Доминант моей души

Рон заходит в кабинет зельеварения с улыбкой на лице. С тех пор, как он получил наследие, ничто не может стереть его счастье или его головокружительное предвкушение. Его Анима ждет его, и Рон встретит его или ее с восторженной радостью. Он садится, пытаясь сдержать свое волнение, последнее, что он хочет сделать, это разозлить профессора Снейпа. Он испытывает огромное уважение к этому человеку и к тому, что он вынес за годы своей шпионской деятельности. Без него они не смогли бы выиграть войну. Рон смотрит на профессора Снейпа, когда тот называет зелье. Все начинают собирать необходимые ингредиенты. Рон не беспокоится об этом, зная, что его напарник их принесет. Пока Снейп не спускает глаз с учеников, их взгляды встречаются, и время в одно мгновение останавливается. Весь его мир сужается до потрясенного профессора, его сердце замирает в груди. Звук бешено бьющейся крови ревет в ушах, и Рон чувствует слабость, как будто из его легких высосали весь воздух. Он смотрит на человека, которого знал с одиннадцати лет, новыми глазами. Северус Снейп - его Анима, его душа, покорный, рожденный для него. Его ни капли не волнует их довольно непростое прошлое. Северус - его, все остальное не имеет значения. Инстинкты Рона призывают его встать и заявить права на свою Аниму, невзирая на учеников, заполнивших комнату. Он борется с ними, способный сопротивляться только после того, как его собственническая сторона напоминает ему, что Северус - его, и никакие глаза, кроме его, не должны любоваться его прекрасным бледным телом. Теперь, когда Рон нашел его, Северус не будет преклонять колени ни перед одним волшебником, кроме него. Он злобно усмехается, его член наполняется при мысли о его драгоценной Аниме, стоящей на коленях у его ног, где ему и место. Пораженный, Северус не сдвинулся с места ни на дюйм - до этого Рон не был уверен, что такое возможно. Остальные студенты не обращают внимания на ошеломленного профессора, сосредоточившись на своих зельях. Рон видит, как его Анима изо всех сил сопротивляется тому, чтобы не опуститься на колени прямо там, на уроке. Рон намеренно опускает глаза, давая Северусу больше контроля, и он практически слышит его вздох облегчения. Он держит голову опущенной и изо всех сил старается сосредоточиться на своем зелье. Рон слышит бархатистый голос своего партнера, дающего указания, похвалы и критику другим ученикам, но Северус держится на осторожном расстоянии от него. Не обращая на это внимания, Рон сохраняет нехарактерную для себя улыбку на протяжении всего оставшегося урока. Ничто не может заглушить его радость от нахождения своей Анимы. Кажется, прошла целая вечность, и урок заканчивается. Рон остается, не собираясь уходить, не заявив права на свою Аниму. Гарри, Невилл, Блейз и Драко странно смотрят на него, но он отмахивается от них. Он объяснит позже; сейчас он полностью сосредоточен на Аниме. Через несколько мгновений он и Северус остаются одни в большом классе. Рон поднимает глаза, чтобы встретиться взглядом со своей парой. Они смотрят друг на друга, воздух вокруг них наполняется предвкушением и легкой тревогой. Северус дрожит под его взглядом. Словно читая мысли Рона, он запирает дверь и накладывает защитные чары. Никто не помешает им. Рон медленно крадется к Северусу, пока не оказывается перед ним. Тело Северуса заметно дрожит, его инстинкты покорности кричат ​​ему, чтобы он встал на колени перед своим Доминусом. Не в силах больше сопротивляться, он опускается на колени и опускает глаза в пол в знак уважения к Рону. — Доминус, — Рон никогда раньше не слышал такого благоговейного недоверия в голосе Северуса. Довольный прекрасным видом у своих ног и признанием своего статуса, Рон протягивает руку, чтобы слегка погладить волосы Северуса, вознаграждая их обоих своим прикосновением. Он чувствует влажную текстуру зелья в локонах. Это не неприятно, несмотря на их жирный вид. Рон задается вопросом, каковы будут его волосы без зелья, используемого для защиты от испарений. Северус застыл на месте, словно боясь, что Рон отвергнет его, если он двинется. Рон откидывает голову Северуса назад, — Моя Анима, — заявляет он, проводя пальцем по мягкой бледной щеке Сева. Дыхание Северуса сбивается от прикосновения и заявления. Его стены рушатся перед Роном, стоический фасад, который защищал его годами, исчезает. Впервые в жизни Рон может прочитать каждую эмоцию в обнаженных черных глазах Северуса. Страх, надежда и тоска. Он видит глубину одиночества и отчаяния, в которых Северус тонет Мерлин знает сколько времени. Слишком долго, думает он. Рон нежно гладит его по лицу, — Ты долго ждал меня, Драгоценный, — Северус хнычет, несомненно, вспоминая долгие одинокие годы, — Ты потерял надежду? Северус опускает голову, словно стыдясь своего поступка, и Рон получает ответ. — Сколько? Северус не колеблется, — Двадцать четыре года. Сердце Рона разрывается. Он не может упрекнуть его за недостаток веры. Никто не ждал так долго, как Северус; Рон не может представить себе другого человека, который выдержит это, не сломавшись без возможности восстановления. Его Анима обладает такой силой внутри, что это внушает благоговение. Северус получил свое наследие еще до рождения Рона, и ему пришлось ждать в одиночестве, что, должно быть, казалось вечностью. Он не винит Северуса в потере веры. Он не может. Рон гордится своей парой, ждать почти двадцать пять лет в качестве покорного и не сойти с ума - это невероятно. Его партнер прожил тяжелую, мучительную, одинокую жизнь, и со временем он узнает все, что он вынес. Но не сейчас, — Тсс, моя любовь, — Северус вздрагивает от нежного голоса, и Рон задается вопросом, как давно кто-то говорил с ним с нежностью, — Теперь ты мой, и я не отпущу тебя. Ты был таким сильным, мой Драгоценный, я горжусь тобой. Но тебе больше не нужно быть сильным, я здесь. Ты больше никогда не будешь одинок. Северус вскидывает голову, и его темные глаза пристально смотрят на Рона. Слезы блестят в глазах, когда он понимает, что Рон говорит правду. — Давай поднимем тебя с пола, Любимый, — мягко говорит Рон, помогая Северусу встать. Рон смотрит на свою пару сверху вниз; за последний год у него произошел скачок роста. Взгляд Рона скользит по чертам лица Северуса. После войны внешность Северуса изменилась в лучшую сторону. Он набрал столь необходимый вес, его нездоровая землистая кожа приобрела здоровый, но бледный