Непослушный кот

      В небольшом, явно чердачном судя по скошенному потолку и поперечным балкам, помещении раздался легкий шлепок. Стоя посреди комнаты в кругу приглушенного света, обнаженный мужчина даже не вздрогнул — это было лишь начало, его партнёр только примерялся, одобрительно осматривая жестко заведённые за спину и закреплённые в широких кожаных манжетах руки, стянутые между собой ремнём. Стек с небольшой хлопалкой на конце уверенно скользнул по внутренней поверхности бедра вверх, вновь приласкал ягодицы и неспешно прошелся по изгибу поясницы к обхватившей локоть ладони, затем по рельефным мышцам руки к плечу, ключицам и шее, вызвав нежный перелив золотистого бубенчика на ошейнике. Жесткий кончик с усилием провёл по подбородку и устремился к скуле, уже нежнее касаясь края чёрной полумаски, в прорезях которой вызывающе сверкали зелёные глаза. Рот связанного скривился в широкой, воистину Нуаровской, ухмылке, он переступил с ноги на ногу, чуть поддаваясь вперед, усиливая собственным весом давление и выдавая своё нетерпение перед партнёром в столь странной игре. Тонкая цепочка, пристегнутая к ошейнику, слегка натянулась, напоминая, что его роль сегодня далеко не ведущая.       Фигура напротив осуждающе цыкнула, отступив в сторону и скрываясь в полумраке у стены, оставляя видимым лишь женский силуэт, облачённый в сплошной комбинезон из спандекса. Насыщенно-красный. В крупный чёрный горох. На первый взгляд неотличимый от того, что когда-то носила героиня Парижа ЛедиБаг. Правда, этот костюм был сшит вручную самой владелицей, а не создан волшебством квами, и имел ряд пока скрытых весьма функциональных особенностей, никак не связанных с геройской деятельностью. Мужчина выжидающе прикрыл глаза, заметив, что стек был заменён на жесткий флоггер со множеством тонких ремешков. Пока что он не хотел видеть, как будет занесена затянутая в перчатку рука, куда будет направлен удар, намеренно расслабляясь и вновь, как прежде, чувствуя азарт и предвкушая столь необычное удовольствие. Сейчас он бы не вспомнил, когда и с чего всё началось, но был уверен, что всё происходит именно так, как должно быть.       Женщина же, что так уверенно обхватила плеть, напротив, могла с точностью до дня и часа сказать, когда именно она переступила эту черту…

***

      Молодые герои Парижа победно стукнулись кулачками, и ЛедиБаг кое-как выдавила из себя улыбку, нехорошо поглядывая на напарника. Ну что за идиот! Зачем, ну зачем этот Кошак вновь и вновь начинает флиртовать с ней прямо посреди боя? Это он пытается её так подбодрить?! Мало того, что сам отвлёкся, так ещё и её отвлёк. Нет, если честно, то она наивно полагала, что когда Маринетт будет встречаться с Адрианом, как ЛедиБаг и Кот Нуар они смогут перейти в рабочий режим, оставив большую часть романтики и, чего уж там, весьма приятных ухаживаний, для своих гражданских личностей. Увы, один вредный Кошак считал ровно наоборот, оставаясь милым и обворожительным без маски, но становясь просто недопустимо развязным, стоило ему скрыться под геройским обликом.       Журналисты подступили, выпрашивая интервью, и Нуар согласился ответить на несколько вопросов, благо, из-за безрассудности одного из героев и вынужденной перезарядки на этот раз время у них было. Привычно взяв на себя работу с репортёрами, Кот не видел тяжёлого взгляда Леди, направленного на него, а девушка, убедившись, что с напарником всё в порядке, недовольно поджала губы. Нет, любопытство папарацци стоит хоть изредка удовлетворять, а то насочиняют сами такого…       — Нам нужно поговорить, Нуар, — ЛедиБаг прищурилась, глядя на играющего на публику Кота, после завершения интервью позируя вместе с ним для фото. — Сейчас.       