Бог

      Фен очнулся на полу с головной болью и горьковатым привкусом во рту, лишь под головой было что-то мягкое. Вероятно Ци подложил одежду. Гипнос сидел около него и крутил в руках то ли скляночку какую-то, то ли мешочек с чем-то. Восприятие постепенно восстанавливалось.       — Я… — Пауза. Огляделся по сторонам. — Дошёл?       — Да, дошёл.       Темноволосый аккуратно сел.       — А где…       — Ци скоро придёт. Он пошёл за дровами для печи.       Парнишка кивнул. У писателя давно возникли подозрения, что Гипнос лишь притворяется «белым и пушистым». Фенист чувствует, что с белобрысым что-то не так: слишком хорошо ориентируется в пространстве для человека, у которого повязка на глазах; всегда шутит над ними, словно знает будущее, хотя это не под силу никому из ордена кроме одной. Всегда спокойный, может, даже бесчувственный.       — Гипнос, почему ты так уверен, что мы сможем помочь деревне? Вдруг выживших вообще не осталось, а мы тут зазря находимся?       — Скажи, пока гулял не замечал никого? Или всё же чувствовал чьё-то присутствие, чей-то взгляд на себе?       Темноволосый хмыкнул.       — Разве это не одно из проявлений скверны, не?       — Нет.       — А что тогда?       Беловолосый снял венок с головы, покрутил между пальцами и заставил его исчезнуть.       Фен скучающе вздохнул.       — Гипнос, почему ты здесь? Что привлекло твоё внимание? Ты ведь обычно вмешиваешься только в крайних случаях.       — Обычно и ты в своей берлоге сидишь безвылазно. Всё однажды имеет свойства меняться, пускай не навсегда.       Фен вновь хмыкнул и лёг на бочок, положив голову на руку.       — Надеюсь, вы её очистили от скверны, иначе…       Гипнос легонько прикоснулся пальцами около виска. Он специально не дал договорить парню.       — Спи, лунный пьяница.       Ци закончил с дровами, закинул их в бездонный мешочек, оглянулся и на всякий случай расставил ещё оберегов от скверны. Мало ли, может, в самый неподходящий момент другие выйдут из строя.       Интересно, что здесь делает Кася?       «Занятно. Я, конечно, не против, что здесь Гипнос, но Кася, что здесь забыла? Я ведь упоминал при членах ордена, что откликнусь на эту просьбу,» — рассуждал Ци. — «Тогда аккурат Гипноса и Каси не было. Ладно наш ангелочек, она спит, но Гипнос. Ему скучно что ль? Ай, ладно, неважно! Чем больше, тем лучше!»       Пшеничноволосый преспокойно направился в сторону временной базы, иногда оглядываясь по сторонам.       Всё же интересно, что там Фен увидел, раз побежал сверкая пятками. Возможно, Ци попытается спросить, но не факт, что парень признается при Гипносе, хотя нет, — при людях вообще. Он даже не показывает свои работы никому, кроме Ци. Они просто будут лежать на полочке и всё. Может быть, когда-нибудь он сделает из писанины хоть какое-то подобие книги, но даже это будет просто самиздат, всё также стоящий на полочке.       Так или иначе парни воссоединились. Ци подкинул дровишки в печку.       Дверь с характерным скрипом (она старая и держится на честном слове) открылась.       — Ну что, ребятки. Как… — Ци замолчал, когда увидел сладко спящего Фена. Насчёт Гипноса, нельзя быть уверенным: может ли Сон видеть сны? Странно даже звучит, однако в жизни всё возможно, вон, на Касю гляньте.       Ци выдохнул, сел рядом с Гипносом. Беловолосый медленно поднял голову, когда приближался Ци.       — Кошмары были? — тихо спросил он.       — Пока нет.       — Хорошо. Значит, ещё не заразился скверной.       — А почему ты уверен, что кошмары — обязательно заражение скверной?       — Потому что если будут кошмары с сильными ощущениями, словно ты в реальности. К примеру, твоё тело пожирают насекомые, а человек как раз боится этого, скверна воплощает это во сне. Или он боится быть заживо закопан, то паразит «покажет» с весьма хорошей детализацией, что не есть хорошо.       — Так чем же это отличается от обычных кошмаров?       — Тем, что человек реально погибает во сне, — голос Ци дрогнул. — Порой, конечно, удаётся «проснуться», но только при определённых условиях.       Гипнос лишь легко кивнул.       — Ты знаешь, от чего он бежал? — спросил «парень с золотой гривой».       — Нет.       — Что-ж, хорошо. — Небольшая пауза. — Через сколько Фени проснётся?       — Через час.       — Отлично, значит, как проснётся, мы пойдём. Гипнос, а ты спрашивал, что его так напугало?       — Нет. Он...       Фен вновь открыл глаза, перестав подслушивать обсуждение товарищей. Парень медленно сел напротив Ци и ответил:       — Ничего серьёзного, просто гулял. Одежду кусты немного потрепали, не более.       Ци не стал задавать вопросов. Позже всё разузнает.       Парни выдвинулись тщательнее исследовать деревню.       — Гипнос, а что ты здесь забыл?       — Тут было много кошмаров.       — Да уж, комар нос не подточит.       Ци хмыкнул.       — Меня больше смущает, что вон в той стороне. — Ци слегка придержал край рукава рядом с запястьем и правой ладонью указал в северо-западную сторону. — Там скопление скверны ощущается.       — Это ж как ты ощутил? — поинтересовался Фен, кутаясь в хэчао , который презентовал ему Ци.       — Знаешь, я не впервые со скверной работаю, — отшутился Ци. — Гипнос, как давно был последний кошмар?       — Около четырёх дней назад.       — Ясно. Мы здесь от силы день, ещё примерно полдня ушло на поездку сюда, — размышлял вслух Ци. — Значит, быстро изгнать не получится.       — А когда было легко? Будь это так, нас бы не позвали, — шутливо ответил Гипнос, когда сравнялся с Ци.       Фен шёл чуть позади, еле поспевая за товарищами. Ци заметил это и слегка снизил темп, за ним — и Гипнос. Теперь слева от Ци идет Гипнос, справа — Фен.       Ветхое здание, доски давно прогнили, чешуйчатые купола держатся на честном слове. В самом центре куполов виднеется выступающая доска, словно там должно было быть что-то ещё, что отвалилось из-за «времени».       Фен безрадостно хмыкнул.       — Иронично, это местная церковь. Получается, начали с тех, кто может помешать.