цвет. Северус даже почистил свои пожелтевшие зубы до жемчужно-белого цвета. Его волосы все еще выглядят жирными, но только когда он делает зелья. В остальном они имеют здоровый блеск. Рон представляет, какими они будут шелковистыми без зелья, когда он, наконец, сможет к ним прикоснуться. Его вечное хмурое выражение лица почти исчезло, не то чтобы он ходил с улыбкой. Он, вероятно, довел бы учеников до сердечных приступов, если бы это делал. Северус стал выглядеть более... спокойным после окончания войны. Этого больше недостаточно, Рон хочет, чтобы Северус был счастлив, а не просто спокоен. Рон обхватывает щеки Северуса, притягивая партнёра к себе, он наклоняется и сладко прижимается губами к губам для их первого поцелуя. Северус вздыхает в поцелуй, и Рон игриво покусывает его тонкие губы. Северус осторожно обнимает Рона за талию, свободно удерживая его. Рон улыбается и притягивает Северуса ближе, захватывая его губы в жёсткий, собственнический поцелуй. Рон кончиком языка проводит по губам Северуса, пока они не размыкаются. Рон переплетает свой язык с языком Северуса, преследуя уникальный вкус своего партнёра, — Покажи мне свою комнату, Северус. Он кивает, берет Рона за руку и ведет к потайной двери, ведущей в его покои. Рон с любопытством оглядывается, отмечая книги, лежащие почти на каждой видимой поверхности. Он удивленно поднимает брови. Он ожидал, что его пара много читает, но Рон не ожидал такого размаха, — Ну, я знаю, что можно подарить тебе, — говорит Рон. Оглядевшись, он продолжает, — Хотя купить тебе книгу, которой у тебя еще нет, может быть непросто, — Северус краснеет, Рон не знал, что он на это способен, но выглядит это довольно привлекательно. — Тебе не нужно дарить мне подарки. — Конечно, нужно, Прелесть. Ты заслуживаешь, чтобы тебя баловали, — из смутных подробностей, которые он узнал от Гарри о домашней жизни Северуса, он подозревает, что она была очень похожа на жизнь Гарри. У Рона наконец-то есть деньги, и он хочет тратить их не на себя, а на свою Аниму. Ошеломленный, Северус сжимает руки Рона. Он умоляюще смотрит ему в глаза. Рон не может противиться этому взгляду, зная, о чем просит и в чем нуждается Северус. Он использует свою палочку, чтобы установить смягчающие чары на полу. Северус коротко улыбается и падает на колени. Его глаза не отрываются от Рона, когда он распахивает мантию Рона и начинает работать над его ширинкой. Северус стягивает брюки Рона вниз по его ногам. Наконец, разорвав зрительный контакт, он любуется выпуклостью в трусах Рона. Не в силах устоять, Северус трется о нее лицом, наслаждаясь мускусным запахом и возбужденным подергиванием члена Рона. Рон стонет при виде Северуса, трущегося об него, словно довольный кот. Северус нежно сосет его через ткань, и тот еще больше твердеет. Когда Сев спускает с него штаны, член Рона выскакивает наружу, подпрыгивая к животу. Рон не желает ничего больше, кроме как видеть и чувствовать рот своей пары на своем члене. Северус тычется носом в его член и яйца. Он сосет одно из яичек, затем другое, прежде чем провести языком по вене на нижней стороне члена. Рон стонет, зарываясь пальцами в волосы Сева, — Дааа, — шипит он. Северус слизывает предэякулят, вытекающий из кончика, постанывая от вкуса. Он берет член Рона в рот, посасывая кончик, прежде чем взять целиком. Рон позволяет ему контролировать ситуацию, давая возможность исследовать. Нюхать, лизать и сосать сколько душе угодно, пока не сможет больше терпеть. Рон крепче сжимает волосы и начинает направлять Северуса в желаемом темпе. Северус легко следует за ним, желая порадовать своего Доминуса. Нуждающиеся звуки, исходящие от Северуса, только возбуждают Рона. Он смотрит вниз и видит бугор в брюках Сева. Контроль Рон теряет контроль на собой и кончает, входя глубоко в горло. Северус жадно сглатывает. Рон тихо вздыхает, отпуская крепкую хватку, которую он держал на волосах своего партнера. Он смотрит вниз, когда Северус отпускает член и вылизывает его дочиста. Северус садится на пятки, выглядя чрезвычайно удовлетворенным, несмотря на свой пока еще нетронутый член. Рон улыбается ему сверху вниз, — Это было идеально, Прелесть. Уголки тонких губ Северуса приподнимаются в легкой улыбке. Рон снимает обувь, брюки и трусы и бросает их на стоящий рядом стул. Возможно, раньше он думал о Северусе как о грязной летучей мыши Хогвартса, но конец войны изменил все. После того, как Гарри убил Волан-де-Морта, шпион Света наконец-то был освобожден. Он не был принят всеми, но завоевал уважение большинства, пусть и неохотно. Отсутствие стресса и постоянной угрозы смерти дали Северусу возможность расслабиться и быть тем, кем он является на самом деле. Он никогда не будет веселым, счастливым человеком, но Северус не тот озлобленный, полный ненависти человек, которого Рон знал большую часть своих школьных лет в Хогвартсе. По-прежнему строгий во время уроков, но не предвзятый. Немного более расслабленный Северус заставил учеников понять, что его жесткость в классе не связана со злобой или гневом, а защищает их от вполне реальных опасностей, если с зельем будет что-то не так. К удивлению многих, у Северуса есть чувство юмора. Он язвительный и остроумный. Когда он впервые позволил себе язвительную шутку, несколько студентов потеряли дар речи от шока. Перед началом года Северус даже предложил Невиллу дополнительные занятие по зельеварению в обмен на уход за садом Северуса. Несмотря на скепсис, Невилл принял его предложение. Он рассказал, что Северус был терпелив с ним, что не могло быть легко, учитывая, насколько неуверен Невилл в зельях. В конце концов, терпение Северуса окупилось. Невилл никогда не будет хорош в зельях, но хотя бы перестал быть катастрофой. Рон улыбается воспоминаниям. Рон смотрит на Северуса глазами, полностью свободными от прошлого. Мой Северус великолепный. Рон не знает, что он сделал, чтобы заслужить такого блестящего, язвительного человека, но он благодарен. Он смотрит на мужчину, стоящего на коленях у его ног. Он прекрасен. Возбужденный и довольный, и мой, — Как ты прекрасно выглядишь. Легкий румянец разливается по бледным щекам Северуса. Этот румянец делает заставляет Рона захотеть кончить на покрасневшее лицо Северуса, — Покажи мне свое истинное я. Я хочу тебя увидеть. Северус без помощи палочки снимает чары. Рон держит его за подбородок и наклоняется, вглядываясь в необыкновенные глаза