Ассоциации

За окном грохотал гром, дождь крупными каплями тарабанил в окно, желая пробить стекло и залезть в тёплую комнату. Ветви деревьев отчаянно бились о наружный подоконник. Лололошка смотрел на друга, который что-то очень увлечённо говорил про то, что ему стоит сдружиться с Ричардом. Да, тот парень из университета определённо мог пригодиться.. Дилан говорил быстро, не запинаясь, чётко и умело перебирая слова из собственного лексикона. В темноте единственным освещением служила настольная лампа у Дилана на столе. Её свет придавал силуэту автоматона какой-то загадочный флёр. Его густые брови спустились на веки, синие глаза потемнели в задумчивой мгле. Лололошка слушал, но не слышал. Он смотрел на Дилана, а ему чудились бурные реки, острые верхушки скал, серые лохматые волки, острые зубы, гигантские киты.. Всё это обычно описывается в книгах про древние племена, которые поклонялись деревьям и своим покровителям, нося на шеях грубо вырезанные тотемы животных. Мироходец пару раз медленно моргнул, пытаясь издалека разглядеть на лице Дилана кучи родинок, разбросанных на щеках словно звёзды. Глаза соседа бурлили морскими водами, затапливая разум и смывая все остальные мысли. — Эй, алё, ты меня слушаешь? — Дилан пару раз щёлкнул пальцами, привлекая к себе его внимание. Лололошка очнулся от красочных мыслей и посмотрел на Дилана так, будто впервые его видит (как же хорошо, что его глаза прятались за солнечными очками). — Эм.. Да. — Помявшись, ответил он и слабо кивнул, немного ёрзая на кровати от скептического и внимательного взгляда соседа. Дилан тяжело вдохнул, потёр веки и продолжил: — Ладно, вернёмся к теме разговора, Ричард является главной зацепкой… Лололошка снова упустил мысль и ушёл в себя. Голос Дилана сейчас звучал спокойно, но чётко, как рокот камней. Мироходец знал, что в этом голосе могут бурлить гневные водопады и громкие рёвы табунов диких лошадей… Мироходец сел поудобнее, поджав под себя ноги. Прошло ещё несколько секунд, и в него метнули резкий, словно молния, пробивающая серое небо, взгляд. — Лололошка! Я вижу, что ты в облаках витаешь. — Дилан сложил руки на груди в недовольном жесте. Эх, знал бы он, насколько густы эти облака. Лололошка больше не мог выплыть из потока фантазий и визуальных картинок у себя в голове, он прикусил губу. — Боже.. — Цокнул языком сосед и прикрыл усталые веки. Серые синяки тюленями разложились у него под глазами. Дилан в последние время спит мало. Плохо. — Хорошо, балда. Повторяю для невнимательных… И снова эти фантазии в голову, что же это такое? Это ещё хуже, чем мысли эротического плана! Вокруг Лололошки снова вырос хвойный лес. Он брёл по тропе, разглядывая сосновые опилки и подковыривая носком кроссовки песок. Голос Дилана вёл его прямиком в чащу, где олени чесали свои рога о деревья, где рыси точили когти о камни, где в кустах прятались волки-одиночки. Хруст шишек, запах смолы, растаявшей на солнце, напоминая янтарь. Дилан прищурился и в его глазах мелькнула свирепость, как у молодого волка на охоте. И из под кустов видно лишь то, как мигают голубе радужки ярким блеском.. — Ло! Мироходец вздрагивает. Может зря он одолжил у Шерон ту книгу в жанре фантастики про древние народы?.. Лололошка теребит кусок ткани на футболке. Одни и те же слова крутятся на языке. Его голос резко прорезал накопившуюся тишину: — Дилан, а с чем я у тебя ассоциируюсь?