Героиня устремилась вверх и вперёд по нагретым солнцем парижским крышам, ни разу не оглянувшись, уверенная, что напарник последует за ней. Остановив свой бег на знакомом им обоим закрытом чердаке, облюбованном в качестве временного пристанища около года назад, она скользнула под пропитанную пылью сень старых потолочных балок. Тихий звук приземлившегося снаружи Кота сработал как щелчок спускового механизма, взведённого перед выстрелом. Он вошёл следом, неосознанно красуясь перед ней в очертании старого оконного проёма. Хорош. ЛедиБаг непроизвольно проследила изгибы сильного мужского тела, до которого она теперь могла добраться в любой момент. И в этом была проблема. Практически каждый их относительно серьёзный разговор за те полгода, что они встречались, довольно быстро переходил на уровень обнимашек с признаниями в любви, а в последние два месяца с дальнейшим весьма приятным, но совершенно неконструктивным продолжением.       — Не сердись, Багибу, — Нуар определённо знал свою девушку и подозревал, зачем его сюда привели — для очередного выговора, хотя по-прежнему не видел в своем поведении ничего предосудительного. Но и в отсутствии желания успокоить её и избежать разборок его нельзя было обвинить: — Я правда буду стараться вести себя осмотрительнее.       ЛедиБаг с усилием втянула в себя воздух, буквально чувствуя, как в результате очередного бесполезного обещания накопленные за долгое время раздражение беспечностью напарника, неясная обида и страх потерять его переплавились в клокочущую злость, требующую выхода. Здесь и сейчас. Вдруг пазл в её голове сложился, как если бы она искала возможность победить акуму: поперечная балка, лежавшая в углу толстая верёвка, ремень на поясе Нуара.       — Иди сюда, — проверив верёвку на крепость и перекинув её через балку, девушка стала ровно под ней, а когда удивлённый её резкой интонацией и с любопытством взирающий на происходящее Кот подошёл на нужное расстояние, туго связала одним концом его руки, натянув и закрепив другой конец за торчащую неподалёку скобу.       — Что?.. — он поднял глаза вверх, слегка дёргая связанные запястья на себя. Затем удивлённо перевёл взгляд на подошедшую вплотную героиню, которая, положив руки ему на талию, вынула из креплений шест, тут же отброшенный на застеленный матрац в углу, расстегнула пряжку и ослабила ремень, заставляя Кота многозначительно поднять бровь. — Моя Леди? Ты решила поиграть? Тогда лучше…       Закончить ему не дала узкая ладонь в алой перчатке, закрывшая рот, и очень строгий взгляд:       — Не смей отменять трансформацию. Или использовать катаклизм. Ты понял? — дождавшись его кивка, она рывком освободила ремень, являвшийся частью костюма Кота Нуара. ЛедиБаг отступила назад и в сторону, складывая в одной ладони пряжку и кончик, другой растягивая и выпрямляя довольно длинное импровизированное орудие воспитания.       — Кажется, ты хотела поговорить, Багибу? — прозвучавшая в его голосе неуверенность заставила её на мгновенье усомниться. Но нет, говорить с Нуаром бесполезно, сколько раз она его просила: не рисковать понапрасну, не отвлекаться, быть внимательным, собранным. Ни её мольбы, ни слёзы, ни неоднократно озвученные страхи по поводу того, что с ним может что-то случиться, не заставили его быть более осторожным. Ну что ж, тогда придётся перейти к более радикальным методам.       Примерившись, Леди отвела руку и на пробу несильно хлестнула героя Парижа по ягодицам, проверяя жесткость ремня. От неожиданности он тихо ойкнул и качнулся вперёд, через мгновение восстановив равновесие.       — Жучок, ты серьёзно? — похоже, до парня начала доходить вся реальность сложившейся ситуации. Обернувшись, он посмотрел на полностью поглощённую занятием девушку: недовольно прищуренные глаза и плотно сжатые губы, вновь отведённая для удара рука и слегка выставленная вперёд опорная нога. Она выглядела великолепно: решительно, грозно, воинственно… Чувствуя, как вдоль позвоночника непрошено пробежала искра возбуждения, Нуар расставил ноги чуть шире, согнув колени, и напряг связанные руки, добиваясь большей устойчивости. Если его Леди чего-то желает, как он может ей отказать?       