Нам нельзя друг друга любить

Месяц спустя, все слухи про нас с Северусом и тем более, о нас с Забини пропали, словно их никогда и не было. Казалось, моя жизнь вновь пришла в норму, стала обыденной и спокойной, только учеба, друзья и Он. Первая половина дня лекции, вторая дополнительные у профессора Люпина и Снейпа, третья посвящена лишь одному человеку. Северус не поднимал больше тему о Блейзе, а Забини в свою очередь пропал с моих глаз. Да, он все еще продолжал учиться в Хогвартсе, посещал большой зал, иногда мы сталкивались в общих коридорах замка, но он будто стал игнорировать меня. Войдя в класс защиты от темных искусств, профессор Люпин, как и обычно встретил меня добродушной улыбкой. Он сидел за своим столом, ожидая меня на дополнительные занятия. — Добрый день, профессор, — поздоровалась я. — Добрый, Лилит, — он указал на первую парту. Как только я села, он сложил руки на столе и не переставая улыбаться, произнес: — Сегодня, мы с тобой пройдем тему «непростительных заклинаний», ты знаешь сколько их? — Три, сэр, — ответила я, немного удивившись новой теме. — Какие ты знаешь? — он приподнял бровь, что выглядело немного жутко, так как он все еще улыбался при этом. — Империус, — спокойной произнесла я. — Что делает данное заклятие? — Заставляет подчиняться волшебнику, наложившему это проклятие, — задумавшись ответила я профессору. — Верно, — хмыкнул Люпин. — Ты знаешь, как противостоять данному заклинанию? — я отрицательно помахала головой. — Смотри, существует возможность противиться заклинанию. Противостоять может только очень сильный человек и так же, с очень сильной волей. Но к сожалению не каждый на это способен. Какие еще проклятия ты знаешь, Лилит? — Если я не ошибаюсь, есть еще Круциатус, — я вновь задумалась, перед ответом. — Все правильно, Крициатус, это заклятие причиняет жуткую боль, — он внимательно на меня посмотрел. — И мало просто направить палочку и произнести заклинание, тот кто накладывает «Круцио» должен испытывать удовольствие от применения боли к другому волшебнику. А противостоять данному заклятию к сожалению не возможно. Я достала пергамент и перо, быстро записав за словами профессора, как бы не была не приятна эта тема, но в вопросах ЖАБА они были. — И третье, самое ужасное и смертельное заклятие «Авада Кедавра», после его применения живое существо мгновенно умирает, без мучений и боли. Применить это проклятие может не каждый, волшебник должен искренне хотеть кого-то убить, — профессор внимательно на меня посмотрел. — Все эти заклинание «непростительные», их нельзя применять по законам министерства магии. Я кивнула и записала за словами Люпина, даже если я и знала все эти заклинания, все равно писала, будто в первые об этом слышу. В прошлый раз я уже ошиблась, удивив профессора знанием о одном из сильных заклятий. В этот раз я решила не испытывать судьбу. Все сорок минут лекции, Люпин подробно рассказывал об данных заклинаниях, отвечая на все мои вопросы. И когда время подошло к ужину, профессор пожелал мне приятного аппетита, я покинула его аудиторию, направляясь в большой зал. Стол Слизерина был на удивление заполнен, даже студенты седьмых курсов решили этот вечер провести за едой, а не в пыльной библиотеке за большой стопкой книг. Присев рядом с Асторией и наложив себе приличную порцию ужина, я обернулась, рядом со мной присел Малфой, что очень меня удивило. Встретив меня приподнятой бровью парень отвернулся к своему сокурснику, продолжая обсуждать победу в Квиддиче над Гриффиндором. -Лилит, — меня привлек голос Астории. — Как проходит твоя подготовка на индивидуальных занятиях? — Все прекрасно, — ответила я девушке, поддержав ее светский разговор. — А у тебя? — Все куда лучше, — произнесла Астория, выпив из чашки чай. — Ты ведь выбрала защиту от темным искусств и зельеварение? — Все верно, — наколов на вилку отрезанный ранее кусок стейка, ответила я. — А ты, трансфигурацию и историю магии? — Еще, заклинания, — Астория, отложила чашку с чаем и повернулась ко мне. — Лилит, и как занятия у нашего декана? От ее вопроса я подавилась, прокашлявшись и отпив из стакана сок, я повернулась к соседке по комнате. — Ну, на удивление не плохо. Думала он будет, более, придирчив, что ли, — произнесла я, стараясь уйти как можно быстрее от этого разговора. — Не плохо говоришь, — произнесла Астория, но после как-то загадочно улыбнулась. — Ну это хорошо. — Прости, мне нужно бежать на дополнительные занятия у профессора