Unexpected

Это было неожиданно. Жан-Пьер мог предполагать, что однажды случится что-то подобного рода. Он иногда думал — что, если кто-то из всех тех гадов, с коими они с командой сталкиваются каждые пару дней, вдруг окажется не настолько плохим? Вдруг кто-то был так же введён в заблуждение, так же подконтролен клеткам Дио? Но такого не было. Не случилось ни в первый раз, ни во второй, ни в третий, и Жан успокоил свои мысли. Он вообще не ожидал больше, что это произойдёт. Тем более — что жертвой окажется тот человек, которого он ищет уже три года. Та битва проходила как в тумане. Ослеплённый яростью, Жан не разглядел даже лица врага, и уже готов был пустить в ход рапиру, как вдруг… — Польнарефф, стой! Голос Нориаки вывел из состояния транса. Жан-Пьер остановился на середине движения, застыв с поднятым оружием. — Ну чего тебе, Какёин? Мы почти победили! — Присмотрись. — Школьник сложил руки на груди. — Взгляни на его лицо чутка поближе. Жан сощурился. Подошёл на шаг к смотрящему слегка исподлобья Джей Гайлу, осмотрел внимательно, и, осознав происходящее, резко отпрянул. — Какёин, если это то, о чём я думаю… — …Нам надо либо тащить его к Джотаро, либо Джотаро сюда. Мы не очень далеко заехали, я сейчас сбегаю. Развернувшись на каблуках, Нориаки понёсся в обратную сторону на всех парах, оставив смертельных врагов наедине. Он знал, что они оба потрёпаны настолько, что ничего друг другу не сделают, но всё равно волновался. — И что, будем просто ждать его и смотреть друг на друга? — Гайл медленно моргнул, не сводя глаз с оппонента. — А что ты предлагаешь? Будем драться дальше — можем умереть оба. Кроме того, я уже понял… Никто не сражается в одиночку. — Хол так же говорит. Может, в чём-то вы оба и правы… Хотя кто-то и один ходит неплохо. — Кто, например? — Жан сощурился, чуя, что, возможно, сейчас удастся что-то выпытать. — Так я тебе и сказал, ага. Дудочки. Даже не пытайся. — Ясно, ясно. Подловить не вышло. Они молчали ещё некоторое время, пока Нориаки не вернулся — да ещё и со всеми остальными. Было невыносимо не видеть Абдула, но ничего не поделаешь. — Джотаро, давай. — Какёин подвёл сокомандника к сидящему на земле врагу. — Полагаемся на точность твоего Star Platinum. Куджо нахмурился. Он уже подзабыть успел, каково вытаскивать из людей эти штуки. Но с третьего раза это уже казалось простым — простым и было. В момент жук был вытащен, и уже бывший враг часто задышал, опустив голову. — Дед, давай сюда свой хамон. А вы пока посмотрите, чтоб он тут не помер. Нам этот человек ещё понадобится. Итак, пока Джозеф разбирался с вампирскими клетками, Какёин с Жаном снова приблизились к Гайлу. Он уже не казался таким опасным — контроль Дио, кажется, был абсолютным и не только придавал ему уверенности, но и забирал всё, что делало его человеком когда-то. Это их обоих здорово беспокоило — Польнарефф уже даже не был уверен в жажде мести. Тем не менее, стоило допросить врага. — Итак… — Нориаки замялся, пытаясь подобрать нужные слова. — Хм. Польнарефф, можешь с ним поговорить? Это всё-таки твой противник. — Какёин, ты… Ой, ладно. Мне и правда нужно многое узнать. Жан схватил Джея за щёку и с минимальной осторожностью поднял его голову. Белёсый взгляд казался печальным, и в нём больше не было ни хитрости, ни злобы. Польнарефф нахмурился, смотря прямо в глаза. — Ты… Хоть осознаёшь, что ты сделал? Ответ был отрицательный. — Ты ведь помнишь мою сестру, да? Это же ты убил её! — Я убил многих… За те четыре года, что лорд Дио управлял мной. По его воле и ради его нужд. Я не помню ни одну из тех девушек. — Четыре года… Но Шерри умерла лишь три года назад! У тебя был станд в тот момент? И для чего Дио бессмысленные убийства? — Был. И я думал, что вы знаете, что лорд — вампир… — Ах, точно. То есть, ты говоришь, что этот кровопийца управлял тобой? Он заставил тебя сделать всё это? Заставил не только убить мою сестру, но и надругаться над ней?! — Да. Я не знаю, зачем ему это нужно, но я поклонялся ему. Все мы поклонялись. — Врёшь, тварь! Врёшь как дышишь! Польнарефф почувствовал, как начинает неприятно щипать в уголках глаз. Тем не менее, он обернулся на шаги сзади. Джотаро шёл небрежно, слегка шаркая, и не услышать его было невозможно. — Погоди… Когда человек лжёт, его пульс учащается. Рука Star Platinum всё это время была на его запястье… Даже через ткань я чувствую его сердцебиение. Не быстрее обычного. Он говорит правду. Жан-Пьер резко вздохнул. Он доверял Джотаро, и ужасное осознание поразило его так, будто он напоролся грудью на собственную рапиру. Француз отпустил бывшего врага и упал на колени, ударившись в слёзы. — Дио… Всё из-за этого ублюдка! Он виноват во всех наших бедах! Если бы не он… Сейчас бы здесь не было никого из нас! — Жан слегка подорвался с места, снова хватая Гайла, но уже за ворот жилета. — Ты ведь был под каблуком у Дио столько лет! Неужели ты не хочешь разделаться с ним тоже?! Неужели тебе всё равно?! — Нет… Не всё равно. — Джей помрачнел, опустив голову. — Сейчас под его контролем моя мать. Я не знаю, можно ли ей помочь, но я готов помочь вам. — Ты, типа… Хочешь