Северуса, темно-синие-зеленые с черными прожилками, сверкающие, как драгоценные полированные камни: темный изумруд, сапфир и оникс. Рон испытывает внезапное желание покусать заостренные уши, чтобы увидеть, насколько они чувствительны. Рон удивлен, что его волосы не черные, а темно-синие. Они подходят ему больше, чем абсолютно черные. Северус не раскрывает свои крылья, но для этого у них будет время позже, — Ты прекрасен, моя Анима. Такой, какой есть, и я бы не стал менять в тебе ни единой вещи. Северус наклоняет голову в ответ на комплимент и тихо спрашивает, — Могу ли я тоже тебя увидеть? Кивнув, Рон снимает с себя чары. Трехцветные глаза Северуса вбирают в себя горящие огнем голубые глаза и заостренные уши. Он прекрасен. Лицо Рона напряжено. Эти прекрасные нечеловеческие глаза заставляют кровь Северуса кипеть от возбуждения. — Эти прекрасные темные глаза сверкают вожделением. Вожделением ко мне. Северус смотрит в ответ не дрогнув, — Только для тебя, Доминус. — Ты остался чист, Северус? Опустив голову от стыда, Северус признается, — Нет, Доминус. Рон крепко, но не грубо берет Сева за подбородок, — Расскажи мне. В его темных глазах ясно читается стыд, когда Северус механически объясняет, — Я ждал много лет, но так и остался один. Я... я потерял надежду. Я напился огневиски и... и пошел в маггловский клуб, и позволил магглу использовать мое тело. Я не кончил и сразу ушел. Я... Не желая отпускать его, Рон с ноткой едкости говорит, — Ты что? Северус закрывает глаза. Пальцы Рона сжимают подбородок Северуса в предостережении, — Посмотри на меня и скажи мне, — он чувствует важность того, что его Анима не хочет ему говорить, и он не может этого допустить. Северус открывает глаза, и Рон заметно отшатывается от эмоций в них. Опустошение, ужас, стыд. Вся прежняя уверенность и удовольствие были стерты. Северус сжался в комок, нуждаясь в укрытии. Его стены были воздвигнуты в отчаянной попытке защитить себя от отвержения и презрения. Рон отпускает подбородок Северуса, опускается на колени и притягивает к себе Аниму, обнимая его. Северус трясется, словно его слишком долго держали под проклятием Круциатус, — Шшш, Прелесть, — то, как Северус напрягается от утешительного прикосновения, разбивает сердце Рона. Так же было и с Гарри в прошлом, когда он ожидал, что привязанность и утешение будут ловушкой, которая всегда заканчивается наказанием и болью. Рон шепчет слова утешения, нежно укачивая его так, как это делала его мать, когда он был маленьким. Дрожь Северуса начинает прекращаться, и миллиметр за миллиметром он расслабляется в объятиях. Северус тянется к нему с опаской, но смелая и нуждающаяся часть его личности побеждает, и он отвечает на объятия. Сердце Рона сжимается от боли, его Анима боится простого объятия. Слезы наворачиваются на глаза, но он отказывается позволить им упасть, в то время как жгучая ярость, нарастающая внутри него, яростно подавляется. Его Аниме нужно, чтобы он оставался спокойным и сильным. Рон расслабляет тело и намеренно сохраняет свои движения медленными, не желая пугать Северуса. Отчаяние берет верх, и Северус сжимает Рона до боли крепко, уткнувшись лицом в его горло, чтобы вдохнуть успокаивающий, мужской запах. Впервые за много лет Северус позволяет себе это перед кем-то другим. Слезы печали и сожаления, облегчения и отчаянной надежды текут по его лицу, смачивая кожу Рона. Рон успокаивающе гладит его по спине, позволяя Северусу плакать столько, сколько ему нужно. Как только слезы Северуса высыхают и он успокаивается, Рон говорит ему уговаривающим тоном, — Ты можешь мне рассказать. — Я пытался покончить с собой той ночью. Мне было так стыдно. Я предал своего Доминуса, даже если я считал его мертвым. Я не хотел жить с тем, что я сделал, — признается он шепотом, и в его голосе слышны стыд и отвращение. Глаза Рона закрываются от боли. Он крепко сжимает свою Аниму, не желая отпускать его никогда, — Как ты выжил? Отчаянно цепляясь, Северус делает глубокий вдох, прежде чем ответить, — Люциус нашел меня, привел к Поппи. Они спасли мне жизнь. Я мог его потерять. Рон не может понять, почему так поступили с его парой, страдания, которые он перенес, превосходят все, что может вынести один человек, — Я в долгу перед ним, а также мадам Помфри. Они спасли самое дорогое в моей жизни. Северус вздрагивает, — Ты не ненавидишь меня ? Рон отстраняет Северуса, пока их глаза не встретились, — Мой Анима, — говорит он благоговейно, — Я не ненавижу тебя, я никогда не смогу тебя ненавидеть. Ты сильнее всех, кого я знаю. Как бы я хотел быть рядом с тобой тогда, Прелесть. И я благодарен, что ты здесь со мной сегодня. Слезы наполняют его глаза и текут по щекам, — Я этого не заслуживаю. — Заслуживаешь, Прелесть. Я докажу тебе это, даже если это займет остаток наших дней, — Рон нежно вытирает слезы со щек. Скептицизм Северуса очевиден, и Рон не ожидает меньшего. Он боится, что жизнь его Анимы до сих пор была сплошным разочарованием и болью. Его работа - изменить это. Но сначала нужно услышать остальное. Рон хотел бы этого не делать, но ему нужно знать, — Твои навыки в удовлетворении ртом? Северус болезненно сглатывает, его глаза тускнеют, — Другие Пожиратели Смерти знали о моем... статусе полукровки. Темный Ло... Волан-де-Морт, он позволял другим использовать мой рот, когда они хотели. Никто из них не знал о моем наследие, кроме Люциуса, а он скрывал свое собственное. Без сомнения, было бы хуже, если бы Волан-де-Морт узнал, какое драгоценное существо находится под его контролем. Рон видит, как Северус стыдится признавать правду, — Тише, Любовь моя. Это не твоя вина. — Я грязный, Доминус. Испорчен. Такой чистый человек, как ты, должен был получить лучшую пару. Не меня. Я тебя не заслуживаю. Сердце Рона болит за его сломанную пару. Северус совершал ошибки в своей жизни, но он более чем заплатил за них, — Ты не испорчен, моя любовь. Северус придвигается ближе, словно пытаясь заползти внутрь Рона, в чистую любовь, которую предлагает его сердце, и очистить скверну души, — Я-я чувствую их на себе. Всю тьму, всю порочность. Я был запятнан Тьмой и своими ошибками. Рон успокаивающе гладит спину Северуса, — Ты не испорчен. Ты искупил свою вину, Северус. Ты совершал ошибки, как и все мы. Я позволил тьме медальона просочиться в мое сердце. Я бросил Гермиону и Гарри, когда они больше всего во мне нуждались. Я позволил ревности ослепить меня, лишившись веры в своего