штанах и красным со стыда лицом, понятия не имея как выпутаться из ситуации, сохранив чувство собственного достоинства. - Чимин-щи… Боже… Сейчас Чон скажет, что он извращенец и вышвырнет его из кабинета. Какой позор… - Мне кажется, я могу помочь Вам в решении и другой проблемы?.. Что?? Чимин удивлённо распахнул глаза и столкнулся с чонгуковыми - тот, не отрывая взгляда от Чимина, сделал еле уловимое движение рукой, и молния легко расстегнулась. Шорты довольно свободного кроя приспустились, являя миру белые боксёры с пятнышком от… - Боже.. Мне… Я… - Чимин попытался натянуть шорты обратно, одновременно отступая назад, но был остановлен крепкой хваткой сильных рук: Чонгук зафиксировал бёдра Чимина и… Прижался лицом к его паху. Что, блять?! Солнце ярким светом заливало комнату, и Чимин в каком-то странном ступоре отметил про себя, как красиво кружатся пылинки в его лучах. За окном гуляли достопочтенные мужчины и женщины, вдалеке кто-то заливался смехом, а в кабинете массажа ожившая мечта Чимина пускала мурашки по его телу, проводя носом вверх и вниз по внутренней стороне его бедра в паре миллиметрах от… - Ммм… Если бы Вы только знали, Чимин-щи, как я мечтал об этом, изо дня в день листая ваши фотографии, сторис и сохранённые эфиры… Если б Вы только знали… - кожу обожгло горячим дыханием массажиста. В голове зашумело. Чимин неверяще смотрел вниз, в тщетной попытке поймать взгляд Чонгука - тот в данный момент намного сильнее был заинтересован открывшимся перед ним видом. Чимин не считал себя венцом творения Бога, но, что уж греха таить, осознавал свою привлекательность. Так же он прекрасно знал, что ему есть чем гордиться в плане достоинства в штанах. В конце концов, у него достаточно богатый сексуальный опыт, и он привык к восхищенным взглядам. Но то, как на него смотрел Чонгук, то, как тяжело и порывисто он при этом дышал, поднимало в Чимине бурю эмоций - от всё ещё не отпускающего шока до дикого предвкушения чего-то очень горячего. Поэтому до него с опозданием дошел смысл сказанного богоподобным существом у его ног. А когда дошёл, что-то спрашивать было уже поздно: Чонгук, подняв глаза на Чимина, открытым ртом прижался к его стволу через тонкий материал боксеров и мучительно медленно всосал его, намочив ткань и выбивая из Чимина дух - тот издал низкий длинный стон, непроизвольно обхватывая Чонгука за голову, и запрокинул голову. Чонгук, очевидно, принял это за приглашение к продолжению: отпустив, наконец, бедра Чимина, он обеими руками медленно стянул его белье с шортами, пожирая глазами каждый сантиметр постепенно оголяющейся кожи. - Чимин-щи… Если бы ты видел то же,что вижу я… Клянусь, ты бы не удержался и сделал то же самое… Чимин, крыша которого уже давно поехала, помахав напоследок сломанным замком молнии, усилием воли заставил себя открыть глаза и посмотреть вниз, чтобы увидеть как парень накрывает его член своими губами с пирсингом. - Блллять… Во рту Чонгука уже давно кипели котлы в ожидании грешника - там было жарко, влажно и невыносимо приятно. Обхватив член губами, он сделал всасывающее движение, одновременно проводя языком по стволу, затем вдруг выпустил его изо рта, чтобы в следующую секунду взять обратно только кончик, лаская его языком круговыми движениями. Не давая Чимину передышки, Чонгук резко насадился на всю длину, создавая вакуум, одновременно с этим положив свои руки поверх ладоней Чимина и надавив на них. Чимин неверяще уставился на него, но Чонгук, действительно, предлагал ему… трахнуть его в рот?! Словно подтверждая его мысли, массажист замычал, пуская вибрацию по изнывающему члену. Черт! Почему это настолько хорошо?! А дальше