Убей меня!

Джон, сжимая окровавленную руку, прислонился к холодной стене канализационного тоннеля. Рваное дыхание эхом отдавалось в узком пространстве. Рана от пули пульсировала, но боль была последним, что сейчас волновало Соупа. — Вроде бы оторвался… — хрипло прошептал он. — Эти твари были слишком близко. Рёв, доносившийся из глубин канализации, постепенно стихал, растворяясь в зловонном воздухе. МакТавиш крепче сжал в руках костюм радиационной защиты — тонкий барьер между ним и смертоносными парами, наводнившими базу. Лёгкие горели огнём, голова раскалывалась, а реальность то и дело подёргивалась дымкой галлюцинаций. Призраки прошлого цеплялись за его разум, нашёптывая обрывки имён и воспоминаний. — Дыши, Джон. Просто дыши, — одёрнул себя Соуп. Коридор петлял бесконечным лабиринтом, и единственным ориентиром оставался еле уловимый сквозь помехи голос в наушнике: — Приём, Со… пшшш… Мак… вишшшь… «Я не помню этот голос, — лихорадочно размышлял Джон. — Кому он принадлежит?» Крики. Снова эти пронзительные крики, раздирающие и без того натянутые до предела нервы. МакТавиш вскинул винтовку, целясь в густую темноту тоннеля, готовый в любой момент нажать на спусковой крючок. Но в кого стрелять? Реальность ускользала, путая следы чудовищ с миражами подсознания. Звуки когтей, скребущих по бетону, становились всё громче. Ближе. Ещё ближе. За спиной или в голове? Схватив последний баллон с кислородом, Соуп рванул вперёд по тоннелю. — Прорвёмся. Должен же кто-то ещё быть жив на этой чёртовой базе! Снова помехи в наушнике. И едва различимый хриплый шёпот: — Джооооннии… Ссссооууп… Мааактааавииишшш… Игнорируя пульсацию в висках, Джон ускорил шаг, пробираясь через завалы металлолома. «Добраться до поверхности. Любой ценой». Когда впереди забрезжил свет аварийных ламп, сердце МакТавиша пропустило удар. База. Но облегчение длилось лишь мгновение. Стоило Соупу выбраться из канализации, как в нос ударила тошнотворная волна смрада. Трупы. Везде трупы. Растерзанные, изувеченные тела товарищей, разбросанные, словно сломанные куклы. Борясь с накатывающей тошнотой, Джон двинулся к единственному ориентиру — центральной панели управления. «Нужно понять, что здесь произошло. Как выбраться…» Перешагивая через кровавые лужи и ошмётки плоти, МакТавиш почти добрался до терминала, когда за спиной раздался скрежет. Тот самый скрежет, вгрызающийся в мозг, сводящий с ума… Резко обернувшись, Соуп вскинул дрожащие руки с пистолетом: — Кто здесь? Отвечай! Ответом стал лишь оглушающий скрип помех в наушнике. МакТавиш пошатнулся, опустился на колени, хватаясь за раскалывающуюся голову. Из теней на стенах, покрытых брызгами крови и следами от пуль, соткалась знакомая фигура. Фигура, которую Джон узнал бы из тысячи. — Я… я выстрелю! Клянусь! — крикнул МакТавиш, цепляясь за остатки здравого смысла. Голос из наушника с издевательскими нотками процедил: — Дааа ладно, Джооонни. Ты же не пристрелишь сссстарого друга? Нечеловеческий вой сотряс стены, впиваясь раскалённой иглой в виски и вышибая из лёгких остатки кислорода. Перед МакТавишем, покачиваясь, стоял ОН. Вернее, то, что осталось от НЕГО. — Г-гоуст? — онемевшими губами прошептал Соуп, вглядываясь в чудовищно изуродованное лицо напарника. Да, это был Гоуст. Или монстр с его чертами... Почти двухметровая тварь, увенчанная гротескным подобием балаклавы с черепом, скалилась в безумной ухмылке. Три головы, сросшиеся на бугрящихся мышцами плечах, хрипели и визжали на разные голоса: — Джоооонниии, как же я голоден. Мне нужна свежая плоть! — Беги, Со-о-оуп. Спасайся. Пока можешь! — Ты. Остаёшься. Со мной. НАВСЕГДА-А-А!!! Чудовище с рёвом кинулось вперёд. МакТавиш, пятясь, открыл огонь. Пули со смачным чавканьем впивались в склизкую плоть, но Гоуст-мутант, казалось, не замечал боли. «Это конец», — пронеслось в голове Джона, когда он упёрся спиной в стену тоннеля. Патроны кончились. Монстр приближался, скаля окровавленные зубы и щёлкая смертоносными когтями. Дрожащей рукой МакТавиш поднёс пистолет к собственному виску. «Лучше так, чем…» Залп истерического многоголосого хохота резанул по ушам: — Ты думал, что сможешь убежать от меня, Джонни? От себя? Наивный! Соуп стиснул зубы. Палец лёг на спусковой крючок. — Прости… лейтенант… — НЕТ! НЕТ! НЕТ! Рёв монстра охватила дрожь, и он заметался из стороны в сторону. Все хором воскликнули одно слова, и в их голосах звучала боль и скрежет.. Воспоминания вспыхнули неоновой вывеской, прожигая кровавые росчерки под веками. БАХ! Выстрел. Грохот. Темнота. МакТавиш с хрипом распахнул глаза, резко садясь на постели. Мокрая от пота футболка липла к телу, простыни сбились в ком. За окном хлестал дождь, и ветер бился в стёкла. — Всего лишь сон… Кошмар… — пробормотал Соуп. Сердце колотилось так, словно вот-вот разорвёт грудную клетку. Трясущейся рукой он нащупал телефон на тумбочке. На дисплее мигали пропущенные звонки и одно сообщение: «Эй, Джонни, всё в порядке? Я уже раз двадцать до тебя дозвониться пытаюсь!» Соуп, сглотнув вязкую слюну, лихорадочно набрал ответ: «Да все путе...» Нервно передумав начал стирать сообщение с дрожащими руками «Нет. Не в порядке. Можешь приехать?» «Без вопросов. Скоро буду» Бросив трубку, Джон обхватил голову руками. "Призраки прошлого" никак не желали отпускать его. Даже наяву. Через полчаса в дверь позвонили. На пороге, встряхивая с капюшона капли дождя, стоял Саймон Райли собственной персоной. Живой. Невредимый. — Саймон… — выдохнул Джонн, впиваясь пальцами в плечи гоуста. Словно боялся, что тот растает, как морок. — Ебанный ад...как же я рад что у тебя одна голова на плечах Саймон лишь на это фыркнул, и все ближе прижимал Джона к себе, чтобы тот ровно дышал. — Я здесь, Джонни. Всё хорошо. Они стояли в прихожей, крепко обнявшись. За окном не переставал лить дождь, словно оплакивая страхи и призраков, которые таились в душе каждого из них. Даже не смотря на бред...