Снейпа, — допив остатки сока я поднялась из-за стола. — Да конечно, беги, — и вновь эта странная улыбка. Решив проигнорировать это, я покинула большой зал. Всю дорогу до подземелий я больше не ловила на себе косые взгляды, не слышала шепотки, все было пугающе спокойно. Зайдя за поворот к кабинету Снейпа, я столкнулась с Забини, тот в свою очередь, резко остановившись, произнес себе под нос: — А точно, я забыл, — развернувшись, быстрым шагом ушел в сторону гостиной Слизерина. Я приподняла бровь на это странное поведение Блейза, но решила позже с этим разобраться. Постучав в кабинет зельеварения и услышав: «Войдите», я открыла дверь. Снейп стоял возле доски, записывая какие-то формулы зелий. Закрыв за собой, прошла вглубь аудитории, все было здесь уже привычным: факелы тускло освещают пространство, отбрасывая тени на стены и потрескивая; несколько рядов парт с аккуратно задвинутыми стульями; стол Снейпа, с разложенными на нем пергаментами, книгами и склянками для зелий; в углу покоится его волшебная палочка. — Профессор, — позвала я декана, в этот раз не наложив заклинание оглохни, поэтому нужно было держать дистанцию. — Мисс Годдесс, вы как раз вовремя, — отозвался Снейп и развернулся ко мне. — Возьмите учебник с моего стола и присаживайтесь за первую парту. Я послушно выполнила его указания, открыв учебник, подняла взгляд на профессора. — Это «углубленное зельеварение», сэр, — удивилась я. — Верно, мисс, — хмыкнул декан. — Я видел, что вы активно изучаете от туда материал в библиотеке. Непроизвольно я улыбнулась, услышав Северуса. Изучать более углубленно зельеварение мне всегда хотелось, ведь чтобы стать профессором, мне нужно прилагать не мало усилий. — Сегодня, мы с вами изучим Эйфорийный элексир или же Элексир радости, откройте пожалуйста учебник на нужно странице. Открыв учебник на нужном зелье, я прошлась по тексту глазами: «Несмотря на то, что зелье вызывает радостное настроение, у него есть побочные эффекты: дёрганье каждого встречного за нос и пение во всё горло.». Я хмыкнула, представив, Снейпа выпившего это зелье. — Нашли что-то забавное в тексте? — приподняв бровь, произнес профессор. — Не совсем, — тихо произнесла я. — Потом расскажу, наверное, — на последнем слове я ухмыльнулась. — Идите в подсобку и принесите все необходимые ингредиенты, — холодно произнес декан и обойдя стол, облокотился на него сложив руки на груди. Фыркнув на его тон, я вошла в его каморку, где содержались разного вида ингредиенты. Взяв необходимое — Абиссинская смоковница, иглы дикобраза, дремоносные бобы и горькую полынь, вернулась в аудиторию, разложив все на столе. Снейп в это время, принес котел и поставил его на середину парты. — Ваша задача приготовить данное зелье, у вас час, время пошло, — декан вернулся за свой стол углубляясь в чтение пергаментов, что покоились на его столе. Изучив досконально зелье и рецепт, что был там прописан, меня насторожили побочные действия. Покрутив в своей голове все, что я знала о разных зельях и ингридиентах, я резко подскочила из-за стола. Снейп удивленное поднял на меня взгляд своих черных глаз. — Профессор, могу я еще раз сходить за ингредиентами? Кажется я что-то забыла, — не ждав ответа я вбежала в каморку, беглым взглядом я прошлась по содержимому на полках, победно улыбнувшись я взяла с полки перечную мяту. Когда я вернулась, декан прошелся по мне нечитаемым взглядом и заметив содержимое в моих руках, приподнял бровь: — Этого нет, в рецепте книги, мисс Годдесс. — Я знаю, — разложив аккуратно ингредиенты, я наполнила котел водой, заклинанием «агуаменти». Снейп больше ничего не произнес, но я успела заметить легкую улыбку на его лице, до того, как он вновь вернулся к пергаментам. Я добавляла перечную мяту в котёл до тех пор, пока зелье не покраснело, далее шел сушёный инжир и как только зелье приобрело бирюзовый оттенок, я приступила к помешиванию. После долгого перемешивания, зелье поменяло свой цвет в синий, открыв огонь, я оставила зелье закипать, пока оно вновь не сменит свой цвет. Как только, оно обрело желтый оттенок, я потушила огонь. Добавив иглы дикобраза, я быстрым взглядом сверилась с рецептом из учебника, и как только в котле зелье, в который раз, изменило свой цвет на голубой, оставила зелье нагреваться. Вытерев пот рукавом мантии, я снова сверилась с рецептом и посмотрела в котел, фиолетовое зелье выпускало легкие голубы дыма. Выдохнув, я отсчитала ровно семь дременосных бобов, закинула в котел