Пустота

      Впервые Мафую познакомилась с содержанием эмоций у Канадэ после звонка из больницы. Её отец умер.       Как бы не пыталась сдержать себя композитор, всё же она смогла поплакать в плече у девушки. Но тогда ей показалось, что для такого горя, слёз было совсем мало, было видно, что та сдерживается.       Бабушка Йоисаки предлагала забрать свою внучку к себе, но та отказалась. Прошли похороны. Было видно, как Канадэ была эмоционально истощена. Нииго согласились сразу на время взять перерыв, чтобы их подруга восстановилась.       Однако, Асахину всё ещё не покидают мысли. Она полностью доверяет композитору, но было понятно, что та не раскрывает свою душу, не даёт помочь себе, что было достаточно ранимо для лирика.       Сейчас она готовила завтрак для них обеих. Девушка ещё не проснулась, так что время ещё чуть есть. Мафую заварила чай, лавандовый, чтобы тот уже слегка подостыл к пробуждению Йоисаки. — Доброе утро, — достаточно пусто прозвучала вошедшая. — Доброе утро. Я приготовила нам чай, можешь пока его пить. Бутерброды почти готовы, — поздоровалась она, не обращая внимания.       Через пару минут завтрак был готов. За столом было тихо и эта тишина показалась школьнице не уютной, как раньше, а скорее пустой. — Канадэ? С тобой всё в порядке? — обеспокоено спросила Мафую, — ты не притронулась к еде. — Мгм, — слегка кивнула головой, продолжая смотреть на хлеб с вареньем.       Странное чувство затронуло грудь лирика, раньше не было такого. Но к сожалению, пришло время идти в школу. — Удачи в школе, — пожелала композитор. — Спасибо.       День прошёл в тревожных мыслях о своей подруге. Она надеялась, что та поела всё же. К сожалению, сегодня было занятия по стрельбе, из-за чего дома Асахина могла быть лишь вечером. — Я дома, — обозначилась она.       Её никто не встретил. Сняв обувь, Мафую вышла из коридоре и ужаснулась увиденному: Йоисаки сидела на том же месте, что и с утра, а завтрак был нетронутый. — Канадэ?.. — тихонько села рядом она, — ты не ела.       Казалось, что девушка вышла словно вышла не некоторого транса. Обратив внимание на школьницу, она показала свои полуприкрытые тусклые глаза. — Не хочу.. — тихо ответила композитор. — Ты не ела весь день, — обеспокоенно продолжила выпытывать информацию, — может сейчас хочешь? — Не хочу.. — снова сказала она. — Тогда..что ты хочешь? — аккуратно спросила Мафую. — .. Спать, — ответила Йоисаки.       Она аккуратно проводила хозяйку дома до своей кровати и могла уложиться. Некоторая паника присутствовала и она не понимала почему именно.       Аккуратно, не тревожа покой композитора, Асахина прошла в свою комнату. Нужно было сделать уроки.       Но это было сдержать трудно. Все мысли было забиты беспокойством о состоянии Канадэ. Она надеялась, что с утра станет лучше.       На следующее утро Мафую снова делала завтрак. Самочувствие было не очень — этой ночью она плохо спала. Непонятная перемена в поведении композитора слишком беспокоила лирика. Она сделала две тарелки, надеясь, что всё же та поест.       Заглянув в комнату, Асахина увидела, что Йоисаки ещё спала. Одеяло было поднято до носа, а лицо частично расслаблено. Влажные глаза указывали на то, что девушка плакала в одиночестве и совсем тихо, чтобы никто не заметил. Не понимая своих тревог в груди, школьница аккуратно поцеловала в лоб, не желая будить так попрощалась.       Сегодня после уроков ничего не было, поэтому она быстро вернулась домой. Завтрак не был съеден, как и вчера. Мафую постучала в комнату, предупреждая о своём вхождении.       В комнате было темно — компьютер был в спящем режиме, а шторы никогда не открывались. Канадэ лежала на спине и смотрела в потолок. — Ты проснулась. Не хоче—.. — Нет..       Такого резкого ответа Асахина не ожидала. Волнение, не похожее на то, что было перед матерью, полностью захлестнуло её. — Ты не ешь второй день!.. тебе нужно!.. — обеспокоенно продолжила она. — Отстань, — перевернулась на другой бок, поворачиваясь спиной к лирику, — я буду спать.       Выйдя из комнаты, Мафую была ошеломлена. Сердце болело как в не себя. Пару раз ударив себя в это место, она пыталась понять причину всего этого. Но пока позволит ситуации идти дальше.

***

— Что ты имеешь ввиду под "она не вылазит из своей кровати четыре дня, отказывается есть и пить, а ещё просит оставить в одиночестве"? — удивлённо переспросила Эна. — Я понимаю. Я пыталась что-то делать, но ничего не получалось. А заставить я..не могу, — теребила свои пальцы лирик. — Оу. Всё настолько плохо? — огорчился Мизуки. — Мы еле как тебя уговаривали, когда ты в депрессии была, а тут ещё и похлеще и с Канадэ, что к себе и на пушечный выстрел не подпускает никого, — рассуждала Шинономе. — А? — не поняла Мафую. — Ей плохо душевно. И логично, что это на фоне смерти её отца, — пояснила она. — Это многое разъесняет, — согласился Акияма. — Но вот.. что делать? — спросила Асахина. — А вот тут мы тебе ничем не поможем, — пожала плечами художница.       Ситуация была одна из дерьмовых.