присоединиться к команде? А тебя не попытаются убить за предательство? — Польнарефф наклонил голову в непонимании. — Попытаются. Но я стал предателем в тот момент, когда решился клеток Дио… И теперь мне проще стать частью вашего сборища. — М-да. Может быть, это всё было очень плохой идеей… — Польнарефф вздохнул, вытирая слёзы и вставая на ноги. — Ладно, погнали с нами. Только не пытайся ещё чего выкинуть. — Погоди, надо сначала проверить его. — Джотаро подошёл ближе, снова кладя руку станда на запястье бывшего врага. — Если ты и правда предал Дио… Расскажи о станде своей матери. Гайл слегка вздрогнул. Тем не менее, похоже, он не собирался отказываться говорить. — Её станд, Justice, олицетворяет карту «Справедливости». Его способность проста. Он проникает в тело через открытую рану, подчиняя себе атакованного. Только тело, не разум. Это действует даже на трупы. Если на пути встретится туманный город с молчаливыми жителями, его лучше проехать… Или не доверять никому. — Не врёт. — Куджо убрал руку и поправил кепку. — Ладно, пошли. Встретим город — проедем мимо. Итак, они направились в Варанаси. Жан-Пьер покосился на нового члена команды, пока они ехали. Джей Гайл молчал, сосредоточенно смотря на собственные руки, сложенные в замок. — Эх… Знаешь, наверное, неудобно с такими руками, а? Я даже не могу сказать кем ты был в прошлой жизни! — Я уже привык… Погоди, что? — А, ну, смотри. — Польнарефф тоже сцепил руки в замок. — В общем, если у тебя правый палец сверху, ты в прошлой жизни был мужчиной, а если левый — женщиной… Или наоборот? Что-то запамятовал. — Нет, всё правильно. — Какёин откинул волосы с лица. — Я вот вообще своего результата не знаю — каждый раз по-разному складываю. Все трое рассмеялись. Тем не менее, похоже, Джей делал это слегка через силу — он всё ещё был несколько неуверен в происходящем. — Эй, а что это ты такой неискренний, а, mon ami? Ты теперь часть команды! Может быть, я никогда не смогу тебя простить, но теперь ты друг. В ответ Жана взяли за руку, как-то немного неловко. Но что-то дёрнулось в его сердце в тот же момент — это было будто бы… Приятно? В любом случае, он решил не обращать на это внимания. До поры до времени. *** — Что значит «нет свободных номеров»?! Почему именно номер с одной кроватью? Агх, ладно, не мне спорить… Жан махнул рукой и отошёл от стойки администратора отеля. Он снова попал в неловкую ситуацию. Конечно, их было нечётное число, но он бы предпочёл остаться в номере один, чем делить постель с человеком, которого он ненавидел долгие годы. Конечно, их взаимоотношения улучшились, но… Не настолько же, правда? А может, и настолько. В любом случае, они оказались вместе как минимум на эту ночь. Уже плюнув абсолютно на всё, Польнарефф сам предложил спать в белье, поняв, что у них обоих нет пижамы, но это, похоже, было ошибкой — волей-неволей француз отметил, что у его нового товарища очень… Интересная внешность. Он был очень даже красивым, если не считать лица и рук, а если и считать — это казалось теперь скорее особенностью, чем уродством. Особенностью, которую Жан, сам того не осознавая, хотел рассмотреть поближе. Они оба не могли заснуть спокойно. Польнарефф глубоко вздохнул и повернул голову. — О чём думаешь? — Я даже не знаю, как об этом сказать… — Джей слегка помрачнел. — Я очень беспокоюсь за маму. Она была добра ко мне, пока не попала под контроль, а после её словно подменили. Эти пятна на моём лице… Это шрамы от её станда. Кроме того, мне кажется, что в ней очень много клеток Дио. Она пожилой человек, и, боюсь, может однажды не выдержать… На последних словах в его голосе зазвучали слёзы. Жан нахмурился в ответ, и, сам от себя не ожидая, повернулся всем телом — и обнял Гайла, утыкаясь лбом ему в шею. — Я понимаю, mon ami. Я всё понимаю… Это больно. Но ты держись, хорошо? Сейчас у нас одна цель. Постой, почему у тебя такое лицо? Джей действительно выглядел… Слегка растерянным. На его щеках заиграл румянец, легонько темнея на смуглой коже. Он впервые за долгие годы почувствовал нечто… Хорошее. — Я, хм… Удивлён. Тому, что ты так… Добр со мной. Почему? Вопрос звучал искренним. Жан улыбнулся. — Потому что, знаешь ли, от ненависти до любви один шаг. И иногда на этот шаг может толкнуть примирение. Кроме того… Не могу лгать, ты очень красивый. Я тобой в какой-то степени очарован. Ха, сам поверить не могу! Но правда ведь. — До… Любви? Жан, ты же не… — Я пока не знаю. Но, чую, симпатия к тебе у меня есть — по крайней мере, прямо сейчас. Не хочешь закрепить, м? — Кажется, я понимаю. Буду не против, и, может быть, я тоже к тебе… Чтр-то чувствую. Польнарефф сел на кровати, и, притянув Гайла поближе, накрыл его губы своими, опустив ресницы. Он успел отметить милые клычки, тем не менее, не вампирские. И тот факт, что белёсые глаза уже вовсе не пугали, а чем-то даже напоминали первый снег. Удивительно, как всего за пару дней можно так поменять мнение о человеке. — Ах, mon amour… — Жан-Пьер улыбнулся, разрывая поцелуй. — Уже поздно. Я был бы рад уснуть, обнимая тебя. — Принято. — Джей улыбнулся впервые за ночь. Кто знает, что будет ждать их впереди.