лучшего друга. Я сам совершил множество ошибок. Северус отшатывается, ухмыляясь, — Ни одна из ваших ошибок не привела к гибели кого-либо, мистер Уизли. Выражение лица Рона смягчается от печали, когда он видит ненависть к себе на лице Сева, — Сколько людей выжило из-за того, чем ты пожертвовал, Северус? Ты жил годами, каждый день ступая по грани между жизнью и смертью ради Светлой стороны. Чтобы победить этого ублюдка. Ты обманул всех, заставив поверить, что ты настоящий Пожиратель Смерти. Без тебя мы бы не победили. Ты чуть не умер за это и дал Гарри знания, необходимые для победы над Волан-де-Мортом, — Рон вытирает слезы с бледного лица Сева, — Люди гибли. Я знаю это, Северус. Слишком много. Но представь, сколько бы их погибло без твоей информации, — Он нежно целует трясущееся губы Северуса, — Ничто не может исправить ошибки, о которых ты сожалеешь. Но тебе нужно когда-нибудь простить себя, мой Анима. Ты не можешь продолжать верить, что ты недостоин счастья и любви. Ты моя пара, и я не жалею об этом. Мне никто другой не нужен. Ты слышишь меня, Прелесть? Мне нужен только ты. Северус отстраняется от Рона, обхватив его тело руками, — Ты даже не знаешь меня. Рон заправляет прядь синих волос за ухо Севу, — Может и нет, но я хочу узнать. Не притворяйся, что не знаешь, как работает наша связь. Я могу видеть твою душу, Драгоценный. Так же, как ты можешь видеть мою. В твоей душе есть тьма, как и в моей. Как и в большинстве душ, прошедших войну или, в твоем случае, войны. Но в твоей душе есть свет. Прекрасный, чистый свет. Я был бы слепым, если бы не видел этого.. В выразительных глазах Северуса мелькают надежда и стыд. Рон гладит щеку большим пальцем, — Твоя душа прекрасна, как и ты сам. Позволь мне показать тебе. — Как? — Ты ведь мастер легилименции, не так ли? Северус медленно кивает. — Тогда посмотри, как я вижу тебя и твою душу, мой Анима. Может быть, тогда ты мне поверишь. Северус слегка прочищает горло, — С твоего разрешения? Рон кивает, и Северус проникает в его разум. Северус наблюдает за воспоминаниями, чувствуя и видя себя глазами Рона. Он мягко обрывает связь и смотрит на Рона с удивлением. Рон тепло улыбается в ответ, — Ты хороший человек, Северус Снейп, и я с нетерпением жду возможности узнать тебя: тело, разум и душу. — Мне бы этого хотелось, — тихо признается Северус. — Давайте поднимемся с пола, а? — Северус кивает. Рон первым встает на ноги, предлагая Северусу свою руку. Рука Северуса теплая, хотя и в шрамах и мозолях от войны и постоянной работы с зельями в течение многих лет. — Все не так, как я ожидал. Уголки рта Рона приподнялись, — Правда? Не ожидал, что Уизли станет твоей парой? Северус ухмыляется в ответ, — Не ты. Возможно, Уильям. Рон прищурился, — Ты будешь держаться подальше от Билла. Я не делюсь, — мрачно обещает он. — Я не желаю Уильяма, — успокаивает Северус, — Ты мой партнер. Я твой и только твой. — Хорошо, потому что я не хотел бы причинять боль Биллу, но я бы это сделал. Теперь ты мой, и я убью, чтобы защитить тебя и нашу связь. Северус вздрагивает от собственнической ярости в голосе Рона. Рон видит желание в темных глазах Сева и ухмыляется, — Тебе это нравится, да? Северус смотрит в пол, пряча глаза от Рона, — Никто не хотел, чтобы я принадлежал им. С того дня, как я получил наследие, это все, чего я хотел. Принадлежать кому-то, моему Доминусу. — Наконец-то исполнилось твое желание. Телом, душой и разумом ты принадлежишь мне. Рон поворачивает Северуса лицом к себе, ведет его обратно к дивану и нежно толкает на него. Северус умудряется упасть с кошачьей грацией и растягивается на диване с изяществом, которым Рон никогда не будет обладать, — Я не знаю, как тебе это удается, Прелесть. Каждый дюйм твоего тела наполнен такой врожденной грацией. Ты заставляешь меня чувствовать себя зверем, — Рон устраивается на Северусе, его бедро плотно прижимается к недавно затвердевшей выпуклости в брюках Сева, — Но, может быть, это то, чего ты хочешь, что тебе нужно. Огромный, собственнический зверь, — он чувствует, как член Сева дергается у бедра. Рон не хочет ничего, кроме как увидеть, как Северус разваливается под ним. Он наклоняется в собственическом поцелуе, изучая каждый дюйм его рта и его белые зубы. Затем Рон целует его гибкую шею, уделяя особое внимание зажившим шрамам от нападения, которое едва не отняло у него жизнь. По стонам Рон догадывается, что шрамы очень чувствительны. Он облизывает, лижет, сосет и кусает шрамы, наслаждаясь тем, как Северус извивается и дергается под ним. Тихие отчаянные звуки, которые он издает, сводят Рона с ума. Северус трётся своим членом о бедро Рона с возрастающей настойчивостью. Рон думает только о том, как бы еще больше этих прекрасных звуков. — О, Мерлин. Пожалуйста, Доминус! — умоляюще взывает Северус. Рон проводит зубами по чувствительным шрамам, и Северус вскрикивает, ошеломленный ощущением. Секундой позже он кончает себе в штаны. Рон знает, что потратит много времени на эти шрамы. Любые плохие воспоминания или мысли, которые хранят эти шрамы, будут послушно стерты его губами, зубами и языком. И если Северус будет издавать эти восхитительные отчаянные звуки, тем лучше для Рона. Взмахом руки он без палочки убирает беспорядок в штанах Северуса, — Ты прекрасен, когда кончаешь. Лицо Северуса порозовело. — Я не думал, что ты способен краснеть, дорогой, но, должен признаться, что нахожу это довольно привлекательным. Застонав, Северус уткнулся лицом в сгиб локтя. Рон нежно отдергивает его руку, — Не прячься от меня, мой Анима. Тебе никогда не нужно прятаться от меня. Ты можешь доверять мне, — он целует раскрасневшиеся щеки Северуса, его нос и губы, — Доверься мне во всем. Северус неуверенно смотрит вверх. Рон проводит большим пальцем по мягкой щеке Северуса. Он знает, как трудно его паре доверять. Северус закрывает глаза, а когда открывает, неуверенности уже нет, — Я доверяю тебе. Лицо Рона смягчается, он знает, как трудно Северусу доверять, — Спасибо, мой Анима. — Могу ли я… — Северус колеблется. Пытаясь спросить то, что он хочет. — Что такое, Северус? Ты всегда можешь говорить со мной свободно, — Рон хочет, чтобы ему можно было довериться. Как шпион, Северус должен был хранить слишком много секретов, но не теперь. — Могу ли я тебе кое-что показать? Рон ободряюще улыбается, — Конечно, можешь. Северус слегка толкает Рона в плечи, и Рон послушно отходит назад, позволяя ему