***

      Она не может. Ночью её настиг кошмар, а снова заснуть не может — слишком тревожно. Обычно в такие моменты Канадэ позволяла спать с ней в обнимку, и дальше ночь становилось спокойней.       Но имеет ли сейчас Мафую права на это, когда у неё горе похуже? Она считает, что нет. Но может быть, простое нахождение рядом поможет.       Аккуратно зайдя в комнату Йоисаки, лирик села на пол. Прикрывшись одеялом, она прислонилась к кровати. Мысли стали потихоньку становиться тише, а тревога отступать. — Мафую?... — прошептала тихонько девушка. — Прости, я тебя разбудила.. я скоро уйду...— шёпотом ответила она. — Что случилось?.. — проницательно спросила Канадэ. — Плохо спала, кошмар приснился, — ответила Асахина, — подумала, что ты спишь, поэтому..лишь села.       Йоисаки отодвинулась дальше в кровати и похлопала по месту, где лежала. Школьница была удивлена, хотя винила себя в том, что не спасает своего же спасителя, что нуждается в помощи. — Можем ли мы..взяться за руки? — стыдливо попросила она.       Маленькая ладонь была протянута. Рука лучницы сразу же переплелась с другой, маленькой, прижимая к своей груди.       Но на самом деле, ей пришла ужасная идея. Этим грешила собственная мать на протяжении всей жизни, а тут делать против близкого человека. Для Мафую это выглядело как предательство, но это могло сработать.

***

      Манипуляция. Яблоко от яблони не далеко же падает. Именно это было главным оружием матери, а теперь Мафую так заставляла идти есть.       Асахине очень стыдно — когда Канадэ станет лучше она обязательно будет молить о прощении. Правда, не будет говорить, что после уроков сразу бежала домой, а с дополнительных занятий по просту сбегала, полностью понизив и свою посещаемость и репутацию.       Именно это была причина неожиданной вылазки из дома. Благо, Эна смогла приехать и присмотреть за композитором.       И сейчас она заходит в кафе и сразу же видит столик, где сидят родители, в особенности определённая женщина. — Мафую. Как я рад тебя видеть, — начал мужчина. — Привет. Так о чём вы хотели поговорить? — сразу с дела начала школьница. — Нас вызывали ни раз в школу, — начала мисс Асахина, — сначала худшие результаты, потом прогулы. Это что происходит? — Ситуация появилась неопределённая, — пыталась не поддаваться на провокацию. — Ладно! Ладно, — повысила свой тон женщина, — я уже смирилась с тем, что ты живёшь у этой Йоисаки, но твоя прямая обязанность — учиться! — Да ты даже знаешь что произошло, что мне приходиться прогуливать занятия, — защищалась лирик. — Можешь рассказать, пожалуйста, — серьёзно спросил мужчина. — У Канадэ умер отец. Она впала в тяжёлое состояние. Я боюсь оставлять её одну, — не хотя ответила Мафую. — У неё нет других родственников, чтобы о ней заботились? Мамы? — спросила скептически мисс Асахина. — Она живёт одна, — сразу ответил своей жене мистер Асахина, — а что за состояние? — Ну.. она ничего не делает, не имеет сил и желания даже есть. Лишь спит, — прижав руки к груди, ответила она, — в последнее время мне удаётся уговорить хотя бы поесть чуть - чуть.       Повисла неловкая тишина. Казалось, что все представили Канадэ, что появлялась каждому из них с улыбкой, абсолютно пустой в тёмной комнате. — Я же помню, что можно перейти на онлайн форму временно, — начал говорить мужчина, — и учёба не пострадает, и серьёзная ситуация решится. — Так можно сделать? — воодушевилась Мафую. — Ах. Ты всё равно сделаешь по своему, — демонстративно отвернулась мисс Асахина. — Значит, да. Решено.

***

      Рутина Асахины в последний месяц особо ничем не отличались. Всё ещё пустой взгляд сохранялся как и вся пассивность к жизни. Хонами лишь заходила с продуктами — от работы пока её освободили.       Также лирик заметила, что вместе сна, Йоисаки просто лежала и, вероятней всего, много думала. В такие моменты она казалась ещё более разбитой. В спать проваливалась лишь когда уставал разум от постоянного потока мыслей в течении всего дня. Поэтому, спят они тоже вместе — композитор спала, более мене, меньше находилась в своих мыслях и рассуждениях.       Лирик знала, что лучше давать время побыть одной и не слишком много времени бурлиться сильно в своих мыслях. Поэтому по утрам, ещё спала мирно Канадэ.       Она забыла взять телефон с зарядки и поэтому пришлось вернуться в комнату. На удивление, композитор не спала. — Доброе утро, — поздоровалась как обычно школьница. — Доброе. А.. где расчёска? — спросила она. — А тебе зачем? — удивилась вопросу. — Надо бы волосы причесать.., — охрипшим голос ответила Йоисаки. — Твоя расчёска на твоём комоде, что по правую руку, — объяснила лирики. — Спасибо.       Пришлось доделывать завтрак будучи в шокированном состоянии. Когда две тарелки с простым завтраком были на столе, Мафую поднялась в комнату и удивилась больше : девушка сидела на краю кровати и расчёсывала волосы. — Что такое? — спросила она. — Ты.. тебе.. твоё состояние?. — была готова плакать школьница. — Аа. Оказывается, прошло уже два месяца, — чуть более выразительней говорила Йоисаки, — да и желание появилось. Словно сил стало больше, — поделилась чувствами, — Мафую?       Она плакала. Но это были слёзы радости. От осознания того, что стало лучше. — Я так беспокоилась, — села рядом с ней, — я так волновалась, — оставила мягкий поцелуй на лбу.       Само осознание, что всё пошло в гору несказанно обрадовала Асахину. Не зря она проделала весь трудный путь и смогла поддержать, несмотря на такое событие. — Тебе лучше? — тихонько спросила Мафую, присланившись лбами. — Немного.