произошло то, от чего Чимину окончательно сорвало тормоза - не отрывая от Чимина взгляда, Чонгук сглотнул, стенками горла сжимая ствол. Ноги Чимина задрожали, и он бы, наверняка, рухнул на пол, но Чонгук вскочил на ноги и в пару шагов аккуратно дотолкал стреноженного собственными шортами Чимина до стены, не прерывая зрительного контакта. Затем, не давая ему опомниться, снова оказался у его ног: - Ну же, Чимин-щи, окажи мне эту честь быть сегодня тем, кто подарит тебе удовольствие… Не дожидаясь ответа, Чонгук вобрал в рот каменный член парня, снова хватая его за руки и прикладывая их к своей голове. - Чёрт… Нужно ли бороться с наслаждением, которое само плывёт в руки? Чимин закусил нижнюю губу и сделал первый медленный толчок. Чонгук довольно застонал, будто ждал этого всю жизнь, и схватил его за ягодицы, ободряюще сжав их. Блогер почувствовал, как копчик облизнуло пламенем, который распространился по всему тазу. Жар стремительно облизал позвоночник, пустив дрожь по телу. Чимин в каком-то тумане огляделся вокруг. В кабинете было жарко несмотря на приоткрытые окна. Приоткрытые окна, сквозь которые любой проходящий мимо мог бы услышать стоны, которые издавали оба парня. Безумие… Творилось настоящее безумие, останавливать которое Чимин не имел ни сил, ни желания. Парень зафиксировал голову Чонгука, зарываясь пальцами в его волосы, и сделал еще один толчок. В ответ тот снова сжал его ягодицы и слегка развел в стороны, чтобы затем прижать оба полушария друг к другу. Если это был массаж, Чимин готов признать, что Чонгук действительно отличный массажист. Еще толчок. Оба застонали. Чимин задвигался более уверенно. Чонгук вскинул глаза на Чимина - большие, темные, бездонные - и встретился с таким же помутневшим безумным взглядом. Несмотря на то, что голова Чонгука была буквально насажена на член, тот умудрился довольно ухмыльнуться, и расслабил горло. Чимин сквозь пелену удовольствия увидел, как по виску массажиста стекает пот, оставляя после себя влажную дорожку. Невыносимо захотелось слизать его… В чем Чимин не стал себе отказывать: парень наклонился и провел длинным языком по виску Чонгука, ощутив соль на губах. Не удержавшись, он втянул носом естественный аромат тела мужчины, проведя носом по линии роста волос. Божественно вкусный… Однако Чонгук протестующе замычал, так как из-за наклона член Чимина выскользнул из его рта. - Я хочу иначе… - Чимин потянул Чонгука наверх, придерживая его за нижнюю челюсть обеими руками. Тот не стал сопротивляться и поднялся на ноги, снова возвысившись над Паком и пошло облизнув губы. Боже… - Сними… - Чимин нетерпеливо дернул его за завязки брюк. Чонгук, тяжело дыша, развязал шнурок и потянул брюки вниз. Пак торопливо помог ему дрожащими руками. Наконец штаны были отброшены, то же самое сделал и Чимин со своими, наконец высвободив ноги. Глаза сами упали на пах Чонгука - его белье топорщилось, выдавая сильнейшее возбуждение. Чимин быстро огляделся в поиске какой-нибудь смазки и нашел глазами искомое: на полке рядом с ширмой стояли бутылочки со всевозможными маслами для массажа. Зажмурившись от того, как Чонгук жарко дышит ему в висок, то и дело припадая носом за ушко, Чимин слегка шлепнул его по плечу и кивнул в сторону полки. Проследив за его взглядом, Чонгук без слов понял его намерения и, потянувшись, достал ближайшую бутылочку. Чимин довольно улыбнулся, бросив быстрый взгляд на лицо Чонгука, и высвободил каменный член массажиста, потянув его белье вниз. В меру длинный, толстый член с крупной головкой встал по стойке смирно, размазав по животу хозяина предъэякулянт. - Красивый… - Чимин торопливо открыл бутылочку дрожащими