встать. Северус стоит перед Роном, спина напряжена. Стараясь не спугнуть Северуса, Рон терпеливо ждет. Северус делает глубокий вдох, пальцы его руки, держащей палочку, нервно подергиваются. — Если ты не готов, ты ... Северус качает головой и признается, — Я никогда не показывал свои крылья другим. Брови Рона удивленно поднимаются, — Никому? Никогда? — прошло почти двадцать пять лет с момента вступления в его наследие, а Северус так никому и не показал свои крылья? — Нет, — Северус ждет жалости, но не находит ее в выражении лица Рона, — Одно время я бы доверился Лили, матери Поттера, но я оттолкнул ее, и наша дружба была непоправимо разрушена. С-становление Пожирателем Смерти изменило все. Мне пришлось скрывать, кем я был, было слишком рискованно, чтобы они узнали о моей сущности. Вот тогда я и решил, что буду ждать своего Доминуса. — Директор Дамблдор не знал? Северус качает головой, — Альбус был моим другом, насколько он вообще мог дружить с кем-либо, но я знал, что победа в войне для него важнее, чем моя жизнь. Если бы он знал, он бы использовал это в своих интересах, даже если бы это навредило мне. Какая грустная мысль. Один из двух людей, которым он мог довериться во время войны, и единственный человек на Светлой стороне, который точно знал, что Северус был связан со Светом, и Северус знал, что он был расходным материалом в глазах Дамблдора, — Ты не показывал их Малфою-старшему? Северус качает головой, — Я доверяю Люциусу. Он мой лучший друг. Он помог мне пережить годы без Доминуса. Но его собственное наследие вызвало бы проблемы с моим, особенно с учетом того, что мы оба не были связаны парами. Люциус - доминирующий Азул Луна Син, а я - покорный. Наши существа могли попытаться навязать нам связь. Это был риск, на который никто из нас не хотел идти. Рон благодарен им за осторожность; насильственная связь могла бы их уничтожить. Рон протягивает руку и берет руки Северуса, — Я польщен, мой Анима, и мне бы очень хотелось увидеть твои крылья. Если тебе так будет комфортнее, я мог бы сначала показать свои. Северус покусывает губы, обнажая белые зубы. Он решительно качает головой, — Нет, я бы лучше сначала показал свои, — все эти годы он гадал, как Доминус отреагирует на его крылья, и теперь наконец узнает. Проблема в том, что он не уверен, что готов увидеть реакцию Рона. А что, если они ему не понравятся? А что, если он отвергнет меня? Подумает, что я Темный? Паникуя, Северус начинает дрожать. — Северус! — Рон подпрыгивает и хватает его, обнимая и прижимая его лицо к своей шее, — Я здесь. Тебе нечего бояться, — Рон успокаивающе гладит его по спине. Мой бедный Северус. Он так много боится. Никто не знает, какая уязвимость скрывается за, казалось бы, непроницаемыми стенами его пары. Он обещает себе, что станет опорой Сева. Чувствуя силу рук своего Доминуса вокруг себя, Северус чувствует, как его страхи уходят. Он должен довериться Леди Магии и Рону. Северус покидает успокаивающие объятия, его уверенность подкреплена заботой Рона. С небольшой нерешительностью он обнажает свой торс. Северус поднимает глаза, чтобы встретится с глазами Рона. Его губы дергаются от того, как Рон оценивающе смотрит на его грудь. Рон ухмыляется, когда его застают за тем, как он пялится на Северуса, и при этом совершенно не стыдится этого. Северус изогнул бровь. — Что? Ты не можешь ожидать, что я не воспользуюсь тем, что вся эта плоть обнажается прямо у меня на глазах, — глаза Рона светятся интересом. Северус не знает, смеяться ему или набросится на своего Доминуса. — Может, мне тоже снять рубашку? — нахально говорит Рон. Сдаваясь, Северус усмехается, — Ты можешь. Но... Рон прищурился, — Но что? Северус пожимает плечами, изображая безразличие, — Я думал, ты хочешь увидеть мои крылья. Рон кладет руку на сердце Северуса, — Да. Точно. Можешь ли ты сказать, какой ты элементаль? — Я - элементаль воды, а ты - огонь. Рон впечатлён, — Хорошая догадка. — Мне не пришлось гадать. Я подслушал разговор четверокурсников о другом студенте на поле для квиддича с огненными крыльями. Я предположил, что это ты, хотя в то время я не мог заставить себя поверить, что это правда. Рон удивлен, как много Северус успел подслушал, учитывая все те годы, что он был шпионом. Должно быть, это уже инстинктивно, — Огонь и вода, — их стихии идеально подходят для них. Рон признает, что у него огненная личность, а Северус загадочен, как океан, так много скрыто под поверхностью. Не могу дождаться, чтобы нырнуть поглубже. Северус делает глубокий вдох. Несмотря на доверие своему Доминусу, он закрывает глаза, прежде чем выпустить крылья. Северус вздрагивает, чувствуя прикосновение Рона к своим крыльям. Рон встает позади него. С нежной заботой он проводит кончиками пальцев по крылу Северуса. Северус дергается: ему интересно, о чем думает Рон, но он слишком боится посмотреть, не говоря уже о том, чтобы спросить. Как и положено Аниме, его крылья немного меньше, чем у Рона. Чувствуя, как перехватывает дыхание от красоты крыльев, Рон наслаждается шелковистым ощущением перьев под кончиками пальцев, — Они великолепны, Прелесть. Они идеально тебе подходят, — Рон не может перестать трогать крылья, — Как глубокие глубины океанов. Его глаза распахиваются от шока, — Тебе они нравятся? — спрашивает Северус. Не в силах оторваться, Рон продолжает ласкать темные перья, — Я люблю их, — отвлекшись, он не сразу понимает, что вызвало удивление его Анимы, — Ты думал, они мне не понравятся. Северус смотрит в пол, — Их цвета темные. Я боялся, что ты… — Что? — Рону нужно, чтобы Северус выразил свой страх. — Подумал бы, что они отражают мою душу и решил бы, что я Темный, — со стыдом признается Северус. Рон закрывает глаза от боли. Как долго этот страх, должно быть, терзал Северуса. Он прижимается к Северусу, обхватывая руками его грудь, — Твоя душа прекрасна, мой Анима. Она никогда не позволяла тьме победить ослепительный свет внутри нее,— Рон целует его в плечо, — Я люблю твои крылья, и ты тоже должен. Северус сглатывает комок в горле, — Правда? Рон с обожанием ласкает прекрасные перья, не в силах противиться желанию прикоснуться, — Да. Они великолепны,— губы Рона дергаются в улыбке, когда крылья Северуса неосознанно прихорашиваются для него. Он гладит их в последний раз, и встает лицом к Северусу, Рон ухмыляется, глядя на розовый цвет, распространяющийся по лицу и груди Северуса. Северус забывает о своем