Нам нельзя друг друга любить

Как только я оказалась в коридоре, а за моей спиной закрытая дверь, смогла выдохнуть. Прижавшись к двери спиной, я смотрела перед собой невидящим взглядом и глупо улыбалась. Время близилось к отбою, выдохнув направилась вдоль коридора в сторону гостиной Слизерина, прислушиваясь к своим шагам и погружаясь в свои мысли. Мое сердце странно билось, это удивляло, оно никогда так себя не вело. Меня отвлекли от мыслей тихие шаги за спиной, я резко остановилась и обернулась. — Кто там? — сказала я в темноту, приглядываясь. Наступил момент тишины, прежде чем из тени выступила фигура, и в поле зрения появилась знакомая голова с растрепанными рыжими волосами и застенчивым выражением лица. — Уизли? — я приподняла бровь, смотря на парня. — Да, это я, — сказал он, его голос был тихим и неуверенным. — Мы можем поговорить? Я скрестила руки на груди, глядя на Рона, казалось, что он следил за мной. — Ты следишь за мной, Уизли? Он смущенно усмехнулся, проведя рукой по своим волосам, и посмотрел на меня со смесью веселья и вины. — Ты меня поймала, — признал парень, его голос был пронизан нотками сарказма. — Полагаю, я просто не могу оказаться в том же месте, что и ты. — Ты что-то хотел от меня? Рон, все еще щеголяя своей нахальной улыбкой, сделал шаг ко мне, держа руки в карманах. — Вообще-то, я хотел кое-что от тебя, — сказал он, его голос был тихим и заговорщическим. — Я надеялся, что мы сможем поговорить наедине. — Мы одни, — сказал я, обведя рукой пустой коридор. — Так что говори. Уизли кивнул и сделал несколько шагов вперед, еще больше сократив расстояние, между нами. — Это своего рода… личное дело, — сказал Рон, понизив голос до шепота. — Не против, если мы поговорим где-нибудь в более… уединенном месте? Я приподняла бровь, понимая, на что рыжий намекает. — Уизли, или говори, или я ухожу. Он на мгновение заколебался, его обычное уверенное поведение слегка дрогнуло. — Хорошо, я скажу, — его голос был по-прежнему тихим и заговорщическим. — Но мне нужно, чтобы ты пообещала не психовать, ладно? — Я буду психовать, если ты продолжишь ходить кругами и не говорить, — прошипела я. Уизли смущенно вздохнул, видимо понимая, что я начинаю терять терпение. — Ладно, ладно, я понял, — сказал он, подняв руки в жесте капитуляции. — Я перейду к делу. Мне нужна твоя помощь кое с чем. Я прищурилась. — И чем же змея может тебе помочь? — я знала, как его факультет относится к моему. Рон слегка поморщился от моего едкого замечания о статусе «змеи». Он прекрасно знал, что вражда между Гриффиндором и Слизерином была щекотливой. — Мне нужна твоя помощь с… личной проблемой, — осторожно сказал Рон, его голос был тихим и серьезным, без намека на его обычную брезгливость. — Это то, о чем я не могу спросить никого другого. — Говори уже, — сказала я, закатив глаза, мое терпение было на исходе. Парень глубоко вздохнул, на что я вновь закатила глаза, ожидая, когда он начет уже говорить. — Речь идет о… девушках, — нехотя сказал он, его щеки слегка порозовели. — У меня тут небольшая… дилемма. — Тебе перестали нравиться девушки? — саркастически сказала я. Рон закатил глаза на мой едкий комментарий. — Нет, я не перестал любить девушек, Годдесс, — сказал парень с раздражением. — Это просто… сложнее. — Так, Уизли, — начала я медленно и слишком спокойно, это был намек на то, что скоро я не выдержу и мое терпение окончательно лопнет. — Тебе кто-то нравится и ты не знаешь, как признаться, и ты хочешь попросить совета, так? Или ты облажался с девушкой в постели и теперь не знаешь, что с этим делать? Уизли захлебнулся от моего прямолинейного вопроса, видимо полностью застигнутый врасплох. Его лицо стало густо-красным, но он попытался вернуть самообладание. — Черт возьми, Годдесс, ты слишком бестактна, — пробормотал Рон, проводя рукой по своим рыжим волосам. — Но… да, это что-то в этом роде. — Хорошо, — выдохнула я. — Ответ на первый вопрос: если тебе кто-то нравится, просто обними ее, скажи «я люблю тебя», — я изобразила грубый мужской голос для фразы «я люблю тебя», — После притяни ее и страстно поцелуй. — далее продолжила серьезно. — Ответ на второй вопрос: если ты облажался в постели, то помочь тебе чертовски сложно, — я