Забота, о которой он не просил

      Карпов нервно ворочался в постели, переворачиваясь с боку на бок, пытаясь найти хотя бы одну позу, при которой он не будет чувствовать боль. Лодыжка, повреждëнная ещё на тренировке пару дней назад, нещадно ныла и неприятно отдавала в поясницу, а бинты, которые так сильно давили на кость, кажется, делали боль ещё острее. Всё из-за этого Солдата! Кто просил его бить с такой силы?! Вечно от него одни проблемы! Теперь он должен валяться здесь целую неделю, а всë из-за его безрассудности. Василию стоит наказать его. Ну, когда он оправится, конечно. Выбить всю дурь из его головы, а то в следующий раз это может закончится плохо. Хотя, куда ещё хуже...       Измучавшись окончательно, Карпов просто вытянулся на спине, взял с тумбы запылëнную книгу и постарался расслабиться, хотя в его положении это было не самой лёгкой задачей.       По времени, как казалось Василию, прошёл уже час, на деле же пролетело всего лишь пятнадцать минут. Углубившись в чтение, он не сразу заметил, как в дверь настойчиво стучат.       Он лениво отложил книгу и закатил глаза. Кого ещё принесло любоваться на его страдания? Наверняка генерал Андреев, сейчас будет втирать, мол, повреждена всего на всего лодыжка, а не обе руки, а отчёты можно писать и не вставая с кровати. Ну нет, выслушивать этот бред у него точно нет никаких сил. Или его «любезные» подчинëнные, поди припёрлись, чтобы отпросится от работы или спросить какую-то ерунду. Да уж, без него здесь точно. всё развалится. Чëртов Солдат...       Ещё раз вздохнув и понимая, что выхода нет, он выдавил из себя почти вежливое «войдите».       Какого было его удивление, нет, просто шок, а потом и искреннее раздражение с самым настоящим отчаяньем, когда на пороге появился Солдат.       Стараясь сдерживать эмоции, он с гневом на него посмотрел, и без приветствия так же язвительно спросил: – Что? Пришёл доломать вторую???       Солдата этот вопрос смутил, если так можно выразиться, и он опустил голову.       Как хорошо играет комедию! – Мне... – тихо начал он, пялясь в пол, – Мне правда очень жаль. Я этого... Я не хотел. Простите.       Хм, ну может у этого существа ещё остались извилины, чтобы осознать свою ошибку, но если он думает, что всё это сойдёт ему с рук, то он здорово ошибается. – Мгу, ну ладно. Извинился, теперь уходи. – Василий чуть сбавил тон, и заметив, что Солдат не шелохнулся, добавил: – Иди-иди, мне нужен покой, а от тебя много хлопот в последнее время.       Солдата, кажется, эта фраза ничуть не огорчила, но он по-прежнему продолжал топтаться на месте. Василий заметил, что он что-то держит в живой руке. Вероятнее всего, он принëс это «что-то» для куратора. – Что это? Покажи. – потребовал он.       Подчинëнный разжал ладонь и показал небольшой тюбик с мазью. Примерно такой же, который Карпову дала медсестра. – Это мазь для снижения боли и опухоли. Я попросил её для вас в медчасти. Я мог бы... – начал Солдат, но ему не дали закончить. – Оставь на тумбе, хотя у меня уже есть такая. Всë, теперь иди, хватит трепаться. – Я мог бы... – не сдавался он, – Я мог бы сам нанести её вам на повреждëнное место.       Карпов был в полном шоке от услышанного, а именно – от наглости Солдата. Фраза «вам врядли будет удобно самому» его добила. Он ели сдержался, чтобы не выругаться матом на эту сплошную ходячую проблему, но во время взял себя в руки. – Пошёл вон! – прошипел он сквозь зубы.       Но Солдат и не думал уходить. Он подошёл к кровати, присел и начал осторожно развязывать бинты.       Василий подумал, что сейчас неплохо будет запустить в Солдата книгой, но почему-то не стал этого делать. – Не трогай меня!!! – почти закричал он, но крик опустился на слабый стон, когда он дëрнулся, и Солдат по случайности задел больное место. – Лучше вам не двигаться, чтобы не травмировать ногу лишний раз.       