смущении, целуя свою пару, его крылья инстинктивно обвиваются вокруг Рона. В безопасности, в тепле и любви рядом со своим Доминусом. Рон обнимает его, наслаждаясь тем, как его Анима чувствует себя рядом с ним. Защитное желание нарастает внутри него. Северус больше никогда не будет одиноким и несчастным. Избавить Северуса от его неуверенности и страхов будет нелегко, но он хочет, чтобы тот был счастлив, — Хочешь увидеть мои? — часть его сожалеет, что делился своими крыльями с друзьями до своей Анимы. Рон никогда не думал, что найдет свою пару так быстро или что тот никогда никому не покажет свои крылья. Северус поднимает взгляд и с нетерпением отвечает, — Да. Рон стягивает рубашку и встает перед Северусом. Подумав, Рон расправляет крылья. Глаза Северуса расширяются, и он тянется, чтобы прикоснуться, оставляя после себя приятные мурашки. — Красиво, — он двигает своим крылом рядом с крылом Рона и смотрит на контраст, который создают их крылья. Огонь и вода, — Могу ли я увидеть их пылающими? — Конечно, можешь, Прелесть. Чего бы ты ни пожелал, я постараюсь тебе это дать, — обещает Рон, проводя пальцем по бледной щеке Северуса. Никогда не знавший такой заботы, Северус не знает, что сказать. Он разрывается между радостью и цинизмом. Сердце Рона болит от страха его Анимы. Северус боится довериться, но Рон докажет свою надежность. Он защитит Северуса так, как кто прежде. Никто не причинит ему вреда, пока Рон дышит. Зная, что сегодня он не убедит Северуса, Рон меняет крылья, как и просили. Зачарованный, Северус тянется, чтобы прикоснуться. Только он и Рон могут прикоснуться к огню, не обжегшись. Огонь успокаивает своим теплом. — Могу ли я увидеть твои? Вопрос едва проникает в разум Северуса, слишком сосредоточенного на огне перед ним. Он поднимает взгляд и видит интерес в глазах Рона, — Конечно, — Северус не может отказать Рону ни в чем. Он ждал его двадцать четыре года. Северус меняет крылья, застенчиво наблюдая за реакцией Рона. Рон, открыв рот, смотрит на его крылья. Он восхищается бурлящей водой, из которой состоят крылья его Анимы. Темные цвета должны вызывать у него зловещее чувство, но вместо этого они источают ауру таинственности, силы и красоты. Рон чувствует мощную угрозу в крыльях, так же как его крылья способны гореть, крылья Северуса кажутся готовыми проглотить врага, если ему будет угрожать опасность. Он чувствует гордость, зная, что если его не будет рядом, крылья Северуса смогут защитить при необходимости. Он касается воды, и она, кажется, приветствует его, окружая его руку, как возлюбленная, — Северус, я не знаю, что сказать, — крыло Рона движется, чтобы присоединиться к крылу Северуса. Огонь окутывает воду, два противоположных элемента закручиваются вместе. Огонь и вода вместе в гармонии, которой не должно быть. Они - одно целое. Ошеломленный этим ощущением, Северус дрожит и прижимается к Рону. Рон гладит его по спине успокаивающими поглаживаниями, — Мой прекрасный Анима. Прижавшись крепче, Северус с благоговением повторяет, — Мой Доминус. Почувствовав, где находятся мысли его Анимы, Рон успокаивает, — Никогда больше, Северус. Никогда больше ты не будешь один. Ты мой, а я твой, как и задумала Мать Магия. Северус вздрагивает от этого заявления, уткнувшись лицом в шею Рона. Он тихо спрашивает, — Обещаешь? — Обещаю, — Северус трясется, его безмолвные слезы смачивают кожу Рона. Он был одинок и нелюбим большую часть своего существования. Северус прижимается к своему Доминусу, нуждаясь в его утешении. Пустота и одиночество были всем, что он знал. До сих пор. До Рона. Человека, обещающего заполнить пустоту внутри него и положить конец его одиночеству. Это все, чего он когда-либо хотел. Его самое глубокое, самое тайное желание. Рон подхватывает его и несет на диван, когда его слезы превращаются в рыдания, — Выпусти это, мой Анима. Северус плачет за все ночи, которые он провел в сокрушительной изоляции. За жестокие слова, которые его ученики и окружающие говорили о нем в пределах его слышимости. За всю боль, которую он причинил, приняв метку. За Лили. За всех людей, которые умерли у него на глазах или от его руки за годы его шпионской деятельности. За боль, которую он перенес, за часы, проведенные лежа в луже собственной крови. За всех, кого он не смог спасти. За годы, которые он провел, желая смерти и продолжая жить только потому, что верил, что заслужил страдания. За каждый момент боли и одиночества. И все это время его Доминус держит его. Рон успокаивающе расчесывает волосы Северуса, пока тот плачет, все время гадая, когда его Аниму утешали в последний раз. Он слишком долго гадает, пока Северус плачет до изнеможения. Он подозревает, что это не последний раз, когда Северусу нужно хорошенько поплакать. Его Анима слишком долго был изолирован, и потребуется время, чтобы выпустить наружу все, что он подавлял годами. Если бы только он раньше получил свое наследие. Рон не может этого изменить, но он может гарантировать, что Северус будет защищен и любим с этого момента. Северус, вероятно, будет время от времени бороться с ним, отталкивать в отчаянной попытке защитить себя. Со временем он поймет, что ему не нужно защищаться. Как бы Рону не хотелось отмахнуться от всех проблем, накопленных за беспокойную жизнь Северуса, он не может. Ему придется доказать своей Аниме, что ему можно доверить сердце, душу и тело. Рон поднимает его на руки и отправляется на поиски ванной. Северус нехарактерно послушен, устало кладет голову на плечо Рона. Найдя ванную, он с облегчением видит большую красивую ванну, где можно понежиться. Рон включает воду и обнимает Северуса, пока ванна наполняется. Он берет бутылку с пеной и добавляет ее в воду. Рон никогда бы не подумал, что летучая мышь из подземелья Слизерина любит пенные ванны. В его голове мелькает образ хмурого Северуса, одетого в черное, в ванне, полной пены. Каким бы забавным это ни было, Рону гораздо больше нравится образ, который они собираются создать: они оба голые в ванне. Зайдя в ванну, Рон ставит Северуса перед собой и начинает его мыть. Его бедный Анима пережил тяжелую жизнь, что видно по его телу, покрытому шрамами. На его спине шрамы от плетей, а также шрамы от клинков и проклятий. Рон нежно моет каждую отметину, желая, чтобы он мог забрать напоминания о боли Северуса. Северус вздрагивает, вода возвращает его в сознание. — Тсс, просто расслабься, — Рон гладит его по спине, — Ты такой