Пустяки (3)

***

Джон стоит перед дверью, которую Шерлок только что захлопнул. Он не жалеет о своих словах. Это нужно было сказать. Шерлок никогда ничего не закрывает. Он ставит кружку на стол, оставляет шкаф открытым. Он оставляет открытым окно и удивляется, почему в квартире так холодно. Дверь в его спальню обычно открыта, даже когда он одевается. Джон старается этим не пользоваться. Не то чтобы Шерлок был открытым человеком. Он хорошо справляется со своими эмоциями, пряча их за ухмылкой или хмурым взглядом. У него действительно есть сердце, хотя он не видит в нём никакой пользы. Иногда Джон это замечает. Джон не так откровенен. Он не лжёт, он просто держит свои мысли при себе. Тем не менее, Шерлоку, кажется, удаётся читать его мысли достаточно хорошо. Дело в том, что Шерлок ищет решения, подсказки, которые помогут раскрыть дело и всё прояснить перед ним. Шерлока не волнуют вещи, которые не являются головоломками. Он уже знает. Он просто не хочет об этом говорить. Дверь остаётся закрытой. Как и другие двери в квартире, эту не помешало бы покрасить. Она уродливого зелёного оттенка. Эту проблему легко решить: баллончик с краской, кисточка и час времени. Решить эту проблему сложнее. Джон думает, что сказать. Взять свои слова обратно невозможно, слова были сказаны. Дверь приоткрывается, и Джон пугается. Его глаза встречаются с глазами Шерлока. − Джон. Он делает шаг назад. − Послушай, Шерлок. Я зол на тебя за то, что ты сбежал и оставил меня волноваться. Я не собираюсь извиняться за это. Светлые глаза устремлены на него. − И ещё кое-что. Возможно, ты можешь себе представить, что я сказал это без крика. Шерлок моргает, его лицо остается неподвижным. − Это правда? Ты серьёзно? Он кивает. − Да. Я знаю, что ты не хочешь... что ты не такой... и я не прошу об этом. Я просто хотел это сказать. На самом деле, я был уверен, что ты уже знаешь. Шерлок просто изучает его с непроницаемым выражением лица. Джон не пытается спрятаться от него. Он позволяет ему увидеть себя. И тогда кажется, что он только что разгадал головоломку. Его лицо раскрывается, свет разливается по нему, и он улыбается. − Я тоже люблю тебя, Джон.