Всё по инструкции

— Точно ничего? — чуть прищуренный глаз Копирующего уставился на Ируку, выражая искреннюю надежду на чудо. — Простите, Какаши-сенсей, — преподаватель, дежурный и прочая и прочая Ирука Умино развёл руками. — Подходящих миссий нет. И неподходящих тоже. Какаши Хатаке стал личной головной болью Ируки ещё до получения команды. Но уж после этого знаменательного события вполне мог перейти в разряд “мигрень”. Хатаке, по мнению Ируки, вполне обоснованному, был из тех, кто «без звездюлей как без рамена». Он то и дело приходил в надежде свалить на любую самоубийственную миссию, лишь бы от учеников подальше и на подольше. Естественно, миссий ему не доставалось. Ирука ожидал, что, хитро моргнув, Копирующий уйдёт бесцельно шляться, но тот неожиданно задержался. — А это что? — взгляд Какаши был направлен на выглядывающий из-под бумаг уголок книги. — Утром вернувшаяся группа сдала вместе с важными бумагами. По ошибке прихватили, — Ирука достал книгу. — Понятия не имею, что это. Какаши присмотрелся. Иероглифы на книжке, те, которые можно было разобрать, были частично знакомы. — Эффективные способы выращивания и совершенствования, а также размно... — Какаши нахмурился, — тут непонятно... учеников… хм… в условиях рискованного земледелия с минимумом затрат. В целом название перевести удалось. «Звучит бредово», — подумал Ирука, перевёл взгляд на скрытое маской лицо Копирующего, подрагивающие пальцы и понял, что сейчас будет. — Можно? Завтра верну, — чуть ли не клятвенно заверил Копирующий с такими просящими интонациями в голосе, что Ирука неожиданно для себя сжалился и протянул книжку. — Если что-то полезное, можете... — только и успел он сказать. Но слово «отчёт» так и не прозвучало. Копирующий исчез в клубах дыма. «На все готовы, лишь бы не писать ничего», — вздохнул Ирука разгоняя дым папкой и перевёл взгляд на следующего. Тренировка седьмой команды в этот день прошла вяло. Во всяком случае, по мнению Какаши, мысли которого были заняты книгой. Его команда своё мнение не озвучивала, но оно было диаметрально противоположным.

***

Утро ещё только собиралось красить нежным цветом вырезанные в камне лики Хокаге и крыши зданий, а всю ночь читавший Копирующий уже был бодр и перемещался знакомым настолько, что и в беспамятстве прошёл бы, маршрутом на тренировочную площадку распугивая редкие патрули тёмными кругами под глазами, пусть и был виден только один. И редкой для него общительностью. То, что тебе в полпятого утра первым с другой стороны улицы помахал пробегающий Хатаке — уже что-то да значит. Естественно, утро давно уже началось, генины расположились на выбранной полянке у реки, вяло обсуждая очередную возможную причину опоздания наставника. Варианты, придумываемые подростками, становились всё более нелепыми и грозили перейти в те, о которых говорят только шёпотом и краснея, когда земля разверзлась и Наруто и Саске оказались надёжно прикопаны по шею. А рядом, осыпав всех комьями земли, появился обожаемый наставник. Подождав, когда в ушах перестанет звенеть от визга Сакуры, впрочем, благоразумно отпрыгнувшей как можно дальше, Какаши изрёк: — В реальном бою тоже будете ждать, когда противник первым нападёт? Генины возмущённо пыхтели молча. Даже Наруто, которому, если быть честным, просто рот залепило землёй. Только Сакура привычно ныла ставшее уже мантрой «Саске-кун». Какаши поморщился как от зубной боли, но прикапывать и девчонку всё-таки передумал. И дело было не в отношении к противоположному полу. Шиноби и есть шиноби, какая разница, мужчина или женщина. И не в возможном разговоре с родителями. Знали, куда доченька подалась. А в когда-то случайно услышанной фразе «застудит себе всё, а ей ещё рожать». Выяснять, какое всё и более подробно связь с гипотетическим продолжением чьего-то рода Копирующему не хотелось, потому он нашёл юной куноичи другое применение. — Какаши-сенсей! Ты рехнулся?! — вдарило по ушам второй волной воплей. Это Наруто, наконец, справился с земляной преградой. — Эй, не