задумалась. — Скорее всего, ты волновался, тогда вот тебе совет: перестань волноваться и займись с ней страстным… ну, ты понял, — я ухмыльнулась. Было видно, что Рон слушает внимательно, на его лице отразилась сразу несколько эмоций: шок и растерянность. Его глаза расширились, когда я изображала грубый мужской голос для фразы «Я люблю тебя», а когда я закончила говорить он тихо хмыкнул. — Ты действительно не стесняешься в выражениях, да, Годдесс? — сказал Уизли с ухмылкой. — Но… на самом деле это не такой уж и ужасный совет. Он на мгновение замолчал, видимо обдумывая мои слова, прежде чем снова заговорить. — Ты кажется довольно… опытна в этих вопросах. — Всё возможно, Уизли, — я подмигнула. — Но это будет наш маленький секрет. Парень снова усмехнулся, его глаза встретились с моими, в его голубых глазах был намек на озорство. — О, конечно, наш маленький секрет, — сказал Рон, лукавая улыбка изогнула уголки его губ. — Не волнуйся, я сохраню нашу маленькую беседу, между нами. — Отлично, — сказала я, потягиваясь, выгибая спину. — Хорошо, удачи тебе в любви и страсти… ну, ты понял, — я ухмыльнулась. — А мне пора идти. Его глаза на мгновение проследили изгибы моего тела, прежде чем он заставил себя отвести взгляд. — Да, да, я понял, — пробормотал Уизли, уголок его рта дернулся, чтобы сдержать улыбку. — Но спасибо за советы. Я воспользуюсь ими. — А, точно, — я собиралась уйти, но резко обернулась. — А кто эта девушка, по которой ты сохнешь? — Эээ… ну… — пробормотал он, его щеки снова слегка покраснели. — Это как-то… сложно… — Ладно, ясно, — я закатила глаза. — Не хочешь, не говори, — я повернулась, собираясь уходить. Парень молчал добрых десять секунд, видимо обдумывая, говорить мне или нет, я уже планировала действительно покинуть его общество, как раздался его голос: — Подожди… — его голос был тихим и нерешительным. — Я скажу тебе, но ты не будешь надо мной из-за этого смеяться, ладно? — Хорошо, я обещаю не смеяться, — я повернулась к нему, скрестив руки на груди, ожидая его ответа. Уизли глубоко вздохнул, он нервно провел рукой по своим и без того растрепанным волосам, очевидно собираясь с мыслями. — Ладно, это… — начал он с дрожащим выдохом. — Девушка, которая мне нравится… это Гермиона. — Грейнджер? — я удивленно приподняла бровь, но потом усмехнулась, нет не над его признанием или словами, а над тем, как он это переживал. — Прости, я обещала не смеяться, но ты говорил и нервничал так, словно ты хотел сказать про меня. Рон закатил глаза, вероятно пытаясь скрыть свои истинные чувства по поводу моей реакции. — Да, да, смейся, — проворчал парень с ноткой оборонительной позиции в голосе. — Я не так уж и нервничал. Я просто не хотел, чтобы ты подшучивала над тем, кто мне нравится. — Она хорошая, да еще и умная, и тут не над чем смеяться, — спокойно сказала я, после добавила, для того чтобы его поддержать. — Слушай, мне тоже вроде нравится один человек, но у меня с ним гораздо больше проблем, чем у тебя, твоя любовь к Грейнджер прекрасна. Глаза Рона слегка расширились, после моего признания. — О, так у тебя свои любовные проблемы, да? — сказал парень, приподняв бровь. — Теперь ты привлекла мое внимание. Кто этот счастливчик? — Извини, но я не скажу тебе его имени, — сказала я, серьезно посмотрев на Уизли. — Да и я только сейчас поняла, что он мне нравится. Просто послушала твое признание и поняла: «черт, кажется, я тоже влюблена», но у меня сложная ситуация, мы никогда не будем вместе. А вот вы с Грейнджер будете, я это чувствую. — Чёрт, а ты довольно закрыта в таких вопросах, не так ли? — сказал Рон с ноткой разочарования в голосе. — Но что ты имеешь в виду, когда говоришь, что вы никогда не будете вместе? Он занят? Или он тебя ненавидит или что-то в этом роде? — Что-то вроде того, — сказала я, стараясь не вдаваться в подробности. Он нахмурился, возможно чувствуя, что я ему что-то недоговариваю. — Ладно, ладно, ты не хочешь делиться деталями, я понял, — сказал Рон, видимо пытаясь казаться понимающим. — Я не буду больше выпытывать, кто это, но… не расскажешь ли ты мне, почему вы никогда не будете вместе? — Потому что…потому что это невозможно, мы разные, я думаю да, это более правильные слова, — просто сказала