руками и налил немного на ладонь. Затем похабно ухмыльнулся и взял член Чонгука в руку, не отрывая взгляда от исказившегося от удовольствия лица мужчины. То, как Чонгук тяжело дышал, то, как закрывал глаза от удовольствия, то, как он беспрекословно передал ведущую роль Чимину - всё в нём ещё больше заводило парня. Чимин наклонил голову и коротко облизнул ключицу Чонгука: - Такой же красивый как его хозяин… - парень круговым движением провел по члену Чонгука вверх и вниз, из-за чего тот громко втянул воздух сквозь сжатые зубы, - Опустись немного… Чонгук расставил ноги шире, чтобы опуститься ниже и позволить Чимину обхватить и собственный орган. Оба парня в унисон застонали, когда Чимин тягуче медленно провел ладонями по обоим пенисам. Теперь лицо Чонгука было на одном уровне с лицом Чимина, благодаря чему Чимин мог изучить его в деталях. Мог бы, но… Ощущений было слишком много: два каменных члена терлись друг о друга в кольце умелых ладоней, и он не мог сосредоточиться ни на чем другом, особенно после того как Чонгук издал еще один протяжный стон и уперся локтями о стену по обе стороны от его головы. Парни не отрывали друг от друга взглядов. За окном кто-то громко засмеялся, в соседнем кабинете хлопнула дверь, но они, казалось, не слышали никого и ничего. Впрочем, так оно и было: оба были сосредоточены на том удовольствии, которое Чимин доставлял обоим своими горячими ладонями. Чонгук начал подмахивать, пытаясь усилить трение. - Я так не могу… - Что?.. - Чимин растерянно моргнул и остановился, но в следующую секунду Чонгук схватил его голову обеими руками и накрыл его губы своими, остервенело вгрызаясь в них и проталкивая язык в его рот. Этот Аполлон даже целовался божественно: он попеременно всасывал губы Чимина, иногда, не удержавшись, кусая их, чтобы затем сразу же успокаивающе облизнуть и продолжить кружить языком вокруг его языка. Чимин возобновил движения, понимая, что долго они оба не продержатся: Чонгук толкался в его ладони, слегка сгибая и разгибая колени, ни на секунду не переставая жарко целоваться. Кабинет наполнился звуками секса: мелодичный голос Чимина смешивался с низким рычащим стоном Чонгука, звуки мокрых поцелуев перемежались с хлюпаньем масла и шуршанием так и не снятого верха. Чимин бы с удовольствием восполнил этот пробел, чтобы ощутить кожей пресс Чонгука, но… - Я долго не продержусь.. - Чимин простонал в поцелуй, чувствуя, как внизу живота начинает скручиваться тугой узел удовольствия. - И не надо.. - Чонгук оторвался от губ Чимина и заставил его посмотреть на себя, придерживая за подбородок. Другой рукой он накрыл руку Чимина, помогая ему довести обоих до финала. Движение вперед: - Я… Назад: - Твой… Вперед: - Фанат… Назад: -Номер… Вперед: - Один… Финиш! Чимин затрясся всем телом, приваливаясь к Чонгуку и прикусывая его плечо в попытках сдержать рвущийся наружу стон. Через пару секунд он почувствовал, как по его животу потекла и горячая сперма Чонгука, который, в отличие от Чимина, сдерживаться не стал - громкий стон утонул в волосах Чимина... Чонгук устало опустился на пол, потянув за собой Чимина и усадив его на свои бедра лицом к себе. Они поменялись местами, и теперь Чонгук упирался спиной в стену.  Оба были в поту и в сперме, но, кажется, Чонгука это волновало мало - он крепко прижал парня к себе, обнимая за тонкую талию и укладывая подбородок на его плечо. Оба молчали, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Наконец, Чонгук нарушил тишину: - Пойдешь со мной на свидание, Чимин-щи? Я знаю одно потрясающее место для пикника. - Нет… Чонгук напрягся всем телом и замер. - Я собираюсь сходить с тобой на двадцать одно свидание - по одному на каждый день, проведенный в санатории, - Чимин улыбнулся, ощутив, как Чонгук облегченно выдохнул, а его тело расслабилось.  - А вот ты, Чонгук, пойдешь со мной на двадцать второе свидание в городе в какой-нибудь свой выходной? - Чимин отклонил корпус, чтобы посмотреть в глаза Чона. - Я хочу ходить с тобой на свидания до конца жизни, - тон Чонгука был абсолютно серьёзен, что смутило Чимина: - Эмм… Мы с тобой толком даже не знакомы, чтобы ты мог говорить мне такие серьезные ве… - Рост 175, размер обуви 41, любимые цвета винный и фиолетовый, любимая кошка Джессика, лучший друг Тэхен, и он, кажется, влюблен в твоего менеджера Юнги, судя по взглядам, которые на него бросает, - Чонгук выпалил это на одном дыхании. - Чонгуки…, - Чимин аккуратно погладил его по плечам, - Ты знаешь обо мне то, что я показываю подписчикам, но это не значит, что ты знаешь меня настоящего… - В августе ты становишься грустным, что заметно по твоим глазам, это начинается где-то в середине месяца и длится пару дней. И хоть ты никогда не говорил про это, я предполагаю, что именно в августе ты потерял родителей. Когда ты выходишь в прямой эфир в машине, у тебя еле заметно дергается глаз и ты постоянно смотришь на водителя, будто боишься, что он потеряет контроль над управлением. Скорее всего, твои родители погибли в аварии, а ты был в это время с ними. Тебе нравится дождь, в такую погоду ты становишься расслабленным и немного меланхоличным, но это даже не грусть, а умиротворение. Когда ты ешь острую еду, твой нос потеет, а губы краснеют и становятся еще более пухлыми. У тебя есть милая привычка придерживать свои брюки рукой, как принцесса, но ты пытаешься от неё избавиться, так как тебе это кажется немужественным. Но тебе очень идет твоя двойственность - ты одновременно и милый, и сильный, и дерзкий, и чувствительный… Чонгук чмокнул опешившего Чимина в нос и с улыбкой продолжил: - Да, я многого о тебе не знаю и, если честно, совсем тебе не ровня - ты звезда, а я простой массажист, хоть и в элитном, но санатории. И знакомство наше началось неправильно, хотя узнав, что руководство прислушалось к моему мнению предложить тебе рекламную интеграцию, и ты приедешь к нам, я готовился и репетировал, чтобы всё сделать красиво. Но я грезил о тебе долгие годы, даже не мечтая когда-нибудь увидеть вживую. А раз уж это случилось… Не судьба ли подарила мне шанс попробовать завоевать твое сердце?.. Если ты позволишь попробовать… Мужчина замолчал в ожидании ответа. Чимин некоторое время просидел, буравя взглядом стену, потом наконец созрел для ответа: - Липко… - Что?.. - Сперма засыхает и стягивает кожу, при этом прилипая к рубашке… Шортам кабзда, так как я вижу, что они в масле из-за того, что я бросил на них бутылочку с маслом, а она опрокинулась. У меня затекла спина и чешется в районе поясницы, и да, я позволю тебе попробовать, потому что тоже хочу этого, - Чимин перевел взгляд на Чонгука, со смешком наблюдая за тем, как сбитый с толку из-за кажущегося равнодушным начала его монолога Чонгук медленно осознает, что Чимин готов попробовать. Чонгук резко прижал Чимина к себе, выбивая из него полузадушенный писк: - Спасибо! Затем он начал подниматься с пола, елозя лопатками по стене, но не выпусая Чимина из рук: - Предлагаю продолжить знакомство в душе. Только дверь закрою… - Она всё это время была открыта?! - Чимин ошарашенно оглянулся. - Ну... Никто же не зашёл…, - Чонгук самодовольно хмыкнул, вызывая в Чимине желание стукнуть его и одновременно наказать поцелуем, - До следующего сеанса у меня еще час времени. И да… Возьмёшь курс массажа у самого лучшего массажиста в мире?..