так громко, — Какаши сел на корточки перед своими генинами и поманил Сакуру. — Будем проверять новый метод ускоренного роста. И он продемонстрировал книжку с непонятными никому, кроме него, иероглифами. — Как пишет магистр Вэй, ученика, для ускорения роста и совершенствования рекомендуется поместить в почву и регулярно поливать… Какаши перелистнул несколько страниц. — В идеале почва должна быть хорошо удобрена прахом погибших. — Я не хочу на кладбище! — завопил Наруто. Учитывая, насколько странный наставник им достался, с него вполне могло статься прикопать их и там. — И не надо, — успокоил его Какаши-сенсей. — Здесь всюду этого добра хватает. Так, Сакура-тян, бегом за водой. И достал лейку. Вечером Какаши сжалился над своей командой и лично извлёк из грядки, разрешив пойти по домам. Но при этом настрого запретил мыться, поскольку согласно всё тому же руководству «воздействие почвы должно сохраняться непрерывно». Надо ли говорить, что в этот вечер Наруто остался без рамена из Ичираку. Как и на следующий. И на следующий. Владелец заведения наотрез отказывался впускать настолько грязного клиента. Вымыться же Наруто на этот раз не рискнул. Хоть внутренний голос и советовал ему искупаться, а наутро по пути вываляться в грязи как следует, он подозревал, что Какаши-сенсей каким-то особым чутьём угадает, что это не та грязь. Лучше не испытывать судьбу лишний раз. Оставалось надеяться на чудо, потому как отступать их наставник, похоже, не собирался. *** Ирука примчался на тренировочную площадку после полудня и как на стену налетел. Наруто и в самом деле не сочинял. И он и Саске по самую шею были зарыты в землю, рядом сидел, уткнувшись в книжку, Какаши Хатаке, то и дело что-то зачитывая вслух. От реки поднималась Сакура с лейкой, полной воды. — Спасибо, Сакура-тян, — убрав книжку Хатаке улыбаясь глазом и не вставая взял тяжёлую лейку и начал поливать генинов. — Ты что творишь! — не выдержал Ирука. Даже если это было гендзюцу, устроенное специально разыграть его, это было слишком. — Привет, Ирука-сенсей, — Копирующий проигнорировал повышенный тон Умино, демонстрируя искреннюю радость от встречи. — Следую методике магистра Вэй Усяня. Кажется, уже есть какой-то результат. «Это больше не твои ученики. Хатаке лучше знает, что делать», — мысленно повторял себе Ирука, пытаясь отнестись ко всему непредвзято и спокойно, пока шёл эти несчастные метры до Копирующего и его жертв. Помогало очень и очень плохо. Результат и в самом деле был. Генины со стоическим видом продолжали сидеть в земле. Вокруг простиралось небольшое море грязи, кое-где с белой пеной, из которого вытекали ручейки. Но ни один не тёк в сторону Копирующего. — Какой результат вы хотите получить, Какаши-сенсей? — полюбопытствовал Ирука самым нейтральным и вежливым тоном, присаживаясь рядом. Просто потому, что стоять, когда на тебя снизу вверх из земли смотрят две головы, а ещё сидящий на корточках Копирующий с этим его прищуренным глазом, было неловко. — Хм... Пока не тот, о котором написано. Но, кажется, этот метод позволил определить личностные профили этих двоих, — Какаши отставил лейку. — И терпению они, похоже, научились. — И простуде? — по мнению Ируки, постоянно льющаяся на голову холодная вода не могла принести никакой пользы кроме вреда. Тем более что схожий метод был в списке пыток. А учитывая жаркий солнечный день, в комплекте мог идти и солнечный удар. — Почему вы тогда Сакуру не зарыли вместе с ними? Как ни странно, Копирующий не сразу ответил. Сперва некоторое время смотрел отвлечённо куда-то то в книгу, то в небо. Почесал и без того растрёпанную шевелюру. И только после этого ответил Ируке на ухо и шёпотом. Наруто с Саске с удивлением наблюдали, как краска заливает лицо Ируки-сенсея. А Какаши-сенсей невинно улыбаясь, наверно всё-таки улыбаясь, разводит руками. — Отойдём! — наконец обрёл дар речи Умино. Оба наставника удалились куда-то за деревья. Как генины ни напрягали слух, уловить что-либо они не смогли. Наконец, оба