***

      Мэйбл сидела в своей комнате и плакала. Она понимала, почему так повели себя её дядюшки, но всё равно было обидно. Хотела поддержки, но получила выговор, а ведь если бы Форд не засиживался в бункере круглыми сутками и помог бы, то всё сложилось бы иначе: Мэй спокойно бы спала, не боясь кошмаров, Диппер, как и мечтал, как полноценный ученик изучал бы разные аномалии вместе с «учителем», но увы.       После ссоры всегда так: каждый выговорился, задел чувства других. И поскольку они твои родственники, просто игнорировать их не получится. К тому же они вместе прошли через многое: чего только стоит Странногидеон, в просторечии «конец всего живого». И просто из-за какого-то демона разосраться — ну это не про Пайнсов.       Диппер сел рядышком с сестрой, прижал к боку и не сильно похлопывал по спине, чтобы успокоить её.       — Мэй, мы справимся. Всё будет хорошо. Ты знаешь наших дядюшек, как они бы не ругались, всё равно помогут нам. К тому же у нас частично собран ловец снов. Всё будет хорошо, — успокаивал Диппер сестру.       Мэйбл всхлипнула.       — Просто... Я знала, на что иду и какая потом будет реакция дядюшек. Но, — всхлип, — всё равно обидно!       — Ну, увы. Что сделано, то сделано, да и как-нибудь без этого чертяги разберёмся. Я думаю, после этого тебе хотя бы помогут, у дядюшки Форда ведь нашлась Мено… Ну короче, то лекарство…       — Которое мне Билл «влил»? — перебила девушка, подняв голову. — Уж прости, но такое я в жизни никогда не забуду.       — Да уж, я тоже. Уже близок к походу в храмы, лишь бы он отстал.       Девушка посмеялась.       — Ну вот! Уже лучше! Давай лучше сходим, развеемся? Зачем зря воздух гонять, когда можно погулять по городу и встретиться со знакомыми! Мне кажется, Кенди и Гренда точно будут в городе. И Венди… — Небольшая пауза. — Возможно.       — Мэйбл! — Слегка покраснели щёчки. Мальчишка вырос, а типаж и объект влюбленности всё такой же. Стабильность.       Девушка слабо улыбнулась.       — Хорошо, Дип-доп. Сейчас переоденусь и пойдём.       — Угу, и я тоже, пожалуй, да и шапку-ушанку нужно отдать, надеюсь, не забыл её положить перед уходом.       — Ой! Да ты её положил самой первой!       Парень улыбнулся.       Диппер надел свою, ставшую любимой, оранжевую футболку и синие шорты. Те самые, которые теперь по размеру. Мэйбл надела свитер с падающей звездой.       Герои спустились на первый этаж, Мэйбл оставила записку: «Мы чуток погуляем, поразвеемся и вернёмся». Они вышли через задний ход. Мимо прошёл Зус.       — Зус, мы пойдем в магазин и в парк. Мэй, конечно, оставляла записку, но на всякий случай и тебе говорю. Сам знаешь, что…       — Без проблем, чувак, — быстро ответил Знак Вопроса.       — Спасибо, Зус, — облегчённо произнёс шатен.       Стеклянные двери открылись, чуть дрогнув. Первым героев встретил запах свежевыпеченного хлебом из отдела кулинарии, слева от входа.       Первым делом они зашли в продуктовый магазин, чтобы купить воду и всё такое, по мелочёвке. Такой родной запах грел душу. Справа — наклеены объявления о подработке на лесопилке и о работе курьером. Как-никак город за 3–4 года слегка разросся, так что встретить в нём доставщика — не такая уж и редкость.       Местоположение продуктов изменилось. На стеллаже вместо Питт Колы стояли соки и молочные коктейли с разными вкусами.       — Дип, возьми сок со вкусом шоколада. — Мэйбл указала пальцем на самую верхнюю полку, до которой из-за роста не могла дотянуться.       — Большой или маленький?       — Маленький. Хочу сейчас выпить.       Мэйсон встал на цыпочки и взял одну штучку.       — Хорошо, одно шоколадное молоко есть. Я питьевой йогурт хочу купить. Пойдём поищем молочку. Девушка угукнула, пока вставляла трубочку.       — Что, даже не можешь дождаться, пока оплатим? — вздохнул парень.       — Нет — ответила она, потягивая напиток.       Пайнсы свернули налево от стеллажа. Рыжеволосая девушка расставляла товары по полочкам.       — О, Венди, привет! Давно не виделись! — оторвалась от напитка Мэйбл.       Кордрой обернулась со спокойным лицом, но, когда увидела Пайнсов, не смогла сдержать улыбки.       — Привет, ребята! — радостно сказала она, оторвавшись от работы. — Я очень рада видеть вас, но простите, я сейчас занята и только в обед смогу отвлечься.       — Привет… — смущённо и тихо произнёс Диппер. Щёчки слегка порозовели.