и оставила до изменения цвета. Житкость в котле на глазах меняла оттенки, сначала зелье было коричневым, но после постепенно обрело оранжевый цвет, я добавила последний ингредиент, капнув несколько капель настойки горькой полыни. Как только зелье закипело, в который раз, изменив оттенок на ярко-желты, я выключила огонь и села на стул, тяжело выдохнув. Стоило мне закончить с приготовлением Эйфорийного элексира, Снейп приблизился к моей работе. Заглянув в котел, он внимательно всматривался, зачерпнув немного зелья, поднес его к носу, только после этого он поднял свой взгляд на меня. — Прекрасная работа, мисс Годдесс, — он сложил руки у груди и посмотрел на меня серьезным взглядом. — Как вы догадались добавить перечную мяту? — У меня очень хороший учитель, — прошептала я и соблазнительно улыбнулась. — Вот оно как, — хмыкнул Снейп, наклонившись он тихо произнес. — Уберите все за собой, мисс, а после этот учитель будет ждать вас у себя. Отстранившись, Северус бросил на меня взгляд своих темных глаз и вышел из аудитории. Убрав ингредиенты на свои законные места, очистив рабочее место и очистив себя с помощью волшебной палочки, я направилась вслед за деканом. Время близилось к отбою, в коридоре подземелья было тихо, проскочив в соседнюю дверь, наложив заклинание тишины, развернулась, личный кабинет декана был тускло освещен, прищурившись я вглядывалась в тени мебели, что покоились в его кабинете. Самого Снейпа не было, дверь в личные покои была приоткрыта, от туда тонкой полоской пробивался свет. На ощупь дойдя до двери, я ее открыла, стараясь найти Северуса. Но стоило мне шагнуть внутрь, как дверь за моей спиной захлопнулась, а высокая фигура профессора, прижала меня к дереву. Его губы накрыли мои, а язык без прилюдный проник внутрь, сплетаясь с моим. Руки беспорядком ходили вдоль моего тела, уже не для знакомства, а прекрасно осознавая где стоит останавливаться подольше. Сняв мантию и расстегнув пуговицы на моей рубашке, Снейп одним рывком развернул меня к двери лицом, отлаживая мой живот и талию, он хрипло произнес мне на ухо: — Ты не представляешь, как я хотел это сделать еще в кабинете, — он прошелся языком вдоль раковины моего ушка. — Но ты, маленькая ведьма, решила в этот раз не накладывать заклинание. От его голоса и действий кожу покрывало мелкими мурашками. Тугой узел в районе живота скучивался от желания. Я тихо простанала, стоило Северусу прикусить мочку моего уха. — И терпеть я больше не намерен, — хрипло произнес Снейп. Придавив рукой на мою спину, он заставил прогнуться меня в спине. Задрав юбку, я услышала за спиной тихий стон, проведя по ткани трусиков пальцами, Северус отодвинул край, нежно проведя вдоль складок. Закусив губу, я схватилась за ручку двери, стараясь себя удержать, от каждого движения его пальцев во мне, ноги подкашивались. Стоило его пальцам покинуть меня, я ощутила легкую пустоту, хотелось стонать и просить не заканчивать. Но услышав звук ремня, а после ширинки, я глубоко вздохнула. Северус прислонил головку, и я не удержавшись, жалобно застонала, но в ответ получила лишь удар по своим ягодицам. Резким толчком он оказался во мне, от чего я не произвольно громко выдохнула, ощутив наполненность. Плавно он начал двигать бедрами, полностью выходя и вновь наполняя меня. Одной рукой он удерживал меня за плечо, а вторая сжала бедро, он ускорился. Вырывая с каждым новым толчком стон из моих губ. Декан не был нежен, он словно желал этого уже долгое время. Комнату наполнили звуки стона и страсти. Северус тяжело выдохнул, совершив очередной толчок и после его тяжелая рука вновь ударила меня по бедру, от чего я громко застонала и с силой закусила нижнюю губу. Это было впервые, когда Снейп был настолько страстным и грубым. Схватив мои волосы на затылке и скрутив их в кулак, Снейп сделал крайнее движение, после резко вышел, излив юбку и рубашку прозрачными пятнами. Убрав свое «творение» взмахом волшебной палочки, он развернул меня к себе. — Ты в порядке? — оглядев мое лицо, спросил Снейп. — Все прекрасно, — улыбнувшись, я приподнялась на носочках и поцеловала его в щеку. — Уже был отбой, тебе стоит вернуться в гостиную Слизерина, — он открыл дверь за моей спиной. — Вот как, — я подняла бровь, все еще никак не могла смериться с его привычкой менять настроение. — Тогда, спокойной ночи, сэр. — Спокойной, Лилит, — он коснулся губами моего лба. Не ожидав такой нежности со стороны Северуса, я накинув мантию покинула его покои.