красивый, Северус. Северус усмехается, — Я знаю, как я выгляжу. Я озлобленный, изуродованный человек на двадцать лет старше тебя. Мне не нужна твоя ложь. Рон заканчивает со спиной, притягивает Северуса обратно между ног и начинает мыть его спереди, — Это не ложь. Мне все равно, что видят все остальные. Мне важно, что вижу я. Храбрый, сильный, блестящий, красивый мужчина. Северус скрывает довольную улыбку. Даже если это неправда, это заставляет его чувствовать тепло внутри. Он будет смаковать комплимент, несмотря на его фальшь, потому что никто никогда не хвалил его внешность раньше. Северус расслабляется в руках своего Доминуса, пытаясь запомнить все на тот случай, если Рон придет в себя и оставит его. Воспоминания о нежности его прикосновений будет единственным, что будет давать ему тепло и заботу, когда он снова останется один. Сигнал тревоги ревёт, когда охрана Северуса прорывается. Рон выскакивает из ванны, расправляя крылья. Он призывает свою палочку, высушивает себя заклинанием и готовится принять угрозу. Чувствуя Северуса позади себя, Рон широко расправляет крылья, скрывая его из виду. МакГонагалл и Гарри врываются, держа палочки наготове. Они запинаются и останавливаются при виде Рона, полностью голого, с расправленными в защитном жесте крыльями. У них отпадают челюсти и палочки Больше не чувствуя угрозы, Рон опускает свою палочку, — Какого черта вы сюда вломились? Гарри старательно избегает смотреть на наготу. Одного взгляда было достаточно, чтобы заметить татуировку на бедре Рона, отмечающую его как доминанта, — Эм, ну, когда ты не вышел от Снейпа... — Профессора Снейпа, — поправляет МакГонагалл. — Профессора Снейпа, я забеспокоился. Когда я не смог попасть в класс, я обратился за помощью к профессору МакГонагалл. Она провела нас в комнату, которая была пуста. Затем она провела нас сюда. Рон закатывает глаза, глядя на то, как Гарри предсказуемо, без раздумий, идет вперед. Гарри смотрит на лицо Рона, завороженный изменениями, ранее скрытыми гламуром, — Я волновался, — добавляет он смущенно. — Ты действительно думал, что Северус причинит мне боль? Гарри пожимает плечами, затем его глаза вскидываются, — С-Северус? — Он мой Анима, Гарри, — гордо заявляет Рон. Глаза Гарри расширяются, — Т-твой Анима? Рон опускает крылья достаточно, чтобы открыть лицо Северуса. Он не стесняется своей наготы, но никто не увидит его Аниму, кроме него самого. — С-сэр! — Глаза Гарри готовы выскочить из орбит, — Вы - эльфийский Феникс! Несмотря на то, что Северус испытывает сильную неловкость, он отвечает, — Действительно. Он оживляется, увидев неожиданно синие волосы, зелено-сине-черные глаза и заостренные уши. Выражение лица Гарри становится печальным, — Мне жаль, профессор. — О чем ты вообще можешь жалеть, Поттер? — Вы были один все это время. Я читал об эльфийских фениксах, — пожимает плечами Гарри, — С тех пор, как Рон рассказал нам о своем наследии. Должно быть, было очень трудно быть одному все это время. Особенно, гм... Северус пристально смотрит на Гарри, словно бросая ему вызов закончить мысль. — Учитывая ваш, гм, статус. — Мой статус? — рычит Северус. Губы Рона дергаются, он знает, что глупая гриффиндорская храбрость Гарри не позволит ему отказаться от вызова. — Вы покорный. Глаза МакГонагалл сузились от заявления. Северус был покорным все это время? За многие годы она видела, как многие ученики вступали в свои наследия. Тем не менее, покорные часто оказываются самыми легко распознаваемыми и самыми уязвимыми. Однако Северус Снейп годами скрывал свою природу от всех. Знал ли об этом Дамблдор? Северус смотрит на Гарри, заставив его вздрогнуть, — Я не осуждаю и не смотрю на вас свысока за то, что вы покорный. Клянусь! Я поражен тем, насколько вы сильны, раз выжили, оставшись психически невредимым, без своего Доминуса, — искренне говорит Гарри. — Ну, ладно, — говорит Северус, пытаясь казаться высокомерным, но звуча скорее удивленным благоговением в голосе Гарри, чем чем-либо еще. Гарри поворачивается к Рону, предостерегающе тыча в него пальцем, — Если ты его обидишь, я отрежу тебе яйца. Клянусь своей магией. Ошеломленный, Рон только и может, что моргать, глядя на то, как его лучший друг угрожает ему физической расправой, если он посмеет причинить вред Северусу. И с магической клятвой! Воздух вокруг них вибрирует, когда Мать Магия принимает клятву Гарри. Краем глаза Рон видит спокойное выражение лица Сева, но он чувствует шок своей Анимы от клятвы Гарри. После войны Гарри и Северус обрели взаимное уважение друг к другу. Их насмешки и отношение друг к другу - все это для показухи, маленькая игра, которая, кажется, нравится им обоим. Прежде чем Северус успел оправиться от шока, Гарри спросил, — Могу ли я увидеть ваши крылья? Невозмутимость Северуса рушится от щенячьего рвения Гарри, показывая его замешательство и удивление. Смирившись с тем, что их расслабляющая ванна прервана навсегда, Рон говорит, — Гарри, можем ли мы одеться? Вспомнив о наготе Рона, Гарри краснеет, — Извините. Да, мы подождем в гостиной, — Гарри и МакГонагалл уходят, закрыв за собой дверь ванной. Рон убирает крылья за спину и поворачивается лицом к Северусу, — Все в порядке? Северус все еще в шоке. — Не беспокойся о Гарри. Он просто волнуется. Ты не обязан показывать ему свои крылья, если не хочешь. Он будет разочарован, но не смертельно. Северус теребит нижнюю губу кривыми зубами, — Хочешь, я ему покажу? — Это твой выбор, — Рон поддевает его подбородок пальцем и подталкивает его к себе, — Я не разозлюсь, если ты решишь этого не делать. Не чувствуй себя обязанным, потому что Гарри мой друг, — увидев проблеск в его зелено-голубых глазах, Рон подчеркивает, — Это твой выбор. Обещай мне, что покажешь ему только если сам захочешь, а не потому, что думаешь, что я этого хочу, — когда тот не отвечает, Рон твердо повторяет, — Обещай мне. Северус несколько секунд смотрит ему в глаза, прежде чем кивнуть, — Я обещаю. — Хорошо. Как бы мне ни хотелось продолжить купание, — вздыхает Рон, — Но, судя по всему, этого не произойдет. Давай уже оденемся. — Во что именно? — спрашивает Северус, приподняв бровь и указывая рукой на ванную комнату без одежды. — О, конечно. Северус накидывает на себя халат и туго завязывает его. Рон хватает полотенце и обматывает его вокруг талии. Он смотрит на на открытый вырез кожи так, словно это оскорбляет его лично, — Подожди здесь. Ревность в глазах