Следующий удар оказался сильнее, но вызвал лишь сдержанный выдох из уст Кота. Пусть его никогда не наказывали подобным образом в детстве, но за последние пять лет боль стала не таким уж редким гостем в его жизни. К тому же в данном случае ситуация была довольно однозначной — говорить с ним пока не хотят, значит, оставалось перетерпеть ярость его Леди.       Хлёсткие звуки соприкосновений ремня и обтянутого спандексом тела, которым вторили рваные выдохи Нуара, отдавались гулкими ударами собственного сердца в ушах девушки. Понимая, что возможно, причиняет ему боль, она не могла остановиться, оправдываясь тем, что геройский костюм берёт на себя большую часть повреждений хозяина. К тому же, у Маринетт бы никогда не поднялась рука на Адриана, даже в мыслях подобная идея казалась сущей нелепицей. Но здесь и сейчас рядом с ЛедиБаг был взбалмошный, болтливый, непослушный Кошак, которому требовалось вправить мозги и показать всю серьёзность её намерений в этом начинании. Именно поэтому она настояла на использовании костюма и полагала, что процедура будет скорее неприятной, чем болезненной. К тому же, если бы он был настроен категорически против, Нуару ничего не стоило подтянуться на руках, избежав удара и освободиться, прыгнув на довольно низкую потолочную балку… Но он этого не сделал, и ЛедиБаг отчаянно надеялась, что это от осознания его вины.       Девушка не считала удары, не сдерживала силу, поскольку ремень казался довольно мягким, она лишь смутно наслаждалась напряженной позой, хриплым дыханием и лёгким покачиванием бёдер Кота во время удара. Наконец, она выдохлась. Не физически, нет, но та злость, что клокотала внутри, вымещенная на покорно принявшем свою участь напарнике, постепенно исчезла, оставив после себя странное, глубокое удовлетворение.       Переведя дух, она опустила ремень и шагнула к Коту:       — Надеюсь, ты понимаешь, что… — слова замерли в горле, стоило ЛедиБаг увидеть лицо Нуара. В широко распахнутых неестественно блестевших глазах обычно узкий кошачий зрачок занимал почти всю радужку, покрытые лихорадочным румянцем скулы, приоткрытый в немом крике рот, из которого вырывалось быстрое дыхание…       — Плагг, Тикки, отмена! — она бросилась развязывать верёвку на запястьях Нуара, с тревогой ловя через секунду ставший вполне человеческим взгляд юноши и чувствуя, как его бьет легкая дрожь. Освобождённые квами поспешили убраться как можно дальше от своих подопечных, оставив их самих разбираться в заваренной ими же каше.       Пока Маринетт боролась с крепкими узлами, затянутыми её героической личностью, Адриан, облизнув пересохшие губы, постепенно фокусировался на стоявшей перед ним девушке. Она выглядела немного испуганно и чуточку виновато, что совершенно не понравилось парню. Стоило последним виткам освободить его руки, как Мари оказалась с силой прижата к нему, позволяя ей ощутить то, что не давала заметить жесткая ракушка, закрывавшая пах боевого облачения Кота Нуара — полноценную эрекцию, которой сейчас очень и очень мешали обтягивающие ноги юноши джинсы.       — Вот, значит, как… — тихо прошептал он, склонившись к её уху, и горячо выдохнул ей в шею, отправив мурашки возбуждения по всему телу, затем опустил ладони на бёдра девушки, крепко сжав их и непроизвольно толкнувшись. Уперевшись ему в грудь руками, Маринетт немного отстранилась и замерла, увидев предвкушающую Нуаровскую ухмылку на таком родном лице. Их губы встретились в поцелуе, никак не претендующем на обычную нежность, скорее напоминавшем сражение. Руки девушки уже смелее опустились на пуговицу джинс, чтобы через секунду запустить ладони под ткань и обхватить во всех смыслах горячую задницу, вызвав тем самым одобрительный стон прямо в губы.