Карпов ненадолго успокоился, поняв, что сопротивление не приведëт его ни к чему хорошему. Он откинулся на подушки, надеясь на то, что всё это закончится как можно скорее.       Закончив с бинтами Солдат выдавил немного мази на лодыжку, взял её в обе ладони и очень нежно начал втирать лекарство, между тем массируя ногу. Карпов не хотел признаваться в этом самому себе, но это оказалось почти приятно. Он хоть на какое-то время расслабился, боль постепенно отступала. Он молча закрыл глаза.       Всю идиллию вновь нарушил Солдат своими глупыми вопросами: – Так лучше?       Карпов очнулся, осознав, что Солдат сейчас пялится прямо на него. – Нет, то есть да, – он был сбит с толку такой резкостью, – Всë, теперь сделай всë, как было и уходи.       Солдат в кое-то веки послушался, но уходить не спешил. – Давайте я... – начал он, но Карпов перебил его очень резко и грубо. – Нет! – Я мог бы... – Точно нет! – Остаться... – НЕТ!!! КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕТ! – Если вам что-нибудь понадобится...       Карпов тяжело вздохнул. Это просто какой-то кошмар! Всё оказалось так плохо, как он себе даже и не представлял! Голова болит уже от этого Солдата и его тараторенья. Господи, пусть остаëтся, лишь бы только замолчал! – Делай, что хочешь, – сказал он, массируя виски и обещая себе наказать Солдата за невыполнение приказов, как только ему станет лучше. – Только молчи.       Солдат удовлетворëнно кивнул и присел на кровать. Взяв вторую подушку, он аккуратно подложил её под больную ногу. На недоумëнный взгляд он ответил просто: – Так отëк быстрее пройдëт.       Василий, деманстративно закатив глаза, взял книгу, которую недавно читал и постарался забыть о присутствии Солдата. Тот, впрочем, не сильно давал о себе знать. Он и правда молчал, тупо пялясь то на куратора, то в стенку.       Через некоторое количество времени в желудке громко заурчало от голода.       Карпов невольно провëл по животу рукой, стараясь успокоить его. Реакция Солдата не заставила себя долго ждать. – Вы голодны? – поинтересовался он, – Я могу сходить в столовую и принести вам что-нибудь. – Уже на этой фразе Василий почувствовал прилив раздражения, но тот продолжил. – Вам будет трудно спуститься вниз самостоятельно.             ААА!!! – Нет, и ничего мне будет не трудно!!!Всё, уйди, ты только мешаешь мне отдыхать!       Солдат посмотрел на него, потом в пол. А потом молча вышел из комнаты, ничего не сказав.       «Ну наконец-то он отстал» – с облегчением подумал Карпов. Однако, есть ему и правда хотелось, хоть он и сказал обратное, но не мог же он просто согласится с Солдатом. Василий не ел ещё с самого утра, потому что с больной и постоянно ноющей лодыжкой правда будет тяжело спустится на три этажа ниже, а потом идти ещё метров двадцать пять до столовой. Ладно, он всё равно сейчас вряд ли встанет, так что надо смириться. Поест... Как-нибудь другой раз.       Он взял книгу и в который раз постарался отвлечься от всего этого. Как вдруг дверь распахнулась и в комнату вошёл... Ну, думаю, понятно кто.       Солдат подошёл к кровати и поставил на тумбу тарелку ароматного супа и встал рядом. – Я всë же подумал, что вам бы не помешало пообедать. Голодание – это вредно.       Карпов уже хотел протяжно вздохнуть, но запах давно не попадавшей в его рот еды казался таким приятным, а в желудке урчало так громко, что он не выдержал. – Ладно, – недовольно буркнул он, – спасибо.       Лицо Солдата по-прежнему оставалось непроницаемым, и он молча наблюдал как куратор наконец-то смог покушать.       Суп оказался вкусным. Что ж, Карпов никогда не сомневался в качестве приготовления пищи на его базе. Но его было чертовски мало после почти восьмичасовой голодовки.       