я, закусив щеку, «но это правда, мы никогда не сможем быть вместе, кто я и кто он». Парень вздохнул, смотря на меня глазами полные недоверия и чуточку обиды. Я старалась скрыть максимум информации, тем более это был Уизли, парень с которым мы никогда нормально не общались, потому что я Слизеринка, а он Гриффендорец. — Понятно… — медленно произнес он, почесывая затылок. — Но что ты имеешь в виду под «другим»? Типа… разные факультеты или что-то в этом роде? — Нет, — я рассмеялась, часть про разные факультеты меня рассмешила. — Дело не в том, кто с какого факультета… скажем так… мы разные по статусу… и хватит вопросов, я уже достаточно сказала. — Ладно, ладно, — сказал Рон, подняв руки сдаваясь. — Больше никаких вопросов. Но теперь ты меня еще больше заинтриговала, ты же знаешь это, да? Статус? О каком статусе мы тут говорим… — Уизли, я и так слишком много тебе рассказала… — прошипела я. — Я не хотела, чтобы ты вообще знал об этих чувствах, их просто не должно быть… это неправильно… видишь ли, кто-то вроде меня просто не может любить кого-то вроде него. — я громко выдохнула, принимая и сдаваясь своим чувствам. — Эй, эй… — тихо сказал рыжий, делая небольшой шаг ко мне. — Ты не можешь просто сказать что-то подобное и ожидать, что я не отреагирую. Ты не должна обесценивать свои собственные чувства таким образом. Любовь… это сложно, да, но никогда не будет ошибкой чувствовать ее. — Всё возможно, — хмыкнула я, но потом, взяла себя в руки и надев маску безразличия, сказала: — Ладно, Уизли, мне пора. Удачи тебе с Грейнджер. — Эй, подожди… — сказал парень, делая еще один маленький шаг. — Тебе не обязательно этого делать, понимаешь? Не веди себя так жестко и отстраненно. Ты можешь ослабить свою защиту рядом со мной. — Слушай, Уизли, да, мы мило поболтали, но мы не друзья, я просто лучшая подруга твоей сестры, — я отстранилась от него, я всегда боялась показывать свои эмоции незнакомцам, я не привыкла быть доброй и тем более я не привыкла к доброте от других. — Чёрт, почему ты должна быть такой? — прошипел Уизли, очевидно расстроенный моей упрямой сдержанностью. — Ты не просто подруга моей сестры, ты же знаешь. У нас… у нас были моменты, ясно? Мы были связаны. Почему ты пытаешься притворяться, что это неправда? — Потому что это я, Уизли! — прошипела я сквозь зубы, он пытался сбить меня с толку, пытался достучаться до того, что было скрыто, что мог увидеть только близкий мне человек, я никогда не позволю себе быть слабой. — Потому что я ужасная и мерзкая, я Слизеринка, если ты не забыл. Глаза Рона вспыхнули гневом от моих холодных, ядовитых слов. — Не говори так о себе, — выплюнул он в ответ, его голос был резким. — Да я раньше призера тебя из-за факультета, но ты многое сделала для моей сестры, для моей семьи. Ты не отвратительная и не противная. Ты слизеринка, да, но это не определяет тебя. Это не делает тебя менее хорошим человеком. Ты была рядом с моей сестрой. Ты помогла нам, ты… ты была рядом со мной. — Прекрати! — закричала я, снова отступая — Прекрати лезть мне в душу! Ты для меня никто, так что прекрати делать то, чего не следует! — Оу, да, ты чертовски хорошо знаешь, что я для тебя не никто, — возразил он, его голос был напряжен от разочарования. — Как ты можешь так говорить после всего, что мы пережили? После всех моментов, которые мы разделили? Черт возьми, ты не можешь просто притворяться, что это ничего не значило! — Иди к черту, Уизли! — прошипела я и развернулась, быстро зашагав по коридору, «Как он посмел залезть мне в душу?». Я бежала вдоль коридора, не замечая ничего вокруг, мысли были заняты только одним. Уизли только что пытался залезть в душу, пытался ковыряться там, где никому не позволено, пытался вывести на те эмоции, которые я скрываю даже от самой себя. Вбежав в гостиную и чуть не сбив с ног Малфоя, прошипела ему вслед «придурок» и забежала в комнату девочек. Забравшись на кровать, я задернула занавески полога, спрятавшись от посторонних глаз, и только после этого, я смогла расслабиться и принять правду. Я плакала, слезы жгли мои щеки, сердце ныло, я просто не знала, что делать дальше. Как теперь скрывать все свои чувства, я не знала, и я просто закрыла глаза провалившись в сон без сновидений.