Интерес

      Сначала Дима никак не впечатляет. Совершенно. Ну просто божий одуванчик на первый взгляд. Он весь какой-то мягкий, неловкий, заботливый и безразличный к грубым словам. Такое описание не создает образ матерого полицейского. Не грозы полиции, лейтенант уже с послужным списком, а школьник, максимум студент, который пришел к маме на работу и решил померить форму полицейского. Август даже не сразу узнает, что тот набирает в госорганах, хотя звоночки для этого были, а только после запроса полного досье на этого загадочного мистера Дубина.       И тогда уже Хольт начинает рассматривать этого лейтенанта с интересом. Средний рост, некрупное телосложение, дурацкая щётка усов под носом, едва ли не белоснежные волосы и совершенно милый вид. "Смешнявый" вспоминается услышанное слово из разговорного русского языка. Совершенно безобидный парнишка, который и сделать-то ничего не сможет. Но давний напарник Грома. Тот просто так с балластом носиться не будет. Принимает в близкий круг общения лишь равных себе.       Поэтому Хольт приглядывается повнимательнее.       Теперь под строгой формой становится виден контур бронежилета. Пару килограмм точно весит, а носится тот вслед за майором отлично. Средний рост из простого факта превращается в преимущество при задержании. Где крупный Гром идет напролом лейтенант берет хитростью и скоростью, а не силой. Да и с внешне безобидным Димой люди не хотят причинять боли, поэтому предпочитают сбежать или использовать как заложника, что оканчивается для тех не очень хорошо. Ведь под слоями одежды и бронежилета прячется поджарое тело, а не мягкость. И первое впечатление безобидного человека Дубин использует по полной, не стоит того недооценивать. Август видел к чему это приводило преступников, когда это "булочка с корицей" в одно мгновение вдавливала тушу в два раза больше себя лицом в асфальт. Да так, что не скинуть потом. Вцеплялся клещом, суставы выкручивал, а шибко резвых прикладывал одним поставленным ударом, отправляя в отключу.       Да и характер у того был не такой уж и нежный, как могло показаться. То, что Август изначально принял за раболепие оказалось неловкостью и уважением. Когда Дима здоровался со всеми его работниками, то это была не попытка расположить к себе, а воспитание. Общая рассеянность не игрой в глупышку, а простой недосып от вечных переработок. Заикания, бегающий взгляд и желание сделать всё как можно лучше были не более чем неловкостью от общения с незнакомцами и нежелание ударить в грязь лицом. Вот и всё. Да, Дима был и добрым, и нежным, и заботливым. Всегда здоровался с желал доброго утра с улыбкой, хоть и измученной иногда, но искренней, приносил сладости из дома, запомнил предпочтения в напитках и многое другое. Тот не был лицемерным или искусственным. Тот просто... не доверял до конца, чтобы показать себя во всей красе. Поэтому и не переходил грань доброжелательности и гостеприимства.       Но когда начал доверять...       О, Август отметил этот день в своем календаре. Дима тогда с улыбкой рассказывал очередную историю, а потом споткнулся об чью-то оставленную сумку в проходе. Обычная ситуация, да? Если бы лейтенант просто убрал ее или неловко посмеялся, то да. Но вместо этого Дима нахмурился, попросил подождать пару минут, а после со злобным шипением словесно набросился на коллегу. Проехался по качеству памяти, по вере обещаниями, по чужим косякам и разрушенным надеждам. Это было восхитительно! Не было сказано ни единого прямого оскорбления, но другой полицейский мгновенно забрал сумку с прохода и исчез из участка "покурить". Стоит ли говорить, что вещь, которая мозолила Хольту глаза вот уже как всю неделю больше не появлялась на прежнем месте? Не стоит.       Потом добавились нелегальные связи, а точнее целый подпольный бойцовский клуб. Довольно крупное помещение с несколькими рингами и множеством спортивного инвентаря тогда было полностью заполнено подозрительными личностями с разбитыми лицами, явно попали в ходовое время. Все смотрели волком и пытались выглядеть угрожающе, скалились окровавленными выбитыми зубами. Но стоило Диме назвать его своим другом, как все пропало. Все уже подходили жать руки, здоровались и представлялись. Словно не было этих мгновений подозрительных взглядов и глухой ненависти. К Диме тоже все подходили. Кто-то протягивал руку для рукопожатий или давали пять, кто-то отбивал кулачок, кто-то обнимал на краткие мгновения, а кто-то ерошил волосы. А сколько форм имени удалось услышать! Дима, Димон, Димка, Димазавр, Димос, Димуха, Димаха и множество других. Это больше походило на отношение бойцов к младшему брату, чем к простому другу.       Откуда такое отношение стало понятно, когда Дубин забрался на ринг. Вот там тот показал себя во всей красе. Точные удары, увороты, быстрая работа ногами. Тот словно не стоял на месте, а был текучей жидкостью. Это... пленяло. Взгляд отвести было невозможно, если говорить честно. Это было очень горячо, если быть откровенными. Особую пикантную нотку прибавлял словесный поединок параллельно. Взаимные оскорбления, острые слова и подколы сыпались каждую секунду боя. И Август уже хотел позорно попросить Отто забрать его отсюда. Потому что лампочки уже опасно мигали от перебоев в работе. Долго те не протянут. Как и он сам.       Когда Дима подарил ему шальную и опьяненную улыбку после победы, а следом подмигивает, то в ответ Август вырубает свет. Просто в одно мгновение проводку выжигает, даже часть лампочек взорваться не успевает. Хольта тогда совершенно унизительно использовали как портативный фонарик. Позвоночник-то светится прекрасно от выработки чертового электричества.       После таких откровений невозможно не смотреть сквозь внешнее Димы. Не когда видел как "сладкая булочка полицейского участка" ведёт задержание у шибко сопротивляющегося преступника и слышишь какими конструкциями тот кроет в ответ на оскорбления. Просто это для всех Дима - образец очарования. А на деле же тот матерый полицейский, который готов сожрать тебя с потрохами, если ты в чем-то виноват или он тебя подозревает. Этому Август сам был свидетелем. Лично видел какой силой и энтузиазмом тот копал под одного из подозреваемых и по каким злачным местам ошивался ради информации откуда приходилось забирать лейтенанта.       Дима разный, но именно этим и привлекает.