Разноцветный Мазейк

Илья спокойно сидел на своём столе в обычной позе. Он обдумывал ночь, которая была буквально пару недель назад и услышал тяжёлые шаги, приближающиеся к нему. Это был Дрейк, он выглянул из-за дверного проёма и подошёл ближе. — Илюх, надо обсудить кое-что. — Блондин подошёл ближе, почти вставая между бёдер Ильи. — Хорошо... — Коряков чуть начал волноваться, надеясь, что из-за нетрезвого состояния он уже ничего не помнит. — Малыш... есть одно дело... — Он мягко вёл пальцем по бедру Ильи. — Что? "Малыш"?.. С тобой все нормально? — Илья заметно смутился, чуть дальше отсаживаясь к середине стола. — Со мной-то всё хорошо, а вот твой тест на беременность в туалете - это что-то странное... — Денис уже давно рассказывал всем друзьям, а в том числе и Корякову о своей позиции по отношению к детям, а особенно, к воспитанию и обеспечению. Ухмыляется чуть припухшими губами и смотрит на брюнета холодным, голубым взглядом. — Что... Как ты его нашёл? Я же оставил его в бочке унитаза... ах... — Илья зажмурился, чуть краснея от стыда, который на самом деле был очень велик. — Ну знаешь, малыш, я тебя очень хорошо знаю, и я хочу тебе кое-что предложить. Я рядом. — Денис также хитро смотрит на него, оглаживая пальцем его кожу бедра, приоткрытую через домашние шорты. — Ты разве не хочешь меня бросить после этого?.. — Бросить я тебя всегда успею, а сейчас я хочу над тобой поиздеваться. Тот случай, это была буквально минутная слабость, а значит, это была ошибка. — Что, в каком смысле поиздеваться? Денис, что ты несёшь? — Не двигайся. Мне нужно убрать ошибку. Дрейк резко подошёл ближе обхватывая своими холодными руками мягкую кожу бёдер Ильи, чуть сжимая внутреннюю часть. — А... что ты творишь!? Он резко заткнул Илье рот двумя пальцами, обвивая язык указательным и средним пальцем. Денис поднял Мазеллова над столом, укладывая его на спину, на холодный пол. Илья пытался вырваться, мыча в пальцы, которые неприятно надавливали и оглаживали его язык, которые Денис спустя пару секунд вытащил. — Денис, нет, отпусти меня, пусти, пусти, я обещаю, что сделаю аборт, только не трогай меня! — Брюнет не оставлял отчаянных попыток вырваться из под лап Дениса, которые в тот момент казались Илье самыми противными действиями во всей вселенной. — Мне не нужен какой-то аборт от врачей, я сам его сделаю. — Что? как понять сам Денис, отпусти меня, давай я поеду в больницу. — Нет. — Денис резко достал тяжелую книгу, подползая на коленях ближе к Илье, на лице блондина было видно вперемешку и злость, и возбуждение и даже немного волнения. — Ч-что ты собираешься сделать? — илья боялся. по его лицу было видно, что он вот-вот и заплачет от страха, а голос чутка дрогнул. — Ну-ну, милый, только попробуй поплакать или издать какой-нибудь противный писк. ты меня так раздражаешь, тварь, ненавижу тебя, у тебя ужасный и противный голос, у тебя ужасное тело и сам ты убожество. — Дрейк практически перешёл на крик, надавливая коленкой на промежность Ильи. — Что, Денис, нет, только не говори, так, мне страшно! — По щеке ильи начала скатываться слеза, а он прикрыл лицо руками, стараясь скрыть свои слёзы. Денис резко перехватил его руки и поставил над его головой, связывая какой-то новогодней гирляндой. — Ну тише, тише, я же говорю, что ты очень противный бесишь меня, ненавижу тебя, ненавижу тебя, когда ты уже сдохнешь? — Денис и резко начал бить его по животу книгой, делая ему больно и заставляя всё больше всхлипывать и корчится от тупой боли. Денис выглядел разъярённым, с каждым ударом проходясь и царапая белую кожу обложкой книги. — Ах-ах-ах-ах! Денис, прекрати, пожалуйста!.. — Он начал чуть ли не кричать от слёз и боли, но Дениса это не останавливало и он лишь ускорял и усилял свои противные движения по его животу и пиздил его всё больше. Коломиец ужасно злился на невинного ребёнка, который еще даже всего лишь эмбрион. Надеясь, что добил его тяжелой книгой. От удара на животе появилась красная полоса и Илья резко схватился за живот вырывая руки из противной колючей гирлянды. Коряков сел, держась за красный от ударов живот, смахивая другой рукой слёзы. — Отпусти, отпусти, отпусти, Денис, прошу тебя, не надо, не трогай меня, мне больно! — Он говорил почти невнятно из захлипывания и уже долгих слёз, но Денис не останавливался в движении и резко ударил его по щеке. — Заткнись, заткнись, противная мелкая шлюха! пидорас, пидорас, я тебя ненавижу! Как ты посмел влюбиться в меня такого нормального, а ты такой пидорас!? Уёбище, умри, я тебя ненавижу. ты такой жалкий и противный, я тебя ненавижу, когда ты уже сдохнешь, я тебя сейчас добью! — Илья почти захлёбывался в слезах от слов Дениса пытаясь вырваться и убежать, хватаясь руками за линолеум, но тот лишь сильнее разозлился и схватил его за волосы и начал ударять головой об массивный шкаф, от чего Илья продолжал вскрикивать и хвататься пальцами за что угодно, лишь бы удержаться на коленях и не упасть, от чего стал бы более уязвимым. По его лбу начала течь тонкая струйка алой жидкости, скатываясь на подбородок и вниз на пол. - Боже, боже, Денис, перестань! — Через крик и слезы говорил Коряков, ухватываясь за плечи Дрейка, который лишь сильнее злился и чувствовал, что кровь в венах все сильнее начинает закипать от животного гнева. — Противный, противный! ублюдок жалкий, сдохни уже наконец! — Денис начал почти проламывать череп Ильи, руками и с помощью шкафа. А старший лишь задыхался в слезах. его нос был сломан, что мешало свободно дышать. Картина была весьма ужасающей, задыхающийся старший, валялся лицом к шкафу, окровавленным лицом и полностью разбитым. Но Дениса это зрелище не останавливает, наоборот, забавляет. — От...