Рона заставляет губы Северуса дернуться в усмешке, — Ладно. Рон выходит из ванной, осторожно закрыв за собой дверь. Гарри подпрыгивает от его внешнего вида. — Мистер Уизли, вы кажетесь не одетым. Рон прикусывает язык, чтобы саркастический ответ не сорвался с его губ, — Нет, — он находит и собирает свою и Северуса одежду и уходит, не сказав ни слова. Вернувшись в ванную, Рон отдает Северусу его одежду, прежде чем одеться самому. Он пристально осматривает Северуса; Рон весьма доволен тем, что Северус одевается так скромно. Поцеловав Северуса в губы, Рон берет его за руку и ведет обратно в гостиную. Взгляд Гарри метался между их руками, их лицами и их близостью. Неловкость, которую чувствует Северус, более очевидна, чем есть на самом деле, он чувствует себя подростком со своим первым парнем, стоящим перед Поттером и Минервой. Рон - твой первый парень, идиот. Осознание этого только заставляет его чувствовать себя еще более неловко, неуверенным в том, что он должен сделать или сказать. Северус хватается за руку Рона, как за спасательный круг. Рон садится в удобное потертое кресло и тянет Северуса к себе на колени. Северус сидит неподвижно, избегая взгляда своего ученика и коллеги, — Расслабься, Прелесть, — шепчет он. Он пытается, но не может. Его тело напряжено, он ждет резких слов от Поттера или Минервы. Поскольку ни Гарри, ни Минерва не комментируют это, Северус медленно расслабляется и позволяет себе наслаждаться близостью своего Доминуса. — Мистер Поттер сообщил мне, что вы с Северусом оба являетесь эльфийскими фениксами. Северус держит глаза закрытыми, изо всех сил стараясь не обращать внимания на присутствие двух незваных гостей, предоставляя разговор своему Доминусу. — Так и есть. Недавно я вступил в наследие. Я обнаружил, что Северус мой Анима во время зельеварения, — Рон гладит Северуса долгими, нежными движением. Он не может отвести глаз от своей Анимы, — Я смог сдержать свои инстинкты, как и Северус, пока урок не закончился и все не ушли. — Слава Мерлину, — бормочет Гарри. МакГонагалл сухо отвечает, — Действительно. Губы Рона дергаются, но он ничего не говорит. Гарри неловко ёрзает, его взгляд метнулся к неподвижному телу Северуса, — Я рад за тебя, Рон. Северус напрягается под пальцами от нервного тона Гарри. — Эм, за вас тоже, Сев-, я имею в виду, профессор Снейп. Вместо того, чтобы заставить его расслабиться, это заявление заставляет его напрячься еще сильнее. Рон продолжает свои длинные, успокаивающие поглаживания. Гарри с тревогой смотрит на Северуса, затем с беспокойством смотрит на Рона. Рон подталкивает Северуса, и тот открывает глаза. Он делает жест глазами в сторону Гарри. Северус неохотно поворачивается. Гарри неуверенно улыбается. Северус оглядывается на Рона, но не дает ответов. — Я серьезно, сэр. Рон всегда хотел кого-то своего, и теперь у него есть вы, — искренне говорит Гарри, — А у вас есть он. Тонкие губы Северуса поджимаются, но он коротко кивает Гарри. Гарри сияет, ясно понимая, что он имеет в виду. — Северус, не мог бы ты поговорить со мной наедине? — спрашивает МакГонагалл. Когда Северус не отвечает, Рон подсказывает, — Северус? — его Анима не в восторге от разговора с ней, однако Рон не собирается позволять ему избегать этого. Он силой ставит Северуса на ноги, игнорируя недовольное выражение на его лице, — Иди. Я буду здесь, когда ты закончишь. Северус идет к своему кабинету, за ним следует удивленная МакГонагалл. Когда они уходят, Гарри оживляется. Рон готовится к потоку вопросов. Гарри еще раз убеждается, что Северус не слышит, а затем шепчет, — У него синие волосы! Рон хихикает. — Синий, Рон! Пожав плечами, он не уверен, почему синие волосы Сева так важны для Гарри, — Мои сейчас выглядят как огонь. — Но это же Снейп, застегнутый на все пуговицы профессор Снейп! — Нет, он Северус, мой Анима. Он совсем не похож на профессора Снейпа. Гарри открывает рот, чтобы не согласиться, но потом понимает, что Рон прав, — Да, ладно, — взглянув на дверь, он признает, — Ему это идет, — Рон вопросительно смотрит на него, — Волосы. Они ему идут, лучше, чем тот чёрный, которым он их зачаровывает. — Это так. — Ты счастлив? — Да. Северус идеален для меня, он нуждается во мне, — Гарри понимающе кивает. Он знает больше Рона о трудностях Северуса. Но это изменится, если Рон скажет хоть слово. Его Анима должен многое преодолеть, и Рон будет рядом, чтобы помочь ему. — Я не лгал раньше. Я рад за тебя и за Снейпа. Ему, должно быть, было очень тяжело быть одному все эти годы, особенно в годы шпионажа. Он был... изолирован. Глядя на закрытую дверь, Рон соглашается, — Я знаю. Ему больше никогда не придется оставаться одному. Гарри глубокомысленно кивает. Через несколько мгновений Рон качает головой, заметив растущую нервозность Гарри, и говорит, — Просто спроси. Он подпрыгивает и с энтузиазмом спрашивает, — Ты видел его крылья? Как они выглядят? Какой он элементаль? Посмеявшись над волнением Гарри, Рон отвечает, — Да. Я видел его крылья, и они прекрасны, — он представляет их в своем воображении и улыбается. Они идеально подходят Северусу. Рон вздыхает, вспоминая, как Северус боялся показать их ему, — Никто, кроме него, никогда не видел их до меня. — Никто...даже моя мама? — Даже она. Он сказал, что их дружба закончилась до его наследия, иначе он бы показал их ей. Гарри горестно вздыхает, — Я хотел бы, чтобы она простила его. Он нуждался в ней. Может быть… — он смотрит в сторону, — Может быть, все было бы иначе, если бы они помирились. — Мы никогда не узнаем, Гарри. — Я знаю. Иногда мне просто хочется, — пожимает плечами Гарри, — ну, ты знаешь. — Я знаю, — если бы он мог вернуть Гарри его родителей, он бы это сделал. Гарри стряхивает с себя меланхолию и спрашивает, — Так что насчет его крыльев? — Они немного меньше моих. Гарри кивает, прочитав о разнице в размере крыльев у Доминуса и Анимы, — Какой он элементаль? — Водный. Его крылья как глубокая вода, озера или океаны. Глубокие, темно-синие, зеленые и черные. Я никогда раньше не слышал о таких крыльях, они такие же уникальные, как и он сам. Красивые и таинственные. — Как думаешь, он позволит мне их увидеть? Рон рассеянно пожимает плечами, — Это его дело. Постарайся не давить на него, ладно? Я заставил его пообещать, что он покажет тебе их, только если сам захочет. Я не хочу, чтобы он нарушил обещание, чтобы попытаться угодить мне. — Хорошо, я попробую. — Спасибо, приятель.