***

      Многочисленные ремешки флоггера оставляли на светлой коже едва заметные следы, обостряя сенсорное восприятие до предела. Даже с закрытыми глазами он чувствовал её передвижение, вызывавшее скольжение воздуха по обнаженному телу, едва слышные шаги по мягкому покрытию пола и шорох трения ткани, тонкий свист перед ударом и глухой, словно сдерживаемый, звяк бубенчика после, запах кожи, дерева, металла… её запах. Даже будучи в юности Нуаром и обладая тогда усиленными талисманом слухом и обонянием, он никогда не погружался в них настолько глубоко, как во время подобных сеансов.       Почувствовав, как затянутые в перчатку пальцы коснулись его затылка, зарываясь в волосы и наклоняя голову немного вниз, он наконец открыл глаза, встречаясь взглядом с той, что так уверенно и дерзко контролировала ситуацию… пока что. От этой мысли возбуждённый член дернулся и он поддался вперед, накрывая её губы своим ртом, требуя поцелуй, но был жестко остановлен затянувшимся ошейником, когда ЛедиБаг шагнула назад, прерывая контакт.       — Плохой Котик, — она скривила губы в усмешке и сильнее хлестнула по ягодицам, давая мужчине то, чего он так жаждал — яркую вспышку ощущений и чуть более красную полосу, которая останется на несколько дней, сладкой тянущей болью напоминая ему о произошедшем. Леди не любила оставлять на его коже какие-либо отметины, но самому Нуару это очень нравилось. Щелчок отстёгнутой цепочки, лёгкий толчок деревянной рукоятью флоггера под колено и он понятливо опустился вниз, подставляя плечо под закинутую вверх ногу. Несмотря на двух детей и десять лет без геройской деятельности, растяжка у его Леди оставалась прекрасной и она с лёгкостью упёрлась пяткой ему в основание шеи, небольшим усилием понуждая склониться ниже.       Нуар усмехнулся и, потеревшись щекой о скрытую спандексом внутреннюю часть бедра, потянулся туда, где сосредоточилось одно из главных на данный момент отличий боевого костюма от того, что одет на его напарнице сейчас — он не был сплошным. Хотя визуально это и не особо заметно, но кое-где шов был заменен на несколько складочек, которые легко раздвигались… Проведя носом по помокревшей ткани, он, осторожно помогая себе зубами, немного раздвинул складки в стороны, добираясь до возбуждённого женского тела.       Скользнувший по живой плоти язык вызвал одобрительный вздох над его головой и ещё один толчок пяткой. Стянутые за спиной руки не давали Нуару как следует ухватиться за добычу, но этот вызов он принял, с азартом поддаваясь вперёд, языком проникая как можно глубже, целуя и вылизывая половые губы и клитор. Почувствовав, как Леди задрожала, со всё большим трудом удерживая равновесие и всё сильнее опираясь на него, Кот сосредоточил всё внимание на клиторе, ускорив движения кончиком языка. Частые женские всхлипы стали для него предвестником скорой победы, но тут напарница резко выпрямилась, теперь уже с силой отталкивая его от себя и заставляя полностью опуститься на колени и завалиться назад.       Несмотря на подчинённую позицию, Нуар наслаждался видом восстанавливавшей дыхание Леди, её широко распахнутыми глазами, вовсю рассматривавшими его, в довольно неудобной позе расположившегося на полу. Откинувшись на связанные руки, он выпрямил колени, давая ногам короткий отдых и насмешливо посматривая на женщину. Почему-то во время сессий они почти не говорили, достаточно было взглядов, движений тела, чтобы понять, что именно задумал напарник… как когда-то давно, во время сражений. Как и тогда, их охватывал азарт и адреналин, словно, одев подобия тех масок, они снова становились супергероями, пусть и лишь друг для друга.       