пусти... — Из последних сил говорил Илья, умоляя отпустить себя, чувствуя что его лицо все больше пачкается собственной кровью. Коломиец лишь грубо схватил его за бёдра, одним движением стягивая штаны с полу живого Ильи. Он то ли смеётся, то ли начинает хныкать, берёт использованную гирлянду и обматывает вокруг члена Ильи, делая своеобразную петлю, сильнее сдавливая её, до побеления самой чувствительной кожи. Коряков кричал из последних сил, чувствуя что кровь стекает из головки его члена, он все сильнее плакал от ужасной боли, руки перестали его держать, и ноги стали ватными от болевого шока, старший скатился на пол и старался как можно громче кричать, чтобы хоть кто-нибудь услышал. Силы обваливаются с каждым резким и сжимающим движением, делая небольшой надрез вокруг головки. — д... нис... Илья уже захлёбывался в собственной крови, которая стекала на пол изо рта, носа, ушей и члена. Корякову было ужасно плохо, от всего этого состояния, от того что человек которому он больше всего доверял и даже спал с ним, так мерзко с ним обходится. Думать было тоже больно, чувствуя мерзость от всех прикосновений, желание выжить надавливало на всю нервную систему пронзительно больно, но все попытки вывернуться, убежать, уползти заканчивались неудачей. Брюнет почувствовал ужасную боль в желудке и во всех органах в целом, чувствуя, как колючая гирлянда уже почти разрывает член на части. Коряков резко понял, что его уже тошнит от всех этих противных ощущений, он чувствует желудочный сок вперемешку с кровью в своём рту, резко выблёвывая все на пол и продолжая рыдать от адских ощущений по всему телу и в особенности в собственном члене. — Фу! какое ты мерзкое уебанище. — Денис повалял лицо Ильи в собственной рвоте, оставляя его лежать в крови, слыша как крики с каждым разом становятся все тише. Он почти перерезает член Корякова на пополам, отпуская орган, в который уже не поступает кровь. Коломиец видит эту картину и почему-то возбуждается от неё, стягивая с себя штаны и начиная надрачивать себе на вид мёртвого тела своего друга. Илья валялся в собственной крови и блевоте, уже не чувствуя боли. Умер от болевого шока или от остановки сердца, непонятно. Блондин водил окровавленной ладонью по возбуждённому члену с каждым разом все ускоряя темп, тихо постанывая в засушенную до крови губу, чувствуя приближающийся оргазм. Спустя пару минут мастурбации, Денис наконец кончает, оставляя сперму на анале Ильи, также противясь разглядывая его труп. Он берёт со стола канцелярский нож и проводит лезвием по анусу постепенно бледнеющего трупа, он разрезает кольцо мышц на несколько частей, смотря как стекает кровь, он входит своим членом туда же, чувствуя, как стенки анала уже не сужаются. Он пару секунд пытается трахать труп, но потом понимает что тот уже никак не отреагирует, вставляет руку с канцелярским ножом, разрезая внутренние стенки ануса, видя как уже почти остывшая кровь начинает хлестать и пачкать его руки. Он переворачивает Илью на спину с бока, видя почти белый болтающийся член, по которому еще стекает слегка подсохшая кровь, Дрейк снова хватается за полностью окровавленный нож, начиная вводить его в низ живота Ильи, делая порезы крест на крест, приподнимая кожу и рассматривая открытые кишки и мочевой пузырь Корякова. В целом, все прелести органов человека, но не на милом рисунке в учебнике биологии, а настоящие, воняющие, облитые кровью, слегка пульсирующие органы. — Мерзкий. Коломиец встает и отбрасывает нож в его сторону, напоследок осматривая тело мертвого друга, уходя отмываться от всего нектара человеческого организма. *** Илья резко вскакивает с постели со вскриком, осматриваясь то, где он находится. Это была его собственная кровать, а рядом лежал его парень. Он увидел как Денис тоже проснулся от его вскриков. — Милый, что случилось?.. Хрипло от недавнего пробуждения спрашивает Денис, потирая глаза и надевая очки с тумбочки. — Сон... очень страшный... Илья наконец смог отдышаться, устало падая на кровать обратно. — Солнце, ты же знаешь что все хорошо... я рядом. — денис нежно обнимает илью, а тот лишь чувствует тошноту и отвращение от его прикосновений. — Мне нужно отойти... Он уходит в туалет, приоткрывая бочок унитаза, видя собственный тест на беременность, тяжело вздохнув.