Просить Солдата не хотелось, это просто выше его гордости. Но оставаться голодным Василий тоже не особо хотел, учитывая тот факт, что суп только раздразнил его аппетит. – Солдат... – негромким и уже спокойным тоном позвал он. В конце концов, Солдат тут и находится, чтобы помогать, а иначе зачем он здесь? – М? – мгновенно отозвался тот. – Принеси ещë... – после нескольких колебаний осмелился произнести Карпов.       Солдат послушно выполнил новый приказ, выходя из комнаты с таким же каменным лицом, но Карпов увидел, как уголки его губ аккуратно поднялись.       В этот раз Солдат справился гораздо быстрее. Он принёс гречку с курицей, стакан морса, кажется, вишнëвого и сладкую булочку.       Василий с детской радостью посмотрел на еду, а после с некоторым недоверием на Солдата. – Спасибо.       Он приступил к еде, искренне наслаждаясь ей. Ладно, хоть Солдат и приставучий, но польза от него явно есть.       Закончив, он отломил кусочек сдобы и протянул Солдату. – Я не очень люблю мучное, возьми, – произнëс он, удивляясь своему тону: спокойному и даже ласковому.       Солдат принял угощение и быстро его умял. Затем посмотрел на куратора и замигал глазами, явно чего-то ожидая от него.       Тот некоторое время не понимал, что именно привлекло внимание Солдата, но потом Карпов подумал, что скорее всего ему интересна книга, которую он читает. – Можешь лечь рядом со мной. Только не задень больную ногу.       Солдат заметно оживился и молча перебрался к куратору, прижавшись к нему тëплым боком. Карпов протянул ему в руки книгу и велел переворачивать страницы, когда Василий будет говорить ему, потому что знал, что Солдат читает в два раза быстрее него.       Это был детектив 60х годов «Выстрел в спину». Василию нравились такие книги, они расслабляли его. Солдату, кажется, тоже. Его глаза быстро скользили от строчке к строчке, от абзаца к абзацу, но он терпеливо ждал, пока куратор дочитает.       Через час или полтора он постепенно начал замечать, что куратор, кажется, утомился. Глаза его слипались, сам он не так сильно был погружён в чтение, а его щека постепенно прижималась к щеке Солдата.       Он понимал, что нужно что-то делать. И ничего лучше он не придумал, как просто положить книгу на стол и укрыть их обоих одеялом. Сам он сполз ниже и лëг у самых ног, аккуратно прижимаясь к больной лодыжке, с приятной мыслью о том, как будто защищает её.       Солдат совсем не злился на куратора за его... Грубость. Да даже если бы и хотел, то не смог. Он понимал, что Карпов говорил так не из ненависти к Солдату, а скорее из-за боли и в целом плохого самочувствия. Солдат очень хотел ему помочь, даже если тот его отвергает. Всë-таки, он здесь валяется именно по вине Солдата, значит он должен обязательно помочь куратору поскорее восстановиться.       Уже засыпая, Солдат почувствовал тёплую ладонь у себя на макушке. А затем что-то приглушëнное и ласковое: – Спасибо тебе, – прошептал Василий, на этот раз уже искренне, а не просто из вежливости. Наверное, он зря повëл себя так с Солдатом и собирался наказать его, тот всего лишь хотел как лучше. Да, он приставучий и, может быть, даже слегка проблемный, но он его Солдат. Его.       Солдат вяло пошевелился во сне, всё ещё стараясь быть осторожным. Потом он почувствовал странное тепло и нежность в груди, а потом, кажется, задремал.       Когда он проснулся, куратор ещë спал. Солдат, конечно, не стал его будить. Наверное, правильным решением было бы уйти, но ему искренне не хотелось. Как будто что-то внутри просило его, нет, просто приказывало остаться. И Солдат остался. Хотя, куратор наверное захочет есть, когда пронëстся, поэтому Солдат решил сначала сходить ему за завтраком. Может быть, он снова возьмëт ему булочку, или какой-нибудь салат, или просто овсянку, или всё сразу. Солдату нравилось выбирать для него еду, ему в принципе нравилось заботиться о нём, и он заботился. Всегда.       Даже если Карпов был и будет чуть-чуть против этого.