Через мгновенье ЛедиБаг присела рядом, слизывая с его губ остатки собственной влаги, скользя пальцами по груди Кота, зная, как сильно этот контраст обнаженной кожи и сплошной ткани заводил его. Когда вместе с устранением угрозы Бражника пришлось расстаться и с их квами, отозванными Хранителем, она думала, что больше никогда не оденет костюм героини. Но однажды, в недоумении замерев у витрины сексшопа, в который её затянула Алья, возжелавшая разнообразить свою супружескую жизнь, Мари подумала: «А почему бы и нет?» Говорить о том, что Адриан принял черную гладкую ткань из рук жены с каким-то детским восторгом, и вовсе не приходилось. И вот теперь, изредка с боем вырывая несколько выходных в их общем графике и отправляя детей с ночёвкой к родителям Маринетт, они время от времени могли сбросить груз повседневности и рутины и, спрятавшись ото всех на переоборудованном чердаке собственного дома, воплотить в жизнь свою фантазию, одну на двоих.       Ладони Леди опустились ниже, скользнув мимо возбуждённого члена, легли на мошонку, чуть сдавливая её. Не отводя взгляда от лица Кота, она опустилась на колени между его ног и, наклонившись, легонько подула на потемневшую от прилива крови головку. Дёрнувшись всем телом, Нуар заёрзал, пытаясь лечь поудобнее, всё же связанные за спиной руки очень мешали.       — Развяжи меня, — его хриплый шепот вызвал лишь отрицательное покачивание головой. Пока не было сказано «волшебное слово», игра продолжалась, в крайнем случае, у всех подобных аксессуаров был аварийный способ снятия самим связанным, о безопасности Маринетт заботилась всегда. Но пока что Леди не собиралась уступать доминирующую позицию. Несколько раз с нажимом проведя фалангами согнутых пальцев вверх-вниз по пульсирующему стволу, она выпрямилась, вышагивая из освещенного круга, но уже через секунду возвращаясь с небольшим валиком и квадратиком фольги.       Кот приподнялся и тут же опустился на заботливо подложенный под спину мягкий валик, из-под полуприкрытых век наблюдая за с шелестом вскрываемым пакетиком и извлечённым из него кусочком латекса. Чёрным. Выдохнув сдавленный смешок, Нуар запрокинул голову назад, закрывая глаза и вновь отдаваясь во власть ощущений — так, не видя происходящего, он надеялся продержаться чуть дольше. Лёгкое давление раскатываемого презерватива, её ладони у него на животе, перемещение веса, когда Леди опирается на него, перекидывая ногу и усаживаясь сверху, медленно трётся влажной промежностью о мошонку и основание члена. Импульсы удовольствия накатывали вместе с плавными покачиваниями всего тела, которым вторило мерное позвякивание бубенчика, смешиваясь с небольшой болью в ягодицах, добавлявшей ощущениям остроты.       Движения стали более резкими, ЛедиБаг на мгновенье привстала, обхватила рукой затянутый латексом член и опустилась, направляя его в себя. Усилившееся давление и изменение направления движения партнерши, её участившееся дыхание, вспышки приятной боли при каждом толчке — всё, что угодно, лишь бы отсрочить разрядку…       — Смотри… смотри на меня, — этому приказу, произнесённому чуть хриплым, тихим голосом, он противиться не мог, и, облизнув пересохшие губы, открыл глаза, чтобы увидеть зрелище, каждый раз действовавшее на него, словно залпом выпитый бокал крепкого виски: его Леди, затянутая в привычный алый костюм, с такими же раскрасневшимися щеками, шало блестевшими в прорезях маски глазами и приоткрытыми губами… его Леди, резко двигающая бёдрами навстречу его хаотичным движениям, ласкающая собственную грудь сквозь ткань, сжимая проступившие соски между пальцами… его Леди, из уст которой вместе со стонами срывалось его имя…       Волна удовольствия затопила его тело, заставляя прогибаться в сладких судорогах, почти не ощущая, как ускорилась напарница, продлевая удовольствие и, наконец, со всхлипом опускаясь вниз, ему на грудь. Через мгновенье она просунула ладонь ему под спину, нащупывая крепления на манжетах и ослабляя стягивающий их ремень. Освободив руки, Кот лёг поудобнее, наслаждаясь минутой послеоргазменного блаженства, и обнял так и лежавшую у него на груди Леди.       — Я победила, — даже не глядя на её лицо, Нуар не сомневался, что напарница улыбается. Ну что ж, стоит признать этот раунд за ней. Хотя…       — Как насчёт… два из трёх? — Кот довольно прищурился. Впереди у них было достаточно времени, чтобы как следует насладиться друг другом и, возможно, даже добраться до кровати, чтобы выяснить, кто же победит… в этом сражении, где нет проигравших.