Калерия

Я только что вылетела с работы. Это не была работа моей мечты, обычная кафешка, а также платили там не много, но этого было достаточно что бы выжить, а теперь... Теперь придётся сново искать работу. Круговорот из утренней чашки чая до вечерней, а между ними беготня от кухни до зала. На небе начинали сгущаться тучи, а вечер становился всё мрачнее. Я была такой гордой и смелой, когда замахнулась на того гостя подносом, а теперь чуть ли не готова разреветься. Может быть стоило перетерпеть его приставания и тогда бы всё сейчас было хорошо? Нет! Он мудак и заслужил это! Или же... Дорогу стало труднее различить из-за слёз, я принялась тереть глаза руковом моего серого свитера. Я чувствую как каждый прохожий впивается в меня взглядом, наверняка думают какая уродка, думают что сама провинилась, что напоказ выставляю эмоции - лишь бы пожалели. Терпеть это невыносимо, поэтому на первом же переулке я рванула в этот лабиринт из домов. Потеряться бы там и больше не выйти. Не помню сколько часов я просидела на скамье возле серой панельки, но за это время смогла немного успокоиться. Вообще я не люблю показывать свои эмоции, но последние события вывели меня из равновесия. Мне надо было открыть карты на телефоне, выйти из этого района, прийти в маленькую арендованную комнату, выпить чашку чая и лечь спать, надеясь на завтрашний день. Но что-то тянуло меня погулять подольше. Ноги немного побаливали, а чёлка сильно растрепалась, но меня это не сильно волновало, пока не начнётся дождь - гуляем. Холодная и облачная погода всегда была моей любимой, когда все чувствуют себя грустно от постоянной слякоти и прохлады, я чувствую себя хорошо, ведь теперь грущу не я одна. Немного эгоистично с моей стороны, но что уж поделать, может быть я попытаюсь стать лучше в будущем. Деревья в осенних цветах хорошо украшали скучные улицы, но кажется прогулка затянулась. Я уже повернула в сторону дома и преспокойно шла на встречу вечернему чаю, пока странные звуки не послышались из тёмного переулка. Я слышала как там за заворотом, кажется, плачет человек. Стоп, это не должно меня волновать! У меня у самой куча проблем, но ведь... Я медленно начала приближаться к источнику шума. О чём я только думаю, наверняка за этим поворотом я сейчас увижу несколько алкоголиков, выясняющих отношения, или же женатую пару, выходящую ссориться на улицу, крича о разводе и пугая соседских детей. Я подошла ещё ближе, заглянула за угол и... О Господи! Мужчина в тёмной и грязной одежде сжимал свои крупные руки на шее обычной студентки. Его грязный ногти будто бы готовы были разорвать её шею в клочья, а девушка лишь хрепела, уже даже не пытаясь вырваться из его хватки. Я спряталась обратно за угол, сердце начало биться с бешеной скоростью, а в голове прокрутились мысли о немедленном побеге. Ноги позабыли всякую боль и были в полной готовности рвануть от сюда куда подальше. - Она не может даже защититься, - проскользнула мысль в голове, но чем смогу помочь я? Ударю подносом? Да меня скорее тоже прикончат! Хотя какая разница, кому нужна такая отброска? Хоть умру по-геройски... Дрожь в руках начала понемногу униматься, но полностью не ушла, а лицо сильно побледнело. Я достала с мусорки заржавевшую водопроводную труб, надеясь, что такого оружия мне будет достаточно. Собрав всю волю в кулак, я почувствовала прилив сил и то, как нога, стоявшая на земле крепко, как фонарный столб, оттолкнулась от земли с такой силой, что я чуть не упала завалившись вперёд, но удержала равновесия и тем самым очень быстро разогналась. Я вбежала в тот мрачный переулок и с силой замахнулась, но поняла, что бить некого. Три дома образовывали между собой небольшой тупик, окна там в основном были либо завещаны толстыми шторами, либо вовсе заколочены. Там же находилась пожарная лестница - зелёная и ржавая. В асфальте было много трещин, куда заливалась дождевая вода, благодаря которой сорники могли и тут прорости. И среди всей это грязи и бедности лежало тело прекрасной девушки. Труба с грохотом выпала из моих рук, от чего я сильно поморщилась. Хоть звук был и очень громким, но никто из жильцов не удосужился выглянуть в окно, а лежащая девушка не проснулась. Я тут же подбежала к ней и попыталась прощупать пульс. Её длинные светлые волнистые волосы запачкались в грязи, но даже так выглядели прекрасно. На ней была изящная одежда и самые милые туфли что я видела. А её кожа! Она была будто фарфор. Она лежала там, будто брошенная маленькой девочкой кукла. Я так была увлечена разглядыванием её внешности, что совсем забыла о её состоянии. Приложив левую руку к её запястью, а правую к шее, я с ужасом вздрогнула. Она мертва.