вернулись, старательно делая вид, что ничего такого не происходило, но глядя в разные стороны. — Так что вы там про личностные профили? — как можно спокойней и заинтересованней спросил Ирука, усаживаясь обратно. — Так вот, — Какаши указал на шевелюру Наруто. — Все характеристики личности, можно сказать, на лбу написаны. Ирука присмотрелся и обнаружил, что из грязных волос Наруто то тут, то там выглядывают тоненькие стебли, увенчанные нежными бутонами. Он присмотрелся ещё раз и почувствовал, как ему становится нехорошо. — Кажется, эти цветочки не относятся к разрешённым, — с сомнением произнёс он наконец, взяв себя в руки и рассматривая раскрывающиеся рассыпанные по всей голове Наруто бутоны и резные листья. — Верно. Запрещены к выращиванию, хранению, распространению, приготовлению вытяжек и смесей и использованию. Имеют галлюциногенный эффект, вызывают эйфорию, возбуждение, в том числе сексуальное, сменяющиеся депрессией. При длительном применении вызывают привыкание. В правильной дозировке вызывает чувство доверия и почти непреодолимое желание выговориться, что облегчает получение информации у допрашиваемого при отсутствии возможности применения традиционных методов, — начал монотонно зачитывать Копирующий и Ирука решил, что знать не желает, где и как тот приобрёл такие познания. Во всяком случае, кое-что из услышанного сейчас об этих цветочках им точно на инструктаже не рассказывали. — И ты эту пакость на ребёнке выращивал? — процедил он сквозь зубы. Пусть Копирующий был героем, легендой, лучшим, но от вожделенных звездюлей, или хотя бы получения как минимум фонаря под глаз его отделяло полшага и остатки самообладания Умино. — Само выросло, — напрочь игнорируя угрозу легкомысленно отозвался Хатаке. — На втором такого нет. Поблизости тоже. И в самом деле, на Саске росло что-то другое. Изрезанные усеянные шипами продолговатые тёмные листья, колючий стебель. — Чертополох, — определил Умино и получил согласный кивок. Чертополох как нельзя лучше подходил характеру Учихи. — Интересный результат. Но в рекомендациях не упоминался. Наверно почва не подходит, — предположил Какаши. И зашуршал страницами книги. — Можно попробовать пересадить. Или удобрений добавить. Как сказано у магистра Вэя, почва должна содержать большое количество праха погибших. Также он применял, если не ошибаюсь и перевод верный, аналог бумажных печатей. Надо уточнить, каких... Ирука понял, что детей, пусть даже теперь они генины, надо было спасать, перенаправив активность испытывающего ломку от безделья лучшего из убийц и диверсантов в привычное ему русло. — Хатаке, после тренировки зайдите в штаб. Подписана миссия, полагаю, вы лучший кандидат на её выполнение. Выход вечером. Предписание, вводную и состав команды получите в штабе, — досчитав до десяти, выдохнул Ирука. И, увидев, каким счастьем вспыхнул глаз Копирующего, попытался незаметно увеличить дистанцию. Ещё обнимать полезет, ненормальный. Естественно, генины были извлечены, очищены от сомнительных, не подлежащих выращиванию, хранению и распространению растений и отправлены разминаться перед самой обычной тренировкой. — Какаши-сенсей, можно сперва вымыться? — грязный настолько, что волосы лицо и одежда были одного цвета, Саске упрямо не двигался с места. — Да! Я каждый день мыться буду без напоминаний! Только разрешите, — насел Наруто. Какаши перевёл задумчивый взгляд с одного на другого. — Какие из вас шиноби, если вы не способны потерпеть без душа несколько дней? — скучающий голос прорезали нотки презрения — Миссия, — тихо сквозь зубы процедил Ирука, медленно зверея. Какой ненормальный доверил детей этому головорезу? — Ладно, бегом, Все трое, — соизволил разрешить Хатаке. И генинов как ветром сдуло. — А вот и побочный эффект, — довольный Какаши повернулся к Ируке. — А то не заставить. Подростки. Воняют так, что противник их за километр учует. Ирука посмотрел на абсолютно счастливого, будто с тех цветочков, Копирующего и подумал, что его, похоже, провели.